3.

      Первым невероятным развлечением, любезно предложенным Хедер для компании, стала игра, суть которой состояла в наполнении всех стопок, кроме одной, обычной водой, а оставшейся — водкой. Счастливчик должен выпить эту последнюю стопку так, чтобы никто его не раскусил.       Сначала это испытание преодолел Сэм, хотя все подумали на Хедер, ведь когда она опустошила свою стопку, сразу заулыбалась. Однако когда на третьем раунде она вновь стала расплываться в улыбке после выпитого, все поняли, что она делает так всегда. И когда на четвёртый раз настоящая водка наконец досталась ей, а девушка проделала все те же действия, никто не смог её раскусить.       Они пошли на усложнение, и стопок стало уже две. Иккинг чуть не поперхнулся содержимым своей, когда оно стало обжигать его горло, поэтому его быстро вычислили. А вот Дагур почти смог скрыться, но на голосовании проиграл с разницей в один голос.       Ещё через пару конов интерес к этому развлечению упал, зато возрос градус всеобщего опьянения. И тут в памяти Зои всплыла ещё одна игра, которую она затевала, та самая…       Торстон схватила со стола уже давно опустошенную бутылку сидра и воздела её вверх в победоносном жесте.       — А ну-ка все сядьте в круг!       Ни у кого из её друзей не возникло сомнений, один за другим дружно уселись на пол, даже не задумываясь о том, зачем это необходимо. Они продолжали смеяться над какой-то шуткой Сэма, когда Зои, недовольная отсутствием их сосредоточенности, грозно произнесла:       — Внимание всем! Самое время отпустить проблемы и окунуться в далекое прошлое. Если вы помните, когда нам было по тринадцать, мы все ездили в школьный летний лагерь на неделю, час дороги из города…       — Да, после него-то мы и стали общаться, — заметил Сэм, на что девушка кивнула.       — И в этом самом лагере, в последний вечер мы играли в старую как мир игру…       Зои по очереди обвела загадочным взглядом друзей, а затем вытащила из-за спины пустую бутылку и положила в середину образовавшегося круга. По лицам прошлись удивление, непонимание. Хедер хихикнула. Астрид широко распахнула глаза, в них проскользнуло осознание.       — А я что-то не помню, — почесал затылок Иккинг.       — Не бойся, — мяукнула Хедер, — мы быстро освежим правила в твоей памяти.       — Люди мы взрослые, никаких обид, никаких обязательств, никаких проблем, это просто игра, и мы решили в неё сыграть, как старые знакомые. Держу пари, утром мы об этом уже и не вспомним. Все согласны?       — Почему бы и нет, — усмехнулся Дагур.       — Давайте сыграем! — воодушевился Сэм.       — Всем нам иногда хочется вернуться в тринадцать… — несколько печально протянул Зак.       — Но введём ограничения. Я понимаю, что не всем хочется целовать Сэма, — быстро произнесла она и также быстро продолжила, опережая его возражения, — особенно Иккингу, или Дагуру, так что если вы Иккинг или Дагур, а вам выпал Сэм, его вы можете не целовать. А вот если мне выпадет Астрид, я буду не против… О чем это я? Ах да, сейчас я немного поменяю вас местами. Будет возможность выбрать: целовать вам того, кто выпал, или же человека справа от него. По правую того, кто вам выпал, а не по вашу.       Через минуту все уже сидели так, как сказала Зои, в порядке парень-девушка, только вот было их семеро, так что справа от Дагура располагался Зак, а не кто-то из девиц.       — Кто начнет?       — Давайте я! — воскликнул Сэм, едва успев опередить Хедер.       Парень выступил вперёд и с силой крутанул склянку. Она завертелась на полу, крутилась долго, все даже уже успели заскучать. А потом замедлилась, вскоре и вовсе остановилась. Горлышко её устремлено было на виновницу торжества. Слева от неё сидел Иккинг, поэтому Йогерсон устремил свой коварный взгляд на девушку.       — Пообещаем друг другу не вспоминать эту ночь, — горько вздохнула Зои в надежде, что Астрид оценит то, на что Торстон идёт ради неё. Близняшка подалась вперёд, навстречу судьбе, а ещё губам Сэма, который сидел напротив неё, и приняла удар на себя.       Вышло даже не так плохо, как она думала, но парень что-то не спешил отстраняться, поэтому пришлось сделать это самой. Хедер и Зак прыснули со смеху, последний даже откинулся на спину.       — Очень смешно, — поморщилась Зои, — твоя очередь, Вереск, — кивнула она брюнетке, которая сидела справа от Йогерсона.       Хедер закусила губу, бросила игривый взгляд на Иккинга и взялась за бутылку. Она молилась всем богам, чтобы они направили горлышко в нужную сторону… Но молитвы не были услышаны. Хотя она была так пьяна, кажется, сильнее остальных, что несильно расстроилась.       — Зак или Астрид? — приподняла она бровь. — Оба варианта привлекательны… но сегодня настроение такое…       С этими словами девушка уперлась в колени, тем самым придвигаясь к своей цели, обхватила шею Тортона сзади и резким движением притянула к себе. Дагур присвистнул. Все произошло так быстро, что Зак опешил, когда почувствовал чужой язык в своём рту, а не успел оправиться, как язык уже исчез, а Вереск сидела на прежнем месте, как ни в чём не бывало. Зрелище было забавное, а когда все более-менее пришли в себя, Иккинг оглядел друзей.       — Так, получается, теперь я?       У Астрид сжалось сердце. Хищный взгляд Хедер подливал масла в огонь, и блондинка взглянула на Зои в поисках поддержки. К счастью, та это заметила и улыбнулась подруге, как бы сообщая, что всё будет хорошо. Хофферсон, кажется, перестала дышать в тот момент, когда пальцы шатена коснулись темного стекла. Всё вокруг остановилось кроме танцующей бутылочки, и когда Астрид осознала, что её сердце готовится выпрыгнуть наружу, усмехнулась абсурдности ситуации. Это ведь всего лишь игра…       Её немного отпустило, и она прикрыла глаза на несколько секунд. А когда открыла вновь, увидела горлышко, которое уставилось на Сэма, что сидел справа от неё самой.       Это провал. Худшее, что могло случиться — случилось. Иккинг должен выбирать между тем, на кого указала бутылочка, и тем, кто сидит справа от этого счастливчика. А справа от Сэма сидела Хедер.       Хоть бы он выбрал Сэма… Словно издеваясь, Хэддок тут же разбил её надежды:       — Так, Зои вроде упоминала, что мне можно целовать не Сэма.       Хедер расплылась в сказочной улыбке. Зои поджала губы. Удрученный вид Астрид заставил её тоненьким голоском выдавить:       — Да, но можно выбрать и его…       — Зачем же? Второй вариант мне кажется куда более привлекательным.       Сердце Астрид упало куда-то вниз, примерно в пятки, и возвращаться вообще не собиралось. Обидно было и то, что Иккинг в этот момент выглядел таким расслабленным, таким уверенным, каким не был никогда. Будто бы этого момента он и ждал весь вечер, а то и дольше, и вот наконец он наступил.       Хедер сидела по левую руку от Иккинга. Ему стоило лишь повернуться, чтобы дотянуться до неё.       Астрид вздохнула. Ей не хотелось смотреть на разворачивающуюся картину, и она опустила глаза. Несколько секунд прошли в тишине. Послышался какой-то шорох, а потом Хедер издала возмущенно-вопросительный хрип. В этот момент блондинка подняла глаза и прямо перед собой увидела Иккинга, чьё лицо было отчего-то неимоверно близко. В следующую секунду кто-то мягко коснулся её губ своими.       Хофферсон от неожиданности инстинктивно отстранилась, но Хэддок отступать не собирался и подался вперёд, продолжая поцелуй. Когда он запустил руку ей в волосы, она окончательно убедилась в том, что происходящее — не сон, и с нарастающей уверенностью ответила на происходящее. Эти несколько секунд длились вечность. Астрид даже страшно было узнавать, где и с кем парень научился так хорошо целоваться, однако она откинула эти мысли и решила в полной мере насладиться процессом.       — Эй! — завопила Хедер.       Хэддок наконец оторвался от девушки и как ни в чём не бывало вернулся на своё место. Все уставились на него глазами, похожими на монеты.       — Я-то думал, ты новичок в этом деле… — изумленно протянул Сэм.       — Кто подменил нашего Малыша Икки, пока мы опрокидывали стопки? — вопросительно оглядел друзей Дагур.       — Нет-нет, во время игры с распитием водки это был ещё наш экземпляр, ты видел, как он поперхнулся, когда выпил? Подмена произошла явно после, — констатировал Зак.       — Это нечестно! — скрестила руки на груди Вереск. — Что это вообще было?       — А ты хотела, чтобы я выбрал Сэма? — усмехнулся Иккинг.       — Меня! Ты должен был выбрать меня! Это я сижу справа от Сэма, а Астрид — слева!       — А я думал, что надо целовать того, кто сидит справа от Сэма с моего ракурса. Если смотреть с моей стороны, то справа от Сэма сидит Астрид, — пожал плечами парень. — Перепутал…       — Но это нечестно!       — Думаю, можно засчитать, — закивала Зои, внутри которой разгорелся огонь ликования. — Так, я следующая!       Этот момент для некоторых сформировал настроение на всю оставшуюся игру. Хедер сидела букой, недовольная и молчаливая. Внутри Астрид наконец лопнул узел волнения, и она полностью расслабилась, наслаждаясь вечером, и когда Зои выбрала её вместо Зака для поцелуя, ничуть не колеблясь, сама придвинулась к подруге. Они быстро чмокнули друг друга, что на фоне перформанса Иккинга показалось детским лепетом.       Следующим крутил Дагур, и выбор у него был незавидный: Хедер, его сестра, или Иккинг. Однако необходимость выбирать сама-собой отпала, ведь Хедер поднялась со своего места, что-то пробурчала напоследок и ушла то ли за закуской, то ли ещё куда, никто так и не понял. Дагур так и не выбрал, и игра сошла на нет. Без раскрученной бутылочки остались только Астрид и Зак, но они ни о чем не жалели, ведь все равно успели в полной мере принять участие в процессе.       Было уже поздно, часа четыре, и ребята начали разбредаться кто куда в поисках места для ночлега. А вот Астрид спать совсем не хотелось, поэтому она решила направить свои силы в нужное русло и немного прибраться на кухне. К ней присоединилась Зои, и они вместе принялись скидывать мусор в большой черный пакет, а грязную посуду складывать в раковину.       — Ты поняла, что это было? — спросила Торстон, отправляя упаковку из-под сухариков в небытие.       — Речь о твоем поцелуе с Сэмом?       — Конечно нет, Астрид! И вообще, забудь про Сэма. Не было у нас никакого поцелуя.       — Ты внушаешь это мне или себе самой? — рассмеялась Хофферсон.       — Нам обеим… Я разумеется говорю про тебя и Иккинга! Он так набросился… Не зря-таки играли, да?       — Кажется, да. Мне понравилось. Но если бы он не перепутал…       — Какая ты смешная, Астрид. Ты правда думаешь…       Позади раздались шаги, вниз по лестнице спустился Иккинг.       — Все уже уложились, кто куда. Так что вы тоже можете идти спать.       — А ты? — спросила Зои.       — Я что-то совсем не хочу. Могу тут чем-то помочь?       В комнате повисло молчание, а потом Зои с театральной широтой потянулась, зевнула и затараторила:       — Да-да, смени меня пожалуйста! Я так хочу спать, я просто валюсь с ног!       Девушка оказалась рядом с шатеном и подтолкнула его к раковине.       — Вот, можешь закончить с посудой. Всем спокойной ночи!       С этими словами она прямо-таки кинулась прочь, оставляя Астрид и Иккинга наедине. Парень принялся сосредотачивать бокалы в раковине, а девушка заканчивала с мусором.       — Тебе тоже не спится? — тихо спросил Хэддок, и вот тут-то в Астрид опять стал пробуждаться легкий трепет.       — Да, — только и ответила она.       — Как тебе вечер?       Астрид оторвалась от своего занятия и повернулась на парня. Он смотрел на неё с теплой улыбкой, и девушка сказала себе, что это просто Иккинг, всего лишь Иккинг, тот, кого она знала долгую часть своей жизни, так отчего же ей стоит так бояться?       — Обычные наши посиделки, только… с неожиданным концовкой от Зои.       — Да, я тоже удивился, — усмехнулся парень, отправляя последний экземпляр грязной посуды с глаз долой, — хотя, признаюсь честно, мне понравилось.       — Да, это было забавно! Ты помнишь лицо Зои после того, как Сэм выбрал её?       — Бедняга, — они оба захохотали, но потом Хэддок добавил уже более серьезно, — но я вообще-то не об этом.       Его тон заставил Хофферсон замереть. Она как раз тоже закончила с мешком и, оставив его в стороне, оперлась спиной о кухонную столешницу. Иккинг сделал два маленьких шага по направлению к ней и оказался совсем рядом, их бедра почти соприкасались.       — А о чём?       — Разрази меня Тор, я не верю, что набрался смелости это сказать, но… я тогда ничего не перепутал.       — Что ты имеешь в виду? — тихо произнесла Астрид, которой просто необходимо было включить дурочку, чтобы убедиться в том, что они с Хэддоком думают об одном и том же.       — Я про игру. Я помнил правила.       Девушка приподняла подбородок и внимательно изучила лицо шатена. Он выглядел очень серьёзным.       — Зачем же ты это сделал?       — Если честно… из личного интереса.       Хофферсон отвернулась, скрывая улыбку, но Иккинг воспринял этот жест как неодобрительный, отчего тут же заговорил извиняющимся тоном, раскрывая натуру прошлого Иккинга, того самого Малыша Икки:       — Ох, прости меня, зря я это начал, зря я это сделал, я больше не стану…       Астрид резко повернулась на него, от неожиданности парень замолк.       — Не говори так, — потребовала она.       — Как? — опешил Хэддок.       — Что ты больше не станешь.       В следующим миг блондинка обхватила лицо Иккинга ладонями и впилась своими губами в его. Ему потребовалась всего пара секунд, чтобы сориентироваться, по телу пробежала волна энергии, руки легли на девичую талию и загуляли по спине. Вообще, целовался он только однажды, осенью на вечеринке в университете, пытаясь заглушить мысли об Астрид, с девушкой, чьего имени даже не помнил, однако то, чему она успела его научить, припоминал неплохо, и кажется, на Хофферсон это работало.       Они развернулись так, что теперь Хэддок принимал девушку к столешнице. Парень ощущал небывалый прилив сил, ему даже показалось, что они оба готовы с поцелуя перейти на что-то большее, прямо здесь, прямо сейчас; столь долго он ждал этой встречи, что сейчас её исход казался чем-то невероятным.       Воздух кончился, и они оторвались друг от друга, прижимаясь лбами, обнимая и стараясь отдышаться. Прошла всего минута с момента их обычного дружеского диалога, но казалось, что в неё уложилось столько событий, было сказано столько слов, сняты все маски и вскрыты все секреты, и правда, которую он хранил годами, а она — пару лет, наконец открылась миру.       — Это…. было так легко? — уточнил Иккинг, отчего оба рассмеялись. — Давай на всякий случай спрошу: мы правильно друг друга поняли?       Девушка взглянула на него снизу-вверх и хитро улыбнулась.       — Можешь озвучить свои мысли, а я подтвержу их или опровергну.       — Хорошо, — выдохнул парень, — я люблю тебя, Астрид Хофферсон, с того момента, как поцеловал тебя в том самом летнем лагере в ходе той самой игры, в которую мы играли сегодня. Когда ты встречалась с Кристофером, я пытался тебя забыть, я пытался это сделать и когда уехал в университет, думая, что ты совсем скоро кого-нибудь найдешь… Но, как видишь, ничего у меня не вышло.       Девушка одобрительно кивнула.       — Моя история не такая долгая, но за год до твоего отъезда я поняла, что ты начинаешь мне нравиться. Я даже хотела позвать тебя куда-нибудь… но ты был так погружен в учебу, что я решила: тебе мое предложение не будет интересно.       — Так вот, зачем люди придумали слова… Чтобы разговаривать друг с другом. Если бы я признался тебе раньше… Может, всё было бы по-другому, и нам не пришлось бы так долго мучаться.       — Да, но, кто знает? В тринадцать лет я бы наверняка отказала тебе, потому что в то время мальчики меня совершенно интересовали, я хотела стать русалкой, подобно девочкам из «H2O»… Хотя, если честно, этого я всё ещё хочу.       Иккинг по-доброму усмехнулся и прижал девушку к себе, не имея никакого желания когда-либо её отпускать. Его полное умиротворение прервал её беспокойный тон:       — Но лето закончится, и ты уедешь обратно, а я не уверена, что смогу теперь это выдержать. Что же нам делать?       Парень погладил её по пшеничным волосам.       — Мы обязательно что-нибудь придумаем. Город, в котором я учусь, огромен, и университетов там огромное количество. Если ты захочешь… если ты сможешь…       — …перевестись на учебу туда?       — Я уверен, что твои баллы это позволят. Я не смею заставлять тебя это сделать, я знаю, что тут семья и друзья, если ты решишь остаться, я приму твой выбор. Давай вместе поищем варианты, вместе найдем выход, я обещаю тебе, что мы это сделаем, но сейчас… сейчас я хочу снова тебя поцеловать.       На кухне всё смолкло, и Зои, которая замерла сверху на лестнице так, что её не было видно снизу, заликовала. Она понимала, что подслушивать не слишком красиво, но не смогла удержаться.       — Не зря всё-таки играли… — ехидно улыбнулась Торстон, после чего бесшумно поднялась наверх и скрылась на втором этаже.