Обжитие обстановки

Небо висело низко и тяжело — плотное, серо-молочное, словно свету приходилось преодолевать несколько слоёв облаков, прежде чем дотянуться до земли. Солнце здесь не поднималось — оно лишь угадывалось. Его присутствие выдавали только редкие, более светлые пятна в небе да тусклые отблески, расползающиеся по мокрому асфальту. Влажный воздух был пропитан запахами хвои, сырой древесины и холодной земли. Где-то вдалеке, за плотной стеной елей, глухо перекликались птицы — их голоса звучали приглушённо, будто и они не решались нарушить эту вязкую, тягучую тишину. Дороги оставались почти пустыми. Лишь изредка проезжали машины, медленно и осторожно, их шины мягко шуршали по влажному покрытию. Вдоль обочин тянулись аккуратные деревянные дома с тёмными крышами, на которых всё ещё держалась ночная влага. В некоторых окнах уже теплился жёлтый свет — кто-то проснулся раньше тумана, раньше самого утра. Это не обошло и дом на Вэлли-Вью. С самого раннего часа на кухне углового дома, у самой улицы, уходящей в лес, воздух наполнялся густым, тёплым ароматом свежей выпечки и других домашних лакомств. Мэйв — или просто Мэв, как её обычно называли — по привычке мысленно поправила бы любого, кто попытался бы исказить её имя. Сокращённая форма казалась ей куда более уместной, чем навязанное на американский манер «Мэй», которое она воспринимала как досадную, почти оскорбительную неточность. Впрочем, со временем она устала исправлять окружающих и, пусть и неохотно, научилась мириться с этим. Когда она покупала этот дом — вернее, почти выкупила его за бесценок, — ситуация казалась слишком странной, чтобы быть полностью случайной. Парень, продававший его, едва ли не избавлялся от собственности, и особенно это настораживало, учитывая сам дом: добротный, с подвалом, который уже сам по себе стоил немалых денег. Но бывший владелец явно стремился не к выгоде, а к бегству. Он торопился уехать из этого «захолустья», как называл его с явным раздражением, и при каждом удобном случае упоминал призраков и прочую нечисть — с той нервной настойчивостью, которая обычно выдаёт либо фантазию, либо страх, от которого не удаётся избавиться. «Ну и ладно», — подумала она тогда. Верила ли она в призраков и прочие сущности подобного рода? Безусловно. Однако в самом доме она не обнаружила ни единого признака их присутствия. Никаких следов, никаких намёков — ничего, что могло бы подтвердить слова прежнего хозяина. Дом был тих, устойчив и, насколько это возможно, обжит. Теперь Мэйв стояла у плиты, ловко управляясь сразу с двумя кастрюлями и сковородой. Следя за каждым блюдом, она между делом пританцовывала под бодрую музыку, доносящуюся из переносного радио — лёгкое, почти неосознанное движение, словно способ не дать утру окончательно раствориться в серой неподвижности. С верхнего этажа послышались осторожные шаги. Их можно было бы и не заметить, если бы не предательски скрипучие ступени. Не оборачиваясь, Мэйв уменьшила громкость радио и, обращаясь будто в пустоту, но прекрасно зная, что её услышат, произнесла: — Доброе утро, Кэлвин! В её голосе звучала искренняя, почти нарочитая бодрость. — Надеюсь, ты выспался. У нас сегодня будет много дел. — Доброе… — отозвался парень, появляясь на пороге кухни и сонно потирая глаза. — Который час? — Двадцать три минуты седьмого, по вашингтонскому времени, — ответила она, машинально поправляя манжеты и бросая взгляд на наручные часы. — Рановато ты сегодня встал. Опять кошмары? — Да. — Тогда придётся снова заварить тебе чай, — заметила она, уже возвращаясь к плите. — Кстати, как ты поужинал вчера? Я ведь оставляла записку — просила купить продукты. Но когда вернулась, ничего не нашла, так что пришлось самой ехать. — Ты вообще когда-нибудь спишь? — попытался сменить тему Кэлвин, сцепив руки перед собой. Но стоило ему встретиться с её взглядом, как он поспешно продолжил: — Да, я ездил… но купил только набор для сэндвичей. Ты же знаешь, я больше ничего готовить не умею. — Понятно, — сухо отозвалась Мэйв. — В следующий раз тебя никуда отправлять не буду. Она уже собиралась продолжить, но, заметив выражение его лица — почти театрально жалобное, — лишь покачала головой: — И даже не смотри на меня так. Ты прекрасно знаешь, что растущему организму нужно нормально питаться. Хотя, если честно, иногда ты ешь столько, что этим можно накормить взвод. С этими словами она аккуратно расставила блюда на подносе и поставила его перед Кэлвином. — Но… я правда вчера не хотел есть, — попытался оправдаться он. Однако стоило еде оказаться перед ним, как его желудок предательски заурчал. Кэлвин смущённо покраснел, опустив взгляд. — Ладно… теперь уже да. На подносе стояли тушёная говядина с картофелем и морковью, яичница с беконом, сэндвич с солониной и горчицей, маринованные огурцы и яблоко. Рядом — кружка крепкого чёрного чая, от которого поднимался тонкий, почти невидимый пар. — Ешь, — спокойно сказала Мэйв. — Нам ещё нужно кое-куда заехать, прежде чем отправимся на новое место работы. В её голосе вновь прозвучала та же собранная уверенность — как будто впереди их ждал не просто день, а нечто большее, пока ещё скрытое за утренним туманом.

***

Катафалк Lincoln Town Car плавно свернул на узкую улочку и, мягко шурша шинами по влажному асфальту, остановился у неприметной автомастерской. Дверь открылась, и из салона вышла Мэйв. Поправив свою неизменную шляпу, она без колебаний направилась внутрь. Внутри мастерская производила неожиданно благоприятное впечатление, особенно для столь небольшого городка. Здесь царил порядок, инструменты лежали на своих местах, а в воздухе витал устойчивый запах масла и металла. Оглядевшись в поисках владельца, Мэйв заметила ноги, торчащие из-под единственной стоящей в помещении машины. Подойдя почти вплотную, она остановилась, наблюдая. — Подожди пару минут, парень, мне надо кое-что докрутить, — донёсся из-под автомобиля мужской голос — низкий, слегка грубоватый. Мэйв лишь тихо усмехнулась. Не исправляя ошибку, она лениво опёрлась плечом о кузов и стала ждать, отсчитывая секунды с той неторопливой точностью, которая больше напоминала привычку, чем необходимость. Прошло несколько минут. — Почти закончил, — снова раздался голос. — Подай, пожалуйста, трещотку с удлинителем и головку на четырнадцать. Она без лишних слов нашла нужный инструмент и протянула его, не меняя позы. Ещё минута — и мужчина выкатился из-под машины на подкате, щурясь от резкого света лампы и дневного серого сияния, льющегося с улицы. Когда его зрение наконец привыкло, он замер. Перед ним стоял вовсе не тот, за кого он её принял. Не мужчина — девушка. На вид не старше двадцати пяти. Строгий костюм-тройка подчёркивал её фигуру, шляпа — название которой он так и не смог вспомнить — отбрасывала лёгкую тень на лицо. Брюки и мужские туфли завершали образ, из-за которого он и допустил свою ошибку. Но не это притягивало взгляд. Её глаза — янтарные, почти неестественно тёплые на фоне холодного света — смотрели прямо, без колебаний. Между ними пролегал тонкий шрам, пересекающий лоб и уходящий вниз, к переносице. Освещение делало её лицо чуть зловещим. Особенно — улыбку, которую он увидел под своим углом. Мэйв заметила произведённое впечатление. И улыбнулась шире. Теперь в её улыбке появилось нечто большее, чем простая весёлость — в ней мелькнула откровенная, почти насмешливая сардоничность. Впрочем, она исчезла так же быстро, как и возникла, уступив место безупречно выверенной доброжелательности. — Рада, что вы закончили. У меня к вам есть дело. Позвольте помочь? — оживлённо произнесла Мэйв, сопровождая слова лёгкой, почти театральной жестикуляцией, и протянула руку, предлагая мужчине подняться. Тот усмехнулся и, не колеблясь, принял помощь. Когда он ухватился за её ладонь, Мэйв потянула его вверх — и это движение сопровождалось с её стороны тихим кряхтением и отчётливым щелчком в спине, когда она полностью выпрямилась. — Старость не радость, да? — не меняя лёгкого, насмешливого тона, заметила она. — Всего двадцать шесть, а тело трещит так, будто все шестьдесят. Она говорила это почти беззаботно, но при этом внимательно разглядывала стоящего перед ней парня — и посмотреть действительно было на что. Разница в их внешности бросалась в глаза прежде всего из-за роста: около двухсот десяти сантиметров против её ста восьмидесяти одного. Почти две головы разницы. Его кожа имела тёплый, красновато-коричневый оттенок; высокие скулы, чётко очерченный подбородок, коротко остриженные волосы и тёмные миндалевидные глаза придавали его облику суровую, но живую выразительность. На мгновение Мэйв едва заметно скривилась — слишком быстро, чтобы это можно было назвать реакцией, но достаточно, чтобы заподозрить её подлинность. Однако уже в следующую секунду выражение её лица вновь стало безупречно нейтральным. — Прошу прощения, я не представилась. Мэйв О’Коннелли, — сказала она и снова протянула руку. — Джейкоб Блэк, — ответил он, пожимая её ладонь. — Вы хотели показать свою машину? Он кивнул в сторону катафалка, стоявшего у входа. — О, нет, что вы. Это моя рабочая машина, и с ней всё в порядке. Я хотела бы записать на ремонт другую. — Тогда вам лучше дождаться владельца. Это не совсем моя мастерская — она принадлежит моему приятелю. — Понимаю, — легко отозвалась Мэйв. — В таком случае, если вас не затруднит, передайте ему записку с моей просьбой? Она уже доставала из внутреннего кармана небольшой блокнот. Быстро вырвав страницу и набросав на ней несколько строк, она протянула листок Джейкобу. — И пусть позвонит по этому номеру. Следом она передала ему визитку похоронного бюро. Затем чуть приподняла шляпу — жест, в котором угадывалось что-то старомодное — и, не дожидаясь ответа, направилась к выходу. Джейкоб проводил её взглядом, а затем перевёл его на визитку. «Похоронное бюро “Дело сделано”. Дело сделано — теперь можно и на покой. Тел.: + *** *** **» Он невольно хмыкнул. Странная она, — подумал он, глядя, как Мэйв садится в катафалк. — И пахнет… будто за ней тянется целая псарня.

***

Катафалк мягко свернул на территорию больницы, осторожно лавируя между припаркованными машинами, и направился к воротам нулевого этажа. Короткий гудок — и тяжёлые створки, скрипнув, начали раздвигаться. Машина въехала на служебную парковку морга и остановилась рядом с медработником, которая коротким, почти резким жестом указала, где именно следует встать. Двери открылись. Из катафалка вышли двое — Кэлвин и Мэйв. Они на мгновение огляделись. Помещение выглядело куда новее, чем ожидала Мэйв: чистые стены, холодный свет, стерильная аккуратность, лишённая всякого уюта. Однако она не стала задерживать внимание на деталях и, не говоря ни слова, последовала за медработницей. Кэлвин шёл следом, не отставая ни на шаг. Когда они приблизились к моргу, Мэйв всё же нарушила молчание: — Так кто у нас там, если не секрет? Женщина — полноватая, лет пятидесяти — закатила глаза, но всё же опустила взгляд на планшет с закреплёнными бланками. — Локан Стоунвэйв. Пятьдесят восьмого года рождения. Из племени квилетов, резервация Ла-Пуш, здесь неподалёку. Родственников нет. На сообщение о смерти племя отреагировало лишь несколькими… просьбами. Её голос звучал устало и равнодушно, словно она читала не о человеке, а о статистике. — Пожелания? — уточнила Мэйв, остановившись у одной из ячеек, ожидая, пока её откроют. Ящик выдвинулся, и тело аккуратно переместили на металлический стол. — Запрет на вскрытие. Требование быстрого захоронения. И… — женщина на секунду замялась, — над телом не должно проводиться никаких ритуалов. — Ясно, — спокойно отозвалась Мэйв. Она склонилась над телом. На первый взгляд — ничего необычного. Мужчина, как мужчина. Но что-то в его облике не давало ей покоя — едва уловимая неправильность, неочевидная, но настойчивая. Она взяла планшет и внимательно просмотрела данные.

ИНФОРМАЦИЯ ОБ УМЕРШЕМ

Полное имя: Локан Стоунвэйв Дата рождения: 16 Мая 1958 года Дата смерти: 15 Мая 2019 года Пол: Мужской Номер социального страхования: 05670912 Адрес: Резервация Ла-Пуш

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА СМЕРТИ

Место смерти: ул. Леквуд, 14 (похоронное бюро «Чёрный ворон»). Время смерти: 16:37 Лечащий врач: Карлайл Каллен Смерть была ожидаемой? (Да / Нет) Дело передано в: коронерскую службу Требуется вскрытие? (Да / Нет / Нет /Ожидается решение)

БЛИЖАЙШИЙ РОДСТВЕННИК / УПОЛНОМОЧЕННОЕ ЛИЦО

Имя: Джозеф Сид Степень родства с умершим: отсутствует Номер телефона: * *** *** ** ** Подпись: [Подпись] Дата и время предоставления разрешения: 14 мая 14:67

ИНФОРМАЦИЯ О ПОХОРОННОМ БЮРО

Название похоронного бюро: "Дело сделано" Контактное лицо: Мэйв О’Коннелли Телефон: *** *** ** Способ обращения с телом: захоронение кремация ожидается решение Мэйв тихо хмыкнула. — Негусто… — заметила она, возвращая планшет. — Прямо как в анекдоте: работник похоронного бюро даже после смерти вернулся на работу. Она бросила короткий взгляд на медработницу — и сразу поняла, что шутка не достигла цели. — Ладно, — легко отмахнулась она. — Причина смерти ведь не секрет? — Не секрет, — сухо ответила женщина. — Наглотался канцелярских скрепок. До разрыва желудка. Внутреннее кровотечение. Мэйв на мгновение замолчала. — Странная смерть, — тихо произнесла она, снова переводя взгляд на тело. — Скрепки всё ещё внутри, я так понимаю? Судя по документам. Женщина лишь пожала плечами. Мэйв выпрямилась и на секунду задумалась, словно сопоставляя что-то в уме. — Ладно… — протянула она и вдруг повысила голос: — Кэлвин! — Не обязательно кричать, я здесь, — отозвался он, слегка поморщившись и потерев ухо. — Помоги донести тело до машины, — распорядилась Мэйв. — А мне нужно кое-что проверить. Кэлвин проводил её раздражённым взглядом, пока она направлялась в сторону выхода. Но стоило ему встретиться глазами с медработницей, уже ожидавшей его помощи, как его выражение мгновенно изменилось — он неловко кивнул и поспешил взяться за работу.

***

— Свечи, венки и печальный мотив, Труп в центре сцены — весьма молчалив. Лучший оратор — ни слова, ни лжи, Все бы так жили… вернее, лежи. Полушёпотом рифмуя строки, Мэйв готовилась к работе. Она накинула медицинский халат, натянула перчатки и склонилась над телом Локана, внимательно всматриваясь в обнажённую кожу. — Интересные у тебя, конечно, травмы… — пробормотала она, словно ведя беседу не с собой, а с тем, кто уже не мог ответить. — Посмотрим, что мы имеем. Из кармана она достала потрёпанную книгу — страницы её были истёрты, углы загнуты, словно её открывали слишком часто и слишком уверенно. Быстро пролистав несколько разделов, Мэйв остановилась. — Так… необычная смерть — есть. Видимые ожоги без явной причины… — она снова бросила взгляд на тело. — Есть. Слизь в ухе… Она осторожно провела мизинцем по внутренней раковине уха и, вынув руку, осмотрела перчатку: на латексе осталась вязкая, тягучая жидкость. — Есть… — уже тише добавила она. — Это что-то да значит. После этого Мэйв работала долго и методично. Часы тянулись незаметно: она подготавливала тело к завтрашнему захоронению, сосредоточенная, почти отрешённая, словно всё происходящее было частью давно отработанного ритуала — но не того, о котором говорилось в документах. Лишь спустя три часа она сняла халат, переоделась в свою привычную одежду и вышла в приёмную похоронного бюро. Кэлвин сидел за стойкой, уткнувшись в телефон. — Кэлвин, ты сделал то, о чём я просила? — спросила Мэйв, опускаясь в одно из кресел для посетителей. — Да, — ответил он, не сразу отрывая взгляд от экрана. — Вывеску поменял. И всю индейскую атрибутику убрал — сложил на чердаке. — Молодец, — кивнула она. — Иронично, не находишь? Наш первый клиент — владелец похоронного бюро, которое мы купили. Она усмехнулась, откинулась на спинку кресла и заложила руки за голову, принимая расслабленную, почти демонстративную позу. Их короткое, почти мирное молчание нарушил настойчивый стук в дверь. Мэйв чуть прищурилась. — Ты кого-то ждёшь? — спросила она, бросив взгляд на Кэлвина. — Или уже успел завести подружку и не сказал мне? Кэлвин мгновенно покраснел, но ничего не ответил. — Ладно-ладно, не смущайся так, — легко отмахнулась она, поднимаясь. — Сейчас открою. Подойдя к двери, Мэйв распахнула её с привычной уверенностью: — Добро пожаловать в похоронное бюро «Дело сделано». На пороге стоял мальчишка — по крайней мере, так он выглядел на первый взгляд. Но было в нём нечто, что сразу выбивалось из привычной картины. Он был одет слишком легко для Форкса: шорты, тонкая футболка, босые ноги. В городе, где холод цеплялся даже за лето, это казалось почти нелепым — или тревожным. Мэйв окинула его взглядом — внимательным, но совершенно нечитаемым. И только когда их глаза встретились, в их глазах на мгновение мелькнул огонь.