Охота на Бэнкси

Ребекка сидела на верхней ступени чердачной лестницы и пыталась сдержать всхлипы. Внизу слышался топот охраны по ступенькам железной конструкции. Он знала, что не должна была уходить. Но зачем-то спряталась. Ребекка собирала силы. Старалась успокоиться - но никак не могла. Как же так? Как все получилось?

***

Вторник, 15 сентября Чашка с маленькой кривой пчелкой. Белая, с потемневшим сколом по краю чуть левее ручки. Ребекка сейчас бы посмеялась. Это она как-то чихнула, пока пила кофе - и ударилась зубами. Дасиро тогда долго хохотала. Так сувенирная кружка попала в кофейню "Гадкий Койот". На полку с кружками постоянников. В тот вторник Ребекка, как и каждый вторник, опаздывала на работу. Дэниел, зная ее привычку, заранее сварил кофе и оставил в кружке с неказистой пчелой. На одном из столиков лежала газета, оставленная кем-то из посетителей. Дэнни скользнул взглядом по странице: "Теракт в Jazz Hall 12 сентября, суббота. Преступник все еще на свободе" - Знаешь, а ведь в тот вечер там был Васкез, - Галла кивнула на газету. - Не совсем. Вместо него тогда был Тим, у них намечался какой-то серьезный разговор, - отозвался Дэниел. - Разговор? С кем? - Да с шишкой одним, - Дэнни вернулся за стойку, - помнишь руководителя Чикагского Центра? - Эй, Бекс! - вдруг крикнула Дасиро. Дэниел раздраженно зажал уши. Даже за год работы он не привык к громким привычкам Дасиро. Через секунду под звон колокольчик появилась Ребекка. Дэниел посмотрел на часы. Вместо привычных 08.03 она пришла в 08.17. - Бекс, ты опаздываешь. Что-то произошло? - Галла стояла за стойкой и подсчитывала кассу. - Да-а.. все хорошо! - Ребекка села за стойку. - Он остыл, может тебе новый сварить? - спросил Дэниел. - Да не, не нужно, - Ребекка вертела кружку. Скрип стекла по столешнице заставил Галлу невольно скривиться. Ребекка выглядела плохо. В голове Дэниела на секунду промелькнуло, что она похожа на печальное желе, растекшееся по стойке. Он и Галла стояли не решаясь спросить подробности. Только Дасиро сидела и и безотрывно наблюдала за ними издалека. Постепенно печальная Ребекка ушла на второй план. В кофейню ввалилась толпа опаздывающих на работу. От них пахло газетами и табаком. Дэниел, Галла и Дасиро взялись за дело. И только Дэнни краем глаза заметил, как Ребекка бесшумно выскользнула из-за стола и скрылась на улице. - Как думаешь, у нее все хорошо? - спросил Дэниел у Дасиро, протирая чашку, - ты же заходила к ней утром? Как она была? - Ну-у как сказать... - отозвалась Дасиро. - Что такое? Дасиро положила стопку подносов и подняла бровь: - Погоди, ты еще не в курсе?..

***

Понедельник, 12:00 Ребекка ожесточенно шерстила по стелажу в поисках нужных папок. Сегодня нужно действовать. Нельзя упустить шанс. Она нечаянно задела настенный календарь. Покачнувшись на гвоздике, он незамедлительно шлепнулся на паркет. Из-под металлической пружинки вылетело несколько листов. Один из них был нещадно исчеркан. Последней надписью было: "14 сентября. Встреча с Питером Колфилдом" Тем временем Ребекка вытащила из недр шкафа последнюю папку - и набегу поправила галстук, глянув на зеркало. Питер Колфилд, лучший специалист штата в области импрессионизма конца 19 века. Можно сказать, один из первых, кто начал изучать это направление. Его приезда ждали чуть позже - но выставку в Мэне отменили - и он приехал в субботу, 12. Сегодня у него встреча с Диомидом. Ребекка в последний раз пересмотрела кипу из папок, которые она вытащила из шкафа. "Веласкес и Ренуар. Зашифрованный культурный код" "Мане и Моне. Как два художника изменили литературу начала 20 века" Ребекка пробежалась по листку с планом речи. От волнения на рубашке выступили влажные следы. Ребекка вздохнула - и вышла в коридор. Перед экспозицией в холле стоял Колфилд. Он болтал с какой-то девушкой опираясь на вычурную трость или антикварной коллекции Диомида. - ...вы понимаете - тяжело быть сенатором в наше время. Эти нервы, это беспокойство об искусстве и наследии! Эта чувственная бомбардировка каждый день, когда взираешь на произведения... Девушка рядом с ним стояла и кивала в такт с пафосными паузами, в которые Колфилд вложил всю душу. Ребекка подошла и остановилась рядом. Она кивнула ему в знак приветствия. Не отрываясь от разговора Колфилд посмотрел на нее и кивнул в ответ. Он продолжал говорить. По мере повествования девушка напротив пыталась вежливо прервать разговор. Через пару-тройку попыток она отчаялась - и начала медленно перемещаться к выходу. Сантиметр за сантиметром Колфилд шел за ней. - ...нет, ну вы вдумайтесь!.. Ребекка немного постояла на месте, затем маленькими шажками начала двигаться за Колфилдом, соблюдая разумную дистанцию. - Господин Колфилд, мне пора идти! - девушка неловко улыбалась, - Рада была поболтать. - Конечно! Идите, я и так вас задержал - а мне еще выставку открывать. Обязательно заглядывайте к нам! Могу предложить вам... Входная дверь музея захлопнулась как только девушка просочилась за улицу. Колфилд незадачливо вздохнул и прогулочным шагом двинулся мимо Ребекки. - Мистер Колфилд? - Да? - он рассеянно обернулся. - Я долго ждала вашего приезда! Много читала ваши статьи и хотела бы предложить свои работы для публикации... - Нет, нет, не-е-ет, юная леди, - он махнул рукой, - понимаете, как бы вам сказать попроще... Рынок сейчас перенасыщен. И перенасыщен как раз такими работами новичков, да настолько, что работы значимых личностей уже не имеют подобающего веса... Он провел рукой, указывая на себя. - Обратитесь лучше к мистеру Диомиду - он был ответственным за мелкие студенческие работы несколько лет назад. Может, поможет. На лестницу выглянул Диомид. Ребекке его выражение отчего-то показалось смешным - будто заяц, выглянувший из норы. - В конце концов, чего греха таить, - Колфилд наклонился к Ребекке, - вы, девушка, работница архива, верно? У вас нет контакта с настоящим искусством, вы лишены жилки чувства прекрасного... Ребекка начинала вскипать. - Погодите, но вы посмотрите. Это имажинисты, я изучала существующие работы. Об этом направлении очень мало материалов, оно будто чистый лист... Но Колфилд уже развернулся и пошел навстречу Диомиду. - Мистер Колфилд, просто взгляните! Пробегитесь по диагонали, большего и не нужно. - Санчез, не доставляй господину Колфилду беспокойства, - он обратился к нему, - прошу простить, этим библиотекари такие настырные, когда им что-то нужно! - Но я не библиотекарь! - Ребекка выскочила перед ними, - я искусствовед, как вы! Я закончила университет с отличием, у меня уже были студенческие работы, а еще... - Юная леди, - Колфилд наклонился к ней, опираясь на трость, - не-на-до. Я вам уже сказал - ваши работы не востребованы. Я по вам вижу, что путного ничего нет... - Да как вы по мне можете видеть! - вскипела Ребекка, - как вы можете утверждать?! - Санчез, ты забываешься...- прошипел Диомид. - Нет уж, позвольте, - Колфилд поднял бровь, - сомневаться в моей компетЭнции - уже непозволительная наглость. Причем не от великого деятеля, а подумать только - от какой-то библиотекарши... - Не смейте меня так называть... - не сдержалась Ребекка, - вы ведете себя высокомерно. - Санчез, знай свое место! - рявкнул Диомид. - Не утруждайте себя, мистер Диомид, - Колфилд умиротворенным голосом прервал его, - эта девочка еще не знает, как устроено искусство. Нам следует быть снисходительней с юной леди, которая в силу возраста не сняла еще розовые очки, и потом... Ребекка развернулась и ушла, чтобы не слышать противного скрипучего голоса Колфилда. Вслед раздался крик: - И, да, юная леди! Сварите мне кофе, будьте добры! В кабинет господина Диомида! Она вошла в архив - и первым делом снесла со стола здоровую стопку папок. - Крендель облезлый! Койот! - кричала она, - да чтоб он этим искусством подавился! И он, и черт его плешивый!.. Еще и кофе ему вари!!!

***

- Успокоилась? - спустя несколько часов в кабинет заглянул Диомид, презрительно подняв бровь. Ребекка скользнула по нему злобным взглядом, но ничего не сказала. - Слушай, если ты все равно тут, - продолжил Диомид, - забери чашку из моего кабинета. Ребекка кивнула. Диомид выглядел не менее взбешенным. Может, словесная стычка ударила по нему не меньше, чем по Ребекке. Все же, он долго готовился к этому дню. - И, кстати, - он остановился у выхода, - мистер Колфилд просил передать, что кофе ты варить не умеешь. И скрылся. - Черт столичный! - вполголоса шипела Санчез, моя чашку, - я ему секретарша?! Кабинет Диомида значительно преобразился за эти пару дней. Несколько шкафов исчезло - вместо них на стене висела пара картин из хранилища. Вместо комода у окна стояло большое зеркало. Похоже, Диомид лично передвинул стол к окну - и все с одной целью. Угодить Колфилду. Как успела понять Ребекка, Диомид нередко переезжал из своего кабинета, чтобы на пару дней уступить его какому-нибудь важному павлину из верхушки. Ребекка поставила чашку на стол начальника. Она уже собиралась уходить, как вдруг заметила нечто. - Нет. Это уже ни в какие ворота. Напротив стола, на месте этажерки с цветком, в полный рост висел портрет Питера Колфилда. - Да вы сговорились сегодня?! - от злости у Ребекки выступили слезы, - Павлины надутые!! Высокомерная сволочь и его подхалим!! Она со злостью стукнула кулаками о стол. Фарфоровая чашка подскочила и зазвенела маленькой десертной ложкой в ней. Закрытый пузырек с чернилами завалился набок, а перьевая ручка задрожала на своей подставке. Через секунду, как эхо стихло, кабинет озарил грохот. От неожиданности Ребекка подскочила. Из-под столешницы вывалился маленький деревянный ящичек. Он с треском ударился о паркет - и разлетелся на дощечки. - Черт! - Ребекка принялась собирать выпавшие вещи, - только не это. Сломанная деревянная коробка ощерилась десятком заноз. Ее уже не починить. Ребекке остается лишь утром прийти к Диомиду и лично извиниться за поломку. Санчез положила все вещи на стол. Письмо, документы, пара крупных банкнот. Остался лишь маленький бархатный футляр из-под запонок. Ребекка ползала по полу в поисках самих запонок. Одна улетела совсем недалеко, но вторая никак не находилась. Внезапно Санчез увидела, как что-то поблескивает под тяжелой портьерой у окна. Она обрадовалась и протянула руку. Запонку не так-то просто было достать, поэтому Ребекка закопалась в портьеру, чтобы всеми силами добраться до пропавшей вещи. - Есть! - она почувствовала запонку в ладони и радостно подскочила. Вдруг в глазах замелькали звездочки. Голова закружилась, а уши запомнил хрустящий звон. Практически вслепую, контуженная Ребекка выбралась из портьеры и потерла затылок. Она неслабо приложилась о подоконник, когда радостно подскочила. Но это было не худшее. В левой руке лежала пропавшая запонка. А левая рука лежала рядом с осколками здоровенного зеркала, только что стоящего возле окна...

***

Вторник, 15 сентября Ребекка собиралась с мыслями. Уже не важно, что скажет Колфилд. Плевать на него. Она знала, что встретит рассерженного Диомида. Вчера она положила все потерянные вещи на стол. Подмела пол и собрала в одном месте осколки зеркала и щепки, остававшиеся от потайного ящика. Остается лишь поговорить с Диомидом. В кабинете было тихо. За своим столом Диомид что-то писал в ежедневнике. В кресле Колфилд читал газету, изредка встряхивая ее страницы. Ребекка неловко поздоровалась и вошла. Колфилд не посмотрел на нее и продолжил читать. Диомид сухо кивнул Ребекке - и указал на стул. - Ну, что, - он со свистом захлопнул ежедневник, - понимаешь, что сделала? По позвонкам забарабанили мурашки. Уши начали гореть, но сделать уже ничего было нельзя. - Мистер Диомид... я очень извиняюсь за зеркало. Он поднял бровь. Колфилд по-прежнему не шелохнулся. - Я случайно ударилась об стол - и там маленький ящичек вылетел, - Ребекка говорила сумбурно, - куча всего рассыпалось - но я все собрала! Правда запонки улетели, одну я нашла, а вторая за штору закатилась. Ну и и пролезла за ней... - Погоди, - перебил Диомид и потер переносицу, - какая запонка? Какая штора? Ты о чем вообще? - Ну на столе я оставила все, что из ящика вывалилось. И запонки я нашла, вот здесь оставила, - Ребекка указала на стол, где сейчас лежал ежедневник, - а про зеркало... извините, пожалуйста! Я когда за штору лезла... - ТАК!!! - вдруг крикнул Диомид. По кабинету прокатилось грохочущее эхо. - Нет, - Колфилд нервно усмехнулся, - она даже не понимает! - Что случилось? - спросила Ребекка. Ситуация становилась запутанной. Что-то произошло, о чем Ребекка даже не подозревала. - Давай так, - сказал Диомид, - ты сейчас расскажешь, что ты сделала. А мы решим, что с тобой делать. - Но я же рассказала! - чуть ли не крикнула Ребекка, - Я не знаю, о чем вы говорите! Что случилось?! Наконец Колфилд отложил газету. - Через неделю должна состояться первая выставка Айвена Олбрайта, - он наклонился вперед, - не в Чикагском институте искусств, а у нас. Диомид нетерпеливо подергивал ногой. - Сегодня утром господин Диомид, - Колфилд оказал за стол, - вошел в свой кабинет. И к своему удивлению обнаружил свои личные вещи, которые как-то из тайника попали на стол... - Да! Я случайно задела ящик и... - Санчез, молчи! - сказал Диомид. - Так вот, - Колфилд повторил чуть громче, - личные вещи как-то попали на стол. Среди них были личные документы, письма, даже драгоценности. Все было на месте, кроме одной вещи... Ребекка начала прокручивать в голове вчерашний вечер. Запонка за портьерой, конверт под столом... Она собрала все вещи и не помнила ни одной, которую могла бы оставить. -...среди вещей не оказалось ключа. От хранилища. - Давайте поищем, - предложила Ребекка, - если хотите, я сейчас посмотрю. Наверное, я что-то упустила, пока искала. Может, он куда-то закатился. - Ключ уже неважен, Санчез, - неожиданно серьезно сказал Диомид, - картины Олбрайта сожжены. Вдруг стало тихо. Настолько, что в ушах звенело. Картины сожжены. Ребекка сидела и пыталась понять, что значит эта фраза. Не похищены, не украдены. А сожжены. Ребекка пыталась спросить, но никак не могла заставить себя открыть рот. - Ты последняя и единственная, кто был в кабинете, - сурово произнес Диомид, - после тебя остался разгром. - Не исключено, что она целенаправленно искала этот тайник, - добавил Колфилд. - Подождите, но это не я! - Удобная история - ударилась о стол. Детское, неудачное вранье... - Ладно, на самом деле я ударила по столу. Я очень злилась. - Злилась, - заметил Колфилд, - поэтому ты уничтожила бесценную коллекцию картин? Ты путаешься в показаниях. - Я правда ничего не делала! - почти кричала Ребекка, - я просто случайно разбила ящик и зеркало! - Думаю, она не простила удар по гордости, - Диомид обратился к Колфилду, - вы отказали ей в публикации работы, вот она и решила отомстить. - Я правда... ничего не делала. Ребекка сидела как обмякшая кукла. Ноги и руки будто онемели. Это не со мной. Это не со мной. Этого не может быть. Этого не может быть. Я где-то в своем архиве. Ничего этого на самом деле нет. - Очень жаль, Ребекка, - Диомид открыл ежедневник, - ты была хорошим работником. От тебя такого не ждали. Но то, что ты сделала - уже не преступление. Это терроризм. Ребекка чувствовала как что-то давит на веки. Оно распространяется на виски и тяжелым обручем сжимает голову. Настолько, что комната кружится. - Сейчас мы с господином Колфилдом немного заняты, - Диомид вложил ручку в ежедневник, - полиция приедет после нашей встречи. В твоих интересах эти пару часов тихо сидеть на виду, пока за тобой не приедут. В противном случае тебе светит не срок - а электрический стул... Ребекка его не слышала. Она не слышала ничего. Только легко покачивалась, будто на волнах. Это не со мной. Это не со мной. Это не со мной.

***

- Эй, библиотекарша! Ребекка обернулась. Ее красные глаза встретили насмешливо-наглый взгляд. Слишком знакомый ей. В паре метров на дней в проеме чердачного люка стоял Граф. - Вот дела! - он показно-вальяжно облокотился на перила, - у моего любимого парадного входа гости? Он выдержал паузу, но Ребекка отвернулась и не ответила. - Ну что же такое - в гости и без спроса вваливаться! - издевательски продолжил Граф, - где ваши манеры, юная леди? - Уходи, - кинула ему Ребекка, - скоро тут будет полиция. - Ха! Ребекка не ожидала такой реакции. Она обернулась. - Видишь ли, - Граф потер переносицу, - мы с тобой, как бы сказать...в одной лодке! На меня повесили так называемый Теракт Века. А на тебя - клеймо соучастницы. Теперь Элиа "Граф" - не мелкий пакостник, промышляющий кражей картин для черного рынка. А опасный Уничтожитель Искусства. С таким никто мириться не станет. Поможем друг другу: я спрячу тебя от преследования, а ты поможешь мне найти настоящего преступника. Идет? С фирменной ухмылкой он протянул ей руку. - Так ты тоже замешан... - прошептала Ребекка рукавом вытирая слезы, - с ворами якшаться, да кто я после этого?.. Топот внизу становится ближе. - Ты? - Граф поднял бровь. В его голосе пропала усмешка, он слегка наклонился - ты- маленькая настырная библиотекарша, которая постоянно лезет не в свои дела и подкидывает неприятности. Хочешь попасться? Что ж, не мне тебя отговаривать! Попадешься - будешь несколько лет сидеть в камере и думать о том, что реальный преступник на свободе. Так что, не хочешь призвать его к ответу? В его голосе снова расцвела смешинка. Он протянул руку. На секунду Ребекке показалось, что она видит не опасного чикагского преступника - а простого юношу, который глядит на нее и отчего-то посмеивается. - Идет! Она подскочила и поднялась к выходу на крышу. Граф предлагал ей руку пока она не прикрыла крышку люка и не выпрямилась. Но Ребекка на нее не посмотрела. Начало смеркаться. Их побег стал походить больше на вальяжную прогулку по крышам, а не попытку скрыться от полиции. Граф шел немного впереди. Он не был похож на преступника. Кто-то снизу решил бы, что просто один чудак вечерком прогуливается по крышам. - Так что, тебя тоже подозревают, - вдруг спросила Ребекка, - Диомид ничего не сказал про тебя. - А кого ж тут еще подозревать? Весь Чикаго только об этом и говорит. Подобное преступление вешают лишь на поистине гениальных злодеев! Он сделал картинное движение рукой, карикатурно указывая на себя. - Нет, я серьезно. Почему именно тебя? Ты был там той ночью? - Нет. Но на кого ж еще подобное вешать, - пожал плечами он и перевел тему, - а что насчет тебя? Как ты оказалась самой разыскиваемой преступницей Чикаго? От его слов внутри похолодело. - Никак. Просто неудача.

***

Воскресенье, 13 сентября Дэниел убирался за стойкой в ожидании гостей. Сегодня он крупье в игре между двумя важными боссами из Детройта. Но пока в баре на удивление тихо. - Я отойду перекурить, - кинул он Галле снимая фартук. Галла рассеянно кивнула и продолжила готовить зал. Дэниел остановился у черного выхода. Ветер никак не давал зажечь сигарету. Сентябрь выдался действительно теплым, но по вечерам осень все равно давала о себе знать. Наконец кончик сигареты блеснул и начал покрываться пеплом. Дэнни глубоко вздохнул и потер озябшие руки. Да, в следующий раз он оденется теплее. Он выпустил прозрачную змейку дыма в прохладное чикагское небо. Удивительно звездно для вечера. Дэнни стоял и вспоминал детство в Шанхае. Беззаботную жизнь до прихода войны. Тогда японцы начали захват земель, мало кто смог бежать. Повезло лишь одному мальчишке, которого семья спрятала на грузовом корабле - и отправила в неизвестность через океан. Откуда когда-то родители прибыли сами. Дэниел вдохнул табачную дымку и посмотрел на небо. Интересно, как они там сейчас?.. За углом раздался шорох. Дэниел рефлекторно выхватил нож и обернулся к источнику шума. Переулок был пуст. Но что-то не давало расслабиться. - Эй. Голос раздался сверху. Дэниел поднял голову. С сетчатого пролета железной пожарной лестницы на него смотрел человек. Свет фонаря не давал увидеть лицо. Но и без этого Дэниел догадывался, кто перед ним. - Выглядишь уставшим. Тяжелая смена? - Опять ты! Уже забыл, как я в прошлый раз всадил пинка под твой драный лисий зад? - С твоей стороны было не гостеприимно... Но да ладно. Фигура скользнула под железными перилами и по-кошачьи тихо приземлилась на землю. - Конечно, такие вещи не забываются, - резонно добавил человек и отряхнул фрак. Перед Дэниелом впервые за несколько месяцев стоял Граф. В прошлый раз он пришел, чтобы о чем-то поговорить с Доном Васкезом. Но Endless не забыли о его проделках в Чикагском Центре Искусств. - Ты же понимаешь, что в этот раз одним пинком не отделаешься, - Дэниел выпустил струйку дыма в холодный воздух, - за одно лишь появление я должен сдать тебя Ромарио. - Должен, - пожал плечами Граф и немного промолчал, - чтоб ты знал... я с ними больше не работаю. - Как благородно, - ухмыльнулся Дэниел, - по такому случаю Лесси должна тебя убрать. Antiendless не любит бывших союзников. - И без тебя знаю, уважаемый любитель гортензий, - раздраженно отозвался Граф, - я не поздоровался к тебе пришел. Дэниел выбросил окурок и посмотрел на Графа. Впервые от видел у него подобное выражение. Он растерян?.. - Говори. - Что ж, я пришел не к тебе и не к Васкезу. Мне нужен кое-кто другой, - Граф сделал паузу и подошел ближе, - помоги мне найти Тима Сеймура.

***

Вторник, 15 сентября Ребекка и Граф перебрались на очередную крышу. - Сейчас. Почти пришли. Ребекка вдруг поняла, что почти час шла за ним не задавая вопросов о том, куда они направляются. Они свернули - и Санчез увидела захламленную террасу с заколоченным чердачным окошком. - Мы на месте, - Граф спустился с крыши и протянул руку, - мой уютный уголок. Ребекка спустилась так и не подав руки. Граф усмехнулся. - Предлагаю ненадолго остановиться здесь, - он достал плед из какого-то ящика и постелил на потрескавшийся бетонный пол, - садись, чего ты. Ребекка села. Сил сопротивляться уже не было. - Так что, - она спросила, - у тебя какой-то план? - Да, был один, - Граф копался в каком-то старом шкафу, - расскажу позже. Пока отдохни. - Мы же не можем здесь сидеть долго. Нас найдут! - Найдут? - усмехнулся Граф, - Не представляешь как долго существует это место и как много времени я тут провожу. Он достал из шкафа кучу непонятного хлама с туркой и оставил рядом с пледом. - Теперь у тебя есть все шансы сдать меня и засадить за решетку, - он нагло усмехнулся и сел рядом, - к тому же теперь меня будут искать с удвоенными усилиями. - Разве тебя и так не искали? - Искали. Не без твоей легкой руки, кстати, - Граф кашлянул, - мои преступления отличаются от того, что сделал этот человек. - Ты про сожжение картин? - Верно. - Но ты также отбираешь картины у общественности! Это все та же кража! - Думаешь, моя работа - красть и продавать на черном рынке? Милая, это целый круговорот! Полотно крадут, потом покупают, затем изымают, отправляют в картинную галерею - и снова крадут. А кто от всего этого в плюсе? Такие как Элиа БуклагИн. Помнишь "Спальню в Арле"? Ребекка невольно скривилась. - Ой, да ладно смущаться! Потолочная побелка была тебе очень к лицу! - рассмеялся Граф, - Кража картины вместе с рамой - это вопрос профессионализма. Любой дилетант вырежет картину, свернет в цилиндрик - и отправит страждущему коллекционеру. Но это кража одноразовая, понимаешь? Что останется от картины, если ее каждый раз будут по-новой вырезать из рамы? Ребекка кивнула. Она старалась сдерживать любые жесты снисходительности в отношении Графа - но его суждения показались ей удивительно здравыми. - Видишь ли. Не велика беда выкупить картину из частных рук. Вернуть в галерею или отправить в другие руки. Но другое дело - смерть. Уничтоженное полотно не вернуть, как ни старайся. В этом и разница. Граф рассуждал наливая воду в турку. - Тебе что, - вдруг Ребекка остановилась, - важна судьба картин?.. - А что тебя так удивляет? - Граф поднял бровь, - Я же ценитель, а не варвар. Круговорот краж происходит и без моего участия. Я лишь скромный телохранитель. Слежу, чтобы с произведением обращались надлежащим образом... Тут он ненадолго замолчал. - И вообще, - тихо продолжил он, - это омерзительно. Омерзительный тот, кто уничтожил картину - как и тот, что кто ему заплатил. Бессмысленная жестокость. Картина - она как живое существо. С ней можно беседовать часами - и находить в ней что-то новое каждый раз. Влюбляться снова и снова. Будто в человека, - Граф посмотрел на Ребекку, его глаза светились, - картина рассказывает секреты, дает знаки... а теперь ее больше нет. Ее убили. Жестоко убили. - Так вот, что тебя задело...ты поэтому захотел мне помочь? - Помочь?.. - Граф едва не подпрыгнул, - Не бери на себя столько! Я помогаю не тебе, а себе. У нас сотрудничество, понимаешь? И вообще...- он запнулся и едва заметно покраснел, - дело не в тебе. Он замолчал и продолжил колдовать над туркой. На самодельном примусе шкворчал огонь. Вода в турке медленно закипала. - Мы собираемся пить кофе? - спросила Ребекка, - но сейчас почти ночь! - Верно, - отозвался Граф перемалывая кофейные зерна в ступке, - у нас целая ночь впереди - и ни минуты, чтоб сомкнуть глаз. - Ночь?! -Н-ну, да, - посмеялся Граф, - я заинтриговал? Он засыпал кофе в турку, аккуратно стуча пестиком по ступке. - Дело в том, что нам придется проникнуть в один из архивов, чтобы найти доказательства нашей непричастности, - Граф помешал варево, - а именно в одно заведение на Саут Мичиган. Там работает моя старая знакомая. Она поможет. И ты кое в чем. - Она свидетель? - Нет, но она отвечает за архивные данные. - И как мы по-твоему найдем доказательства? Картины сожгли вчерашней ночью - никто еще даже расследование толком не начал. - О, ты недооцениваешь Лесси и ее шестерок, - Граф помешал закипающий кофе, - она довольно долго плетет свои сети. Доказательства причастности к преступлению можно найти еще до его совершения. - Есть ли у нее вообще мотивы? Зачем ей сжигать картины, если обычно она их крадет? - Ты хотела сказать, я краду? - усмехнулся Граф, - не забывай моих заслуг. - Если так, то почему Лесси тебя не вытащит? - Боюсь, теперь я один из ее недругов,- Граф выключил примус, - как сказал один мой хороший знакомый: Antiendless не любит бывших союзников. Граф встал и ушел к ящикам позади. - Я отказался с ней работать. Ветер переменился. Он снова сел рядом держа погнутую жестяную кружку и пустую бутылку виски: - По кофейку? Он наполнил кружку до краев, а остальное перелил в бутылку. - У всех есть любимые кружки, - улыбнулся он, - ну, за нашу встречу! И протянул бутылку. - Неудачные обстоятельства для встречи, - Ребекка нехотя чокнулась, - а зачем тебе в архиве я? - Молодец, что спросила, - улыбнулся Граф и покрутил кофе в бутылке будто бокал вина, - видишь ли, к некоторым секциям архива есть доступ лишь у некоторых людей. Помнишь приезд делегации? - Перед которой ты пытался "Спальню в Арле" спереть? - косо посмотрела на него Ребекка. - Все верно, дорогуша! В тот день Васкез доверил тебе перфокарту от пятой секции, где хранится информация по отдельным личностям. - Откуда ты знаешь?! - Птичка напела, - улыбнулся Граф, - иногда слухи в "Гадком койоте" бывают полезны. - Я убью ее, - подумала Ребекка, вспомнив болтливую Коры-тян. - Среди нужных нам досье будет настоящий преступник. Мы сможем выстроить цепочку, которая поможет нам это доказать. - Ну ладно, - нехотя согласилась Ребекка, - но Дон доверил мне эту карту! Сказал использовать лишь в крайнем случае! - А разве сейчас не крайний, - покосился на нее Граф, - наверняка Васкез и сам хотел бы применить эту перфокарту если б узнал, в каком ты положении. - Почему мы тогда лично не обратимся к нему? - Потому что Endless сейчас под прицелом. Прийти к ним, значит заявиться в самое пекло, где тебя ждет полиция. Ребекка промолчала. Стемнело. Граф зажег маленькую масляную лампу. От нее исходил слабый огонек тепла. Вдруг Санчез подумала, что она ни разу так близко не подходила к одному из самых известных преступников Чикаго. Граф смотрел на нее. С едва уловимой улыбкой, немного печально. Это обычный пренебрежительный взгляд? Или нечто иное... - Что скажешь... насчет всего этого, - наконец сказал он, - ты со мной? - Думаю, да. Ребекка протянула руку, которую Граф с радостью пожал.

***

Воскресенье, 13 сентября - Ну что ж...думаю, самое то спустить тебя с лестницы за то, что ты так нагло заявился. И стоило бы так сделать - не приведи тебя ко мне Дэниел. Тим Сеймур сидел в гостинной наклонившись в сторону дверного проема, где переминался Граф. - Я знаю, - ответил он, - но попрошу тебя помочь. Обещаю в долгу не остаться. - Никакой долг не искупит твоих пакостей... - Я с ними порвал, - Граф перебил Тима, - я больше не работаю с Antiendless. - Тогда недолго тебе осталось. Таким как ты Лесси не даст жить. Поэтому останется два варианта, - Сеймур загибал пальцы, - Первое, ты вернешься к ним, и все станет как прежде. Второе, пройдет немного времени - и тебя уберут. - Это уже случилось, - Граф подошел к Тиму и оперся на спинку кресла напротив, - потому и прошу твоей помощи. - Думаешь, можем попробовать, - кивнул и слегка усмехнулся Сеймур, - в конце концов, подведешь - и жить тебе не дадим уже мы. Он прищурился и оценивающе посмотрел на Графа. Будто его предложение было не планом, а легкой игрой, которой можно наслаждаться. - Извини за странный вопрос, - пробормотал Граф, - ты что, вот так просто доверишься мне? - А чего бы нет? Выиграем - получим союзника, - Сеймур вертел в руках зубочистку, - а вообще, дело не в этом. За тебя поручился Дэни. - Дэнни? Сокольски? - Граф чуть не подпрыгнул, - да он не меня не переносит! - Всем так кажется, - кивнул Тим, - но у него есть удивительная способность. Он может разглядеть в людях то, чего они не знают сами. Думаешь, почему он лучший бармен? Он с первого взгляда прочтет любого. Помнишь Коры-тян? - Вышибалу? Это наглую японку?! Тим Сеймур расхохотался. Он хохотал так, будто забыл про Графа и про то, о чем шел разговор. - А-ах, она самая! - Тим вытер выступившую слезу, - но она лишь на первый взгляд такая. Дэнни первый из нас это заметил. Забавно, что их две родины сейчас - заклятые враги. Японо-китайская война очень жестока. Но тем не менее предрассудки этих двоих не коснулись. Тим остановился и закатал рукава рубашки. - Так к чему я это, - продолжил он, - ты симпатизируешь Дэниелу, а я ему доверяю. Остается лишь думать, как доказать твою непричастность. - Не особо понимаю, - нахмурился Граф, - в тот вечер я был рядом. У меня нет алиби. - Алиби будет, знать бы как провернуть, - Сеймур ненадолго прервался, - можешь пообещать мне одну вещь? - Конечно. - Хорошо. Это будет некрасивый поступок. Очень некрасивый с моей стороны. Но ты должен будешь сделать все, чтобы Дон Васкез ничего не узнал. Зная его могу сказать, что он пустит тебе пулю в лоб - лишь появись ты на пороге. Он настроен слишком бескомпромиссно. - Будем действовать у него за спиной? - Вроде того, - ответил Сеймур, - и чего душой кривить - за сговор с тобой по конкретной шапке могу получить и я. И неважно, что скажет Дэниел. - Хорошо, - кивнул Граф, - сделаю все возможное. - Отлично. Первое, что могу посоветовать - найти доказательства. Это не так просто - полиция сама все раскопала, и не в твою пользу. Но есть место, куда полиции не добраться. Секция номер пять. - Погоди, личное хранилище Дона? - Верно, - кивнул Сеймур, - там большое досье на Antiendless. Возможно, ты что-то сможешь достать. Но есть загвоздка... Сеймур сложил пальцы домиком. Он будто подбирал слова. - Что такое? - Понимаешь, - начал Тим, - единственный ключ сейчас у человека, близкого к моему отцу Ромарио. Перфокарта у девушки по имени Ребекка Санчез. - РЕБЕККА??? Граф подскочил вместе со стулом. - Да-а-а... кажется, вы были не в ладах, - Тим Сеймур щурился, будто думал о чем-то, что не касалось темы разговора. - Слабо сказано - она меня ненавидит!!! - Верно, - Тим не мог уже сдерживать смех, - но договариваться о входе в хранилище тебе придется именно с ней. Граф почувствовал, что положение безнадежное. Ноги будто вот-вот расползутся, будто вместо стоп появилось склизкое зеленое желе. - Ладно, - ободрил себя Граф и посмотрел на Сеймура, - я попробую зайти к ней завтра. Чердачный люк у ее архива как раз сломан. - Хорошо, - Тим вздохнул, будто почувствовав умиротворение. О чем он думает?.. - Слушай, все хочу спросить, - Сеймур лукаво усмехнулся, - а могу я знать, с чего ты вдруг порвал с Antiendless? - Н-неважно, - Граф отвернулся и покраснел.

***

Вторник, 15 сентября - Так, еще раз, - в который раз за вечер резюмировала Ребекка, - нас встречает твоя знакомая и ведет в секцию номер пять? - Верно, - Граф поправил воротник рубашки, - если хочешь, я пойду один, а ты останешься и посмотришь то, что в открытом доступе. Разделимся, так сказать. - Еще чего! Чтобы я отдала перфокарту тебе! - Ну как знаешь, - Граф тряхнул головой, - будем до зари с тобой возиться. Даже романтично. Как рандеву. - Я тебе дам рандеву! - Ребекка сжала кулаки, - у нас жизнь летит к чертям! Она остановилась. Впервые за последние пару часов она снова ощутила то отчаяние, которое накрыло ее в кабинете Диомида. - Ну, - Граф заглянул ей в глаза, - рано ты отчаиваешься - мы еще даже в архив не зашли. Отчаяться всегда успеем! Он замолчал. Ребекка вдруг почувствовала холодную костяшку, проводящую по ее щеке. - Бр-р, - она мотнула головой, - надо идти! Санчез рывком развернулась и ушла вперед. Граф покачал головой, усмехнулся - и пошел вслед. - Жаль, что это тебя коснулось, - через время сказал он. - Я сама виновата. Я разгромила кабинет Диомида. - И как это связано с хранилищем? - Кто-то взял ключ из ящика, который я случайно сломала. - Погоди, - прервал ее Граф, - преступник был в кабинете до тебя? - Наверное. - Могли остаться свидетели! - Уверена, полиция всех допросит, - если свидетель есть, он найдется. - Если только он изначально не был связан с похитителем. - Бред. - Не думаю, - Граф наклонился чуть ближе, - нет преступника, который не оставил бы хлебных крошек. Будь это улики или свидетели.

***

Алекс сидела закинув ноги на стол. Все же, плохая была идея играть в карты на ночную смену. Она зевнула и похрустела костяшками пальцев. Вечер обещал быть тоскливым. В вечер понедельника ни один посетитель не придет в полицейский архив. Но уговор выполнять надо. Алекс скинула ботинки и села, скрестив ноги по-турецки, и потянулась за газетой. В последние дни она особенно активно искала заметки посвященные расследованиям последних дней. Этажом выше что-то загремело. Алекс прислушалась. Шум утих, но по спине все же прокатились мурашки предчувствия. Алекс схватила фонарик и пошла на ходу натягивая ботинки. - Кого принесло... Нет, никто не вламывается в полицейские архивы. Впрочем, никому кроме дежурящего копа никому эти архивы не сдались. Алекс пошла проверить скорее из интереса. Она поднималась по лестнице, когда услышала перешептывания. Здесь кто-то есть?.. Алекс открыла дверь кабинета. На полу валялась гора коробок, которые раньше были на подоконнике. Окно приоткрыто. Алекс прошла по кабинету светя фонариком. - Выходи кто здесь? Неймется вам по понедельникам! - Алекс... Алекс схватила первый попавшийся предмет и швырнула в сторону говорившего. Раздался сдавленный писк. Наступила тишина. - Что за?.. Алекс поднесла фонарик ближе. У стены сидела девушка явно шокированного вида. У ее уха висел офисный степлер, впившийся скобами в стену. - Да ты сама рассудительность, Алекс Адлер... Алекс прищурилась. Рядом с девушкой, прикрывая глаза от яркого света, сидел Граф. - Скажи, ты больной так влетать? А если бы здесь была не я, а кто-то другой? Ты чего вообще творишь, я же перепугалась!!! Алекс набрала побольше воздуха, чтоб продолжить тираду, но Граф остановил ее и протянул ладонь в сторону девушки со степлером. - Знакомься, Ребекка. Ребекка Санчез, - он посмотрел на Ребекку и указал на Алекс. - Алекс. Алекс Адлер, моя старая подруга. - Я тебе этот степлер промеж глаз всажу в следующий раз!!! Я не знаю даже, с чего начать... - Помоги нам, - серьезно сказал Граф, - Алекс, на тебя надежда. Все еще шокированная Ребекка сидела рядом и протягивала степлер. - Значит, пятая секция, - Алекс шла по коридору чуть впереди Ребекки. Граф шел рядом. - Да, и еще пара ячеек в основном зале. - Ясно , - Алекс обернулась к Ребекке, - перфокарта при тебе? Санчез суетливо пошарила по карманам и протянула ей. - Хорошо. Можешь идти, там здоровый шкаф с пометкой "5". Мы догоним. Граф удивленно покосился на Алекс. Ребекка кивнула и побежала в сторону архива. - А к тебе, - Алекс приблизилась к Графу, - у меня есть вопросы. Во что ты влип? Граф потер переносицу. Он посмотрел Ребекке вслед. - Думаю, это все Лесси. В обоих случаях. - Обоих?.. Погоди...Это ЕЕ по всему Чикаго ищет полиция?! Граф посмотрел на нее и кивнул. - Вот дела, - Алекс запрокинула голову, - мало того, что я помогаю такой дряни как ты - так еще и покрываю террористку... - Она не террористка, - Граф ее остановил, - это я точно знаю. - Тогда что насчет тебя? Ты ведь тоже не террорист. - Да. И секция номер пять - мой шанс это доказать. - Так, выходит, ты не ради Ребекки здесь. Более того, к сожжению картин ты не имеешь никакого отношения... Элиа, - Алекс заглянула ему в глаза, - я знаю тебя слишком давно. Расскажи, что происходит на самом деле.

***

В механическом замке что-то застрекотало - и шкаф открылся. Ребекка убрала перфокарту и посмотрела вглубь шкафа. Журналы с документами и досье аккуратно разложены. Сразу видно, однажды здесь была племянница Дона. Ребекка улыбнулась, вспомнив Данатериан. Она взяла первую папку с пометкой Antiendless. Янез, кажется. Ребекка смутно припоминала бывшего друга Галлы, оставшегося в Портленде. Досье оказалось скудным - Янез практически не докучал Endless. Ребекка отложила папку и потянулась за следующей - и тут взгляд упал на блокнот в дальнем углу. Он не был похож на папку - скорее, сборник торчащих газетных вырезок. Но внимание привлекло кое-что иное. - Как же его, - пыталась вспомнить Ребекка, держа блокнот, - он ведь говорил, как его зовут... И она не ошиблась. Перед ней было досье Графа. А, точнее, перед ней был Элиа Буклаги́н. "27 февраля знаменитая певица Элена Буклаги́н дает благотворительный концерт в главном зале Jazz Hall. В списке почетных гостей окажутся мэр Чикаго и министр штата Айова. Стоит отметить личное желание певицы. Прима пожелала выделить почетные места для членов семьи Буклаги́н..." "Уже в следующую субботу на малой сцене Jazz Hall состоится мюзикл "Граф Монте-Кристо". Воспитанники театрального объединения дебютируют в качестве учеников директора Jazz Hall. В главных ролях..." "После серии неудачных выступлений руководство Jazz Hall решила снять с афиши мюзикл "Граф Монте-Кристо", а также изменить состав молодых участников." "Трагедия семьи Буклаги́н. 9 ноября семья Элены Буклаги́н погибла в Испании под Таррагоной. По предварительной информации причиной трагедии оказалась неисправная тормозная система, однако полиция не делала однозначных заявлений. Погибло двое взрослых. Ребенок не пострадал." " Сводка новостей за 27 июня. После череды судебных заседаний прима Jazz Hall Элена Буклаги́н уходит со сцены." Ребекка читала обрывочные данные, но не могла сложить пазл. Граф - родственник Элены? Той самой Элены, джазовой исполнительницы? "Academia Daily. Холодный декабрьский воздух пропитан ароматом глинтвейна. Вчера вечером в Чикагской Академии Искусств прошел ежегодный рождественский бал, посвященный окончанию семестра. На сцене выступили специально приглашенные Джимми и Томми Дорси. Специальным гостем была восходящая звезда джаза - Луи Армстронг. После концерта были объявлены студенты, получившие стипендию за выдающуюся академическую активность. Среди лидеров были Майло Уиллсон, Джексон Харрис, а также студенты консерватории Чикагской Академии Искусств - Алекс Адлер и Элиа Буклаги́н..." - Увлечена? Ребекка вздрогнула. К ней наклонилась Алекс, которая все это время стояла в коридоре и болтала с Графом. - Смотрю, вырезки давних времен, - она указала на газетные статьи, - давно это было! - Ты была студенткой Чикагской Академии Искусств?! - Н-ну да, - протянула Алекс и зевнула. - Почему тогда ты здесь?...И почему он здесь? - Долгая история, - отмахнулась Алекс, - и не самая приятная. Она наклонилась. - Слушай меня, времени немного, - Алекс понизила голос, - не знаю, какими окольными путями вы шли, но, похоже, вы были не одни. Кто-то привел полицию. - Полицию?! - Тс, не ори! Слушай внимательно. Алекс указала в сторону потолка и провела пальцем из угла в угол. - До Великой Депрессии здесь были квартиры аристократов. После 29 года здание перестроили, но кое-что осталось, - Алекс снова прочертила по потолку, - здесь, выше, идет вентиляция. Этажом выше она соединяется со старым кухонным лифтом. О нем никто не знает кроме рабочих. Ты выберешься по нему на террасу на 5 этаже - и пройдешь на чердак соседнего дома. Он сейчас закрыт, поэтому там никого - ты свободно спустишься по лестнице и выйдешь через черный ход. Ты все поняла? Алекс крепко держала Ребекку за плечи. Настолько крепко, что было почти больно. Взгляд у нее был далеким и тревожным. - Скажи, - тихо спросила Ребекка, - почему мне помогаешь? Алекс замешкалась. Она будто подбирала слова. - Потому что если вы, двое засранцев, попадетесь - мне тоже влетит! За этого так вообще молчу - притащился, бандит недорезанный... Было видно, что Алекс хотела ругаться. Но сил не хватало. Что-то еще тревожило. - Тебе пора, - она взяла Ребекку за локоть и встала, - я покажу, где люк вентиляции - и ты смываешься. Ребекка отложила блокнот и встала. Она машинально пошла за Алекс, хотя не особо понимала, что происходит - Алекс, - наконец спросила Санчез, - как вы оказались здесь после академии?.. - Не все в жизни идет по плану, - она холодно полоснула взглядом по лицу Ребекки, - были не самые простые времена. Особенно у него. Она кивнула в сторону коридора, где только что находится Граф. - А где Граф? - спросила Ребекка. - Он успел уйти. За этого пройдоху не переживай. Отчего-то Санчез вдруг захотелось плакать. Не как взрослому, из-за беды. А из-за какой-то капризной детской усталости. По крайней мере, так казалось ей. - Ну, что, давай, - она кивнула Алекс и собралась идти. - Погоди, - Адлер придержала ее за рукав, - возьми это. В руке Алекс оказалась та самая записная книжка, которую пару минут назад изучала Ребекка. - Я знаю, что это собственность Дона, но возьми, - Алекс ткнула корешком блокнота в локоть Ребекки, которая замерла от удивления, - прошу, возьми. Ты потом все поймешь, просто поверь мне. Это важно. Для вас обоих важно. Она смотрела на Ребекку. Синие-синие глаза. Грубые, но в то же время такие печальные. Санчез кивнула. И спрятала блокнот во внутренний карман пальто.

***

Шахта кухонного лифта насквозь пропахла тушеной капустой. Ребекка вопреки законам физики вертикально ползла на четвереньках. Она упиралась спиной в одну стенку и упиралась в противоположную. Ботинки со скользкой подошвой она связала шнурками и перебросила через шею. Голые стопы скрипели о металл - но надежно держали сцепление. Ребекка медленно ползла наверх. За 10 минут она преодолела лишь два этажа. - Черт музейный, - пробормотала она, - почуял полицию - и смылся. Думаешь, это с рук сойдет?! Правая нога соскользнула. Но Ребекка успела упереться левой, чтобы не потерять равновесие. Снаружи шумели. - Чтоб его, - шипела она, - моими руками все захотел сделать... а ведь я так и не нашла того, что мне нужно... зачем я засела читать досье этого жулика. От усталости хотелось плакать, но Ребекка тряхнула головой - и с удвоенными усилиями поползла наверх. Через полчаса Санчез почти преодолела последний этаж. Но тут она услышала, как хлопнула дверь. Она замерла прямо напротив дверцы, ведущей из кухонной шахты в комнату. - Как ни крути, след обрывается, - раздался незнакомый голос буквально в паре метров от нее, - ты точно никого не видела? - Нет, - Ребекка услышала голос Алекс, - обычно в архивах тихо, изредка сюда могут забраться бродяги с черного входа - но такого уже полгода не было. - Странно это, - ответил незнакомый голос, - мой коллега изучал дело той девушки, Санчез. Ребекка замерла. Они ищут ее. - Так вот, - кто-то облокотился о стену, где располагалась дверка, ведущая в кухонную шахту, - девушка со всех сторон положительная. Отличница, медалистка. Одна из лучших в своем выпуске... и такой поступок. Из-за простого конфликта на рабочем месте...еще и с этим стервятником связалась. - Я не знаю деталей дел, - ответила Алекс. - А неплохо бы, - незнакомец отошел от дверки кухонной шахты в сторону Алекс, - ведь я уже несколько раз к тебе приходил. Но по поводу теракта мы еще не говорили... - Мы учились вместе с Графом. Но после учебы потеряли контакт. - И тем не менее ты в курсе теракта в Jazz Hall, - было слышно, как человек ходит вокруг Алекс, - ты знаешь, какие у Графа отношения с Jazz Hall. И мне нужно информация по этому делу. Где у вас секция под номером пять? - Это частные секции! Ключи-перфокарты у их владельцев. - И что, - незнакомец забарабанил по чему-то деревянному, - у вас нету запасных?.. - Никак нет, ключи в единственном экземпляре. - Что ж, тогда все сложнее, - наступила пауза, - по факту я должен допросить Дона Васкеза. Но по сути за такую наглость даже детектива отправят рыб кормить. Мы узнали лишь, что ключ Дон не держит при себе. Он у кого-то из приближенных. Наступила пауза. - Адлер, ты же понимаешь, что он у Ребекки Санчез, - мрачно сказал незнакомец, - Граф не стал бы просто так путаться с архивной сошкой. Ему нужен ее ключ, чтобы уничтожить улики. Алекс молчала. - Знаешь, - чиркнула спичка, - я не могу заставить тебя говорить. Я понимаю, что это - быть другом. Как детектив я должен призвать тебя к ответу, но как человек - я тебя понимаю. Ребекка почувствовала запах сигарет. - Жаль ее все таки, - в голосе послышались печальные нотки, - девочка хорошая во всех отношениях. Знаешь, между нами - я и не верю, что она могла сжечь картины. Но против однозначных улик не попрешь. Жаль еще, что с бандитом этим она спуталась. Мне знакома поступь Графа. Он мог сказать ей что угодно, даже соврать, будто причастен к сожжению картин... извини, что я рассказываю все это тебе. Но с Ребеккой на самом деле их объединяет лишь то, что он действует ее руками. Алекс сглотнула. - В общем, если что-то появится, - заключил незнакомец, - обязательно дай знать. - Хорошо, - наконец послышался голос Алекс. И они удалились из комнаты.

***

Ребекка сидела на крыше. Следовало бы поскорее уйти, но она не шелохнулась. Пустота. - Как же глупо, - прошептала она. Ветер развевал спутанные каштановые волосы. Осень шарила по карманам пальто пробирая холодом до костей. Ребекка чувствовала у ребра злосчастную записную книжку. Что теперь? Сдать улики полиции? Подставить себя еще больше? Отдать Графу? Окончательно ощутить себя глупой. Ребекка смотрела на небо. Звезд уже не видно. Редкими каплями накрапывал дождь. Марионетка. Всего лишь жалкая марионетка. Она знала, что полиция может подняться на крышу, но ничего не делала. Тело одеревенело. Через время она потянулась к внутреннему карману пальто. Газетные вырезки, выглядывающие из блокнота, были помяты. Ребекка открыла страницу, на которой остановилась. "Приказ от 4 апреля согласно ходатайству директора Jazz Hall г-на [нечитаемо] руководство Чикагской Академии Искусств обязуется исключить студента Элиа Буклаги́н..." - Jazz Hall...тот, о котором говорил детектив? - нахмурилась Ребекка, - Так преступник - действительно Граф! Ребекка ощутила радостный прилив сил, который тут же тяжелым комом осел внутри. Алекс с ним заодно. Они оба. Отдали доказательства тому, кто сделает все, чтобы не попасться полиции. Ребекка ощутила себя вдвойне глупо. Тут глаза остановились на приписке внизу страницы. "см. раздел Подготовка к теракту" Она пролистнула несколько страниц. Взгляд зацепился за путанные схемы, одни из тех, что часто чертил при ней Дон. "Кража схем" "Смерть главы охраны основного корпуса" "Пленка" Ребекка пробежалась по странице. Под схемой лежал вдвое сложенный лист. - Рапорт полиции от 26 августа, - прочла Ребекка, - исчезли чертежи подсобных помещений Jazz Hall. Подозреваемый: Пабло Серж. Внутри похолодело. Они действуют заодно?.. "Смерть главы охраны..." Ребекка посмотрела документ. Все это бумаги полиции, который спрятал Дон. Но зачем он их прятал? -Смерть главы охраны... Подозреваемый: Янез Янкович... Еще один член Antiendless. Похоже, Дон долгое время собирал ниточки из доказательств, ведущих к преступнику. Может, из-за этого он и оказался в Jazz Hall в момент теракта. Он шел по следам. На следующей странице Ребекка обнаружила конверт с пленкой. Ребекка поежилась на холодном ветру. Что все это значит?..