Chapter 2

Студия встречает клиентов в своей привычной атмосфере: спокойная музыка льётся из колонки, диффузор развеял в этих стенах сладкий аромат лаванды. И только шумные голоса неугомонно рушат эту идиллию, превращаясь в настоящий хаос. Хёнджин поджимает нижнюю губу, виновато глядя в пол, но и раздражение на его лице имеет место быть. Перед ним, стоя у выхода, активно жестикулирует взрослый мужчина, сопровождая свои жесты громкими возгласами, которые так и вещают ярое возмущение. Рядом – его жена, по-совместительству мать, и ребенок, по чьей вине скандал и начался. Очередной подросток со строгими родителями, который проболтался о месте, где ему без разрешения сделали либо тату, либо новую дырку в теле. Сегодняшнее несчастье – проколотый язык. — Как он теперь будет ходить в школу?! — рвала на себе волосы женщина, — кто понесёт ответственность за то, что его поставят на учёт?! — Женщина, поймите… — Кто понесёт ответственность?! — Он сказал, что ему есть восемнадцать! — сорвалось с губ у юноши. — И работу я свою выполнил качественно! — Да он выглядит на двенадцать, о чём вы думаете! — Мам!.. В последнее время таких неблагоприятных визитов случается очень много, что изрядно действует на нервы. Хёнджину хотелось провалиться сквозь землю, ибо в предыдущие разы он хотя бы не один на смене отдувался, а сегодня некому за него заступиться. Ещё и грозный взгляд отца мальчика заставляет весомо поднапрячься. — Кто вообще заведует этим помещением?! Кто понесёт ответственность?! — Здравствуйте, — послышался хриплый голос в дверном проёме. Все четыре пары глаз обернулись на источник звука. Высокий статный мужчина возвысился над всеми, сохраняя непроницаемое выражение лица. Видок был устрашающим, если учесть тот факт, что в этих районах о бандитах все наслышаны. Но Хёнджин сразу узрел в лице гостя своего недавнего клиента. Тот, кто действует на него, словно магнит. — Я владею этим помещением, есть какие-то проблемы? — он изогнул бровь, выглядя максимально уверенно. Речь внятна, спокойна, но при том некого страха она внушить может. — Ваши крики рушат комфорт наших клиентов. У вас есть какие-то вопросы к мастеру? Работа выполнена некачественно? — Нет, дело совершенно в другом..! — Тогда просим вас покинуть помещение, иначе мы вынуждены будем вызвать полицию. К удивлению, даже отец мальчишки, что так грозно хмурил брови, вдруг резко переменился в лице, намереваясь смыться подальше от этого разговора. И правда, былая их уверенность улетучилась прочь в мгновение ока, и они лишь выдохнули оставшиеся возмущения, прежде чем в действительности покинуть салон. Хёнджин внутри ощутил огромный спектр эмоций. Сделалось невероятно приятно, что в этот нервный день, полный усталости, кто-то проявил добродушие и так здорово заступился за него. К тому же, Хёнджин ждал. Он ежедневно мельком вспоминал этого мужчину, всякий раз обращая взгляд на чужой зонтик, который был принесён в салон из дома. — Хён, здравствуйте… — негромко произнёс Хёнджин, нервно покусывая нижнюю губу. Такова его неизменная привычка – нечем руки и прочие части тела занять во время волнующих разговоров, потому он вечно то пальцами хрустит, то губы в кровь кусает, то лабреты в ушах беспокойно прокручивает. Сейчас волнение из него так и прёт, это видно отчётливо, но он и сам причину этому найти не в силах. — А как вы здесь оказались? — недоумевал парень, вылезая из собственных мыслей. — Вы за зонтиком пришли? Сейчас я его… — За-дол-бал, — раздражённо проскоблил сквозь зубы мужчина. — Оставь эту хуёвину у себя, я пришёл на консультацию. — Ах, конечно, хорошо… — засуетился он. — Вас что-то беспокоит? Присаживайтесь на кресло, сейчас посмотрим! Неловкая атмосфера развеялась в воздухе ровно в ту же секунду, как только клиент завёл речь о проколе. Обстановка вмиг стала рабочей, и профессиональная болезнь Хёнджина скоро дала о себе знать. Он собрал волосы в хвост, натянул одноразовые перчатки и проводил мужчину на процедурное кресло. Незамедлительно он приступил к проверке ушной раковины. — Кстати, должен сказать вам, что вы меня очень выручили, — Хёнджин говорил это не задумываясь, а так, в ходе своей работы, попутно оценивая этап заживления. Его голос больше не казался робким, негромким. Ощущалась каменная сосредоточенность. — Знаете, сколько таких особ периодически к нам заглядывает? И ведь от всех не отбиться, а вы так круто их отправили восвояси, что я даже вами восхитился… Зная Хёнджина чуточку лучше, так и не скажешь, что он из робкого десятка. Он скорее личность романтическая, ждёт от этой жизни сладких розовых очков, принца на белом коне в своём зефирном мире, верит в любовь с первого взгляда. Однако сопли ему ни к чему, он больше надеется на страсть, новые ощущения, внезапные знакомства. Зачем проводить время за тихим просмотром кино, когда можно сотворить безумство и, будучи обнаруженными охраной, бежать наутёк, крепко держась за руки и смеясь во всё горло? Его желания слегка опрометчивы, несуразны, переполнены сумасшествием. Но не в этом ли вся суть – совершать такие безумства только с верным человеком рядом? — Будешь должен мне ужин, — без задних мыслей выдал мужчина, сбивая Хёнджина с толку. Его ладони замерли. — А? — Поужинай со мной на днях, говорю. Послужит отличной платой за мою доброту душевную.