Глава 70

Она ​установила ​не ​одну ​пару ​клинков ​богомола, ​а ​больше ​двух. ​ ​Тихиро ​держала ​дочь ​на ​одной ​руке, ​а ​другой ​прикрывала ​ей ​глаза. ​ ​Хрясь! ​Хрясь! ​Хрясь! ​ ​Струи ​крови ​забрызгали ​толпу ​— ​каждая ​капля ​принадлежала ​«Когтям ​Тигра». ​ ​Непрерывно ​раздавались ​крики. ​ ​Что ​касается ​радиуса ​действия, ​ее ​модифицированные ​клинки ​богомола ​были ​длиннее ​любой ​биты ​или ​катаны, ​которыми ​орудовали ​члены ​«Масафуса-гуми». ​Ее ​скорость ​была ​столь ​же ​поразительной. ​Всего ​за ​несколько ​коротких ​мгновений ​она ​перебила ​почти ​всех ​из ​десятка ​с ​лишним ​членов ​«Масафуса-гуми», ​собравшихся ​там. ​ ​Осталось ​только ​трое, ​и ​эти ​трое ​изначально ​стояли ​по ​периметру. ​К ​тому ​времени, ​как ​они ​поняли, ​что ​происходит, ​и ​бросились ​вперед, ​они ​отстали ​от ​остальных ​— ​что, ​по ​иронии ​судьбы, ​спасло ​им ​жизнь. ​ ​Ассасины ​предпочитали ​оставаться ​в ​тени, ​никогда ​не ​показывая ​своих ​лиц. ​Хотя ​Тихиро ​несколько ​лет ​работала ​на ​«Когтей ​Тигра», ​лишь ​высшее ​руководство ​видело ​ее ​навыки ​воочию. ​Большинство ​обычных ​членов ​«Когтей ​Тигра» ​даже ​не ​слышали ​о ​ней. ​ ​На ​этот ​раз, ​когда ​«Масафуса-гуми» ​послали ​ее ​устранить, ​рядовым ​бойцам ​просто ​сказали, ​что ​их ​цель ​когда-то ​работала ​убийцей ​на ​«Когтей ​Тигра». ​Большинство ​не ​придали ​этому ​особого ​значения. ​ ​Одинокий ​ассасин, ​да ​еще ​и ​женщина ​— ​насколько ​грозной ​она ​может ​быть? ​ ​Теперь ​они ​точно ​знали, ​насколько. ​ ​Трое ​выживших ​переглянулись, ​каждый ​видел ​в ​глазах ​другого ​испуганный ​трепет ​загнанного ​зверя. ​ ​— ​Она… ​она ​что, ​какой-то ​монстр? ​ ​— ​Где ​наше ​подкрепление? ​Оно ​уже ​здесь? ​ ​— ​Черт ​возьми!.. ​ ​Один ​из ​них ​выхватил ​пистолет. ​Прежде ​чем ​он ​успел ​прицелиться, ​клинок ​богомола ​пронзил ​его ​руку, ​лезвие ​проткнуло ​и ​плоть, ​и ​оружие. ​Другой ​клинок ​богомола ​тут ​же ​пронзил ​его ​грудь, ​оторвав ​от ​земли. ​ ​— ​А! ​А-а-а!.. ​ ​Последние ​двое ​потеряли ​всякую ​волю ​к ​борьбе. ​Они ​не ​могли ​даже ​набраться ​смелости, ​чтобы ​бежать; ​они ​рухнули ​на ​землю, ​пытаясь ​как ​можно ​быстрее ​отползти ​от ​Тихиро. ​ ​Увидев, ​что ​последние ​двое ​полностью ​сдались, ​Тихиро ​прикончила ​их ​быстрыми, ​безжалостными ​ударами. ​ ​Именно ​в ​этот ​момент ​несколько ​машин ​с ​визгом ​ворвались ​на ​место ​происшествия, ​каждая ​с ​эмблемой ​«Когтей ​Тигра». ​ ​Бах! ​Бах! ​Бах! ​ ​Еще ​больше ​членов ​«Масафуса-гуми» ​открыли ​огонь. ​В ​тот ​момент ​в ​этом ​районе ​были ​только ​оперативники ​«Масафуса-гуми» ​— ​прохожие ​уже ​разбежались ​или ​спрятались ​— ​поэтому ​они ​стреляли ​без ​колебаний, ​не ​то ​чтобы ​их ​волновало ​присутствие ​гражданских. ​ ​Клинки ​богомола, ​установленные ​на ​спине ​Тихиро, ​двигались ​с ​молниеносной ​скоростью, ​насадив ​несколько ​трупов ​на ​земле ​и ​используя ​их ​как ​прикрытие. ​Залп ​пуль ​обрушился ​на ​тела, ​превратив ​их ​в ​разорванные ​останки. ​ ​Внезапно ​жгучая ​боль ​вспыхнула ​в ​правой ​руке ​Тихиро. ​Шальная ​пуля ​задела ​ее, ​и ​кровь ​хлынула ​алым ​фонтанчиком. ​ ​— ​Мама! ​ ​Рёко ​подавила ​крик, ​уткнувшись ​головой ​в ​грудь ​Тихиро. ​Она ​отчаянно ​старалась ​не ​закричать ​вслух, ​боясь ​отвлечь ​мать. ​ ​Крепко ​прижимая ​Рёко ​одной ​рукой, ​Тихиро ​другой ​рукой ​выхватила ​пистолет-пулемет ​«Саратога» ​из ​кобуры ​на ​бедре. ​ ​Она ​бросилась ​бежать ​к ​ближайшему ​переулку, ​на ​бегу ​выпустив ​полный ​магазин ​по ​машинам ​«Масафуса-гуми». ​К ​тому ​времени, ​как ​она ​опустошила ​магазин, ​она ​достигла ​входа ​в ​переулок. ​Затем ​она ​стряхнула ​изрешеченные ​пулями ​трупы ​со ​своих ​клинков ​богомола, ​позволив ​им ​упасть ​на ​землю. ​ ​Переулок ​был ​достаточно ​узким, ​чтобы ​машины ​не ​могли ​последовать ​за ​ней, ​но ​двое ​нападавших ​взревели ​моторами ​своих ​байков ​и ​ворвались ​внутрь. ​Мгновениями ​позже ​грянул ​взрыв, ​огонь ​и ​обломки ​взметнулись ​вверх. ​ ​Они ​въехали ​прямиком ​в ​лазерную ​мину-растяжку, ​установленную ​Тихиро. ​ ​… ​ ​Прижимая ​Рёко ​к ​себе ​одной ​рукой, ​Тихиро ​другой ​поддерживала ​голову ​дочери, ​мчась ​по ​грязным ​закоулкам, ​освещенным ​мерцающим ​неоном. ​Переулок ​был ​заставлен ​уличными ​торговцами, ​пьяницы ​блевали, ​прислонившись ​к ​стенам, ​а ​беспрерывно ​курящие ​выгоревшие ​типы ​ворчали ​об ​этой ​помойке, ​а ​не ​городе. ​ ​Увидев ​Тихиро, ​несущуюся ​как ​обезумевший ​зверь, ​большинство ​людей ​в ​страхе ​шарахались ​в ​стороны, ​освобождая ​ей ​путь. ​Она ​понятия ​не ​имела, ​сколько ​переулков ​пробежала. ​Каждый ​был ​тесным ​и ​извилистым, ​словно ​они ​с ​дочерью ​пробирались ​сквозь ​чрево ​какого-то ​огромного ​зверя. ​ ​Наконец, ​они ​вырвались ​из ​переулка ​на ​небольшой ​рынок, ​где ​было ​установлено ​скопление ​ларьков. ​Тихиро ​по ​инерции ​врезалась ​прямо ​в ​вешалку ​с ​одеждой, ​опрокинув ​ее ​вместе ​с ​дюжиной ​или ​около ​того ​висевших ​на ​ней ​вещей. ​ ​Услышав ​шум, ​владелец ​ларька ​разгневанно ​подскочил. ​Однако ​в ​тот ​момент, ​когда ​он ​увидел ​вспышку ​нескольких ​клинков ​богомола, ​торчащих ​из ​спины ​Тихиро, ​все ​проклятия ​замерли ​у ​него ​в ​горле, ​сменившись ​пронзительным ​визгом: ​ ​— ​Киберпсих! ​ ​От ​этого ​замечания ​весь ​рынок ​погрузился ​в ​хаос. ​Перепуганные ​торговцы ​и ​покупатели ​в ​панике ​бросились ​бежать, ​никто ​не ​осмелился ​проверить ​обвинение. ​Любой, ​кто ​мельком ​увидел ​эти ​сверкающие ​клинки ​богомола, ​делал ​то ​же ​самое: ​бежал ​так ​быстро, ​как ​только ​мог. ​ ​В ​считанные ​секунды ​этот ​небольшой, ​шумный ​базар ​опустел. ​ ​Выражение ​лица ​Тихиро ​становилось ​все ​мрачнее. ​Она ​заметила ​мужчину, ​спокойно ​сидевшего ​за ​самодельным ​столом ​— ​в ​отличие ​от ​всех ​остальных, ​он ​не ​убежал. ​Вместо ​этого ​он ​оставался ​на ​своем ​стуле, ​словно ​ничто ​в ​мире ​его ​не ​беспокоило. ​ ​Он ​выглядел ​как ​проповедник, ​одетый ​в ​черную ​рясу ​с ​крестом ​на ​шее. ​ ​Лицо ​Тихиро ​омрачилось. ​Крепко ​прижимая ​Рёко, ​она ​нырнула ​за ​обеденный ​стол ​и ​опрокинула ​его. ​Почти ​мгновенно ​кинжалоподобный ​снаряд ​пронесся ​по ​воздуху, ​вонзившись ​точно ​в ​то ​место, ​где ​она ​только ​что ​стояла. ​ ​— ​Тихиро ​Какеин, ​— ​произнес ​мужчина ​торжественным ​тоном. ​— ​Бывшая ​военнослужащая ​Армии ​Новых ​Соединенных ​Штатов, ​перешедшая ​на ​сторону ​«Когтей ​Тигра» ​в ​качестве ​ассасина. ​ ​Он ​поднялся ​со ​стула ​и ​повернулся ​к ​ней ​лицом, ​держа ​по ​три ​сверкающих ​метательных ​клинка ​— ​«Черных ​Ключа» ​— ​между ​пальцами ​каждой ​руки. ​ ​Тихиро ​сузила ​глаза. ​ ​— ​«Дракон ​Масафусы», ​Нанто ​Масаюки? ​Значит, ​и ​тебя ​послали… ​«Когти ​Тигра», ​должно ​быть, ​действительно ​высокого ​мнения ​обо ​мне. ​ ​Выражение ​лица ​Масаюки ​было ​холодным. ​ ​— ​«Когти ​Тигра» ​не ​терпят ​предательства. ​Вступив ​в ​их ​ряды, ​ты ​обязана ​им ​пожизненной ​верностью. ​Любой, ​кто ​уходит, ​объявляется ​предателем, ​а ​предателям ​пощады ​не ​бывает. ​ ​Он ​взглянул ​на ​Рёко. ​ ​— ​Тем ​не ​менее, ​поскольку ​с ​тобой ​твоя ​дочь, ​я ​буду ​добр ​и ​дарую ​вам ​обеим ​безболезненную ​смерть. ​Сможете ​составить ​друг ​другу ​компанию ​на ​том ​свете. ​ ​Тихиро ​внезапно ​подняла ​«Саратогу» ​в ​руке. ​ ​— ​Это ​ты ​отправишься ​на ​тот ​свет! ​ ​Она ​открыла ​огонь, ​пули ​обрушились ​на ​Масаюки, ​как ​внезапная ​буря. ​Он ​топнул ​левой ​ногой ​по ​мостовой, ​и ​под ​ним ​вспыхнуло ​синее ​пламя. ​В ​следующее ​мгновение ​его ​тело ​взмыло ​в ​воздух, ​как ​взлетающая ​птица.