Глава 24

      Вот уже четвертый день мы с Руби сплавлялись по реке. И если поначалу, привыкая к управлению лодкой, наше морское путешествие давалась мне с трудом, а после первого переката больше шага высотой, я и вовсе ругала себя, о решении продолжить путь по воде, то сейчас после трёх дней пути я чувствовала себя как заправский моряк.       Приближение к первому перекату мы просто не заметили. И когда лодку понесло между скал, а нос накренился вниз, отчего мы с братом съехали вперед, еле успев схватится за передний штевень, а потом, после нескольких секунд свободного падения, наше суденышко с крупным плеском вновь коснулось речной поверхности, зачерпнув при этом с ведро воды мне показалась что перед моими глазами пронеслась вся жизнь. Повезло, что перекат был не большим. С пол шага высотой. Но и этого хватило мне, чтоб начать мысленно ругать себя за беспечность и поспешность в выборе маршрута.       Второй перекат я тоже заметила слишком поздно. Но в отличии от первого он был шага два в высоту. И когда я по шуму воды поняла, что рядом крупный спуск, наша лодка уже поскрипывая неслась меж скал к водопаду. Только чудом мне удалось развернуть посудину, и следующие сорок минут для меня прошли в борьбе с течением реки. Дважды полностью опустошив резерв, мне все же удалось воздушными заклинаниями вывести нас из межскальной стремнины к берегу. И потом еще столько же мы с братишкой отходили на берегу от испуга и ждали наполнение резерва, для переноса лодки в пространственном кармане рюкзака.       Сейчас на четвертый день пути не только я, но и Руби научились загодя по звуку определять большие перекаты. А после маленьких спешили проверить удочки, притороченные к кормовой части лодки. После небольших перекатов на крючках всегда висела пара рыбин.       Погода была на нашей стороне. Лишь в самый первый день, входя в русло реки Белая я обернулась назад и увидела позади нас вдали хмурое небо со сгущающимися тучами – предвестниками дождя. По течению реки небо оставалось глубоко синими, с редкими перистыми облаками. За эти три дня, лишь один раз, после очередного поворота реки мы внезапно оказались в пелене дождя. Быстро причалив к берегу мы с братишкой спрятав лодку, нашли укрытие под раскидистым деревом недалеко от берега. Но уже через пол часа распогодилось, и мы продолжили наш путь. На ночевку дважды мы останавливались на небольших островках посреди реки. На подобных косах, поросших травой и деревьями, мне не приходилось по ночам ежечасно просыпается из-за шорохов, и проверять заклинанием наличие зверья вокруг. А мерный плеск воды убаюкивал лучше любой колыбельной.       На четвертый день, после очередного поворота реки я увидела на возвышенности на берегу три массивных обелиска – Камни - Хранители.       Мы причалили на маленький песчаный пляж, со старым заброшенным охотничьим лагерем у подножья холма. И потратили около двух часов на подъем по крутой, еле заметной тропке, приведшей нас с братом прямиком на огромную каменную площадку, на которой стояли три из тринадцати Камней судьбы – известных далеко за пределами Скайрима, и являющиеся одной из достопримечательностей нашего края.       Ежегодно несколько тысяч паломников со всего Тамриеля посещали провинцию чтобы прикоснутся к их могуществу.       Камни –Хранители.       Связь с богами.       Выбор судьбы.       Это была традиция, пришедшая из глубины веков. Незыблемая, как сами камни.       В моем старом мире тоже были созвездия, определяющие по дате рождения принадлежность человека к тому или иному знаку гороскопа и зодиака. Этот знак определялся по дате рождения и был неизменен всю жизнь. Ни на что, не влияя. Придавая человеку небольшую схожесть в восприятии мира с другими рожденными в это время.       В полном магии мире все было по-другому. В Нирне тоже были созвездия, влияющие на разумного, с самого его рождения. Так, например, Руби родился в месяц Второго зерна под знакомы Тени, а я сама, рожденная в месяц Последнего зерна находилась под покровительством Знака Воина. Бога Воинов, имевшего тысячи имен и множество воплощений. Шор, Шеор. Вулф. Талас.       Огромный и сильный воитель. Норд-Герой. Родич. Именно поэтому, норды, прирожденные воины, были так недовольны Конкордатом Белого Золота, и лишениям их права открыто поклонятся очередному воплощению бога воинов и честных битв.       В других провинциях посмеивались над нашим упорством и верностью традициям. Считали варварами и дикарями. В империи уже много веков в народе ходила бородатая шутка, о том, что - «Нордлинги настолько суровы, что сами выбирают себе судьбу и созвездие. И в этой шутке была доля правды.       В других частях Тамриеля, с более мягким и теплым климатом и плодородными землями, знак под которым родился разумный оказывал на его судьбу большое влияние. Но в нашем суровом крае, под защитой Глотки мира, царапающей небо выше облаков, боги не видели смертных и их судьбы. Пелена снежных туч и проливных дождей плотный щитом защищала наш край от взора богов. И чтоб пробить эту пелену, магами древности, ведомыми самими аэздра не иначе, были созданы великие обелиски. Магические камни, способные своим светом на краткий миг пробить завесу, и явить разумного миру, определяя его принадлежность. Связь с богом. Защиту и покровительство.       Фатум.       Судьбу.       Путь.       По традиции, я должна была попасть сюда сразу после моего двенадцатого дня рождения. Но не сложилось. И теперь присев на каменный бортик площадки, и отдыхая после долгого подъёма мы с братишкой широко открыв глаза смотрели на обелиски.       Это место было…Величественно.       Магия тут была густой и тяжелой. Настолько плотной, что ее можно было пить. Она проникала в нас с каждым вздохом. Заставляла каждую клеточку наших тел трепетать от неизведанного ранее чувства силы и мощи. Звала и манила подойти и прикоснутся. От камней шел тихий гул и вибрация.       Я прислушалась к ощущениям. Вибрации, что шли от камней имели разные частоты. И две из них были близки мне своими созвучиями.       Мощная и свежая струя с тихим звоном маленьких колокольчиков. Энергия чистого разума. Дарящая прохладу и концентрацию. Укрощающая эмоции и чувства. Проникающая в самое сердце.       И другая. Теплая. Тягучая. Обнимающая. Несущая ночную прохладу и тишину. Оставляющая послевкусие как от свежезаваренного зелья. Заставляющая замереть на месте от сладкого чувства ожидания результата. Мягко просящая не торопится и подождать. Что бы не испортить.       Третья вибрация, ощущалась мне совсем чуждой. Бурным потоком она несла с собой звуки битв и бой барабанов. Приглашая станцевать в особом ритме – в гордом, и быстром танце чести и отваги. Обжигала своим напором и стремительностью. Бескомпромиссностью. И твердостью, позволявшей стоять на своем незыблемо, как скала.       Три камня. Три пути. И два из них близки и понятны мне. Но что же выбрать?       В детстве, играя под крепостными стенами с Хамингом, мы представляли с другом, что мы герои из древних сказаний и легенд. Он был воином, смелым и отважным. А я мнила себя великим магом, способным сокрушить горы. Спина к спине мы сражались против целого мира, прикрывая друг друга. От бродячих собак. От клешней грязекрабов и зубов злокрысов. Магия всегда была частью моей жизни. Имея перед глазами пример отца и деда, для которых магия была как дыхание – источником жизни, помощником и заработком, даже после того, как я увлеклась алхимией я воспринимала ее как часть себя. Свою защиту. То, что всегда со мной. И что не может существовать отдельно от меня. И то без чего не смогу существовать я.       Как оказалась я могла.       Та ужасная неделя, после битвы двух чудовищ в лесу и последующие события, после которых я оказалась абсолютна беззащитна перед всем миром, без магии, показала мне, что в этом мире нет ничего незыблемого. Да сейчас я нашла временное решение моей проблемы с магией. Но делать ставку на то, что возможно уже никогда не придет в норму… Алхимия тоже была моей жизнью. Моим дыханием. Моей стабильностью и тишиной, прерываемой лишь тихим позвякиванием склянок и еле слышным бульканьем котелка. Моей радостью и смыслом. Моей сутью. Судьбой.       Сидя здесь, в тени деревьев, закрывающими каменное кольцо с обелисками от полуденного жаркого солнца, и глядя в небеса, я вдруг поняла, что несмотря на то что над нами с братом простирается голубое и безоблачное небо я вижу звезды. Созвездия. Пути. Вероятности. Свою судьбу.       Я не должна была выжить там. В Хелгене.       Сейчас я видела это кристально чисто. Я ощущала это каждой клеточкой своего тела. Я видела тысячи вероятностей, и каждая из них заканчивалась обрывом путевой нити.       Моей смертью.       Там в крепости.       Семнадцатого числа месяца Последнего зерна 201 года.       Я сгорала в огне драконьего пламени в собственном доме и при попытке бежать, погибала под завалами крепости, умирала затоптанная бегущими в ужасе повстанцами, как наивная влюблённая дурочка бежала плача к Сигвуру за спасением. Часть нитей обрывались еще раньше. Я просто не просыпалась в свой день рождение, не выдержав приема зелья, и памяти прошлой жизни, обрушившийся на меня.       Но несмотря на это я выжила. Я жива!       Я норд. И как все норды могу сама выбирать свою судьбу.       Я встала и подошла к обелиску, кольцо навершие которого еле различимо, при свете дня, мерно светилось зеленым тихим светом. С сожалением посмотрела на соседний, зовущий меня синими искрами и чистотой. А потом аккуратно приложила на согретый солнцем монолит ладонь и прикрыла глаза.       Все звуки исчезли. А потом я почувствовала, как тишина укутывает меня в свои материнские объятья. Обнимает и укрывает от невзгод. Наполняет мои легкие запахом тысячи трав, ночным ветром и влагой.       Вот оно!       Мой путь. Моя судьба.       Открыв глаза, я обнаружила, что обнимаю обелиск двумя руками. А над моей головой из камня, теряясь в синей глади, льется в небо огромный, чуть зеленоватый столб света.       Внезапно к первому лучу-столбу присоединился второй. Не менее величественный. Синего оттенка.       Руби.       Я оглянулась. Братишка стоял, крепко зажмурив глаза. Обхватив Знак Мага двумя руками. Он тихо улыбался, прислушиваясь к чему-то слышимому только ему. Немного рано… Как и магия, что проснулась в нем.       Но прецеденты были. Я читала о ранних – до двенадцати лет - выборах судьбы. В сказаниях о великих магах древности.       Когда мы спускались назад к лодке, братишка тихо спросил у меня.       - Скажи, Олли…Почему ты выбрала другой, камень? Ты ведь маг, как и я…       -Потому, что это мой путь. Моя судьба. Мое созвучие. – ответила ему мягко, но уверенно.       Руби бросил на меня понимающий взгляд, и кивнул, принимая мой выбор.       -А ты почему выбрал синий? – спросила в ответ.       -Другие, же пели неправильно!! – размахивая руками, будто пытаясь объяснить необъятное, поднял брови братишка.       -Все с тобой понятно, - рассмеялась я, растрепав ему волосы на макушке. – Для меня правильно пели два камня. Но алхимию я все же люблю чуть больше.       -Я слышал, как папа с дедушкой, хвалили тебя. – кивнул брат, - А давай, наперегонки до берега?       -Тогда, кто последний моет посуду, - пропела я улыбаясь, слушая его заливистый и звонкий хохот и глядя как братишка быстро бежит, вниз по холму.       Подъем к камням-хранителям прилично задержал нас в пути, поэтому к Ривервуду мы подплывали уже в сумерках.       По игре эта деревушка запомнилась мне как небольшое- дворов на десять – уютное поселение при лесопилке. Но судя по разгорающимся в полутьме оконцам, дымкам из труб над покатыми соломенными крышами, настоящий Ривервуд был в разы больше чем игровой. Пытаясь навскидку, по крышам сосчитать количество домов в деревне, я сбилось со счету на второй сотне.       Мне нравилось то что я вижу. Меня переполняли гордость и восторг. Мы справились мы доплыли! Моя интуиция не подвела меня, и мы смогли! То, что выглядело безумием, для других, оказалось для нас с братом не сказать конечно, что легкой прогулкой, но вполне безопасным водным путем.       Солнце уже почти село. Нужно было найти где пристать к берегу и придумать как в таком количестве строений отыскать дом старой матушкиной кормилицы Грелхи.