Обвал

Кровь стучит в ушах, лязг доспеха, удушающий запах крови. Едва я себя осознаю, как меня пронзает мысль – Дамали и другие одногруппники, где они?! Я потеряла сознание от удара по голове, и, кажется, пришла в себя, как положено здоровому человеку, меньше чем через пять минут. Перед глазами мельтешит ярко-красная ткань с кучей металлических мутно-золотистых побрякушек, один из пристёгнутых ремней мечется от движения, бега, и чуть не прилетает мне по лицу. Я пытаюсь инстинктивно упереться руками в узорчатый широкий пояс, потому что давление в живот приносит боль – я свисаю с чьего-то плеча. Из-за силы этого человека и быстрого перемещения это трудно. В голове разрозненные воспоминания. Мы на последнем курсе обучения. Дамалия – любительница всего, что живёт и дышит – пишет дипломную о каком-то виде летучих мышей, уже все уши мне прожужжала о том, какие они умные, и как люди могут их использовать для улучшения сельского хозяйства. Я и ещё пара наших согласились ей помочь в наблюдении и сборе материалов. И ничего опасного не предвиделось, сама живность вела себя спокойно, но затем, буквально за пару минут до нападения, мыши начали беспокоиться. Так как это были пещеры, куда можно было войти максимум троим, но не всей толпе, вначале мы увидели лишь одного. Дитя Никадора. Касси сразу нас предупредила, Анжей занимал удобную позицию и, насколько мог быстро, применив своё копьё как рычаг, завалил проход так, чтобы валун придавил первого и преградил путь остальным. Вот только из-за этого по пещере начался полноценный обвал, один из камней прилетел мне по голове, и я отключилась. Очнувшись на ком-то очень быстром и сильном, в первую очередь вспомнила о ребятах, готова была уже драться-кусаться, и именно в этот момент несущий меня человек рванулся вперёд стремительнее. Короткий яростный выдох, безумная инерция, сопротивление металла. Впервые в жизни я ощущала – пусть опосредованно, через соприкосновение с его телом – как металл поддаётся удару. Низкий, множественный крик с эффектом эха – в обзор попали летящие куски одного из монстров. Я только крепче вцепилась в робу этого человека, накинутую на другое плечо (висела я на обнажённом плече). На его открытой спине просто было больше не за что. Очередная дрожь сводов оповестила о том, что пещера на последнем издыхании. - Принц!!-донеслось откуда-то в направлении его бега.-Прошу вас, выбирайтесь сами! Бросьте-... На миг сердце пропустило удар. Нутром я поняла, что это говорят обо мне, мысленно приготовилась к удару об каменный пол. Однако человек едва уловимо хмыкнул и рванул на выход, прихватив меня покрепче, так что у меня голова метнулась. Всё, что я могла, под порой падающими камнями и в этом дезориентирующем движении – это закрыть себе голову одной рукой и дотянуться и на ощупь прикрыть хотябы затылок этого человека. На фоне меня поражало то, как он двигался. Вероятно, так могут только очень хорошо обученные бойцы. Не то на чутье, не то на безумных рефлексах преодолевая обваливающийся проход, даже заранее нанося удары по летящим валунам, чтобы расчистить путь. От последнего скачка я себе чуть не откусила язык. Приземление произошло не на ноги – мы оба вылетели пробкой и прокатились кубарем по земле, при том кажется, он намерено придержал меня, делая удар слабее. Опёрся рукой о землю, пробороздив каменистый склон, и затормозив прямо надо мной. Будучи дезориентированной и поглощённой болью от прикусанного языка, гудящей от недавнего удара головы и ссадин от приземления, я нечётко понимала происходящее. Успела уловить лишь общую смесь цветовой гаммы – алый, золотой, глубоко-синий – и удивительно мягкий блондинистый с оттенком персикового цвет волос. Он переступил, рывком подтянув ноги к груди, я интуитивно поняла, что он сейчас выпрямится, и тут же схватилась за... Вышло, что за его обнажённое плечо. - Постойте,-я опёрлась о другую руку сзади, села, вынудив его отклониться и остаться на корточках передо мной, игнорируя подступившую дурноту, попыталась сфокусировать на нём взгляд.-Другие... Со мной было ещё трое. Что с ними? - Парня и деву по другому проходу вывели мои соратники. Ещё одну завалило на месте. Ту, что была от тебя дальше. Внутри оборвалось что-то ужасно важное. Я больше её не увижу. Возникшая пустота навалила такую жуткую грусть вкупе с отчаянием, что я... Да, я начала плакать прямо на его глазах. Потеря отрубает людей от надежды. Завтрашний день кажется пронзительно-бессмысленным. Дамали – одна из близких моих подруг, с которой мы всю учёбу держались вместе, и сейчас перед глазами мелькали то и дело разные моменты, пережитые с ней. С давящим ощущением безнадёжности одновременно – этого не повторится, она ушла, и даже сама эта учёба мне будет напоминать о ней. - Мидеймос-..-кто-то, видимо, хотел подойти, но человек, сидящий перед мной, резко вскинул руку в останавливающем жесте. - Перестроиться. Дальше дорога будет шире. Начинайте марш без меня, мы прибудем в Охему в срок. Я едва отдала себе отчёт в смысле этого диалога. Пелена слёз перед глазами не уходила – воспоминания продолжали давить, и краем мозга я осознала, что так доведу себя до истерики, но сопротивляться совсем не было сил. Когда человек отошёл, я не увидела, но ощутила, что мужчина передо мной положил мне руку на плечо. Крепким, уверенным жестом сжал. - Ты не одна. Поднимайся, нужно идти,-удивительно низкий, но при этом звонкий голос. Чуть проморгавшись в потоке этой скорби, я увидела молодое, но мужественное лицо с пронзительным горящим взглядом светло-янтарных глаз. В моменте это было ужасно тяжело, но глядя на него, ощущая его непоколебимость, я осознала, что он прав. Я могу скорбеть. Могу разделить эту скорбь с другими. Но не двигаться совсем и запереться в своей голове – это жалость к себе. Продолжая рыдать, я несколько агрессивно принялась вытирать лицо. Мало помогло, всё равно катились слёзы. Однако у человека напротив едва заметно дёрнулся уголок губ. Он перевёл прикосновение ниже по плечу, ближе к локтю и потянул меня наверх, поднимаясь и помогая мне самой встать. «Кажется, Кремнос,»-мелькнуло в голове отрывочно. Удивительно для таких людей проявлять эмпатию. С другой стороны, это может значить, что у меня появится больше работы и материалов для моего исследования.

***

Голова немного плывёт. Наверное, оттого, что я опять спала три часа. Напротив за столом профессор Анаксагор, как и я, оценивающий результаты проделанных трудов. У меня перед носом свиток с моей выпускной работой. Опрос населения Охемы. - ...Процентов сорок ответило неоднозначно на вопрос «как вы относитесь к неродной культуре». Только семь выразили полное нежелание интеграции. Большая часть не против интегрироваться, поскольку людей объединяет общее бедствие - Чёрное течение. Я делаю паузу, вздыхаю. Тупо процентии говорят, что нет яростного отрицания между представителями разных полисов. Нет никакой сепарации среди народа. Значит, все возникающие конфликты - вероятно, дело рук политически заинтересованных в этом людей. Они посылают своих агентов в места скопления разных народов, и тем надо вбросить несколько нужных фраз, чтобы разжечь конфликт. - А точки соприкосновения нашла? Вопросы анкеты десять-тринадцать. Учитель сидит, подперев скулу костяшками, и рассматривает свиток с результатами опроса. Я повела плечом. Расстройство продолжало жрать. - Только наполовину. Еще недавно Кремнос привел людей. И это повлияет на ситуацию. И эти уже собранные данные не актуальны... Так что, профессор, зачем вообще я это читаю? С приходом Кремноса это всё равно потеряло смысл, они всё перемешали мне своим... Своим... - Появлением,-закончил он, слабо усмехнувшись.-Читаешь, чтобы мы сделали промежуточные выводы и предсказали, как поведёт себя народ в Охеме. А затем, да, делай снова, но добавь и Кремнос в исследование,-решает учитель, вскидывая на меня взгляд.-Ты права. Та женщина буквально держит в своих руках город. Стоит сети её нитей исчезнуть, и у людей не будет ориентиров. Наказаний за зло, регуляции быта. Если ты поймешь и научишь, как взаимодействовать с учетом разности культур...-он повёл кистью руки в несколько одобряющем жесте. - Кремнос - куча работы. Закрытое, агрессивное милитаризированное общество. Боюсь, вы меня будете видеть с синяками теперь. - Не ной. Делай,-буднично отрезал он.-Лучше всего включённое наблюдение. - Меня не пустят. Он раздражённо дёрнул уголком губ. Опять сейчас скажет, что я ною. Ну, есть у меня такое - сперва сижу перевариваю весь кошмар предстоящего, потом делаю. И в некотором смысле его словесные пинки позволяют прийти в себя быстрее. - Придумай что-нибудь,-он отмахивается и внезапно вбрасывает с совершенно непроницаемым лицом.-Приглянись их принцу. - Каждый раз, когда вы шутите, во мне умирает надежда. Он насмешливо вскидывает бровь. - Хм. Люди из Сената не докучали тебе? Опять эта тема. Златиусы и без моего исследования знают, что все межнациональные конфликты в Охеме - дело рук подстрекателей. У меня есть лишь теории, как лучше регулировать отношения между представителями разных культур. Кое-что из простых рекомендаций даже было внедрено в корреспонденцию. Но о том, что именно я пытаюсь наладить ситуацию с многокультурностью, не знает никто кроме Анаксы, моего «номинального» научного руководителя из Рощи и опосредованно - Аглаи. - Нет. Пока не видят дальше иглы госпожи Ткача. - Если возникнет движение, ты должна мне сказать. - Подарок уже просто, что вы помогаете анализировать мою работу, благо что не руководитель даже. Зачем вам вмешиваться еще и в политику? - Политика - преткновение для твоих результатов, а у тебя, очевидно, не хватит сил разобраться. - Вы весьма отзывчивы и дальновидны. - Я слышу сарказм. - Да нет, это обречённость. Я вас поняла. Сейчас же пойду смотреть, как на новом месте обживаются кремносцы. Не поминайте лихом. - Ксантия. Пауза. Он окинул меня тяжёлым взглядом. - Если ты и дальше будешь так спать, долго не протянешь. «Кто бы говорил»-я с огромным трудом удержала ответ. Мы с ним можем спорить, но не до такого панибратства. - Объём твоей работы увеличился многократно, срок сдачи отодвинут не соизмеримо недалеко. Заботься о себе лучше,-он наконец отвёл взгляд на рабочую поверхность стола. - Спать я могу, лишь полностью вымотавшись, вы знаете. Повисла тишина. Я прикусила губу. Только с ним - из-за его прямоты, не из-за близости - я за прошедшее время говорила об этом. Дамали. Прошла неделя, я всё ещё переживаю её потерю и ухожу с головой в работу, лишь бы не думать, не оставаться одной в своей собственной голове наедине с мыслями. - Предполагал, что ты это скажешь,-он скользнул рукой за пазуху и достал какой-то пузырёк.-Двадцать капель на ночь. И пододвинул ко мне. При этом у него такое лицо, будто если не возьму, он мне отвесит подзатыльник. С него станется, последний раз он Анджея за шкирку на пару приволок. Я взяла пузырёк, отвинтила крышку, понюхала. Очень ярко пахнуло травами. Природный антидепрессант, наверное. Я поблагодарила, собрала ворох бумаг, посвящённых моей работе, и как навьюченный микро-геозавр двинулась прочь из аудитории.