Часть 7

Анна Святилище превратилось в руины. Обугленные линии ритуального круга тлели на полу, свечи валялись в пепле. Анна сидела на коленях, её дыхание было тяжёлым, руки дрожали. Кровь капала на пол из рассечённой ладони. Она стиснула зубы. — Йо… — прошептала она, и в голосе звучала смесь боли и ярости. — Ты отверг меня. Ты выбрал его… своего демонического брата. Её плечи затряслись, но не от слабости — от маниакального смеха, который рвался наружу. Мысли Анны: Если света и духов недостаточно… если моих сил мало… значит, я пойду глубже. Я возьму тьму в свои руки и сломаю все преграды. Я заставлю его вспомнить, что он мой. Если нужно, сотру его личность и создам новую. Она стерла кровь с губ, глаза её сверкнули безумием. — Я не проиграла. Это только начало. Йо и Хао Ночь снова была тихой. Йо стоял на холме, глядя на звёзды. В груди у него было странное чувство: лёгкость и тяжесть одновременно. Хао сидел рядом, опершись на камень, и лениво жонглировал маленькими языками пламени. — И что чувствуешь теперь? — спросил он, не глядя. Йо задумался. — Чувствую… что я живой. Не кукла. Не чей-то инструмент. Я сам. Хао хмыкнул. — Забавно слышать это от тебя. Всю жизнь ты только и делал, что позволял другим тащить тебя за собой. Йо повернулся к нему и улыбнулся — устало, но искренне. — Может быть. Но теперь всё иначе. Впервые я сам выбираю, как жить. Я хочу дышать, хочу смеяться… и хочу, чтобы рядом были только те, кто принимает меня настоящего. Хао наконец посмотрел на него. В его взгляде мелькнула тень уважения. — Ну что ж, брат… — он щёлкнул пальцами, и язычки пламени разлетелись искрами. — Если это твой выбор, я буду рядом. Чтобы никто больше не посмел отнять его у тебя. Йо кивнул. В груди разлилось тёплое чувство. Он впервые по-настоящему понял: свобода — это не просто отсутствие цепей. Это возможность самому решать, кого держать рядом, а кого отпустить. Тем временем, у Анны Анна стояла в заброшенном храме, окружённая тенями. Она держала в руках старый, запретный свиток, который раньше боялась даже открыть. Теперь же её глаза горели безумием. — Йо… если ты не идёшь ко мне по доброй воле… я сотру всё, что мешает тебе любить меня. Ты будешь моим. Даже если для этого придётся отдать свою душу тьме. Тени вокруг шевельнулись, словно предвкушая. И ночь стала ещё темнее.