Глава 1

      Полная луна, мягко, но настойчиво заняла своё место на ночном небосклоне. Ночь была тихой и особенной для котов этого леса — Совет всегда был необходимым таинством для всех. Для многих — в первую очередь способ развеяться. Для некоторых — исполнение долга воина для своего племени. Для Искролапки же, как, должно быть, и для многих учеников, это было сродни особенному празднику. Это был не первый её Совет, а аж второй, но всё же она радовалась, как котёнок, пружинисто подпрыгивая по пути к Четырём Деревьям.              Её даже почти не расстраивало то, что в эту ночь Грозовое племя шло на Совет без своего глашатая — спокойного и мудрого Пятнистого, который всегда был к ней нежен так, будто она была пушинкой, мог принести ей лишнюю мышь или защитить от строгости наставницы.              Сегодня же он опять весь день промучился с болями, пробормотал что-то о несварении и уснул слишком рано, свернувшись плотно в своем гнезде и прикрыв нос хвостом — Искролапка перед уходом осторожно заглянула в его палатку, и ей показалось, что пусть он и занял самую уютную позу для сна, в ней было больше напряжения и боли, чем ожидаемого расслабления. Доброй Искролапке было его жаль, но ничто в эту ночь не держалось в её голове дольше, чем мысль о Совете и о том, сколько там будет котов, которых в прошлый раз она даже не рассмотрела — голова кружилась от восторга. В этот раз будет внимательнее.              Ей показалось, что в эту луну котов на поляне перед Скалой было гораздо больше, чем в прошлый раз. Все суетились, пытаясь найти своих знакомых из других племён. Искролапка вдруг подумала — с высоты Скалы племена, наверное, выглядят как работящие муравьи, бесконечно снующие туда сюда. От этой мысли она даже прикрыла свои красивые синие глаза и удовлетворённо заурчала. Тут и была сделана её главная ошибка. Возможно, самая главная в ее жизни.              Она совершенно не увидела как мимо нее пронёсся какой-то другой неуклюжий оруженосец, которого она раньше никогда не видела, даже на патрулях. И не увидела как он ее толкнул — конечно, случайно. Конечно, только задел. Но тем не менее это сбило хрупкую юную кошку с лап. Она растопырила лапы, беспомощно забарахтавшись, и неаккуратно выпустила коготки, в попытке зацепиться хоть за что-то.              И конечно же она упала не просто на землю. И даже не на траву. А на кого-то. На кого-то бесконечно теплого, слишком большого и несколько… злого, видимо, как она поняла по громкому шипению.              — Ты хвост мне отдавила!              Искролапка быстро вскочила на лапы, отшатнулась в сторону. Она чувствовала себя ужасно виноватой перед котом, которого еще даже не успела разглядеть. Искролапка попыталась принюхаться — но запахи всех племён смешались в ее носу. Она поморщилась.              На неё нахмуренно смотрел совершенно чужой кот, которого она раньше не видела — или не замечала на прошлом совете? Или не увидела его из-за тёмно-серой, почти черной в лунном свете, шерсти. Она зависла на несколько секунд, неприлично уставившись — он выглядел несколько причудливо.              Он не был сильно изранен, на что обычно и начинают пялиться зачастую и раздумывать, в каком бою тот или иной кот получил свои шрамы. Но у него были раскосые прищуренные глаза разного размера и цвета — один был ярко-желтым, что вторая луна, другой же был цвета еловых иголок. А необычный полосатый окрас тёмной, почти чёрной шерсти вокруг них придавал ему такой вид, будто он подозревал в злодеяниях не только Искролапку, на которую сейчас возмущённо смотрел, но и каждый камень на этой поляне.              — Грозовых котов не учат манерам или что? Или их учат только на хвост противника наступать и убивать врагов своей неуклюжестью? Подло, однако.              Искролапка вздрогнула и вернулась в реальность. У неё пронеслась мысль о том, что его голос — тягучий и слишком сладко мягкий, обещающий срываться на визгливые ноты в гневе — был неприятен ей.              — И-извините, пожалуйста, — виновато промямлила она, от собственного стыда игнорируя его выпад в сторону Грозового племени. — Это всё какой-то другой… Я не знаю… Я не специально… И…              Кот шевельнул ушами, смахнув маленькую капельку крови, проступившую на одном из них. О великое Звёздное племя, она что, задела его когтями? Но он вроде как даже не чувствовал этого. Или чувствовал, но решил промолчать? На самом деле, Искролапка не могла по его странным глазам определить, о чём он сейчас думал. Наругать её? Проигнорировать, удовлетворившись неловкими извинениями? Возмутиться ещё больше? Но вместо всех дурных вариантов, пришедших в голову Искролапке, он выбрал тот, о котором она даже не подумала.              — Как тебя зовут-то, крошка? Расскажу соплеменникам, от кого им беречь свои хвосты и уши.              Ей показалось, что в его, впрочем, не очень-то и неприятном, голосе звучало не раздражение, а смешливость. Но от стыда — на своём втором совете придавила хвост и задела когтями ухо уважаемому воину, да ещё и другого племени! — ей казалось, что он её возненавидел.              — Искро… — она запнулась. — Меня зовут Искролапка.              Его и так прищуренные глаза превратились совсем в щелочки.              — Искролапка? Ещё и ученица, значит, — протянул он с лёгкой, совершенно не злой усмешкой, показав, однако, острые зубы, и… подмигнул ей тем глазом, что был поуже и горел зелёным. — Ну раз ученица, то прощается. В следующий раз будь осторожнее, крошка. Повезло, что попала на меня, а не на наших старейшин — вот кто уши бы тебе точно обдёргал!              Искролапка издала неуверенный хохоток. Кот тоже.              — В любом случае, рад познакомиться, — продолжил он. — Надо ведь знать, чем живут соседи… не только из официальных объявлений со Скалы. Удачи.              После этих слов загадочный чужой кот просто… исчез. Скрылся в толпе. Начинался Совет. А Искролапке всё ещё казалось, что она слышит среди всех голосов его — сладковатый и вечно мурлыкающий, но от этого не менее опасный. Может быть даже более. Она совсем не думала о Совете, которого так ждала.              Тёмно-серый кот не выходил у нее из головы, даже когда она шла в лагерь со своим племенем. А она даже не успела узнать как его зовут и из какого племени он. Возможно, именно эта недосказанность заставляла её думать о нём. Ей даже нравилось размышлять о том, кто этот кот, которого она толкнула, но который всё равно заговорил с ней. Это был первый взрослый кот, с которым она познакомилась на совете. А можно ли это называть знакомством? Он же так и не назвал себя. Наверное, можно…              Зайдя в лагерь, первый, кого она увидела, был Пятнистый, который, очевидно, проснулся только ради того, чтобы отправиться на поганое место да обратно лечь спать. Он переступал тяжело, от него доносился лёгкий кисловатый запах. Это был не первый его приступ болезни.              Солнцезвёзд перекинулся с ним парой слов, содержание которых Искролапка не услышала. Потом, когда мимо Пятнистого прошла теперь она, тот спросил, по-отечески тепло взглянув на неё:              — Как тебе Совет, Искролапка? Интересно было?              — Да, очень, — пробормотала Искролапка глашатаю. — Но это не так важно. Как Вы себя чувствуете?              Пятнистый отвёл взгляд.              — Всё в порядке, буду опять спать. Сон укрепляет.              — Выздоравливайте! — выпалила она вдруг совершенно искренне. Искролапка переживала за глашатая, которого любила почти так же, как и Змеезуба, своего отца. И знала, что он, не имевший собственных котят ни разу за все прожитые луны, любит её. — Вы нам нужны! Особенно на Совете!              Старый кот, чуть не сбитый с лап таким порывом, весело и громко замурлыкал.              — Ох, с такой поддержкой мне уже точно значительно лучше. Спасибо, Искролапка.              Он тяжело продолжил свой путь в сторону своей палатки, по пути даже не коснувшись её носом, как обычно делал раньше. Шерсть Искролапки на загривке тревожно пошевелилась, хоть она и понимала, что так он бережёт её от своей неясной болезни, которая могла быть и заразной.              «Да он точно выздоровеет, — успокоила она себя. — Ему просто надо отдохнуть, что он и делает».              И Искролапка почти вприпрыжку ещё на энергии от Совета направилась к палатке оруженосцев, где уютно устроилась в своём гнёздышке. Но она не могла уснуть. Всё вокруг было привычным и понятным — палатка, гнездо, соплеменники. Но тот кот…              «Звёздное племя, как же это всё глупо вышло… Почему я не спросила его? Теперь же не усну. Это всё было так неловко… Ужасно, опозорилась на своём втором Совете. Больше никогда не пойду туда!»