Глава 9

      Ксейден проснулся от лёгкого и слабого толчка в грудь.        — Ксейден? — прошептала Вайолет хриплым, сонным голосом. Глаза Ксейдена распахнулись, воспоминания о прошедших событиях тяжело ударили по нему. Он быстро опустил взгляд на спящую фигуру, которую обнимал, и увидел усталые, остекленевшие, но пронзительные сине-зелёные глаза, устремлённые на него.        — Вайолет! Что такое? Что болит? — поспешно спросил Ксейден глубоким после сна голосом. Сердце Ксейдена заколотилось в груди. Вайолет наблюдала, как его взгляд скользнул по её лицу, а затем по телу, выискивая признаки боли, потливости или инфекции.        Тело Вайолет всё ещё не до конца адаптировалось к её разуму. Но она чувствовала себя в большей безопасности и спокойствии, чем когда-либо за последние годы.        — Эй, эй, всё хорошо, я в порядке, — сказала Вайолет, мягко успокаивая его. Она поднесла руку к его лицу, слегка поморщившись от боли в рёбрах. Она погладила его по щеке и по твёрдому подбородку. — Успокойся, всё хорошо.        После того, как Ксейден осмотрел её, даже проверил её рану, в чём она не была уверена, он ещё сильнее обнял её, сжимая как можно легче, не задев её сломанное ребро, которое недавно вылечил Бреннан и оно ещё немного болело.        Голова Вайолет лежала на уровне груди, где громко колотилось сердце.        — Ты… всё ещё ты? — прошептал он, осматривая её глаза и шею.        — Что? Ксейден, ты в порядке? — растерянно прошептала Вайолет. Она ничего не помнила после того, как Ксейден помог ей воспользоваться ванной той ночью, которая, казалось, прошла десять лет назад.        — Я… — начал Ксейден, а затем, удовлетворившись тем, что искал, наконец встретился с ней взглядом. — Это… это неважно. Тебе больно? — серьёзно спросил он.        — Немного, — честно ответила она. — Что случилось? — вмешалась она, прежде чем он успел наброситься на неё с ворчанием.        — Ты не помнишь? — спросил Ксейден, и беспокойство так глубоко запечатлелось в его чертах, что Вайолет почувствовала, что она никогда не сможет их сгладить.        — Помню что?       — Ты… ты умерла, Вайолет. Твоё сердце перестало биться, — прошептал он, и дыхание замерло на этих словах.        Вайолет медленно моргнула, словно пытаясь впитать слова. — Я… я не помню.        Ксейден стиснул зубы. — Ты умерла, Вайолет. Я держал тебя и ты… — Он на мгновение отвёл взгляд. Его голос был низким и хриплым, словно ему было больно говорить. — Ты перестала дышать. Ты не двигалась.       Её рука замерла на его щеке.       — Я думал, что потерял тебя.       Вайолет уставилась на него, уголки её губ дрогнули от чего-то среднего между потрясением и грустью. — Но… я здесь.       — Да, — сказал он, снова нежно обхватив её лицо и проведя большим пальцем по тёмному кругу под глазом. — Ты вернулась. И ты выжгла из себя яд. Ты… боролась с ним.       Она посмотрела на свои руки. Они ощущались по-другому. Не неправильно, но жужжали. Как будто под кожу били статические разряды. — Яд?       — Я помню… боль, — медленно проговорила она едва слышным голосом. — И что-то… пыталось меня забрать. — Она медленно вспомнила этот скребущийся в душе звук. Древняя сила, пронзившая её кости.        Ксейден кивнул. — Ты сказала, что ты — не ты. Не знаю, яд ли это говорил. Но ты, боги, Вайолет, ты боролась с ним. — Голос Ксейдена дрогнул.        — Не помню, — солгала она, и паника промелькнула на её лице. Она откинула голову ему на грудь, словно тяжесть его слов была ей не по плечу. У неё не было сил вспоминать тот ужасный момент, когда её тело ей не принадлежало.        Ксейден обнял её крепче, прижал, словно пытаясь защитить от того, что всё ещё таилось внутри. Он не стал подвергать сомнению её память. Не стал толкать. Но она почувствовала, как его сердцебиение замирает под её щекой.       Мысли Вайолет лихорадочно метались.       Потому что она помнила.       Не всё, в основном фрагменты. Голоса, которые ей не принадлежали. Тьма, говорящая загадками.       «Отпусти», — сказала она. — «Ты — пепел».       Но оно не просто говорило. Оно предлагало.       Власть. Свободу. Контроль.       Она шептала, словно знала её. Будто это была она.       И когда она вернулась в своё тело, когда она заставила себя снова дышать, что-то ответило. Часть её сдвинулась, успокоилась.       И не всё затихло.       — Просто отдохни, Вайолет. Ты в безопасности, — прошептал Ксейден.        Она почти поверила ему.        Какое-то время между ними царила тишина: его пальцы перебирали её волосы, её дыхание было медленным, но ровным. Он смотрел на стены тёмной комнаты, события последних дней навалились на него, словно лавина. Внезапно по его щекам потекли слёзы. Грудь затряслась от сдерживаемых рыданий.        — Я потерял тебя, Вайолет. Я потерял тебя, — повторял он снова и снова. Он закрыл лицо рукой.       — Тсссс, — прошептала Вайолет, нежно вытирая его слёзы. — Я здесь. Я здесь.        — Нет. Ты не понимаешь. Тебя не было, — повторил Ксейден. — Тебя не было.       Сердце Вайолет сжалось при виде его сломленного состояния. Ксейден, который редко позволял даже голосу дрожать, теперь трещал по швам. Его широкие плечи сжались, словно он пытался сжаться, скрыть рыдания, разрывавшие его грудь.       — Я почувствовал это, — прошептал он надтреснутым и прерывистым голосом. — Я почувствовал, как связь… умолкла. Как будто кто-то занёс топор над моей душой.       Вайолет снова погладила его по щеке, теперь её рука тоже дрожала. — Но я вернулась. Я здесь.       Он сдавленно вздохнул. — А что, если бы ты этого не сделала? — Его взгляд наконец встретился с её взглядом, полным отчаяния и ярости.        — Я не могу, — его голос снова дрогнул. — Я не смогу пережить потерю тебя, Вайолет.       Она прижалась лбом к его лбу. — Тогда не надо.       — Что?       — Не переживай меня. Сражайся со мной. Как ты всегда это делал.       Ксейден долго молчал. Вайолет подняла руку и вытерла ему слёзы.        Долгие мгновения они просто дышали, связанные тишиной, болью и любовью. Мир за пределами комнаты мог бы оборваться, и никто бы этого не заметил. Ксейден не отрывал от неё взгляда, словно пытаясь запомнить каждую деталь, каждый проблеск жизни, который она чуть не потеряла. Он провёл большим пальцем по её щеке, его рука слегка дрожала. Пальцы Вайолет обвили его запястье, успокаивая, её прикосновение было нежным, но уверенным. Им не нужно было говорить это. Страх. Опустошение. Благодарность. Всё это было там, жило в промежутке между ударами их сердец.       — Ксейден, мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделал.        — Что угодно.       — Отведи меня к Тейрну. Пожалуйста, — сказала она, её взгляд был умоляющим. — Я чувствовала его боль. Мне нужно убедиться, что с ним всё в порядке.        Ксейден хотел возразить и заставить её остаться с ним навсегда, но он слишком хорошо понимал связь между всадницей и её драконом.        — Ты уверена, что не хочешь немного отдохнуть?       — Я достаточно отдохнула.        Через мгновение Ксейден неохотно кивнул. Вайолет, поморщившись, потянулась к одеялу. Боже, всё её тело так невыносимо болело, словно она уже сто раз прошла сквозь строй.        — Не так быстро. Бреннан должен сначала тебя осмотреть.        — Ксейден...        — Нет! — строго сказал он. Затем его голос смягчился. — Нет. Этот яд чуть тебя не убил. Нам нужно убедиться, что с тобой всё в порядке, прежде чем ты куда-то пойдёшь.        Отчаяние и мольба в его глазах немного смягчили упрямую гордость Вайолет. Она снова легла в постель, смирившись. Он погладил её по голове.        — Спасибо, — сказал он и осторожно встал с кровати, подложив под неё подушки. Он даже взбил их. Вайолет невольно хихикнула. — Я пойду за Бреннаном. Я скоро вернусь.        Вайолет кивнула. Она не могла не признать, что силы её быстро таяли. Она закрыла глаза, решив отдохнуть лишь мгновение, пока не вернутся Ксейден с Бреннаном. 

***

      Мир ускользнул.       Боль в рёбрах. Тепло груди Ксейдена. Ритм его спокойного дыхания.       Всё пропало.       Она стояла посреди изрытой, замёрзшей пустоши. Земля трескалась под её босыми ногами, прожилки чёрных молний пронизывали лёд, истекающий кровью. Небо над ней было искажено, облака были словно рваный пергамент, воздух был пропитан гнилью и разрухой.       Она сразу поняла, что это не сон.       Это было воспоминание.       Но не её.       Из тумана выступила тень. Высокая. Закованная в тёмные доспехи, которые дышали, словно живые. Его лицо было скрыто, и под ним виднелись слабые проблески красного света.       Он поднял голову, и глаза его загорелись.        По всему его лицу пролегают ярко-серебристые и красные вены.       У Вайолет перехватило дыхание. Тело кричало, желая бежать, но она не могла пошевелиться. Сам воздух обволакивал её.       — Ты меня разбудила, — сказало существо тихим, мягким голосом, в котором слышалось что-то древнее. Что-то изголодавшееся.       — Это ты заманил нас в ловушку? — выплюнула Вайолет. Её руки сверкали молниями, но энергия затухала под давлением пространства.       Вейнитель склонил голову, почти с улыбкой. — Мне это было не нужно. Ты и так была моей.       — Убирайся из моей головы.       — Я не в твоей голове, — его взгляд стал острее. — Я в твоей крови.       У Вайолет перевернулось сердце. Вены на руках начали слабо светиться: сначала синим, а затем опасным, пульсирующим фиолетовым.       — Ты лжёшь, — прошептала она.       — Ты думаешь, что эта сила исходит от тебя? Ты умирала, Вайолет. Я лишь показал тебе, что возможно. Ты сама к этому потянулась.       — Нет, — прошептала она, качая головой. — Нет, я не...       — Ты впустила меня. И теперь я часть тебя.       Земля под ней задрожала. Трещины разлетелись во все стороны, словно молнии.       — Я только предложил. Ты сама открыла дверь.       Она отступила назад. — Ты меня отравил.       — Я изменил тебя.       Молния сверкнула на кончиках её пальцев. Рефлекторно. Инстинктивно. Она даже не собиралась её вызывать.        Существо промурлыкало: — Видишь? Ты уже больше, чем была раньше.       Губы Вайолет изогнулись. — Мне не нужна твоя сила.       — Возможно, ты ещё не приняла это, но ты придёшь в себя. Когда мир потребует от тебя большего, чем твоё тело может дать.       Между ними повисло долгое и странное молчание. Она осознала, что под её ногами шевелятся тени, образуя щупальца, которые подползали всё ближе.       — Тебе здесь не место, — твердо сказала Вайолет, её голос дрожал от ярости.        — Мы не такие уж и разные, — прошептал он, шагнув вперёд. — Мы оба горим. Мы оба выживаем.       Фигура подняла руку, в её ладони сверкнула молния.        Мир вокруг неё рухнул, лёд взорвался, небо разверзлось.