Часть 35

      Ночь тянулась бесконечно. Шисуи Учиха и Ино Яманака вместе с двумя из АНБУ двигались через лес без остановки. Ветки мелькали под ногами, ветер резал лицо, но никто не сбавлял темпа.       Ино не чувствовала усталости. Шисуи — тем более. А вот двое в масках… они чувствовали. Но ни один не подал виду. Их взгляды постоянно скользили к Шисуи. Осторожные. Настороженные. Они знали, кем он был. Знали, на что он способен. Стоит ему захотеть — и эта миссия закончится мгновенно. Но он не двигался. Шёл спокойно. Слишком спокойно. Как когда-то, ещё будучи в АНБУ.       Ночь сменилась бледным рассветом. И вскоре впереди показалась деревня. Коноха. Они спустились к воротам. Там уже стояли двое — Идзумо Камидзуки и Котэцу Хагане. — Ого… — тихо пробормотал Котэцу, узнав Шисуи.       Идзумо лишь серьёзно кивнул. Ворота открылись. Они вошли. Без слов. Без лишних взглядов.       И почти сразу их направили к Цунаде. Кабинет Хокаге встретил их напряжённой тишиной. Ино нервничала. Это было видно. Она сжимала руки, стараясь не выдать дрожь.       А Шисуи стоял спокойно. Словно всё это его не касалось. Цунаде смотрела на них. Её взгляд был тяжёлым. Яростным. Двое АНБУ поклонились. — Миссия выполнена.       И, не дожидаясь ответа, исчезли за дверью. Тишина. Шисуи сделал шаг вперёд. — За Ино ответственность беру я. Все наказания приму я. Ино резко повернула голову к нему. — Шисуи— — Ино, — перебила Цунаде. — Ты можешь идти. — Что?..       Она перевела взгляд с Хокаге на Шисуи. Он лишь кивнул. Спокойно. Обещающе. Потом объясню, читалось в его взгляде. Ино сжала губы. Но вышла. Дверь закрылась.       И в следующую секунду… УДАР. Кулак Цунаде врезался в стол. Дерево треснуло. — Шисуи Учиха! — её голос был наполнен яростью. — Ты прекрасный шиноби Конохи! Сильный представитель клана! И ты вот так просто сбегаешь?! Шисуи молчал. — Как ты смеешь проявлять такую дерзость?! — продолжила она. — А если бы тебя не нашли?! Тебя бы объявили нукенином! И не только тебя — Ино тоже! Ты об её судьбе подумал?!       Тишина. Шисуи спокойно смотрел на неё. А затем… склонился в поклоне. — Прошу простить меня.       Цунаде стиснула зубы. Старейшины… они не оставят это просто так. Но… он раскаивается. И это меняло многое. Она выпрямилась. — В следующий раз думай, прежде чем срывать свадьбу и сбегать. Короткая пауза. — А сейчас — иди. — Есть.       Он поклонился. И вышел. Дверь закрылась. Коридор встретил его шёпотом. Люди смотрели. Перешёптывались. Кто-то узнавал. Кто-то просто чувствовал — что-то не так.       Шисуи шёл спокойно. Не ускоряясь. Не замедляясь. Но… он чувствовал взгляды за спиной. АНБУ. Те самые. Они следовали за ним. Незаметно. Но для него — очевидно. Странно. Обычно этим занимается полиция. Он слегка нахмурился. Похоже, многое изменилось, хотя его не было всего две недели.       Он дошёл до квартала Учиха. И остановился. Тишина. Слишком тихо. Но стоило ему сделать шаг вперёд… — Шисуи.       Голос прозвучал холодно. Впереди стояли они. Учиха. Несколько мужчин. — Вернулся, значит, — сказал один. — И даже жив, — добавил другой. — Мы уже начали думать… — Что ты предал клан, — закончил третий.       Шисуи не ответил сразу. Он просто смотрел на них. Спокойно. — Я не предавал клан, — тихо сказал он. — Тогда объясни, — резко сказал один из старших. — Почему ты сбежал?! Шисуи сделал шаг вперёд. — Это было моё решение. — Твоё решение? — усмехнулся кто-то. — Ты думаешь, что можешь действовать один? — Думаю, — спокойно ответил он. Напряжение выросло. — Ты подставил нас, — холодно сказал другой. — Хокаге усилила АНБУ. Полицию отстраняют. Шисуи чуть нахмурился. Вот оно. — Это не связано со мной напрямую. — Не связано? — голос стал резче. — Один из сильнейших Учих исчезает — и это «не связано»?! Шисуи замолчал. Он понимал. Они правы. — Ты опозорил клан, — тихо сказал старший. Тишина. — Если бы тебя не нашли… — Нас бы уже объявили предателями, — добавил другой.       Шисуи закрыл глаза на секунду. А затем открыл. — Я приму наказание.       Слова прозвучали спокойно. Но твёрдо. Учиха переглянулись. — Ты уже принял его, — сказал один. — Теперь посмотрим, что решит глава клана.       Имя не прозвучало. Но оно было ясно. Фугаку Учиха. Шисуи кивнул. — Я готов.       Тишина снова опустилась на квартал. Но теперь она была другой. Тяжёлой.       Шисуи сделал шаг вперёд. Навстречу своему клану. Навстречу ужасным последствиям.

***

      В зале собраний клана Учиха стояла гнетущая тишина. Тяжёлый воздух словно давил на плечи, заставляя даже самых уверенных шиноби держаться напряжённо и молчаливо.       В центре зала, на холодном деревянном полу, на коленях стоял Шисуи Учиха. Его спина была прямой. Взгляд — спокойным. Слишком спокойным для человека в таком положении.       По обе стороны от него стояли двое Учих. Их руки крепко сжимали его плечи, удерживая, словно он мог в любой момент сорваться и исчезнуть.       Но Шисуи даже не пытался вырваться. Он не собирался.       Перед ним, чуть выше, на возвышении, сидел глава клана — Фугаку Учиха. Его взгляд был тяжёлым. Холодным. И в то же время… разочарованным. Долгое молчание затянулось. Наконец Фугаку заговорил. — Ты не только Коноху предал…       Его голос был ровным, но в нём чувствовалась сталь. — Ты и Учих предал. Ни один мускул не дрогнул на лице Шисуи. — Из-за тебя клан временно отстранили от поддержания порядка в деревне, — продолжил Фугаку. — Ты понимаешь, какую угрозу ты принёс?       Тишина. Шисуи не ответил. Он лишь слегка опустил взгляд. Не из страха, из принятия. Фугаку сузил глаза. — Молчишь… Он медленно выдохнул. — Тебя за этот поступок не казнят.       Лёгкий шум прошёлся по залу. Кто-то облегчённо выдохнул. Кто-то, наоборот, напрягся ещё сильнее. — Но и безнаказанным ты не останешься. Фугаку чуть наклонился вперёд. — Шисуи… ты отправишься на опасную миссию. Слова прозвучали как приговор. — Чтобы доказать, что ты всё ещё верен клану. Шисуи поднял взгляд. Спокойный. Чистый. — Если ты выживешь… выполншь задание… и вернёшься. — Короткая пауза — Тебя примут обратно. Тишина стала ещё плотнее. — Но если умрёшь… Голос Фугаку стал холоднее. — Клан просто потеряет сильного Учиху.       Никаких эмоций. Никакой жалости. Только факт. Шисуи медленно кивнул. — Я согласен — Его голос был тихим, но твёрдым — Какая будет миссия?       Фугаку смотрел на него ещё несколько секунд. Будто пытаясь что-то увидеть. Понять. Но затем отвёл взгляд. — Это ты узнаешь на рассвете. А сейчас… Он выпрямился — До рассвета ты будешь сидеть в тюрьме клана Учиха.       Шисуи не ответил. Не возразил. Не изменился в лице.       Двое Учих крепче сжали его плечи, затем резко подняли на ноги. Цепкий захват. Чёткие движения. Они повели его прочь из зала. Двери закрылись. И свет остался позади.       Они шли по узким коридорам квартала, пока не достигли здания полиции. Того самого. Знакомого. Но сейчас — чужого.       Один из шиноби активировал скрытый механизм. Пол под ногами тихо сдвинулся. И открылся проход вниз. Тёмный. Глубокий. Подземелье.       Они начали спускаться. С каждым шагом воздух становился тяжелее. Холоднее. Глуше. Звуки наверху исчезали. Оставалась только тишина. И слабый металлический звон.       Когда они спустились, перед ними открылся длинный коридор. Каменные стены были сырыми. Покрытыми трещинами. Местами — следами старых техник. Фуиндзюцу. Печати тянулись вдоль стен, едва заметно светясь тусклым синим светом. Каждая из них подавляла чакру. Делала даже сильного шиноби почти беспомощным. Из глубины коридора доносился слабый звук капающей воды. Кап. Кап. Кап. Ритмичный. Давящий на сознание.       Они остановились у одной из камер. Тяжёлая металлическая дверь. Почерневшая от времени. Исписанная печатями. Один из Учих сложил печати. Барьер на мгновение вспыхнул. И исчез. Дверь открылась. Скрип. Длинный. Неприятный. Внутри было темно. Почти полностью.       Лишь слабый свет из коридора проникал внутрь, освещая холодный каменный пол. — Внутрь, — коротко сказал один из них. Шисуи шагнул.       Без сопротивления. Без слов. Его завели в камеру. И резко толкнули вперёд. Он устоял. Не упал. Позади него захлопнулась дверь. Глухо. Тяжело. Снаружи снова сложили печати. И в следующую секунду вокруг камеры вспыхнул барьер. Мощный. Плотный.       Настолько сильный, что даже Мангёкё Шаринган не смог бы его разрушить. Печати загорелись ярче. А затем снова потускнели. Стабилизировались. Теперь это была клетка. Настоящая. Шисуи стоял неподвижно. Несколько секунд. Затем тихо выдохнул. На его руках и ногах были тяжёлые цепи. Не простые. Блокирующие чакру. Каждое движение отдавалось слабым звоном металла. Он медленно сел на холодный пол. Камень был ледяным. Сырым. Неприятным. Запах сырости и железа наполнял камеру.       Где-то в темноте пробежала крыса. Тень мелькнула. И исчезла. Кап. Кап. Кап. Звук воды не прекращался. Он словно проникал в голову. Раздражал. Давил. Ломал тишину. Но Шисуи не обращал внимания. Он опустил взгляд на цепи. Слегка пошевелил руками. Металл звякнул. Сильные. Продуманные. Клан не рисковал. Он закрыл глаза. Тьма стала полной. Глубокой. Но внутри него… было спокойно. Слишком спокойно для человека, который только что получил приговор, способный стоить ему жизни. Миссия. Это не просто задание. Это шанс. Или конец. Где-то наверху медленно наступал рассвет. Но здесь под землёй время будто остановилось.

***

Вчерашний вечер:       Вечер опускался на Коноху медленно, окрашивая окна резиденции Хокаге в тёплые оранжевые тона. В кабинете Цунаде стояла редкая тишина — та самая, которая бывает только перед бурей.       За столом, уставленным свитками и отчётами, сидела сама Хокаге. Её взгляд был усталым, но сосредоточенным. День выдался тяжёлым, и впереди не обещал ничего легче.       В углу стола, уютно свернувшись клубком, мирно сопел Тон-Тон. Маленькая хрюшка тихо похрюкивала во сне, время от времени дёргая ушком.       Шизуне оставила её здесь, сама поспешив в госпиталь — помогать Сакура Харуно.       Цунаде лениво перевернула очередной свиток, но мысли её были далеко не в бумагах. Слишком много всего происходило одновременно. Слишком много напряжения.       Внезапно в дверь постучали. Тихо. Но настойчиво. Цунаде даже не подняла головы. — Входи… — лениво бросила она.       Дверь открылась без лишнего скрипа. В кабинет вошёл Фугаку Учиха. Он двигался уверенно. Без колебаний. Без уважительных пауз. Просто прошёл вперёд и остановился напротив стола.       Цунаде подняла взгляд. И сразу нахмурилась. — Шисуи возвращается, — спокойно сказал он. — Теперь сделай то, что обещала, Хокаге.       Тишина повисла между ними. Тяжёлая. Цунаде медленно отложила свиток. Её пальцы чуть сжались. — Я сделаю то, что обещала, — холодно ответила она — Но старейшины потребовали допросить Шисуи. Лично. Фугаку даже не изменился в лице. — Ответственность за него беру я — Его голос стал твёрже — И вы не будете вмешиваться в это дело — Он сделал шаг ближе — Шисуи никто, кроме меня, допрашивать не будет. Ни АНБУ. Ни старейшины. — И ты тоже.       Воздух в кабинете словно стал холоднее. Цунаде медленно сжала кулаки. В висках пульсировала злость. — Слишком много власти ты берёшь на себя, — процедила она. Её голос стал жёстче. — Я и так согласилась на твои условия — Она поднялась из-за стола — Но в этот раз соглашаться не стану.       Фугаку посмотрел на неё спокойно. Даже слишком. — Мой клан и так имел много власти, — ответил он — И до твоего пправления. Его взгляд стал холодным. — Не забыла? Короткая пауза. — Один Учиха может уничтожить Коноху без колебаний. Слова прозвучали тихо. Но угрожающе. — И это я молчу о сильнейших.       Тон-Тон тихо фыркнул во сне, будто почувствовав напряжение. Цунаде резко шагнула вперёд. — Не смей… — её голос стал опасным. — Не смей применять силу шарингана против деревни.       Они смотрели друг на друга. Долго. Молча. В этом взгляде было всё: угроза, сила, упрямство и политика. Цунаде первой отвела взгляд. Она резко выдохнула. — Ладно. Твоя воля. Слова дались ей с трудом. — Делайте что хотите. Её взгляд снова стал холодным. — Но следите за своими Учихами.       Фугаку едва заметно ухмыльнулся. Коротко. Почти незаметно. Он развернулся. И направился к выходу. Дверь открылась. Закрылась. Тишина вернулась. Но уже не спокойная.       Цунаде стояла неподвижно несколько секунд. А затем сжала кулак. Стол под её рукой треснул. Тон-Тон резко проснулся и испуганно пискнул. — Чёрт… — прорычала она сквозь зубы.       

***

      Подземелья клана Учиха всегда были местом, куда не проникал свет.       Итачи Учиха шёл по узкому каменному коридору, и звук его шагов глухо отдавался от сырых стен. Здесь редко бывали посторонние. Только те, кого приводили — и те, кто охранял.       В этих темницах держали своих. Предателей. Таких было немного. Клан не прощал ошибок.       Итачи узнал о возвращении Шисуи Учиха совсем недавно — и не стал терять ни минуты. Он сразу направился сюда.       Во-первых, он знал — Шисуи поместят именно здесь. Во-вторых… Он чувствовал. Едва заметную чакру. Знакомую.       Слишком спокойную для этого места. Итачи остановился перед тяжёлой металлической дверью. Печати тускло светились на её поверхности. Барьер. Мощный. Сложный.       По обе стороны от двери стояли двое Учих. Молодые, но уже закалённые. Их взгляды были острыми. А в глазах — активированный шаринган с тремя томоэ. Итачи поднял взгляд. Его собственный шаринган загорелся в ответ. Тишина. Несколько секунд напряжения. — Откройте, — холодно сказал он.       Голос был тихим. Но не оставлял места для споров. Один из охранников сделал шаг вперёд. — Нет. — Приказ главы клана. Уходите.       Второй молча наблюдал, но его рука уже чуть сжалась, готовая сложить печати. Итачи не изменился в лице. — Это новый приказ от главы, — произнёс он так же спокойно — Мне разрешено заходить в любое время.       Они переглянулись. Секунда сомнения. Затем оба синхронно сложили печати. Барьер вспыхнул. Слабо дрогнул. И исчез. Дверь медленно открылась. С протяжным, неприятным скрипом. Изнутри повеяло холодом.       Итачи шагнул внутрь. Камера была тесной. Каменные стены покрыты трещинами и старыми печатями, подавляющими чакру. Влага стекала по углам, оставляя тёмные следы. Слабый свет проникал только из коридора, едва освещая пространство. В центре сидел Шисуи. Спиной к стене. Голова чуть опущена. Но не в порпоражени а в спокойствии.       На нём была тёмная одежда клана Учиха — простая, но узнаваемая: чёрное одеяние с высоким воротом, пояс, на спине — веерный символ клана. Но сейчас ткань была помята. Испачкана пылью. Руки и ноги скованы тяжёлыми цепями. Металл тускло блестел в полумраке. Печати на них подавляли чакру. Любое движение сопровождалось тихим звоном. Шисуи поднял голову. И их взгляды встретились. Тишина. — Ты пришёл, — тихо сказал он.       Итачи подошёл ближе. Остановился у самой границы барьера. — Я знал, что ты будешь здесь, — ответил он. Шисуи едва заметно усмехнулся. — Конечно знал. Короткая пауза. — Ты всегда всё знаешь наперёд.       Итачи не ответил. Он внимательно посмотрел на цепи. На печати. На камеру. — Я же предупреждал, — сказал он. — Ничего страшного, даже если мы сбежали дальше, проблем не избежать — спокойно ответил Шисуи. Снова тишина. Но уже другая. — Ты согласился на миссию, — произнёс Итачи. Это не был вопрос. Шисуи кивнул. — Да. — Почему? Шисуи чуть прикрыл глаза. — Потому что это единственный способ. Итачи нахмурился едва заметно. — Способ доказать? — Способ сохранить баланс, — тихо сказал Шисуи. Он поднял взгляд. Серьёзный. Глубокий. — Если я откажусь… это ударит по клану. — А если согласишься — по тебе, — ответил Итачи. Шисуи усмехнулся. — Я выдержу. Короткая пауза. — Ты идёшь на миссию, с которой не возвращаются, — сказал Итачи. Шисуи посмотрел на него. — Ты тоже это понял.       Итачи шагнул ближе. Почти вплотную к барьеру. — Это не проверка. — Я знаю. — Это устранение.       Шисуи не ответил сразу. Но затем тихо сказал: — Возможно. Тишина. Глубокая. — И ты всё равно идёшь, — голос Итачи стал чуть тише. — Да. — Ради чего?       Шисуи посмотрел на него. И впервые в его взгляде мелькнуло что-то… человеческое. — Ради того, чтобы ты не оказался здесь, — тихо сказал он — если они узнают что и ты замешан в этом, отправят сюда. Слова повисли в воздухе. Итачи замер. — Шисуи… Но тот лишь покачал головой. — Итачи, что бы не произошло, не повторяй мои ошибки.