Часть 36

      Кабинет главы клана Учиха был погружён в полумрак. Фугаку Учиха сидел за столом, не двигаясь.       Рассвет уже почти наступил. Сквозь тонкие щели в ставнях начинал пробиваться холодный свет, но он не приносил ни облегчения, ни ясности.       Фугаку не сомкнул глаз всю ночь. Мысли не отпускали. Они возвращались снова и снова. К одному и тому же. К Шисуи. К его поступку. К последствиям. И к тому, что он собирался сделать. Правильно ли это? Вопрос, который он не задавал вслух. Но который звучал в голове слишком отчётливо.       Он сцепил пальцы в замок и опёрся локтями на стол. Шисуи был не просто сильным шиноби. Он был… опорой. Тем, кто мог изменить многое. И именно поэтому он был опасен. Даже для собственного клана. Фугаку закрыл глаза на секунду. Миссия уже была определена. Слишком поздно менять решение. О ней должны знать только он сам… И несколько старших офицеров полиции. Больше никто. Ни АНБУ, ни Хокаге, ни даже большинство Учих. Шисуи тоже не глуп. Он не станет говорить лишнего. Зная его он даже Итачи ничего говорить не станет. Но Итачи может сам догадаться. Его сын отнюдь не глуп, не зря же он гений клана.       Фугаку тихо выдохнул. В его голове вновь всплыли законы клана. Жёсткие. Непоколебимые. Учихи не прощали предательства. Никогда. С детства каждому внушали что клан — превыше всего. Превыше семьи, чести и даже собственной жизни. Тот, кто ставил себя выше клана переставал быть Учихой. Для таких наказания были всегда — суровыми. За малые проступки: — Лишение статуса — Отстранение от миссий — Потеря доверия       Но за предательство, там выбор был невелик. Изгнание. Без права возвращения. Имя стиралось. Человек становился никем. Или же смерть. Публичная казнь так сказать очищял клан от предателей.       Фугаку медленно открыл глаза. Он сделал выбор. И пошёл другим путём. Не изгнание. Не казнь. Миссия. Шанс и одновременно приговор. В дверь постучали. — Войдите.       Дверь открылась. В кабинет вошли двое шиноби из полиции Конохи. Они остановились у входа и одновременно поклонились. — Глава клана. — Докладывайте, — спокойно сказал Фугаку. Один из них сделал шаг вперёд. — Шисуи Учиха находился в камере неподвижно. Второй продолжил: — Никаких попыток побега. Никакой подозрительной активности.       Фугаку молча слушал. Не перебивал. Не задавал лишних вопросов. Это было ожидаемо. Шисуи не из тех, кто будет метаться или ломать цепи. Он примет. Выждет. И пойдёт вперёд. — Понятно, — коротко сказал Фугаку.       Он выпрямился. Его взгляд снова стал холодным. Решительным. — Приведите его сюда. Двое шиноби синхронно кивнули. — Есть.       Они развернулись. И вышли. Дверь закрылась. В кабинете снова воцарилась тишина. Но теперь она была другой. Не тяжёлой. Ожидающей. Фугаку медленно поднялся со своего места. Подошёл к окну. Рассвет окончательно вступал в силу. Небо светлело. Новый день начинался. И вместе с ним начиналось испытание.

***

      Подземелья клана Учиха были погружены в глухую тишину, где даже дыхание казалось лишним звуком. Камера, в которой находился Шисуи Учиха, была тесной, холодной и лишённой света. Каменные стены покрывала сырость, а по углам тянулись печати барьера, подавляющего чакру — сложные, древние, почти живые в своём мерцании.       Шисуи сидел неподвижно всю ночь. Не потому что не мог двигаться. А потому что не видел смысла. Его руки и ноги были скованы цепями с печатями, блокирующими чакру, но даже это не вызывало в нём раздражения. Он просто ждал. Наблюдал. Слушал. За пределами камеры всё время стояли двое наблюдателей. Только они впервые отлучились на время. Сейчас же за камерой никого не было.       Но за время пробывания Шисуи здесь, они не отходили ни на шаг. И всё время смотрели на него. Шисуи чуть усмехнулся, не поднимая головы. Насколько же он опасен, если даже собственный клан так боится его?       Он перевёл взгляд на барьер. Даже мангёкё не смог бы его сломать. Значит, подготовились. Значит, действительно опасаются.       В тишине раздался скрип. Дверь открылась. Шисуи не пошевелился. Он уже знал. Цепи на руках и ногах щёлкнули, печати погасли, и он почувствовал, как чакра вновь свободно течёт по телу. Лёгкое, почти забытое ощущение. — Вставай, — грубо сказал один из шиноби.       Они вошли внутрь и без лишних слов схватили его за руки, резко подняв на ноги. Нарочно грубо. Проверяя. Провоцируя. Шисуи не сопротивлялся. Хотя мог легко их вырубить. Но зачем?       Он спокойно позволил вывести себя из камеры. Они двигались быстро, поднимаясь по узким коридорам наверх. С каждым шагом становилось светлее, воздух — суше, а пространство — шире.       Вскоре они остановились у двери. Кабинет главы клана. Дверь открылась, и Шисуи втолкнули внутрь. Его заставили опуститься на колени перед Фугаку Учиха. Сами же они поклонились и вышли. Шисуи осталься сидеть перед Фугаку на колени, ожидая миссии.       Фугаку сидел за столом, ровный, неподвижный, словно вырезанный из камня. Его взгляд был холоден и тяжёл, как давление самой власти. Несколько секунд он просто смотрел на Шисуи. — Шисуи, — наконец произнёс он. — Ты знаешь Ицуки Учиху?       Шисуи поднял голову и коротко покачал ею. Конечно он конкретно ничего не знал о нём. Знал лишь то что сказал Итачи, тот предал клан что ли... — Нет. Фугаку слегка прищурился. — Я так и думал. Он откинулся назад. — Тогда слушай. Кабинет словно стал холоднее. — Ровно год назад Ицуки Учиха во время миссии лишился обоих шаринганов. Враги забрали его глаза.       Шисуи молчал, но взгляд его стал внимательнее. — Он вернулся. Но не сломленным. Он вырвал глаза у Канаэ Учихи. Оставил её умирать. Об этом никто бы не узнал, если бы Канаэ не исчезла. Мы начали искать. Под подозрение попали все, кто был на миссии. Фугаку чуть наклонился вперёд. — В том числе Итачи Учиха. Он знал. Но молчал. Он не из тех, кто предаёт словами. Тогда мы использовали мангёкё одного из офицеров. И посмотрели память Ицуки. Мы узнали всё. Его объявили предателем. Но я дал ему шанс. Миссия. Искупление. Или смерть. Он отказался. В этих словах было презрение. — Его жизнь оказалась дороже клана. Он сбежал. Со временем его перестали даже называть по имени. Просто… предатель. Фугаку поднялся и подошёл ближе. — За такое его должны были казнить. Публично. Но я сжалился. — Итачи рассказывал мне об этой истории. Фугаку остановился прямо перед ним. — Твоя миссия отправиться в Киригакуре. Там есть скрытая база, почти что лаборатория. Там есть наши враги — люди ненавидящие Учих. Они экспериментируют над шаринганом. Убивают Учих. Взгляд Шисуи стал холоднее. — Некоторые из них устойчивы к гендзюцу. Но не все только сильнейшие. Фугаку говорил чётко, без эмоций: — Ты должен проникнуть туда. Найти лабораторию. Забрать формулы. Убить главаря. И уничтожить всё. Взорвать базу. Убить всех. При этом ты должен быть незамеченным. Если они узнают что ты Учиха — тебе конец. Слова прозвучали как приговор. — Это миссия, из которой возвращаются единицы. Многие Учихи предатели шли туда, они хотели искупить вину перед кланом. Только к несчастью они все умерли. Он чуть наклонился. — Или ты можешь отказаться от этой миссии и принять клеймо предателя. Тишина. — И стать таким же, как Ицуки.       Несколько секунд Шисуи молчал. А затем спокойно кивнул. — Я выполню миссию.       Слова прозвучали без страха. Фугаку внимательно посмотрел на него. — Только знай что об этой миссии никто не должен знать. Те шиноби могут рассказать Годайме Хокаге о твоих намерениях, или убить. Если Хокаге узнает что ты пошёл туда по моему приказу нам конец. — Фугаку сделал секундную паузу — А теперь мржешь иди.       Шисуи поднялся сам, без помощи. Коротко поклонился и развернулся. Он вышел из кабинета, чувствуя на себе взгляд, но не обращая внимания. Он сложил печати и мгновенно оказался в доме.       Дом встретил его тишиной. Он вошёл внутрь, не зажигая свет. Всё было на своих местах, как будто ничего не изменилось. Но изменилось всё. Шисуи начал собирать вещи. Минимум. Только самое необходимое. Оружие. Свитки. Ничего лишнего.       Открыв самый нижний комод, Шисуи обнаружил маленькую коробочку. Внутри цепочка, золотистая с маленьким красивым камушком. Та цепочка которую он на днях хотел подарить Ино. Но не смог. Времени не было. Интересно, как там она? Наверное переживает за него часами на пролёт. На мгновение он вспомнил о их совместных прогулках, о их романтических ужинах. Тёплые воспоминания заставили Учиху глупо улыбнуться.       Но реальност такова. Он должен идти на смертоностную миссию. А она будет ждать его, думая что он всё ещё в темнице полиции.

***

      После визита к Цунаде Ино не пошла домой. Она даже не повернула в сторону квартала Яманака.       Мысль о разговоре с отцом сжимала грудь. Она знала — он будет злиться. Возможно, кричать. Возможно, даже не захочет слушать.       Но сейчас… сейчас ей было не до этого. Ноги сами несли её в другое место. К подруге. Ино шла быстро, почти не замечая дороги, но внутри всё было неспокойно. " А если она обиделась?.. Я исчезла… ничего не сказала… " Она сжала пальцы. Нет. Потом. Всё потом. Сначала… просто увидеть её.       Она остановилась у знакомой двери. Сердце забилось быстрее. Ино подняла руку, собираясь постучать. И в этот момент дверь резко открылась. Они едва не столкнулись. Сакура замерла. Её глаза расширились. — …Ино?..       Ино чуть улыбнулась, неловко, почти виновато: — Привет… Секунда. И вдруг лицо Сакуры изменилось. — Ах ты свинья! — прошипела она.       Но уже в следующую секунду. Она резко шагнула вперёд и обняла её. Крепко. Слишком крепко. Ино замерла лишь на мгновение, а потом обняла в ответ. — Я… — тихо начала она. Но Сакура перебила: — Ты хоть понимаешь, что я…       Голос дрогнул. Она резко отстранилась, но руки всё ещё держали Ино за плечи. — …волновалась?! Ино виновато опустила взгляд. — Прости…       Сакура смотрела на неё ещё секунду… А потом вдруг ухмыльнулась. — Ну как, тупица? Ино моргнула. — Что?.. — Как время провела с Шисуи? — Сакура прищурилась. Ино ахнула. — Ты откуда... Но Сакура уже схватила её за руку. — Заходи давай!       Она буквально затащила её внутрь квартиры. Дверь захлопнулась. Сакура сразу направилась к кухне. — Садись, — бросила она через плечо.       Ино послушно села, всё ещё немного ошарашенная. Сакура поставила чайник. В комнате стало тихо, только звук воды и лёгкое постукивание посуды. — Ну? — Сакура повернулась, опираясь на стол. — Я слушаю.       Ино на секунду замялась. Потом выдохнула. — Мы… Она чуть покраснела. — Мы были вместе всё это время. Сакура не перебивала. — Знаешь, — тихо сказала Ино. Он такой сексуальный. — Мы проводили почти все дни вместе.       Она улыбнулась, но улыбка была мягкой, почти болезненной. — И… Сакура чуть приподняла бровь. — И?.. Ино отвела взгляд. — Мы почти всё время занимались любовью. Знала бы ты какой он... — Горячий? — Сакура! — Что? — она усмехнулась. — Все девочки Конохи знают это. Ино закрыла лицо руками на секунду. — Потом… пришли АНБУ. Её голос стал тише. — И нас вернули. Сакура уже не улыбалась. — И ты не знаешь, где он сейчас? Ино покачала головой. — Нет… Сакура тихо хмыкнула. — Эх… знала бы ты, где он. Ино резко подняла голову. — Ты знаешь?! Сакура кивнула. — Знаю. — Где он?! Сакура вздохнула и села напротив. — Вчера ко мне в кабинет влетел Наруто. Ино даже не удивилась. — А с ним был ещё Саске. Ино слушала, затаив дыхание. — Наруто сказал, что вас нашли. И предложил… пойти выпить. Ино моргнула. — Днём?! — Вот именно, — Сакура закатила глаза. — Я отказалась. Она чуть помрачнела. — А потом Саске сказал… — Что?..       Ино перебила её. Сакура посмотрела ей прямо в глаза. — Что Шисуи сразу после возвращения посадят в темницу полиции. Тишина. Слова словно ударили. — Что?.. — тихо прошептала Ино. — Я сама в шоке была, — сказала Сакура. Ино опустила взгляд. Губы дрогнули. — Он… Она сжала руки. — Он там сейчас?..       Сакура молча кивнула. Ино закусила губу. Глаза защипало. — Я… Голос сорвался. — Я даже к отцу не пошла… — Ино… — Я боялась… что он накричит… а теперь…       Она закрыла глаза. Слёзы всё же выступили. — Он там один…       Сакура встала и подошла ближе. Положила руку ей на плечо. — Эй… — Он Шисуи Учиха. Не забыла? Шисуи Телесного Мерцания просто не может сгнить в темнице. Его рано или поздно выпустят.       Ино слабо кивнула. Чайник тихо щёлкнул. Сакура налила чай. Они долго сидели, разговаривая. Иногда — смеясь. Постепенно напряжение уходило. Усталость брала своё. Ино сама не заметила, как оказалась в кровати Сакуры. Глаза закрывались. — Я… чуть полежу… — Лежи, — тихо ответила Сакура.       Через минуту Ино уже спала. Спокойно. Сакура легла рядом. Смотрела на неё. — Дура ты…       Но сказала это с теплотой. Она закрыла глаза. И вдруг вспомнила. Я же не сказала ей… ейчйчто теперь встречаюсь с Итачи. Сакура тихо выдохнула. — Ладно… — Почти шёпотом — Времени ещё много.       Она повернулась на бок. И тоже закрыла глаза.

***

      Ранним утром, когда квартал Учиха только начинал просыпаться, Фугаку Учиха вернулся домой. Его шаги были тихими, но тяжёлыми — ночь без сна оставила след даже на нём. На кухне уже горел свет.       Микото стояла у плиты, готовя завтрак. Запах тёплого риса и мисо-супа наполнял дом, создавая обманчивое ощущение обычного утра. Фугаку молча прошёл мимо, но её голос остановил его: — Фугаку. Он остановился, но не обернулся сразу. — Где Шисуи? Фугаку чуть нахмурился. Говорить правду естественно он не собирался. — В тюрьме.       Микото медленно повернулась к нему. Её взгляд стал внимательнее, жёстче. — Не ври. Фугаку промолчал. — Когда ты врёшь… у тебя уши краснеют, — спокойно добавила она.       Фугаку закрыл глаза на секунду. Умела же она расколоть его ложь. — …Он получил миссию. Микото замерла. — Какую? Он повернулся к ней. — Опасную.       Она усмехнулась, но в этой усмешке не было ни капли веселья. — Опасную? Шаг вперёд. — Фугаку… он же не выживет.       Слова прозвучали тихо. Но в них была тяжесть. — Это решение клана, — холодно ответил он. — Клана? — её голос стал резче. — Или твоё? Фугаку сжал челюсть. — Клан потребовал этого. Микото смотрела на него долго. — Он же тебе как сын… Фугаку отвёл взгляд. — Именно поэтому… он должен доказать свою верность.       Тишина повисла между ними. Микото сжала губы. — Ты отправляешь его на смерть. — Я даю ему шанс, — жёстко ответил Фугаку. Она покачала головой. — Ты сам в это веришь?       Он ничего не сказал. И это было ответом. Фугаку развернулся и вышел из кухни. Вскоре дверь спальни тихо закрылась. Микото осталась одна.       Она глубоко вздохнула и повернулась обратно к плите. Руки двигались автоматически. Но мысли были далеко. Она закончила готовить. Отдельно сложила еду. Аккуратно. Так, как делала всегда… для него. В этот момент в кухню вошёл Итачи Учиха. — Доброе утро, мама. Микото мягко улыбнулась. — Доброе утро, Итачи. Она протянула ему свёрток. — Передай это Шисуи. И пожелай ему от меня удачи на миссии. Итачи на секунду замер. Но кивнул. — Хорошо.       Хотя он не спросил как она узнала. Наверное отец ей рассказал. Он быстро позавтракал и вышел.       Улицы Конохи были ещё тихими. Он двигался быстро, уверенно, направляясь туда, где должен был быть Шисуи. На окраине. Там, где заканчивается деревня. Шисуи Учиха уже стоял там. Готовый уйти. Он почувствовал приближение раньше, чем услышал шаги. — Опаздываешь, Итачи. Итачи остановился рядом. — Я знал, что успею. Он протянул ему свёрток. — Это от матери. — Передай ей спасибо от меня.       Лёгкая улыбка. Но глаза оставались спокойными. — Уже уходишь, — сказал Итачи. Не вопрос. Факт. — Да. Пауза. — Миссия слишком опасная? — Да. Они стояли молча несколько секунд. — Ты не должен был соглашаться, — тихо сказал Итачи. Шисуи усмехнулся. — А ты бы отказался? Итачи не ответил. — Вот именно, — кивнул Шисуи. Он посмотрел вперёд. На дорогу. — Береги их, Итачи.       Коротко. Но понятно. Итачи слегка наклонил голову. — Ты тоже вернись. Шисуи улыбнулся чуть шире. — Постараюсь. Пауза. — Не умирай, — тихо добавил Итачи. Шисуи посмотрел на него. — Это приказ? — Просьба.       Шисуи кивнул. Затем развернулся. И сделал шаг вперёд. Не оглядываясь. Итачи остался стоять на месте. Пока силуэт друга не исчез вдали.