Глава 22 Приговоренный к жизни

— Соскучилась, моя девочка? — сладким, сиропным голосом промурлыкал Ким. Соня резко распахнула глаза и повернула голову в сторону звука. — Я, конечно, ожидал встретить здесь коротышку и застрелить его. Но ты... даже лучше. Соня не стала, как в голливудских фильмах, вести с ним переговоры. Она резко выхватила пистолет из кобуры и несколько раз нажала на курок. Но, к её ужасу, обойма оказалась пуста. Ким растянулся в противном оскале. — Ты что, забыла первое правило шпиона? Всегда считай, сколько патронов у тебя в магазине. Соня презрительно скривила губы и отшвырнула пистолет. — Клоун, какой из тебя шпион? Ты простой самозванец. Я это ещё поняла, когда у тебя дома нашла книгу. Какой придурок будет хранить её на таком видном месте? Меня больше интересует, кто ты на самом деле. Он рассмеялся так наигранно и звонко, что у Сони заложило уши. — Гений, миллиардер, плейбой, филантроп, — с усмешкой произнёс Ким. — Помнишь такого персонажа, чью фамилию ты себе присвоила? Соня вскинула брови и ошарашенно посмотрела на него. Ким самодовольно подмигнул и тут же направил на неё пистолет. — Пойдём, девочка моя. Выйдем на крышу, подышим свежим воздухом. — Иди к чёрту, мудак! А он тут же выстрелил. Пуля впилась в бетонный пол между её ног. Соня инстинктивно дёрнулась и взвизгнула. — Я сказал: подняла свою задницу и пошла со мной на крышу, сука, — его голос стал низким и угрожающим. Соня, скрипя зубами, медленно поднялась и подошла к нему. Она машинально потянулась рукой к волосам, чтобы собрать их резинкой, но не успела — он силой хватанул её за руку так, что она выронила свою только приобретённую вещь, дёрнул к себе, затем вцепился в затылок и, приставив пистолет к спине, грубо толкнул вперёд. Преодолевая первобытный ужас, сжимавший горло, Соня, чтобы отвлечься, задала вопрос, устремив взгляд в ступеньки перед собой: — Так может, поделишься со мной по секрету, как ты любишь, как оказался в этом мире? — Меня сюда отправила такая же стерва, как и ты. Ким вновь включил свою приторно-сладкую манеру речи, подтянул её за волосы, заставив запрокинуть голову, и наклонился к самому уху. От его мерзкого глубокого дыхания у Сони по телу моментально пробежала противная мелкая дрожь. — Я любил одну девушку. Одноклассницу. Делал для неё всё, а она считала меня задротом. Постоянно смеялась надо мной. Когда мне исполнилось шестнадцать, я увидел по телевизору фильм про Джеймса Бонда, а затем и твоего отца по новостям. Вы, кстати, с ним похожи... — он провёл носом по её щеке, а Соня преодолела рвотный позыв. — И я решил стать таким же крутым. Но оказалось в нашем мире стать разведчиком или работать на спецорганы не так просто. Поэтому я сначала решил изменить внешность: выровнял зубы, сделал причёску, пошёл в зал, смотрел уроки пикапа на ютубе. Из простого очкарика-отличника за год перевоплотился в лидера школы! Внешность решает всё. — Ну и бред ты несёшь… — пренебрежительно процедила Соня. — Да не лицемерь, Софа, посмотрел бы на тебя твой обожаемый капитан, если бы ты была уродина? — Может, мужчины и смотрят на внешность, но для женщины мужчина должен быть немного красивее обезьяны. Мы смотрим на поступки и харизму, — проговорила она и попыталась вырваться, за что получила пистолетом по позвоночнику. — Ладно, ладно. Я не сопротивляюсь. Ну так что, ты всё-таки смог покорить сердце своей одноклассницы? — Естественно, — промурлыкал как мартовский кот Ким, сильнее вдавливая дуло ей в спину. Они выбрались на крышу. Их встретил оглушительный ветер, яростно рвущийся в стальные переплетения антенн. Площадка была загромождена гигантскими решётчатыми конструкциями, от которых тянулись толстенные чёрные кабели, словно лианы. Рифлёный металл под ногами зловеще громыхал, а с парапета, ограждавшего край, открывался вид на горящий город, будто адское полыхание далеко внизу. Ким подвёл её к самому краю. — Посмотри! Посмотри, что ты наделала, сука! Он, как котёнка, начал тыкать её лицом вперёд. Соня в панике вцепилась пальцами в холодный металлический бортик, пытаясь удержаться. Блядь, как же высоко! — Не волнуйся, ты не умрёшь, пока я не закончу историю. — Так хочется поделиться? — скептическим тоном произнесла Соня, пытаясь скрыть надвигающуюся панику. — Мы с той одноклассницей встречались три года! Я работал на трёх работах, покупал ей по сотне роз, чтобы она хвасталась в соцсетях! А ей было мало! Она сравнивала меня с более успешными парнями подружек! А я, блядь, учился ещё в универе! А потом она наткнулась у меня дома на эту мангу и прониклась персонажем Леви! Только вы, женщины, можете влюбляться в вымышленных персонажей, иногда поражаюсь вашему куриному мозгу. Сказала, что уж лучше будет любить нарисованного мужчину Леви, чем такого слабака и скользкого типа, как я! — Ну, тут не поспоришь, — Соня дерзко хихикнула ему назло. Тут же он больно ударил её прикладом по затылку. Боль пронзила голову насквозь, и она зашипела: — Какая же ты гнилая, озлобленная на весь мир мразь! Твоя девушка была права! — И представляешь, она нашла себе коротышку, похожего на него! — как ни в чём не бывало, продолжил этот выблядок. — Он занимался борьбой и спас её в тёмном переулке, когда она возвращалась ночью с бара. И она меня потом обвинила, что я трусливая крыса, которая не встретил её! А я... я спал, потому что был вымотан, две недели без выходных, чтобы купить этой суке новый телефон! — Ким вдруг заорал ей в ухо, прижал к себе, обвив рукой за талию, и приставил пистолет к виску. — Я следил за ней, просил вернуться... А она со своей сестрой называла меня сталкером и подослала своего борца! Он избил меня! И я после этого пошёл на тайский бокс, чтобы разломать лицо этому гадкому коротышке! Даже застрелить его в один момент хотел и пошёл на уроки стрельбы! — Боже, Ким, какая у тебя больная башка! Ты же реально сталкер! Оставил бы её в покое и смирился с тем фактом, что она тебя никогда не любила! — Любила! — заорал он и вдавил пистолет в висок так, что у Сони посыпались звёзды из глаз. — Она любила меня! Ким со всей накопившейся злобой, вероятно, на весь женский пол, схватил её за шиворот и швырнул в сторону. Соня приземлилась на уже изувеченное бедро, и по телу разлилась огненная волна боли. Ким начал тыкать в неё пистолетом. Его голос сорвался на визгливый, исступлённый крик: — Чего этой твари не хватало?! Я следил за ней в соцсетях, караулил у подъезда! И мне было плевать, если тот борец снова придёт! Я выждал её в том переулке и хотел силой заставить быть со мной! И, конечно, этот коротышка опять оказался рядом! Мы снова сцепились! И так — целый год! Пока её сестра — якобы потомственная ведьма, как и твоя конченая подружка — не закинула меня сюда, чтобы оградить мою девочку! Он присел перед ней на корточки, размахивая пистолетом. Его лицо было искажено такой маской бешенства и безумия, что Соня окаменела. Лучше бы она ударилась и потеряла сознание, чем видеть это живое воплощение страшного демона. — Она... моя одноклассница... — Ким понизил голос до нечеловеческого рыка, — позвонила мне вечером и сказала, что всё поняла и хочет вернуться. Я, конечно, тут же примчался. Я всегда по вечерам сидел под её окнами. А они... эти две стервы... напоили меня чем-то. Последнее, что я помню, как я валялся в ритуальном круге, а её сестра, как средневековая ведьма, читала своё заклинание и сказала с отвращением: «Я отправлю тебя в твою ненавистную мангу, где тебя сожрёт такое же мерзкое ничтожество, как ты сам!». Но она оказалась дурой, которая не шарит в географии! Так, я оказался на Марли! Его голос снова зазвенел сладостной трелью, а на лице появился оскал. — Я быстро сообразил, что нужно делать. Я ведь был отличником, учился на инженера. Вспомнил всех персонажей и внедрился в армию. Дослужился до офицера. Я привык здесь жить, и мне даже было комфортно. Но из-за своей слабости и жалости к этим выблядкам элдийским отправили на Парадиз, но я и там выжил! А потом... появилась ты. Соне даже плакать не хотелось. Она была настолько зла от этого абсурда, от того, что судьба свела её с этим ядовитым червём из её же мира. Она решила попытаться спасти свою жизнь и спокойно, размеренно обратилась к нему, выставив руки вперёд: — Ким, послушай меня. Но я же ведь не виновата! Ты же сам меня украл на Марли! Из-за тебя я попала в тюрьму, где меня пытали! И ты никак не помог. — Ты думаешь, я не пытался? — перебил он её. — Нет, не пытался! Ты мог меня выкрасть и отпустить. Но ты хотел выслужиться перед марлийскими офицерами! — Потому что ты такая же, как она! — взревел Ким в ответ. — Я влюбился в тебя сразу, как только увидел! Как, вероятно, и этот коротышка! Ты думаешь, я не замечал, как он пускал слюни на тебя, как ещё на том холме, где вас нашли, завис и не мог отдать приказ, как лез к тебе, задирал, как мальчишка, лишь бы ты обратила на него внимание! Он же буквально сходил с ума по тебе, и это видели все! Но в отличие от этого дебила, который не умеет выражать свои чувства, я сразу показал тебе, как ты мне дорога! — Ой, давай не будем... — начала Соня и скривила губы. Он со всей силы ткнул дулом ей в плечо, а Соня замычала, но стойко стерпела боль. — Слушай меня и заткнись наконец! Так вот. Я влюбился в тебя. Я ведь был хорошим! Я ухаживал! Дарил цветы! Был добр! Шутил! Помогал тебе! А ты, блядь... предпочитала этого коротышку Леви! — он зашёлся в истерическом хохоте. — Сука! Какая же это ебейшая ирония! Я ржал без остановки несколько часов, когда узнал, что ты с ним спишь! Как такое могло совпасть?! Может, нужно спросить у твоей подружки-экстрасенса?! Это что, карма какая-то, не пойму! — Вот именно... полный абсурд. Сердцу не прикажешь... — поддерживала разговор Соня, чтобы отвлечь его, заметив, что он уже еле держит пистолет, а его самого трясёт. — Вы все женщины — продажные твари, которые ведутся на холодных мудаков! А хорошие парни вам не нужны! А потом вы ноете, когда вас кидают, — его голос дрожал от ненависти, — как и ты ныла всем подряд, когда бросил тебя Леви! Так нахрена вы выбираете ублюдков? Почему не выбираете хороших парней, которые ради вас готовы на всё?! — В отличие от тебя, Леви хотя бы не ноет! — рявкнула Соня и, оттолкнувшись, прыгнула на него. Она повалила его на землю. Пистолет выпал и откатился. Не теряя ни секунды, она ударила локтем его в живот. Он зашипел, а Соня поднялась и попыталась ударить стопой его по лицу. Но Ким перевернулся, подскочил и сам пошёл в атаку. Она увернулась и с разворота врезала ему по голени, а следом — снова в живот. Он сложился пополам, но сквозь смех процедил: — Когда это ты так научилась драться, слабачка? — Меня научил отличный парень по имени Порко Галлиард! Она вцепилась в его голову, пытаясь ударить коленом по лицу, но Ким успел ухватить её за ногу, провернул в позу ласточки, и Соня рухнула на пол. Отбившись второй ногой, она поползла к пистолету. Пальцы уже почти коснулись холодного металла, как вдруг порыв ветра поднял и запутал её распущенные волосы, закрывая обзор. Соня отчаянно, вслепую пыталась нащупать оружие. В эту секунду Ким наступил ей на пальцы, забрал пистолет, с силой дёрнул её за волосы и потащил к ограждению. — Какая... какая мне разница — умереть сейчас от пули или разбиться? — дрожащим от адреналина и страха голосом пролепетала Соня, когда Ким подтолкнул к краю. — У тебя есть выбор. Ты или сдохнешь сейчас, или перелезешь, и, смотря, как ты будешь молить меня о прощении... смотря, как ты будешь обещать, что останешься со мной... я сохраню тебе жизнь, — спокойно ответил Ким. Соня на мгновение закрыла глаза, смирилась с участью, перелезла через ограждение и вцепилась пальцами в рукав Кима. А он взял её за горло и торжественно, не скрывая победной улыбки, прохрипел: — Я жду. Начинай молить о пощаде, девочка моя. *** Леви сидел, прислонившись к полуразрушенной стене, и смотрел на карманные часы. «Уже прошло двадцать минут. Где этот Зверюга потерялся?» И этот щенок только и делал, что беспрерывно нападал на Эрена. Леви мысленно оправдывал, почему его ещё не убил, тем, что Порко был слишком юрким. Только и всего. А не потому, что он уже знал его, и духу не хватало. Они занимались бестолковым обстрелом, а вдали Эрен с Микасой пытались пробить титана-молотобойца. Внезапно он увидел, как Конни приземлился на асфальт прямо под вражеский пулемёт. — Безмозглый сопляк! — рявкнул Леви, подключая УПМ и бросаясь вперёд. Пуля просвистела прямо над его головой. Впервые в жизни он обрадовался своему низкому росту. Но всё же Конни зацепило. Он подхватил раненого подчинённого и отлетел с ним на безопасный край крыши. Конни лежал, заливаясь кровью. Тут же, словно из ниоткуда, приземлилась Кира, бросилась к нему на грудь, и между ними завязался диалог. — Я буду любить тебя даже после смерти, — с драматичной ноткой прошептал Конни, протягивая к ней окровавленную руку. — И я буду любить тебя до гроба, — надрывисто ответила Кира, пустив одну маленькую блестящую слезу. «Недоумки», — мысленно бросил Леви, засунул руки в карманы и, осмотревшись, увидел, что другие разведчики тоже попали под обстрел. Он подошёл, легонько пнул ногой лежащего Конни и пробормотал безразличным тоном: — Эй, ты ранен в плечо. Хватит сопли разводить, вставай. Конни, на удивление, искренне обиделся и, прищурившись, выдавил: — Капитан, умеете вы испортить момент... — Да! — подхватила Кира, обнимая раненого. — Что вы лезете не в своё дело? Леви закатил глаза, махнул на них рукой и улетел. Спас несколько разведчиков, но, в конце концов, полетел к Эрену. Он устал от этой возни с титаном-молотобойцем и хотел узнать у Микасы, почему они до сих пор не могут с ним справиться. Он приземлился на плечо Атакующему в тот самый момент, когда того пронзил очередной штырь. — Эй, Эрен, сколько можно возиться? Мы так всех потеряем! Что у вас дальше по плану? Эрен не заставил себя ждать и высунулся из затылка титана. Леви заметил, как тот испуганно, почти недоумённо смотрит на него. — Капитан? А почему вы здесь? Вы ведь должны были уже… Где Соня?! Она должна быть здесь на вашем месте! — С ней всё нормально, — спокойным тоном ответил Леви, хотя внутри него начала закрадываться тревога. Почему этот сопляк так напрягся? — Срочно! Летите к ней! — завопил Эрен. В этот момент они услышали свист снаряда и едва успели отпрыгнуть в стороны. Леви рванул на УМП, а Эрен, взревев, снова превратился в Атакующего титана и продолжил бой, прикрываемый громовыми копьями Микасы. Леви хотел было сначала разобраться с пулемётом, но, не сдержав порыв, решил: «Несколько минут. Слетаю, проверю». Он глянул на вышку. «И почему я, дурак, надеялся, что она смотрит в окно?» На крыше он не увидел ничего подозрительного — лишь ящики с оборудованием. — Зараза, — прошипел он и, подхваченный тросами, полетел к ней. Он влетел в то самое окно, которое сам же и разбил, и чуть не врезал кулаком в стену. — Вот дерьмо. Куда она делась? Его взгляд метнулся по пустой комнате, и он уже собрался вылететь обратно, чтобы искать её на соседних крышах, где она уже, вероятно, отстреливалась с марлийцами, но тут краем глаза заметил её пистолет на полу. — Что за нахрен?.. Он поднял его и инстинктивно проверил магазин. Пусто. Ни одного патрона. На несколько секунд его сознание отказалось воспринимать этот факт. Затем он заметил распахнутую дверь, ведущую на крышу. Подорвался, выпрыгнул в окно, пролетел спиной вниз несколько метров, вцепился тросами в край крыши и рывком поднялся наверх. Так как вышка была круглой, он начал её осторожно обходить. И на другом крае его ждало леденящее душу зрелище: этот ублюдок держал Соню за горло, прижимая пистолет к её лбу. Она стояла на самом краю за ограждением, её миниатюрные пальцы вцепились в Кима в предплечье — единственная точка опоры, чтобы не сорваться вниз. Леви сделал несколько беззвучных шагов, но Ким, словно почувствовав его присутствие, резко обернулся. — Ну наконец-то! А я уж думал, благородный Леви Аккерман так и не явится спасать свою принцессу от страшного дракона. Леви сделал ещё осторожный шаг, но Ким тут же помахал пистолетом, давая понять: стой на месте. Соня, залитая слезами, лишь смиренно молчала, пытаясь сохранить хрупкий баланс. — Доставай клинки. И всё оружие. Иначе она сейчас умрёт. Только рыпнись, коротышка. Леви, не раздумывая, выставил руки вперёд, показывая согласие, лишь бы эта тварь не причинила ей вреда. Он аккуратно вытянул клинки из портупей и швырнул их перед собой. «До них метров десять. Успею ли словить, если он её отпустит?» — Смотри, моя девочка, — ядовито прошипел Ким, — сейчас ты увидишь, как сдохнет твоя любовь, и освободится в сердце место для меня. Ким показательно направил пистолет на него. Леви уже смирился со смертью, лишь бы она выжила. Но в этот момент Соня совершила роковую ошибку. Перетянула ярость на себя, открыла рот, и Леви смог прочитать по губам: «Я тебя люблю». Лицо Кима исказилось такой ненавистью и безумием, что стало страшно смотреть. Он выпучил глаза и заорал, перекрывая гул битвы: — Так не доставайся же ты никому! Он с силой пихнул её, отпустив горло. Соня отчаянно попыталась схватиться за его рукав, но не смогла и полетела вниз. У Леви на миллисекунду случилась паника, но тело среагировало быстрее разума. Он оттолкнулся так, что казалось, под ним треснул асфальт, пробежал мимо Кима и прыгнул за ней. Он понимал, что она падала уже слишком далеко от него. Соня протянула к нему руку, а в её глазах застыла мольба. Но затем, словно приняв свою участь, зажмурилась. Леви отчаянно проталкивал воздух, пытаясь долететь. У него получилось. Он поймал её в сантиметре от земли, выпустил тросы, врезался спиной в стену ближайшего здания, и из него выбило весь дух. Он пытался минуту сделать вдох. Всё это время Соня была прижата к нему, уткнувшись лицом в его плечо. — Сильно испугалась? — проговорил он охрипшим голосом, когда боль в спине, наконец, отступила и дыхание восстановилось. Но Соня молчала. — Эй, Соня? Леви аккуратно оторвал её от себя, и тело неестественно обмякло на его предплечье. Руки безвольно повисли, а голова закинулась назад. Разум сообразил быстрее сердца. Она просто без сознания. — Соня? — он потряс её и легонько похлопал по щеке. — Ты что, так испугалась, что опять отключилась? Всё его грёбаное сердце цеплялось за эту слабую надежду. Но тут голова Сони медленно склонилась набок, и из носа потекла тонкая струйка крови. Леви застыл, просто смотря на неё. На эту алую дорожку, затекающую за ухо. Ему показалось, что весь мир в этот момент затих. Или, возможно, от собственного бешеного сердцебиения у него заложило уши. Он сжался, уткнулся лбом в её грудь и отчаянно пытался почувствовать в ней хоть каплю жизни. — Останься со мной... Пожалуйста... «Значит, этот хлопок не послышался. Успела удариться головой, когда я её подхватил». Он безвольно пытался сдержать оглушающий стон, вырывающийся из его души. — Я хочу, чтобы у меня был близкий человек, — шептал он, прижимая её к себе так сильно, что ему на мгновение почудилось, что хрустят её кости. Потянулся к её шее, сорвал цепочку и сжал в кулаке. — Я... я тоже тебя люблю. У него настолько не получалось смириться с её кончиной, что ему в какой-то момент показалось, будто её сердце всё-таки пропускает слабый удар, давая ему призрачную надежду. Леви в последний раз вобрал её запах, силой воли оторвался и откинулся затылком в стену, закрыл глаза, но не мог её отпустить. Он поджал ноги, прижимая её ближе к себе, и дышал через рот, пытаясь собрать всё своё мужество, чтобы идти сражаться. Но не мог. Впервые в жизни — не мог. Его внутреннюю агонию прервал человек, приземлившийся рядом. Леви резко распахнул глаза и увидел перед собой Жана. — Капитан, вот вы где! — тараторил тот. — Мы с парочкой ребят прибыли на подмогу! Там Звероподобный начал швырять камни, нам нужна ваша… Он недоговорил, увидев обмякшее тело. — Как же так... — только и смог выдавить из себя Жан. Он рухнул на колени и вцепился пальцами в волосы. — Соню... её нужно спрятать, — отстранённо сказал Леви. — Я хочу забрать её на Парадиз и похоронить. Он поднялся на ноги, всё ещё держа её на руках, и передал Жану, как самую ценную и самую горькую ношу. — Сейчас полечу к Звероподобному. Только решу один вопрос. Леви задрал голову и глянул на крышу радиовышки, где всё ещё стоял Ким и смотрел на него. Леви спокойно пошёл в сторону здания, мысленно возмущаясь: «Как я могу выполнить твоё грёбаное обещание и быть счастливым, когда тебя больше рядом нет?» Он выпустил тросы, взлетел и приземлился рядом со своими клинками. Ким стоял к нему вполоборота, засунув руки в карманы. Леви спокойно вставил клинки в порты и направился к нему. Не дойдя пары шагов, он заметил, что эта гнилая мразь... плачет. — Я смотрю, ты с ней здорово повеселился. — Почему ты не спас её?! — вдруг завопил Ким. — Ты, кусок дерьма, ещё смеешь скорбеть по ней?! Внутри Леви что-то оборвалось. По венам растеклась та самая первобытная ярость, которую он не испытывал со времён боя со Звероподобным. Он рывком прыгнул вперёд. А Ким повернулся, словно подставляясь под удар. Леви всадил клинок так глубоко, что пронзил этого выблядка насквозь. Ким рухнул на колени. Из его рта хлынула кровь, но на губах играла странная, почти просветлённая улыбка. — Спасибо... — прохрипел он, глядя на Леви пустым, но благодарным взглядом. Леви с рыком ненависти прокрутил и протянул верх клинок, сжав зубы. Ким обмяк, а Леви оттолкнул брезгливо ногой его мёртвое тело, вытягивая окровавленный меч. Хотел продолжить и изрубить его в клочья, но, собрав волю в кулак, просто переступил труп. Встал на краю крыши, посмотрел на творящийся вокруг хаос и тихо произнёс: — Пора разнести этот материк ко всем чертям. *** Дождь барабанил по подоконнику, и звук был он настолько оглушающим, что казалось, заполнял всё пространство до отказа. Она отчаянно хотела закрыть уши, но не получалось. Тело словно превратилось в зажатый комок нервов, и она только мысленно могла ныть, чтобы кто-нибудь, хоть какая-нибудь божественная сила, прекратила этот бесконечный поток залпов. Каждая капля отдавалась в висках оглушительным грохотом. И сквозь этот шум она почувствовала запах. Что-то до боли знакомое, то, что вызывало лишь приятные, тёплые ассоциации. Нужно открыть глаза… Не могу. Очень сильно болит голова. Соня силой воли распахнула веки и обнаружила перед собой белоснежный комод. Словно в бреду, она потрогала пальцами поверхность дерева. «Дорогой паркет...» — промелькнула обрывочная мысль. «Из красного дерева... Кто сейчас вообще делает такие паркеты? Идиотка, сама же такой у себя постелила и хвасталась перед Вики». Так, стоп! Она усилием воли, единственным, что у неё осталось, оперлась руками о поверхность комода и поднялась на четвереньки. Повернула голову, глянула на свою безупречно заправленную кровать. «Почему я валяюсь на полу? Почему не добралась до постели? Боже, опять этот дедовский самогон... Настолько палёный, что голова сейчас лопнет». Поднялась на ноги и пошатнулась. Тело болело так, словно его придавило огромной плитой. Голову со всех сторон вновь пронзило иголками, отдавая в переносицу. Соня пыталась навести фокус, но не получалось. Пошла, шатаясь, в ванну. Никогда ещё она не испытывала такого жёсткого отходняка. Зашла, хотела просто умыться, но затем сунула голову под ледяную воду, чтобы снизить давление в висках. Резко выпрямилась и сильно пожалела. Голова закружилась, ванная поплыла. Она упёрлась пальцами в раковину. «Боже, как всё болит. Никогда в жизни так не ломило тело...» В голове творилась такая каша, что она не могла сообразить, когда Вика успела уйти и как они допились до такого состояния. Посмотрела в зеркало и ужаснулась. На неё смотрело серое лицо с размазанной косметикой, и только зелёные глаза светились, как рождественская ёлка. Память возвращалась обрывками. Какие-то крики. Но она не могла их собрать воедино. Она хотела вернуться в комнату, добраться до кровати и проспаться, но тут краем глаза заметила на лбу странный край... Недоумённо подняла волосы и увидела безобразный шрам в районе виска, словно зашивали свинью. Она посмотрела на свою ладонь. А там — странный след, словно её насквозь пронзили раскалённой кочергой. — Что, блядь, происходит? Она увидела на себе какой-то чёрный лонгслив. Скривившись, растерянно оттянула ворот. «Когда я успела его купить?» В этот момент она услышала шорох снаружи. Хотела рвануть, но тело, будто всё ещё придавленное плитой, болело так, что его нужно было собирать в первоначальное состояние по частям. На пороге показалась женщина. Соня застыла в шоке. — Мама?.. — Боже... Мать кинулась к ней, обняла так крепко, что Соня застонала, потом отодвинулась, держа её за плечи, и смотрела, не веря глазам. — Ты что плачешь, Сонь? — тихо спросила мать. Она потрогала себя пальцами за щеку и только тогда ощутила мокрый след. — Мне снился… очень длинный сон. — Где ты была?! Ты пропала без вести почти на год! Мы уже место на кладбище купили. Соня взглянула на мать, словно на полоумную, ведь она находилась всё это время здесь… Или нет… Соня лишь, нахмурив брови, отстранённо произнесла: — Не помню.