Глава 1: Кукла из плоти и ненависти

Последнее, что я ощутил — это лезвие, пронзившее мой череп. Холодная сталь, вспышка агонии, а затем… тишина. Месть, что горела во мне десятилетия, погасла в одно мгновение. Погасла ли? Нет. Пламя мести не гаснет. Оно ищет новую искру. Я открыл глаза. Вернее, глаза открылись сами, выдернув меня из объятий небытия в мир резкого солнечного света и оглушительного гула. Гул толпы. Враждебной, ненавидящей. Я лежал на брусчатке. Моё тело… оно было маленьким. Слабым. Хрупким. Я попытался подняться, но мышцы не слушались, горели. Липкая влага заливала половину лица. Не кровь. Что-то другое. Я провёл рукой по щеке и посмотрел на пальцы. Ярко-оранжевая краска. — Смотри-ка, подавился своей краской, ублюдок! — кто-то крикнул сверху. — Демон! Чтоб ты сдох! — прошипела женщина, швырнув в меня огрызком яблока. Я медленно, с хрустом встал на ноги. Голова кружилась, в висках стучало. Я был на улице, а вокруг меня сгрудилась толпа людей. Их лица искажены гримасами чистой, беспримесной ненависти. Так смотрят на таракана, которого вот-вот раздавят. Так смотрели на меня новички в Турнире, прежде чем я вырывал их позвоночники. Но это были не воины. Это были обычные горожане. А я… я был объектом их ненависти. Память, чужая память, хлынула в мой разум обрывками, как проклятие. Имя: Наруто Узумаки. Возраст: семь лет. Статус: изгой. Причина: Девятихвостый Лис, запечатанный внутри. Мечта: стать Хокаге, чтобы все его признали. Что за бред? Лис? Хокаге? Какая-то детская сказка. Я отшвырнул эти мысли прочь. Они были слабыми, жалкими. Они принадлежали мальчику, в чьём теле я теперь застрял. — Ну что, демон, ничего сказать? — наступил на меня здоровенный мясник с окровавленным фартуком. Я поднял на него взгляд. Не взгляд обиженного ребёнка. Взгляд Ханзо Хасаши. Взгляд Скорпиона. — Отойди, — мой голос был хриплым и сиплым, но в нём зазвучала сталь, незнакомая этому телу. — Пока я позволяю тебе жить. Мясник замер на секунду, ошарашенный. Затем его лицо побагровело от злости. — Ты угрожаешь мне, тварь?! Он занёс толстую, жилистую руку для удара. Толпа завопила от восторга. Инстинкты взяли верх. Его движение было до смешного медленным, неподготовленным. Я не стал уворачиваться. Я сделал шаг навстречу, подставив под удар своё плечо, чтобы гасить силу (тело было слишком мало, чтобы парировать иначе), и вонзил пальцы в нервный узел на его запястье. Не чтобы убить. Чтобы причинить максимальную боль. Мясник взвыл нечеловеческим голосом и рухнул на колени, хватаясь за онемевшую руку. Тишина. Гул толпы сменился ошеломлённым молчанием. Они ожидали плача. Они ожидали, что их жертва побежит. Они не ожидали… этого. Я выпрямился, игнорируя боль в плече. Я окинул их всех холодным, мёртвым взглядом. — Следующий? — спросил я тихо, но так, чтобы слышал каждый. В их глазах читалась уже не только ненависть. Теперь там был страх. Первозданный, животный страх перед тем, чего они не понимали. Демон, которого они знали, был абстракцией. А это… это было реально. Они начали расходиться, пятясь, стараясь не поворачиваться ко мне спиной. Я остался один на пустынной улице, с оранжевой краской на лице и с болью в каждом мускуле. Я подошёл к луже и посмотрел на своё отражение. Глупые отметины на щеках. Яркие, как сигнальный огонь, волосы. Голубые, наивные глаза, в которых теперь горело пламя из другого мира. «Стать Хокаге? Признания?» — я усмехнулся про себя, и звук этот был чуждым и горьким. — «Нет. Ты будешь сильным. Ты будешь могущественным. Ты заставишь их не признать, а бояться. Так сильно бояться, что они будут молить о пощаде, которую ты не дашь». Внутри что-то шевельнулось. Огромное, тёмное, дикое. Девятихвостый… Он почуял перемену. Он почуял новую, куда более тёмную душу, занявшую его тюрьму. И он… заинтересовался. Я почувствовал прилив энергии, злой, коварной чакры. Она обожгла мои жилы, обещая силу. Ту самую силу, что когда-то дал мне Кван-Лай. Я сжал кулаки. Оранжевая краска засохла и потрескалась. — Хорошо, — прошептал я твари внутри себя и этому проклятому миру. — Начнём сначала. Но на моих условиях. Моя рука сама потянулась к поясной сумке мальчика. Там, среди прочего хлама, лежала пара тупых кунаи. Я взял один из них. Лезвие было жалким, но для моих целей сгодилось. Я подошёл к стене самого большого здания на площади и твёрдой рукой начал выцарапывать символ. Не детские каракули. Знак моего клана. Знак Скорпиона. «Иди сюда!» — эхом отозвалось в моей памяти. Они хотели демона? Они его получат. Но это буду уже не я. Это будет мы. Пламя мести нашло свою новую искру. И оно готово было спалить этот мир дотла.