Глава 10. Призраки прошлого

Сон не принёс покоя. В нём не было ни ужаса, ни боли — лишь бесконечная, изматывающая рутина. Я снова и снова проживал момент смерти: хруст кости, вспышка боли, холодная пустота. А затем — резкий, болезненный переход в это слабое, чужое тело, в этот мир, полный наивных иллюзий и скрытой жестокости. Я проснулся до рассвета. Воздух в комнате был холодным и спёртым. Рука, хоть и заживала быстро, всё ещё ныла, напоминая о вчерашнем уроке. Уроке для Учихи. И для меня. Встав с постели, я принялся за привычные упражнения. Отжимания, приседания, растяжка. Мышцы горели от напряжения, протестуя против непривычной нагрузки. Но я заставлял их подчиняться. День за днём, капля за каплей, я выковывал из этого хрупкого тела инструмент. Оружие. После тренировки я вышел на улицу. Рассвет только начинал красить небо в бледно-розовые тона. Улицы были пустынны, лишь где-то вдали слышался скрип телеги да лай сторожевых псов. Мои ноги сами понесли меня к тому месту, где всё началось — к площади, где когда-то тело этого мальчика облили краской и ненавистью. Теперь она была чиста. Кто-то старательно отскрёб оранжевые пятна, стараясь стереть память о произошедшем. Но память не стиралась. Она жила в стенах домов, в взглядах прохожих, в самом воздухе, пропитанном страхом и непониманием. Я стоял там несколько минут, просто дыша. Впитывая атмосферу этого места. Вспоминая. Планируя. Внезапно я почувствовал на себе чей-то взгляд. Осторожный, спрятанный, но от этого не менее заметный. Я медленно повернул голову. Из-за угла выглядывала пара детских глаз. Широких, испуганных. Девочка, лет шести, с грязными щеками и растрёпанными волосами. Увидев, что я заметил её, она мгновенно скрылась. Я не стал преследовать. Дети всегда первыми чувствуют опасность. И первыми проявляют любопытство. По пути обратно я зашёл в небольшую лавку, торгующую простейшими продуктами. Старик-торговец, увидев меня, побледнел и отступил на шаг, чуть не опрокинув ящик с яблоками. — Мне нужно мясо, — сказал я, кладя на прилавок последние монеты. — Не жирное. И яйца. Он молча кивнул, дрожащими руками завернув в бумагу кусок жёсткой говядины и несколько яиц. Он даже не попытался обсчитать меня — просто отдал покупку и отвернулся, всем видом показывая, что хочет поскорее забыть о моём существовании. Это было… удобно. Страх открывал многие двери. И закрывал рты. Вернувшись домой, я приготовил себе простую еду — жареное мясо и яйца. Безвкусно, но питательно. Пока я ел, до меня донеслись звуки с улицы — детский смех, крики торговцев, обрывки разговоров. Обычная жизнь обычных людей. Казалось, что между нами лежит пропасть. Они — по одну сторону, я — по другую. Они жили своими мелкими заботами, своими радостями и печалями. А я… я был призраком, застрявшим между мирами, между жизнями. Но призраки, как известно, иногда возвращаются. Чтобы напомнить о себе. Чтобы потребовать своё. Закончив есть, я подошёл к узкому зеркалу в углу комнаты. В нём на меня смотрел незнакомец. Яркие волосы, голубые глаза, детские черты лица… и взгляд. Взгляд, который не принадлежал ребёнку. Взгляд воина. Убийцы. Призрака. Я медленно поднял руку, касаясь своего отражения. —Кто ты? — прошептал я. — И что ты хочешь? В ответ воцарилась тишина. Лишь где-то глубоко внутри послышался тихий, насмешливый смех. Призраки прошлого молчали. Но они ждали своего часа.