Пролог: начало всего

США. Монтана. Грин-Хиллз.

— Победа! — Соник вскинул биту над головой. — Я сделал это! Вы видели?.. Он замер. Взгляд медленно скользнул к трибунам — и сердце сжалось от холода. Пусто. Всегда пусто. Ни движения, ни голоса, только мёртвая тишина, давящая сильнее любых стен. — Кто-нибудь?.. — попытался он, но слова сорвались в шёпот. Соник закрыл глаза, представляя крики болельщиков, смех, голоса, зовущие его по имени. Но, открыв их, увидел лишь темноту и равнодушный ветер, уносящий его слова в никуда. Бита выскользнула из рук и ударилась о землю. Глухой звук разошёлся эхом внутри, словно надломилось что-то в груди. Он сел на домашнюю базу. Под ладонями — холод и пыль, впившаяся в перчатки. Всё вокруг было мёртвым, и это «ничто» становилось его отражением. Игра за игрой, победа за победой — для кого? Для пустых трибун? Для равнодушных звёзд? Для ветра? Восемь лет. Восемь долгих лет в одиночестве. Восемь лет притворства, что он не один, что кто-то где-то ждёт. Но нет. Никого. Дыхание стало рваным, коготки впились в ткань перчаток. Боль — старая, знакомая, неизбежная — поднялась изнутри. Напоминая о том, что он потерял. О том, что разрушил. «Всё вокруг дышало покоем, кроме дома на высоком дереве, куда подступило племя ехидн. С копьями и луками они окружили жилище, готовые разрушить его и забрать своё. И вдруг — звон стекла. Из окна вылетела огромная сова, сжимая в когтях маленького синего ежа. Крылья Длинного Когтя раскинулись, защищая ребёнка от стрел и копий. Она летела, маневрируя, но одно копьё настигло её, вонзившись в бок. Сова вскрикнула и рухнула вниз, прикрывая Соника собой. Падение было тяжёлым, но Длинный Коготь поднялась, пряча боль. Она поставила ежа на землю и заговорила твёрдо, хотя дыхание её было сбито: — Соник, ты силён, сильнее, чем кто бы то ни было. И потому всегда найдутся те, кто захочет использовать тебя. Единственный способ спастись — спрятаться. С этими словами она достала золотое кольцо. Оно вспыхнуло и превратилось в портал. За ним открылся иной мир — лес под звёздным небом. — Там ты будешь в безопасности, — сказала она и сняла с пояса мешочек. — Эти кольца помогут тебе. — Но я не хочу туда без тебя! — голос ежа дрогнул. — Ты должен. Иначе они сделают тебя оружием. Беги, Соник. И никогда не останавливайся. Вдали уже слышался топот ехидн. Длинный Коготь подтолкнула его к порталу. Соник бросился вперёд, но, обернувшись, увидел её — она стояла перед кольцом, заслоняя его своим телом. Её крылья были расправлены, глаза горели решимостью, но в них таилась прощальная грусть. — Длинный Коготь! — вскрикнул он. Она повернулась, и в её взгляде светилась любовь. — Прощай, Соник… Ёж метнулся обратно, но портал закрылся у него перед глазами. Вокруг был чужой лес. Тишина. Он остался один. — Длинный Коготь… — прошептал он, и слёзы потекли по щекам. Всё изменилось. Навсегда.» Горечь поднималась внутри, как тёмная волна, грозя захлестнуть его целиком. Каждая игра в одиночку, каждая победа — лишь тень, попытка заглушить вину, спрятаться от правды о себе. Чужак. Одиночка. Беглец. Кому он вообще нужен? Слеза скатилась по пыльной щеке. Он смахнул её, но глаза уже наполнялись новыми. Уши опустились, плечи дрожали. Восемь лет он держал это в себе, восемь лет пытался убедить себя, что может быть счастлив в изоляции. Сегодня эта иллюзия рассыпалась. — Я так устал притворяться… — прошептал он. Он поднялся, чувствуя, как по телу пробегает покалывание энергии. Иглы приподнялись. Нужно было бежать — прочь от пустого поля, от боли, что разъедала сердце. Первый круг был медленным. Его кроссовки оставляли шрамы в рыхлой земле. — Почему? — выдохнул он, ускоряясь. — Почему я не могу быть как все? Второй круг — быстрее, ветер свистел в ушах. Иглы засветились. — Я мог бы защитить её! — крикнул он, голос срывался. Третий круг превратился в синее пятно. Искры плясали между иглами, трава начинала тлеть. Он больше не бежал — летел, пытаясь вырваться из своего одиночества. — Я больше не могу так! — его крик потонул в вихре скорости. — Я больше не хочу быть один! С каждым шагом аура становилась ярче, статическое электричество потрескивало в воздухе, оставляя за ним светящуюся полосу отчаяния. — Я даже не могу… — его голос дрогнул, — …попрощаться с ней! Он был уже похож на кольцо чистой энергии. Слёзы испарялись, едва коснувшись щёк. — Всё, что я делаю — прячусь! — эхом отозвались пустые трибуны. Искры взрывались в воздухе синими фейерверками, земля начинала дымиться. Давление в груди росло. Он не мог остановиться. — Я… я… — рыдания срывали голос, — Я БОЛЬШЕ НЕ МОГУ! Энергия достигла предела. Его глаза светились ярче звёзд, тело стало электрическим штормом. И вдруг — взрыв. Волна чистой энергии разошлась во все стороны. Вспышка на миг затмила звёзды, а потом наступила тьма. Абсолютная. Соник застыл посреди поля, тяжело дыша. Иглы потрескивали, бросая слабый синий свет на почерневшую траву. — О нет… — прошептал он. — Нет-нет-нет… Паника вытеснила боль. Вдали слышались голоса, сигнализации, лай собак. — Я не хотел… — голос дрожал. — Я просто… Он сделал шаг назад. Восемь лет незаметности — и теперь всё может рухнуть из-за одного срыва. — Может, никто не заметил? — пробормотал он, но внутри уже знал правду. Круг энергии разошёлся слишком далеко. Его охватил настоящий страх: быть обнаруженным, снова всё потерять, бежать — и некуда. Он поднял голову. Уши ловили нарастающие звуки паники. Медлить было нельзя. Остаточная энергия покалывала иглы, страх давал новые силы. Один взгляд на погружённый во тьму город — и Соник сорвался. Он превратился в размытую синюю полосу, исчезающую в ночи, оставляя лишь слабое свечение — последний след его присутствия на поле, где он был и игроком, и зрителем, и судьёй своей боли. Ветер свистел в ушах, унося звуки встревоженного города. Прочь. Дальше. Быстрее. В его голове билась только одна мысль: скрыться. Как учила Длинный Коготь. Синяя вспышка растворилась в лесу, оставив позади почерневшую траву и мерцающие звёзды — единственных свидетелей его отчаяния.

***

Соединенные Штаты Америки. Штат Виргиния. Пентагон.

— Шестнадцать часов назад на всём северо-восточном побережье Тихого океана произошло масштабное отключение электроэнергии, — произнёс Уолтерс, медленно обводя взглядом министров, словно взвешивая каждое их выражение лица. — Что нам известно? — Основная версия — электромагнитный импульс, — первым заговорил министр научных исследований, но в голосе его звучала неуверенность. — Однако силы, способной вызвать подобное, просто не существует. — Солнечные вспышки исключены, — отрезал министр космоса. — Аварий на электростанциях также не зафиксировано, — добавила министр энергетики, поджав губы. — Прекрасно, — с тяжёлым вздохом развёл руками Уолтерс. — Значит, мы хотя бы знаем, чем это не является. Он перевёл взгляд на генерала, лицо которого хранило привычную суровую маску. — Не исключено, что это подготовка к чему-то большему, — произнёс тот. — Предлагаю немедленно поднять две дивизии морской пехоты. — Может, это… инопланетяне? — неуверенно вставил кто-то из зала. — Опять? — раздражённо фыркнул представитель внутренней безопасности. — Нам только ещё одного вторжения или самозваного «божества» не хватало. — После 2012-го я уже ничему не удивляюсь, — тяжело кашлянул генерал. — Уверен, этот всплеск не остался незамеченным. S.H.I.E.L.D., Совет мировой безопасности — они наверняка уже держат ситуацию на карандаше. — Именно поэтому, — жёстко ответил Уолтерс, — я предлагаю сперва разобраться самостоятельно. Что касается остальных — придержим их столько, сколько сможем. — Я повторяю: две дивизии морпехов! — с нажимом сказал генерал, словно желая вбить решение в головы коллег. — Нет, нет, — покачал головой Уолтерс. — Силой здесь ничего не добиться. Нужен специалист. Человек, разбирающийся в технологиях на уровне, превышающем наше собственное. И желательно без широкой огласки. — Лабораторная крыса? — прищурился генерал. — Не любая, — мягко поправил Уолтерс. — Один конкретный. Тот, кто уже сталкивался с подобным. В зале воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском старых ламп под потолком. — Вы ведь не имеете в виду… его? — осторожно уточнил один из министров, будто само имя было слишком тяжёлым, чтобы его произнести. — Именно, — кивнул Уолтерс. — Да, он временами… эксцентричен. — Эксцентричен? — усмехнулся министр обороны. — Да он стихийное бедствие в человеческом обличье! — Но гений, — твёрдо отрезал Уолтерс. — Доктор пяти наук. Его изобретения… — он сделал акцент, будто рубил каждое слово, — превосходят всё, чем располагаем мы. — И вы уверены, что он справится? — Вспомните переворот в Пакистане. Восстание в Австраландии, — напомнил Уолтерс. — Австраландии-то уже не существует, — тихо заметил министр. — Вот именно, — холодно ответил Уолтерс. — И за это мы должны благодарить Роботника. Министры переглянулись. Сомнение читалось в их взглядах, но вместе с ним и неизбежность. — Трудно поверить, что мы собираемся доверить судьбу целого региона этому выскочке, — пробормотал кто-то из присутствующих. — Поверьте, — сухо произнёс Уолтерс, — мне самому трудно. Но выбора у нас нет. Он наш — единственный козырь. Голосуем. Кто «за»? Руки медленно поднялись — четыре из шести, включая самого Уолтерса. — Решено, — заключил он, щёлкнув крышкой ручки. — Я подписываю приказ о передаче операции в ведение G.U.N. и доктора Айво Роботника.

***

Нейтральные воды тихого океана. Геликарриер. Главный мостик.

Геликарриер медленно скользил над облаками, словно гигантская тень, закрывающая половину неба. Его турбины глухо гудели, удерживая в воздухе колоссальную конструкцию из металла и технологий. Внутри командного мостика царил привычный, но организованный хаос. Агенты S.H.I.E.L.D. перемещались между консолями, пальцы их мелькали по сенсорным панелям, голограммы вспыхивали и гасли, окрашивая помещение в холодные оттенки синего и серого. На центральном экране мерцала карта США. В районе крошечного городка Грин-Хиллз, штат Монтана, тревожно пульсировала красная точка — словно открытая рана на теле континента. Ник Фьюри стоял посреди зала, неподвижный, как скала. Его единственный глаз был прищурен, руки скрещены на груди. Он смотрел на экран с тем хищным спокойствием, которое бывает у людей, привыкших командовать бурей. Рядом стояла Наташа Романофф, задумчиво перелистывая данные на планшете. Позади — Фил Коулсон, державший под мышкой пухлую папку с отчётами. На экране вспыхнул новый график: резкий энергетический скачок, подозрительно напоминавший сигнатуру Тессеракта. Линии графика взмывали вверх, ломая привычные параметры, словно сама физика не выдерживала происходящего. — Говорите, — коротко бросил Фьюри. Один из агентов вывел изображение на экран. — Сэр, шестнадцать часов назад на всём северо-западном побережье США произошёл масштабный сбой электросети, — доложил он. — Пентагон официально заявил, что причиной стал электромагнитный импульс, но расчёты не сходятся. Всплеск слишком локализован. — Солнечные вспышки? — уточнил Фьюри. — Исключено, сэр, — агент замялся, а затем вывел новый набор данных. — По всем признакам это квантово-нестабильный выброс. Сигнатура похожа на Тессеракт, но с заметными отклонениями. Коулсон, стоявший чуть в стороне, тихо перевернул страницу в папке. — Пентагон уже задействовал G.U.N., — произнёс он. — По закрытому каналу мы перехватили сообщение: введён локдаун в Монтане. Они направили туда собственного специалиста. Фьюри нахмурился. — Какого ещё специалиста? Коулсон поднял взгляд, и в его голосе прозвучала едва скрытая неприязнь. — Айво Роботник. Он включил голограмму. На экране появилось досье: высокий, худощавый мужчина с аккуратно уложенными каштановыми волосами и густыми усами. На нём — длинный чёрный тренч поверх тёмно-серой туники и брюк. Взгляд — насмешливый, почти безумный. Под фотографией значилось: Джулиан "Айво" Джеральд Роботник. Фьюри не сводил взгляда с экрана. — Хилл, — произнёс он ровно, — свяжите меня с Советом мировой безопасности. Если Пентагон считает, что сможет провернуть всё это в тени, пусть попробуют объяснить своё молчание международникам. Он обернулся к подчинённым. — Я выдвигаю официальное требование Совету: S.H.I.E.L.D. должен получить полный доступ к расследованию и совместные полномочия с G.U.N. Хотят они того или нет. Мария Хилл подняла взгляд от консоли. — А если правительство США откажется? Фьюри медленно усмехнулся. — Тогда напомним им, — сказал он, глядя прямо в камеры наблюдения, — что Геликарриер способен зависнуть над Вашингтоном за пятнадцать минут. Мостик погрузился в напряжённую тишину. Лишь турбины продолжали гудеть, будто отмеряя секунды до грядущего конфликта. Теперь противостояние с G.U.N. и доктором Роботником перестало быть вопросом если. Оно стало вопросом когда.

***

Соединенные Штаты Америки. Штат Монтана. Где-то на окраинах Грин-Хиллз.

Небольшое бейсбольное поле, некогда наполненное смехом и азартом игры, теперь выглядело чужим и мрачным — оно превратилось в полевой лагерь военных. Там, где прежде звучал звон бит и гул аплодисментов, теперь рядами тянулись оливково-зелёные палатки, а вместо игроков и зрителей по периметру сновали люди в защитных костюмах. Они методично обследовали местность, сканируя каждый метр, словно боялись упустить хоть крупицу улики. Майор Беннингтон наблюдал за этой картиной с высоты командного пункта. Его лицо выражало странную смесь тревоги и досады. Приборы фиксировали аномалии беспрецедентного масштаба — показатели, которые не укладывались в рамки известных науке объяснений. Он как раз вчитывался в свежие данные с датчиков, когда до его слуха донёсся рёв мощных моторов со стороны парковки. Из-за поворота, сверкая чёрным металлом под солнечными лучами, показался массивный Freightliner Argosy. За ним, словно по команде, выстроились в аккуратный ряд несколько Chevrolet Suburban 2015 года, окрашенных в тот же глубокий чёрный цвет. Борта прицепа главного грузовика разошлись в стороны с механической точностью, и наружу вышла автоматическая лестница, опустившись на землю, как трап космического корабля. Из глубины прицепа вышла мужская фигура, которую можно было бы смело поместить на обложку журнала «Злодей года». Чёрный, идеально сидящий костюм; волосы того же густого, как воронье крыло, оттенка; строгий силуэт завершали прямоугольные тёмные очки. На фоне хаотичной военной обстановки он выглядел как персонаж, случайно сошедший с кадра дорогого шпионского фильма — и явно не собиралась растворяться в серой массе. За ним спустились несколько мужчин и женщин в столь же элегантных костюмах — охрана и помощники, прибывшие во внедорожниках, что выстроились рядом с трейлером. Майор Беннингтон, наблюдая его приближение, машинально расправил плечи. Казалось, даже гул генераторов стих, уступая место его присутствию. — Вы здесь за главного? — спросила он, снимая очки и ловко закрепляя их на кармане пиджака. — Да, я… — начал он. — Нет! — резко отрезала незнакомец, не дав ему договорить. — Я… — попытался вставить Беннингтон. — Неверно, — перебила незнакомец вновь, поправляя манжеты своего костюма. — Ответствен… — начал было майор, но уже звучало неуверенно. — Главный здесь — я! — с победной улыбкой заявил Роботник, при этом, как бы для наглядности, указав на себя большими пальцами обеих рук и шагнув ближе, почти в личное пространство. Из-за его плеча помощник раскрыл голографический планшет, на экране которого вспыхнули инициалы начальницы: Dr. Ivo Robotnik — Guardian Units of Nations. Фамилия, возможно, ничего и не говорила майору, но название организации… намекало, что в игру вступил кто-то из самых высоких эшелонов власти. — Позвольте прояснить, — произнес он с нарочитой снисходительностью, подняв указательный палец вверх. — Иерархическая пропасть между нами настолько велика, что её невозможно измерить никакими известными вам методами. Агент Стоун! — Доктор хочет сказать, что теперь вы здесь никто, — сухо пояснил его помощник, протягивая майору орден с вложенным документом. Беннингтон выхватил его и начал читать: --- МИНИСТЕРСТВО ОБОРОНЫ США ОФИС КОМАНДЕРА ВООРУЖЁННЫХ СИЛ ПРИКАЗ № 47/А-Ω Гриф: Совершенно секретно Кому: всем подразделениям Министерства обороны, агентствам федерального уровня, военным и гражданским контрагентам. От: Коммандера Джона Уолтерса, начальника оперативного штаба. --- В связи с выявленной аномалией техногенного/энергетического характера в районе Грин-Хиллз, штат Монтана, ввиду невозможности установления её точной природы стандартными методами и с учётом потенциальной угрозы национальной безопасности, ПРИКАЗЫВАЮ: 1. Операцию «Эхо-Хиллз» передать в полное оперативное ведение и под полную юрисдикцию Агентства G.U.N. 2. Назначить доктора Айво Роботика (уч. № GUN-Δ-1138) руководителем операции с правом: применения любых военных и технических ресурсов, включая подразделения специального назначения; контроля воздушного, наземного и морского пространства в районе операции; введения временных ограничений и режима особого положения в зоне до 50 км от предполагаемого эпицентра аномалии; привлечения или отстранения любых должностных лиц, включая командиров военных частей, задействованных в операции; санкционирования полевых испытаний разработанных им технических средств. 3. Все службы, ведомства и военные формирования обязаны исполнять приказы доктора Роботника безусловно и немедленно. 4. Контроль за выполнением настоящего приказа оставляю за собой. Особое указание: любые жалобы на методы руководителя операции подлежат рассмотрению только после завершения миссии. --- Подпись: [подпись] Коммандер Джон Уолтерс Начальник оперативного штаба ВС США Печать Министерства обороны США Майор скользнул взглядом по вновь прибывшим и мгновенно осознал: ситуация усложнилась куда сильнее, чем он рассчитывал. — Ну что ж, формальности — в утиль! С этого момента ваши жалкие смертные… тьфу, простите, люди — под моим командованием! Как говорится, иногда, чтобы решить проблему, нужно создать новую. — Он расправил руки, словно дирижёр перед оркестром, — и я создам их целую симфонию! Всё во имя науки... и моего безупречного вкуса! Он повернулся к своему помощнику: — Агент Стоун, подготовьте всё необходимое. Пора показать этим… — он смерил Беннингтона взглядом, — военным энтузиастам, как работают настоящие профессионалы. Беннингтон, пытаясь сохранить видимость хладнокровия, открыл рот, чтобы сообщить о приближении подкрепления, но Роботник уже развернулся на каблуках — с тем самым жестом, будто дирижирует симфонией, а не командует операцией. Он что-то быстро отстукивал на голографическом интерфейсе перчатки, отдавая указания своей команде. — Агент Стоун, — произнёс он с ленивым презрением, — наш доблестный майор всё ещё пытается просверлить меня взглядом? — Да, доктор. Майор не сводит с вас глаз. — Очаровательно, — протянул Роботник, склонив голову набок. — Быть предметом такого… неразделённого восхищения от людей, чья мыслительная активность заканчивается на уровне инструктажа по пользованию ложкой. Он вздохнул, вернувшись к дисплею. — Пытаюсь, понимаете ли, творить историю, а рядом кто-то пялится, будто я фокусник на детском утреннике. — Возможно, майор просто… — начал Стоун, но Роботник перебил. — Неинтересно. Его мотивы так же прозрачны, как его интеллект. — Он резко повернулся, уставившись на Беннингтона. — Напомните, как там его звание? Майор… э-э… — Беннинг… — Всё равно! — резко перебил Роботник, вскинув руки. — Уважаемый майор Безразличие, в этом мире есть два типа людей: те, кто пишет уравнения, и те, кто считает кнопки на калькуляторе достижением. Вы, увы, из второй группы. Он вновь повернулся к Стоуну, небрежно. — Агент, запишите в отчёт: чрезмерное наблюдение за гениями без лицензии на изумление чревато побочными эффектами. Например… спонтанным появлением “Baby Shark” на всех служебных устройствах наблюдателя. Включая кофеварку. — Я всё слышу! — рявкнул Беннингтон. — Фантастика! — воскликнул Роботник, хлопнув в ладони с восторгом ребёнка, впервые увидевшего лазер. — Он говорит! Стоун, отметьте в календаре: наш подопытный успешно перешёл на фазу вокализации. Дайте ему печеньку! Может, к следующей неделе научится мыслить. Беннингтон, из последних сил стараясь не повысить голос, произнёс: — Доктор Айво Роботник, вам следует… — Следует? — Роботник медленно обернулся, с притворным удивлением. — Единственное, что мне следует, майор, — это продолжать реформировать науку, пока такие как вы продолжают держать за забором табличку «Не трогать мозг». Агент Стоун, как там детки поживают? Стоун начал было отвечать, но, будучи единственным, кто заметил появишийся буквально из не откуда летательный аппарат, зависший над лагерем — Доктор… — Что такое? Вы же видите, я занят важным делом — игнорирую майора. — Но доктор, там… — Если это не вторжение Джедаев или не тот парень в красно-синем трико, болтающийся на паутине, то, простите, у меня дела поважнее. Летательный аппарат начал приблежатьсь и только тогда когда его заметили он начал издавать хоть какие то звуки. — Это еще кто! — Возмутильно вскрикнул Роботник, раскинув руки в стороны. — Об этом я и хотел сообщить! — Перекрикивая звук лопостей доложил Майор.

***

Турбины ревели, гул вибрации шёл по корпусу, как биение стального сердца. Воздух был натянут, будто струна, — пахло машинным маслом, металлом и грядущей бурей. Тусклые лампы под потолком отбрасывали неровные отсветы на лица агентов, занятых последними приготовлениями: кто-то закреплял оружие, кто-то проверял страховку снаряжения. У дальней стены, опершись на ящик с маркировкой S.H.I.E.L.D., стояла Наташа Романов. Чёрный тактический костюм подчеркивал гибкость тела, волосы собраны в идеальный узел. На лице — спокойствие, натянутое, как броня. В её глазах отражалась уверенность человека, для которого миссии — всего лишь очередной виток привычного ада. — Ладно, слушаем внимательно, — её голос прорезал гул двигателей, как выстрел. — В нашем распоряжении один час до высадки. Цель — Грин-Хиллз, Монтана. Маленький город, около двух тысяч жителей. Но… — она щёлкнула пальцами, и перед ней вспыхнула голограмма, — последние сутки там происходят странные вещи. На голограмме — карта, пульсирующая помехами, словно больное сердце земли. — Электросети выведены из строя, радиосигналы искажены. По данным G.U.N., источник — энергетический всплеск неизвестной природы. Наши спутники зафиксировали импульс, похожий на сигнатуру Тессеракта. — То есть, речь может идти о внеземных технологиях? — уточнил один из агентов. — Возможно, — коротко бросила Романов. — А может, о человеке, который возомнил себя богом. Плавным движением она провела рукой по голограмме, переключая изображение. На экране возникло досье — сухие строки, которые, однако, не могли скрыть тревоги за ними. Имя: Джулиан "Айво" Джеральд Роботник Возраст: 43 года Гражданство: США Место рождения: данные стерты или засекречены. Образование: Массачусетский технологический институт — доктор инженерных наук Кембриджский университет — доктор физико-математических наук Токийский технологический университет — доктор робототехники Стэнфордский университет — доктор прикладной физики Оксфордский университет — доктор компьютерных систем и ИИ Итого: пять научных степеней. Языки: английский, японский, немецкий (технический), русский, французский. Семейное положение: не женат. Родственники: отсутствуют (данные удалены в 2012 году). Характеристика: доктор Джулиан "Айво" Джеральд Роботник. — инженер, физик и изобретатель с гениальными, но опасно нестабильными аналитическими способностями. В научных кругах известен как «человек, заменивший целый отдел» — благодаря созданию полностью автономных исследовательских комплексов. Несмотря на достижения, неоднократно нарушал протоколы безопасности и иерархии. Поведение — высокомерное, непредсказуемое, демонстрирует патологическую потребность в контроле. Должность: ведущий консультант по робототехнике и кибернетике при Министерстве обороны США, внештатный советник G.U.N. Сфера деятельности: автономные боевые платформы, искусственный интеллект, системы мониторинга повышенной точности. — Лучше знать врага в лицо, — холодно прокомментировала Наташа. ПРИЛОЖЕНИЕ 4-А Объект: Роботник, Айво Джулиан Тема: Зарегистрированные разработки под контролем Министерства обороны США I. Робототехника Проект «SENTRY Mk.I–V» — автономные боевые дроны с адаптивным ИИ (программа DARPA). Система «Guardian Sphere» — сферические наблюдательные устройства с гиростабилизацией. Манипуляторы серии «ARMS» — промышленно-боевые роботизированные руки с полной ротацией. II. Энергетические технологии «Redline Reactor» — миниатюрный реактор на нестабильной плазме; проект закрыт после аварии. «Infinity Coil» — экспериментальная катушка накопления электромагнитной энергии. «Flux Battery» — самовосстанавливающийся аккумулятор сверхвысокой ёмкости. III. Кибернетика и нейроинтерфейсы «Neural Link v3» — прямое подключение оператора к ИИ. «Cerebra Core» — модуль предиктивного анализа для систем наведения. «Synapse Engine» — ранняя версия самообучающегося алгоритма, запрещённая после утечки данных. ПРИЛОЖЕНИЕ 4-B Тема: Проект «BADNIK Initiative» Классификация: автономные механические единицы поддержки и охраны. Назначение: разведка, патрулирование, пресечение угроз, работа в экстремальных условиях. Модели: BADNIK-Type A («Buzz Bomber») — воздушная единица ближней разведки с электрошокером. BADNIK-Type B («Motobug») — наземный дрон на гусеничном ходу, использовался для охраны лабораторий. BADNIK-Type D («Eggdrone») — универсальная платформа наблюдения, совместимая с ИИ-системой AURA OS. — Говорят, он нестабилен, — заметил пилот, повернувшись. — Уволен из Пентагона за «чрезмерное рвение». — «Чрезмерное рвение» — мягко сказано, — сухо ответила Наташа. — Он считает, что человечество деградирует, и решил ускорить эволюцию. G.U.N. дала ему карт-бланш — и теперь мы расхлёбываем последствия. Она перевела взгляд на агентов: — Наша задача — установить контакт с Роботником, оценить обстановку, определить источник всплеска. Не вступать в конфликт. Не вмешиваться без приказа. И главное — не дать ему понять, что мы что-то подозреваем. — А если поймёт? — спросил один из младших оперативников. Наташа едва заметно усмехнулась. — Тогда посмотрим, как быстро он бегает. Несколько сдержанных смешков прокатились по отсеку, но напряжение не исчезло. Романов стояла неподвижно, глядя на проекцию лица Роботника. Даже на фото в его взгляде жила опасная смесь безумия и самоуверенности. — Этот человек опасен, — произнесла она тихо, почти шепотом. — Не из-за армии дронов, а потому что он верит: знает, что делает. Она выключила голограмму. — Проверить оборудование, оружие, связь. Через тридцать минут — высадка. И… — её взгляд стал холоден, как сталь. — Если Фьюри прав, то всё, что происходит в Грин-Хиллз, — не просто сбой энергии. Это начало чего-то большего. Гул мотора усилился. За иллюминатором солнце клонилось к закату, окрашивая облака в кроваво-золотой свет. Транспортник S.H.I.E.L.D. нырнул в плотные слои атмосферы, направляясь туда, где судьба уже ждала своего начала.