Начало заговоров

Полевой командный центр. Город Грин-Хиллз.

Пока поисковые группы S.H.I.E.L.D. и G.U.N. расходились по заранее распределённым точкам, а агенты Роботника прочёсывали улицы Грин-Хиллз, сам доктор предпочёл остаться в лагере. Он заперся в своём мобильном техно-модуле, словно дирижёр, наблюдающий за оркестром из укрытия, где слышен каждый инструмент. Пальцы Айво порхали над голографическими интерфейсами, координируя десятки Eggdrone с почти пугающей точностью. Каждое движение дронов, каждый маршрут, каждый импульс на экране складывались для него в идеальную симфонию контроля. В лагере тем временем остались Наташа Романов, агент Стоун, майор Беннингтон и несколько сотрудников обеих организаций. Каждый был занят своим делом. Беннингтон мрачно раздавал приказы по рации, периодически поглядывая в сторону леса. Оперативники S.H.I.E.L.D. проверяли оборудование и настраивали сенсоры, а Стоун, как всегда собранный и безупречно спокойный, координировал агентов Роботника, непрерывно отдавая короткие и чёткие распоряжения. Сам же Грин-Хиллз казался местом, которое совершенно не подходило для подобных событий. Небольшой, тихий городок в Монтане жил размеренно и неторопливо. Здесь люди знали друг друга по именам, а соседи здоровались так же привычно, как солнце поднималось над холмами каждое утро. Узкие улочки, окаймлённые старыми клёнами, тянулись мимо аккуратных домов с белыми заборчиками и скрипучими верандами. Над главной площадью возвышалась скромная ратуша с облупившейся краской на вывеске, а воздух пах свежескошенной травой, дымом барбекю и влажной древесиной. Где-то вдалеке лаяли собаки, гоняя белок по дворам. Именно поэтому произошедшее казалось особенно неправильным. Всё электричество исчезло в одно мгновение. Без предупреждения. Без причины. Свет погас одновременно во всём городе — так, словно кто-то щёлкнул выключателем целого мира. Остановились электростанции, замолчали кондиционеры, погасли витрины магазинов. Люди вышли на улицы в растерянности, пытаясь понять, что произошло. Энергоснабжение вскоре восстановили, и привычная жизнь постепенно вернулась в своё русло… но тревога осталась. А когда в город прибыли военные, оцепившие район бейсбольного поля и запретившие жителям приближаться к лесу и озеру, беспокойство превратилось в настоящий страх. По улицам поползли слухи о «секретной операции», а разговоры в кафе и магазинах становились всё тише, когда рядом проходили люди в форме. Некоторые пытались строить собственные теории. Простой ли это сбой на подстанции? Террористическая атака? Или что-то куда хуже? Старик с местной заправки уже несколько часов подряд рассказывал всем о пришельцах, энергетических бурях и правительственном заговоре. Большинство лишь отмахивалось от него как от местного чудака… хотя после появления военных даже самые скептичные начали слушать внимательнее. И за всей этой суетой внимательно наблюдали агенты Роботника. Они патрулировали районы города, собирая любые следы необычной активности. Пока удавалось обнаружить лишь остаточные энергетические всплески — слабые следы того самого импульса, что погрузил штаты во тьму. Но ничего конкретного. Чёрные внедорожники G.U.N. медленно двигались по улицам, словно тени, а местные жители настороженно следили за ними из-за занавесок. Возглавлял поиски, разумеется, агент Стоун — правая рука усатого учёного. Он сидел в автомобиле, припаркованном у трейлера неподалёку от бейсбольного поля. Машина, доработанная лично Роботником, больше напоминала мобильный командный центр: голографические панели, встроенные сканеры, система связи и десятки индикаторов мягко мерцали в полумраке салона. Воздух внутри пах дорогой кожей, электроникой и лёгким ароматом бензина. Перед Стоуном мерцал зелёный интерфейс связи. — Продолжайте собирать данные, — говорил он спокойно, хотя в голосе уже слышалась усталость. — И если обнаружите хоть что-то заслуживающее внимания – немедленно докладывайте. Это ясно? — Вас понял, агент Стоун! — быстро ответил первый оперативник, после чего связь оборвалась. — Постараюсь узнать всё, что смогу, — произнёс второй агент и тоже исчез с экрана. — Надеюсь, мы всё-таки найдём что-нибудь полезное… — пробормотал третий перед завершением сеанса. Голографический дисплей погас. Стоун глубоко вздохнул и откинулся на сиденье. Сквозь лобовое стекло он наблюдал за территорией лагеря: люди спешили между палатками, переговаривались по рациям, сверялись с планшетами и постоянно оглядывались по сторонам, словно ожидали, что неизвестное может проявить себя в любой момент. Убрав руки с руля, Стоун позволил себе ненадолго расслабиться. Конечно, его работа была несравнима с тем хаосом, в котором постоянно существовал Роботник… но даже подобное задание постепенно выматывало. Он потянулся к подстаканнику и взял стакан с только что приготовленным глясе. Высокий прозрачный стакан покрывала тонкая дымка прохлады. Терпкий аромат свежесваренного кофе смешивался с мягкой сладостью подтаявшего ванильного мороженого. На поверхности медленно оседала лёгкая кремовая пена. Стоун сделал небольшой глоток. Холодный, чуть горьковатый вкус приятно освежал и ненадолго вытеснял усталость, возвращая ясность мыслям. Когда латиноамериканец хотел сделать ещё один глоток в его стекло раздались три стука заставив его на мгновение вздрогнуть. Три коротких стука по стеклу заставили Стоуна едва заметно вздрогнуть. Он поднял взгляд — и почти сразу увидел женщину, стоявшую снаружи возле водительской двери. Она появилась настолько тихо, что на мгновение возникло неприятное ощущение: будто она наблюдала за ним уже какое-то время. Чёрная куртка без опознавательных знаков, тёмные волосы, собранные назад, спокойная осанка человека, которому не нужно ничего доказывать. Ни лишних движений, ни суеты, которой был переполнен лагерь вокруг. На фоне солдат G.U.N., техников и агентов, метавшихся между палатками, она казалась почти неподвижной. И именно это невольно притягивало внимание сильнее всего. Стоун сразу отметил взгляд. Не холодный — хуже. Внимательный. Так обычно смотрят люди, привыкшие замечать слабости раньше, чем собеседник успевает их скрыть. Наташа Романофф не выглядела угрожающе. Она выглядела как человек, который уже просчитал разговор наперёд. Стоун медленно опустил стакан с кофе обратно в подстаканник, внезапно осознав, насколько расслабился за последние несколько минут. И насколько глупо это было. Стоун несколько секунд молча смотрел на женщину через стекло, мысленно перебирая варианты — проигнорировать её, сделать вид, что занят, или всё же открыть дверь. Ни один не казался особенно хорошим. Он нажал кнопку разблокировки. — Агент Романофф, — спокойно произнёс он, стараясь вернуть себе привычную собранность. — Чем обязан? Наташа слегка наклонилась к двери, опираясь ладонью на крышу автомобиля. Ни давления, ни угрозы — но присутствие ощущалось слишком чётко. Стоун невольно отметил, насколько тихо она появилась. Он ведь даже не услышал шагов. И это ему совсем не понравилось. — Просто решила воспользоваться редким моментом, когда доктор Роботник не разговаривает одновременно с тремя людьми и собственной гениальностью. На лице Стоуна мелькнула короткая улыбка. — Значит, вы уже познакомились с доктором. — Это было трудно пропустить. Несколько секунд между ними висел привычный шум лагеря: переговоры по рациям, рокот генераторов, далёкие голоса военных. Наташа скользнула взглядом по салону, задержавшись на стакане с глясе. — Должно быть, непросто с ним работать. Стоун чуть выпрямился. Вопрос прозвучал слишком повседневная, слишком аккуратно. Не как попытка поддержать разговор — как проверка. — На самом деле проще, чем многие думают. — Правда? — Доктор… сложный человек. Но он знает, что делает. Он сразу понял, что ответил слишком быстро. Наташа заметила это мгновенно — по едва уловимому изменению её взгляда. Она вообще замечала слишком много. Люди обычно либо раздражались из-за Роботника, либо начинали нервничать рядом с ним. Она же наблюдала. Холодно и внимательно. — И вы ему доверяете? — спросила она. Стоун задумался на секунду. — Я доверяю его уму. — Это не совсем одно и то же. — Возможно. Он машинально посмотрел в сторону трейлера Роботника. Дверь лаборатории оставалась закрытой. Слишком долго. После разговора после обсуждений в палатке доктор так и не вышел наружу, а это редко значило что-то хорошее. Когда доктор замыкался в себе, он либо строил план, либо готовился кого-то морально уничтожить. Иногда — и то и другое одновременно. — Вы давно с ним работаете? — спросила Наташа. — Достаточно. — И он всегда такой? Стоун тихо выдохнул через нос. — Сегодня он ещё довольно спокойный. Она чуть приподняла бровь. — Это должно меня успокоить? — Нет. На этот раз Наташа едва заметно усмехнулась. Стоун поймал себя на мысли, что начинает понимать, почему доктор сразу воспринял её всерьёз. Она не пыталась доминировать, не играла в жёсткого агента. Она просто методично собирала информацию. И, похоже, уже делала выводы. Наташа перевела взгляд в сторону палаток S.H.I.E.L.D., после чего произнесла уже более серьёзно: — Вообще-то я подошла не только ради разговора. У нас появилась новая информация. Стоун сразу напрягся. — Какая именно? — Спутники повторно зафиксировали остаточную энергетическую активность к северо-западу от периметра. Слабую, но движущуюся. Он нахмурился. — Вы уверены? — Настолько, насколько вообще можно быть уверенными в этой ситуации. Она достала тонкий накопитель. — Здесь координаты и аналитика. Поскольку мы официально сотрудничаем, я решила передать данные сразу. Стоун взял накопитель, чувствуя, как внутри неприятно кольнуло беспокойство. Если аномалия действительно двигалась, значит всё становилось куда сложнее. А ещё это означало, что доктор, скорее всего, очень скоро снова начнёт действовать. Наташа проследила за его взглядом к трейлеру. — Доктор всё ещё внутри? — Да. — И часто он так делает? Стоун задумался. — Если доктор начинает молчать, значит он думает. — А это плохо? Он невольно усмехнулся. — Обычно это дорого обходится окружающим. Наташа кивнула, словно ответ её устроил. — Тогда ему стоит узнать об этом как можно скорее. Она уже собиралась уйти, но остановилась. — И ещё кое-что, агент Стоун. — Да? — Если доктор Роботник действительно настолько умён, как о нём говорят… то он уже понял, что мы оба здесь не ради “совместной работы”. Стоун ничего не ответил. Потому что, если честно, сам начал понимать это всё отчётливее. Официально они сотрудничали. На деле же S.H.I.E.L.D. наблюдал за G.U.N., G.U.N. — за S.H.I.E.L.D., а где-то посреди всего этого сидел Роботник, который наверняка уже пытался просчитать всех сразу. Наташа спокойно направилась обратно к лагерю. Стоун ещё несколько секунд смотрел ей вслед, затем перевёл взгляд на закрытый трейлер доктора и тяжело вздохнул. Сообщать Роботнику плохие новости никогда не было простой задачей.

***

Лес больше не казался живым и спокойным — его заполнил чужой, механический ритм. Сквозь густые заросли медленно продвигался смешанный отряд S.H.I.E.L.D. и G.U.N. Чёрные ботинки оперативников вдавливали влажную листву в землю, сухие ветки трещали под подошвами, а в воздухе висел запах пыли, сырой древесины и перегретой электроники. Агенты S.H.I.E.L.D. двигались молча и слаженно, постоянно осматривая лес по сторонам. Рядом шли бойцы G.U.N. в камуфляже, держа оружие наготове. Напряжение ощущалось почти физически — никто не знал, что именно они ищут и найдут ли это раньше, чем оно найдёт их само. Над деревьями с низким гулом кружили яйце-дроны Роботника. Красные линзы их сенсоров вспыхивали среди ветвей, словно глаза хищных птиц. Машины то резко уходили вперёд, то зависали на месте, сканируя почву и стволы деревьев тонкими лазерными лучами. Один из дронов едва не задел сосну, но в последний момент дёрнулся в сторону с раздражённым электронным писком, будто сам был недоволен ошибкой. Внезапно один из аппаратов резко остановился над плотным кустарником в нескольких метрах впереди. Его гул изменился — стал выше и прерывистее. Красный сенсор замигал тревожными импульсами. Почти сразу остальные дроны начали стягиваться к той же точке. Их хаотичное движение исчезло. Машины выстроились кольцом над участком земли, направив вниз сканеры. Воздух наполнился неприятным многоголосым жужжанием. Несколько бойцов G.U.N. инстинктивно подняли оружие. Один из агентов S.H.I.E.L.D. осторожно шагнул вперёд, раздвигая ветви. Среди примятой травы виднелся след. Слишком ровный. Слишком чёткий. Он больше напоминал не отпечаток, а выжженный узор — вытянутые линии уходили по земле странной симметрией, будто поверхность леса коснулось что-то двигавшееся с невозможной скоростью. Агент замер, прищурившись. Несколько секунд он просто смотрел на след, пытаясь понять, что именно оставило его после себя. Над кустарником повисла напряжённая тишина, нарушаемая только режущим слух жужжанием дронов. Красные сенсоры продолжали сканировать выжженный след, а агент S.H.I.E.L.D. всё ещё стоял над ним, будто надеялся силой взгляда получить ответы. И тут один из дронов резко дёрнулся вниз. Его линза повернулась прямо к агенту, а через встроенный динамик раздался раздражённый голос Роботника: — О, великолепно! Он смотрит. Агент обнаружил загадочный след и применил против него свою величайшую способность – растерянное созерцание. Дрон подлетел ближе, почти ткнувшись сенсором в лицо агента. — Что именно вы пытаетесь там найти? Подсказку? Автограф? Или ждёте, пока лес сам объяснит вам законы физики? Несколько дронов синхронно опустились ниже, усиливая давление своим гулом. — Послушайте меня внимательно, агент “стоя-и-смотри”. Если объект двигался с такой скоростью, то он уже в километрах отсюда, пока вы изображаете экскурсовода в национальном парке! Короткая пауза. Затем голос Роботника стал ещё язвительнее: — Поэтому поднимите ноги, включите хоть остатки профессиональной деятельности и продолжайте патруль. Моим дронам не нужна группа поддержки с пистолетами и тревожным выражением лица. Дрон резко развернулся, подсветив лес алым лучом. — И, пожалуйста, постарайтесь ничего не трогать. Наука — это вам не кружок скаутов.

...

Наблюдать за происходящим через камеры дронов было почти гипнотически приятно. Лес мелькал на экранах калейдоскопом зелени и грязи: кусты, деревья, мокрые камни, болотная жижа, военные с оружием наперевес и агенты S.H.I.E.L.D., старательно делающие вид, будто понимают, что происходит. Но стоило камерам зацепить странный отпечаток в камне, как Роботник буквально замер. Его глаза вспыхнули тем самым опасным огоньком, который обычно появлялся за секунду до научного прорыва… или международного инцидента. Программы анализа мгновенно ожили. Голограммы, схемы и расчёты посыпались на экраны с бешеной скоростью. — Агент Стоун, — протянул Айво, не отрывая взгляда от данных, — скажи мне, ты видишь здесь что-нибудь важное? Интересное? Необычное? Может, хоть что-то, что не относится к категории “грязный лес”? — Ровным счётом ничего, доктор, — спокойно ответил Стоун. На самом деле он видел. След. В камне. Но опыт подсказывал: иногда лучше позволить доктору самому эффектно озвучить вывод. Роботник медленно повернул голову. — Мне ударить тебя учебником “Основы наблюдательности для трагически неодарённых”? Тем самым, который я заставил тебя выучить три недели назад? — Не стоит, доктор, — всё так же невозмутимо ответил Стоун. — Меня больше интересует ваше мнение. Айво нервно застучал пальцами по панели, словно его мозг работал быстрее, чем техника успевала отображать результаты. — Отправлю тебя на переподготовку, — недовольно бросил он. — С плакатами. И диаграммами. Огромным количеством диаграмм. Он резко увеличил изображение следа. — Посмотри сюда. Форма. Глубина давления. Расстояние между шагами. Угол контакта поверхности. Всё это позволяет вычислить рост, массу и характер движения объекта. И мой компьютер… — он театрально ткнул пальцем в экран, — не нашёл ни единого совпадения с земной фауной. Стоун слегка приподнял бровь. — Возможно, ошибка в анализе? — О, я тоже на это надеялся! Представь моё разочарование, когда выяснилось, что я снова прав. Пара быстрых движений — и над консолью вспыхнули новые данные. Роботник расплылся в самодовольной улыбке победителя. — Отключение энергии произошло не из-за террористов. И это не снежный человек, не мутант и не очередной бодибилдер в костюме монстра. Этот субъект… — он сделал драматическую паузу, — нечто совершенно иное. Он резко вскочил. — Надо перебросить сюда все наши силы! Дроны, сканеры, мобильные лаборатории — всё! — Слушаюсь, доктор. Роботник уже почти не слышал его. Он смотрел на след так, словно видел перед собой билет в новую эпоху. — Маленький шаг для неизвестного существа… и гигантский скачок для моего гения. Он нервно усмехнулся. — Не факт, конечно, что это связано с электромагнитным импульсом… но если связано? Айво резко развернулся к Стоуну, глаза горели почти маниакально. — Ты понимаешь, что это значит?! Источник энергии подобного уровня способен открыть технологии, которых нет не S.H.I.E.L.D. ни Старка с его реактором. А это, между прочим, статистически почти невозможно! Он ткнул себе в грудь. — Главная проблема человечества — энергия. Всегда энергия. А я ненавижу проблемы, которые не решил лично. Мне нужно выяснить, что вызвало тот импульс. Потому что технологий такого уровня… — он довольно улыбнулся, — у меня пока нет. — Вы совершенно правы, доктор. Это действительно звучит перспективно, — согласился Стоун. Роботник победно вскинул палец вверх. — Я прав всегда! Это буквально мой главный недостаток! Стоун кивнул, но всё же бросил короткий взгляд на экран. Творческий раж доктора обычно означал либо величайший прорыв, либо катастрофу международного масштаба. И пока было непонятно, что именно назревало сейчас. Стоун попытался сделать беззвучный вздох, прежде чем начать говорить. — Доктор… пока вы анализировали след, агент Романофф передала новую информацию. Роботник не обернулся. Что уже было плохим знаком. Его пальцы продолжали двигаться по голографическим панелям с такой скоростью, будто он дирижировал целым оркестром данных. — Если это очередная международная инструкция о том, как мне правильно дышать в присутствии S.H.I.E.L.D., то положи её в папку “бесполезное” и сожги. — Это касается аномалии. Вот теперь Роботник остановился. Медленно. Очень медленно он повернул голову в сторону Стоуна. — Продолжай. — Спутники S.H.I.E.L.D. зафиксировали остаточную энергетическую активность северо-западнее текущего сектора. Сигнал слабый, но движущийся. Романофф считает, что это может быть связано с объектом. Несколько секунд в лаборатории стояла тишина. Только жужжание серверов. Роботник смотрел на Стоуна неподвижно, а затем вдруг резко развернулся обратно к экранам. — Конечно движущийся, — пробормотал он. — Ну разумеется. Потому что зачем неизвестной аномалии спокойно сидеть на месте, если можно усложнить мне жизнь? Он быстрым движением раскрыл карту местности. Новые координаты вспыхнули поверх лесного массива. Компьютер начал выстраивать вероятностные маршруты. — Хм… — Айво прищурился. — Интересно. Стоун знал этот тон. Именно так Роботник говорил перед тем, как начинал делать что-то потенциально незаконное. — Доктор? — Смотри сюда. Над консолью вспыхнула трёхмерная схема леса. Красные точки — маршруты дронов. Синие — энергетические остатки. Одна из линий тянулась дальше остальных. — Если данные S.H.I.E.L.D. верны, — произнёс Роботник уже совершенно другим голосом, более тихим и сосредоточенным, — объект не просто перемещается. Он избегает открытых пространств. Лес. Овраги. Низины. Инстинктивное скрытное поведение. Он резко ткнул пальцем в голограмму. — Это не животное. — Вы уверены? — Стоун, существо, оставляющее следы в камне и вызывающее электромагнитный импульс размером с маленький апокалипсис, автоматически перестаёт попадать в категорию “белка с проблемами”. Он нервно усмехнулся. — И знаешь, что мне нравится меньше всего? — Что именно, доктор? Роботник медленно расплылся в улыбке. — Оно умное. Он снова увеличил карту. Пальцы застучали по панели ещё быстрее. — Оно скрывается. Меняет направление. Уходит от открытых зон и источников света. А значит… — он поднял палец вверх, — объект понимает, что его ищут. Стоун почувствовал, как внутри неприятно кольнуло напряжение. До этого момента всё происходящее ещё можно было списать на хаотичную аномалию. Но если Роботник был прав… Тогда где-то в лесу сейчас находилось нечто разумное. И, возможно, напуганное. — Романофф просила передать данные вам лично, — осторожно добавил Стоун. — Поскольку операция официально совместная. — Ах да, совместная операция, — протянул Роботник с такой интонацией, будто пробовал на вкус что-то подозрительно несвежее. — Как же я мог забыть? Мои любимые международные наблюдатели. Он внезапно хлопнул в ладони. — Отлично! Тогда пора продемонстрировать нашим дорогим партнёрам, как выглядит настоящий научный подход. Стоун напрягся ещё сильнее. Это прозвучало слишком воодушевлённо. Роботник уже шагал к оружейному отсеку лаборатории. — Доктор… что именно вы собираетесь делать? Айво резко обернулся. — Агент Стоун… — он театрально развёл руками, — мы собираемся поймать невозможное. Он нажал команду на панели. Механический гул за стенами трейлера становился всё громче. Где-то снаружи с тяжёлым лязгом раскрывались транспортные контейнеры, а ряды дронов один за другим выходили из спящего режима — словно металлический улей начинал просыпаться. Красные индикаторы вспыхивали в темноте лагеря, отражаясь на стенах лаборатории тревожными отблесками. Роботник носился между консолями с такой скоростью, будто его мозг работал сразу в трёх временных поясах. Пальцы летали по панели управления, даже не касаясь клавиш полностью. — BADNIK-группа “Альфа”, приготовиться к запуску! Сканирование — на максимум. Отключить фильтрацию тепловых сигнатур. Если в этом лесу чихнёт белка, я хочу знать её биографию, политические взгляды и отношение к налоговой реформе! — Да, доктор, — автоматически ответил Стоун. Айво внезапно застыл. На несколько секунд в трейлере остался только гул систем и мерцание карты с мигающей точкой в центре леса. Потом Роботник медленно повернулся к Стоуну. — А теперь слушай внимательно, потому что повторять гениальные мысли дважды — это всё равно что ставить второй автограф на шедевре. Эстетически унизительно. Стоун внутренне напрягся. Он слишком хорошо знал этот тон. Почти вся театральность исчезла. Перед ним остался не эксцентричный шоумен, а человек, который уже просчитал десяток сценариев наперёд. — Ты пойдёшь с Романофф. Стоун моргнул. — Доктор? — Не смотри на меня так, будто я попросил тебя усыновить бешеного енота. Это называется дипломатия. Ужасная, неприятная, но временами полезная вещь. Он ткнул пальцем в экран со спутниковыми данными. — У S.H.I.E.L.D. есть спутники, глобальная аналитика, международные каналы наблюдения и пугающе дорогие серверы. А ещё у них есть хроническая болезнь — они обожают прятать информацию до тех пор, пока ситуация не взорвётся буквально. Поэтому… — он скривился, — нам придётся сотрудничать. Роботник подошёл ближе. — Временно. Последнее слово прозвучало почти как угроза международного масштаба. — Что именно вы хотите, чтобы я сделал? — осторожно уточнил Стоун. Айво улыбнулся. Очень нехорошо. — Всё. Он начал загибать пальцы с видом преподавателя, объясняющего очевидные вещи отстающему классу. — Слушай. Наблюдай. Анализируй. Узнай, сколько информации S.H.I.E.L.D. уже накопали. Спутниковые снимки, биометрия, энергетические сигнатуры, прогнозы маршрутов, скрытые отчёты — мне нужно всё. — И передавать это вам. — Боже мой, Стоун… ты эволюционируешь. Ещё немного — и я разрешу тебе самостоятельно трогать мои голографические панели. В перчатках, конечно. Улыбка исчезла почти мгновенно. — Но главное — любая информация сначала должна попадать к нам. Стоун понял сразу. — До того, как её отправят Фьюри. — Именно. Роботник резко развернулся и начал расхаживать по лаборатории, размахивая руками так, будто спорил со всем миром одновременно. — Потому что как только эта история официально попадёт в S.H.I.E.L.D., через двадцать четыре часа здесь будет половина мировых агентств. Через двое суток прилетит Старк в очередной жестянке с сарказмом вместо личности. А через трое — какой-нибудь космический полубог объявит лес “древней священной территорией”. Он резко ткнул пальцем в карту. — Нет. Пока объект здесь… он мой. В голосе впервые прозвучало что-то по-настоящему хищное. Почти собственническое. Стоун невольно напрягся. Роботник уловил это мгновенно. — О, расслабься. Я не собираюсь вскрывать неизвестное существо в первые пять минут знакомства. Я же не дикарь. Короткая пауза. — Сначала я с ним поговорю. Почему-то это прозвучало ничуть не успокаивающе. Айво снова повернулся к экранам. — Романофф умна. Слишком умна для “просто полевого агента”. Она уже пытается понять, насколько далеко мы продвинулись. — Думаете, она нам не доверяет? Роботник посмотрел на него так, словно услышал вопрос уровня “почему вода мокрая?”. — Стоун… это шпионская организация. Недоверие у них вместо рукопожатия. Он внезапно усмехнулся. — Именно поэтому мне нужен ты, а не какой-нибудь армейский болван с рацией и эмоциональным диапазоном тостера. Ты умеешь слушать людей. И, что ещё важнее, не превращаешься в потный памятник неловкости при виде красивой женщины. Стоун кашлянул. — Спасибо… наверное. — Не благодари. Это был научный вывод, а не комплимент. Снаружи раздался рёв запускающихся двигателей. Красные огни дронов заскользили по стенам трейлера, будто лабораторию окружили механические хищники. Роботник бросил последний взгляд на карту. — И ещё кое-что, агент Стоун. — Да, доктор? Айво прищурился. — Если Романофф узнает что-то раньше нас… у нас с тобой состоится крайне печальный и эмоционально насыщенный разговор. Для тебя. Стоун тяжело вздохнул. — Понял. Роботник мгновенно просиял. — Великолепно! Тогда вперёд. И постарайся случайно не завербоваться в S.H.I.E.L.D. У них отвратительный стиль — сплошной чёрный цвет, серьёзные лица и катастрофическая нехватка харизмы. Он театрально взмахнул рукой в сторону выхода, словно не отправлял агента на разведку, а выгонял со сцены недостаточно талантливого актёра. — А теперь — марш. Пока Ник Фьюри не решил, что может копаться в моей песочнице своими кожаными перчатками и одноглазым авторитетом. Стоун уже почти вышел из лаборатории, когда над голографической картой внезапно вспыхнуло новое окно вызова. Имя появилось крупными светящимися буквами: Хоуп Роботник мгновенно замолчал. Всего на долю секунды. Но Стоун всё равно заметил, как доктор едва заметно замедлился посреди движения — редкое явление, почти противоестественное. Обычно Айво двигался так, будто мир хронически не поспевал за его мыслительным процессом. Он быстро перевёл взгляд на уведомление, и на его лице промелькнуло что-то странное. Не раздражение. Не привычное самодовольство. Скорее короткая внутренняя заминка человека, чей мозг одновременно обрабатывает тысячу вещей, но одну из них — чуть внимательнее остальных. Разумеется, длилось это не больше секунды. Потому что уже в следующий момент Роботник резко щёлкнул пальцами, будто стирал сам факт своей паузы из реальности. — Что ты застыл? — бросил он Стоуну, даже не оборачиваясь. — У тебя за дверью секретная миссия, международный заговор и потенциальная инопланетная катастрофа. А ну проваливай. Живо. Стоун коротко кивнул и вышел наружу. Дверь трейлера закрылась с тихим шипением. Только тогда Айво снова посмотрел на уведомление. Несколько секунд он молча барабанил пальцами по панели, будто решал задачу, ответ на которую ему заранее не нравился. Он ткнул пальцем в голограмму, принимая вызов, и тут же привычная эксцентричная энергия вернулась обратно, словно кто-то снова включил сценическое освещение.