7. Со стороны.

      Драко, раздери его Мордред, Малфой! Это имя не выходило у меня из головы всю последнюю неделю. Причиной тому стал контракт, заключенный между этим напыщенным, самодовольным и высокомерным ублюдком и моей младшей сестрой.       Астория, что удивительно, была рада. Оказывается, ей давно нравилось смазливое личико отпрыска Малфоев. Эх, не знает она, насколько этот человек гнилой. К сожалению, к доводам разума сестрёнка так и не прислушалась, и была на седьмом небе от счастья.       Всю последнюю неделю я наблюдала за ним и мне совершенно не нравилось то, что видела: с начала года он осунулся, похудел и ходил с тёмными кругами под глазами. Казалось, на его плечах неподъёмная ноша и он не знает, как с ней справиться.       Так было до сегодняшнего дня. Сегодня, войдя в Большой Зал, он был растерян. Я проводила его взглядом и не могла понять, что вижу. На первый взгляд — всё тот же Малфой, но что-то явно отличалось. И тут меня осенило — глаза!       Серые, как светлый пепел, они отражали не злобу и отчаяние, а любопытство. Он хорошо это скрывал за маской безразличия, но я, та, кто её носит со второго курса, прекрасно вижу этот незначительный блеск. Возможно, пользуйся он, как и я, окклюменцией, мне бы не удалось увидеть и это, но он всего лишь хорошо контролировал лицо.       Такой Драко мне незнаком и это странно. Что с ним случилось в больничном крыле или ранее, что его взгляд потерял прежнее презрение и, в какой-то степени, остроту?       Его диалог с Ноттом тоже был странный. Раньше «принц подземелья» не соизволил бы ответить на столь очевидный подкол. Холод, с которым он выплюнул ответ, был почти неотличим от прежнего Малфоя, но, казалось, его тяготит сам факт вопроса.       В это время прискакала Паркинсон и два главных идиота нашего потока. Они молча заняли свои места вокруг Малфоя, а тот и бровью не повёл. Эта дурочка — Панси — всё ещё спит и видит себя в браке с Малфоем, но этому явно не бывать.

***

      Во время завтрака я всё больше начала замечать изменения в поведении Малфоя. Он с отстранённым видом разглядывал сидящих в Зале учеников и, одновременно с этим, ел. Это совсем на него не похоже. Обычно, «его высочество» не обращал внимание на окружающих, за исключением, конечно же, Поттера.       Может, он изменился и сестра не будет страдать в браке с ним? Я решила пристальнее понаблюдать за этим новым Драко.       На уроке зелий, неожиданно для себя, пришла к выводу, что наблюдать за человеком будет проще, если мы будем сидеть за одной партой. Он не стал язвить, как обычно делал это раньше, когда кто-то собирался сесть рядом. Особенно на зельях. Может, Малфой вспомнил, что мы однажды станем семьёй и стоит вести себя иначе?       Думаю, что это бред. Драко, которого я знала, являл собой само высокомерие, он не стал бы делать исключений, даже ради потенциальной семьи.       Результат его работы на уроке меня удивил. При создании зелья не было привычных для парня экспериментов, а чистый, идеальный результат, строго по учебнику. Очередная несостыковка, коих накопилось уже с десяток…       Я невольно задержала свой взгляд на нём и была рада, что окклюменция лишала моё лицо всех эмоций. К моему собственному удивлению, мне стало любопытно.       — Мисс Гринграсс, я вас чем-то заинтересовал? — спросил мой сосед по парте.       Это был другой, лишенный высокомерия и презрения тон. Нет, он старался, и я это видела. А ещё, он боялся. Меня? Окружающих? Даже сам голос едва заметно подрагивал и это была очередная аномалия.       — Да. — невольно согласилась я и тут же поспешила из аудитории, где меня уже ждала Трейси.       — Ты зачем села с ним? Из-за Тори? — поравнявшись со мной, спросила единственная подруга.       — Ты не заметила ничего странного в нём?       Когда девушка непонимающе посмотрела на меня, я поняла: нет, она не заметила.

***

      Следом были руны. Как всегда, свободные места оставались на галерке, а также рядом с Драко или Грейнджер. Грейнджер, конечно, нормальная, но… так я не получу никакой новой информации о своём объекте наблюдений. Хихикая, Трейси, села с Булстроуд.       Во время занятия я то и дело чувствовала на себе взгляд Малфоя, однако, стойко его игнорировала. Парень скрупулезно записывал за учителем, и я заметила очередную странность — он много раз зачёркивал написанное, а перо то и дело выскальзывало у него из пальцев.       После урока я пошла следом за ним, держась на достаточном расстоянии. Это было не только из-за интереса, но ещё и для того, чтобы показать, что я обиделась на Трейс за её выходку. Я шла за ним и видела, как парень словно боролся со своими ногами. Один раз он даже споткнулся.       И тогда мне в голову пришла идиотская мысль, которой я поддалась. Видение ауры — родовой дар Лавгуд, который передался мне от бабушки. Я редко его использовала. Да что там, после пробуждения моего дара в прошлом году, он использовался всего дважды: в гостиной и Большом Зале.       Аура человека — нечто неизменное, но она, всё же не статична. По ней можно узнать намерения, а с более раскрытым даром — и судьбу. Направив магию в глаза, я застыла.       Прежде почти чёрная аура Малфоя исчезла, а на её месте была по-королевски фиолетовая дымка. Такого не бывает! Аура — цвет души человека, она не меняется, а лишь незначительно может изменять оттенки.       Пока размышляла об увиденном — парень скрылся из виду, а я, растерянная, направилась в Большой Зал. Теперь Драко меня действительно заинтересовал.

***

      Прошло две недели, и я ответственно заявляю, что Малфой — не Малфой. Это абсурдно, да, но… Все наблюдения твердят мне об этом.       Во-первых, разуверившись в своей памяти, я перечитала книгу об ауре только для того, чтобы убедиться в своей правоте: аура у живого человека не меняется. Судя по всему, это возможно лишь в двух случаях: одержимость или поцелуй дементора. И если версию с дементорами я легко смогла отбросить, то в одержимость верить не хотелось.       Тот, кто обитал в теле Малфоя старался себя никак не проявлять. И если вначале ещё была видна шероховатость, то теперь он просто выглядит отстраненным и одиноким.       С того, первого, урока по зельям, Драко стал постепенно всё лучше и лучше варить их, и теперь крепко удерживает позицию, которую в этом году занимал Поттер. Малфоя даже в клуб «Слизней» пригласили, от чего он немедленно отказался.       Но на зельях всё не остановилось. Его заклинания стали более стабильными, чёткими и редко во время занятий портили результат. Профессор Снейп, взявшийся в этом году давать нам практику в невербальном колдовстве, ставил Драко в пример. Хотя это не так уж и удивительно.       Удивляло изменившееся поведение парня. Нет, он не стал вдруг душой компании и не принялся общаться с маглорождёнными. Он стал спокойным. Каждое его движение, слово — выверены и продуманы. Словно он освоился в своём теле.       А ещё: он так и не подошёл к Астории, но тут я уже знаю причину. Письмо, принесенное совой из банка, оповестило сестру о разрыве помолвки. Вот только, на этом сюрпризы не заканчиваются. Следом пришло письмо нам обеим, о том, что сработал древний контракт с считавшейся вымершей семьёй Асквитти.       Асквитти — род, стоящий над «Священными Двадцатью Восьмью». Если считать семьи, входящие в «Священные Двадцать Восемь» как лордов, то Асквитти были герцогами наравне с Певереллами. Их род, предположительно, пошел от первого ученика Мерлина, Тобиаса Лидсвитти.       Стать невестой лорда столь великого рода — мечта для многих чистокровных девушек. Многих, но не моя. Я, хоть и взращена по всем правилам чистокровной аристократии, мечтала сама выбрать себе пару. И это вывело меня из себя. К тому же, разрыв помолвки разбил сердце моей дурной сестрицы, Астории.       Сам же Асквитти так и не дал о себе знать. Он не может не знать, что контракт нерушим — это отец спросил у гоблинов в первую же очередь, а потому, согласно контракту, Асквитти обязан представиться в течении двух недель после активации контракта. Первая неделя уже прошла.       Сидя в гостиной на своём любимом кресле, я поглядывала на парня, который последнее время занимал всё больше места в моих мыслях. Нынешний Малфой был не только приятным на вид парнем, но и загадкой, которая никак мне не поддавалась.       Незаметно для меня гостиная опустела, а парень поднялся. Поправив мантию, он направился в сторону своих комнат. В какой-то момент, поравнявшись со мной, он остановился и тихо сказал:       — Если у вас есть вопросы, мисс Гринграсс, вам стоит их озвучить. Буду ждать в своей комнате.       Бросив это, он, так и не посмотрев в мою сторону, продолжил свой путь. Я проводила его взглядом и не понимала — он обнаглел или там есть что-то большее? В любом случае, сегодня я это узнаю.

***

      Он Асквитти. Драко Малфой стал драккловым Асквитти! Это был шок. Хотя, я тоже оказалась права: Драко Малфой — мёртв, а его место занял парень из другого мира с фамилией Асквитти. У меня получилось в это поверить лишь из-за своих наблюдений и потому, что успела узнать о будущей семье, в которую я войду.       Асквитти — рунические маги. А ещё их дары были как-то связаны с душами, но я не знаю, в каком виде это проявилось у Ричарда — и проявилось ли вообще? Но это сейчас совсем не важно.       Важно то, что я сломалась. Всё, что мне довелось испытать из-за Тори и этого мордредового контракта, сильно вымотало меня. Теперь мы обручены с этим парнем, которого совсем не знаем — ни я, ни моя сестра. Что с нами будет? Слёзы текли по щекам, окклюменция не спасала.       Неожиданно мои плечи накрыли тёплые, крепкие руки и прижали к себе. Я замерла, осознав, как повела себя в присутствии будущего супруга, но казалось, ему было безразлично. Когда его рука погладила меня по спине, я сдалась и сильнее разрыдалась, погрузившись в неожиданно тёплые объятия Ричарда Асквитти.