26. Гоблины и… честь.

Кабинет погрузился в молчание и лишь немногие понимали о чем идет речь. Гоблин не вдавался в подробности, а потому лишь я с девочками и Поттер с Грейнджер понимали о чем идет речь. Несмотря на это, все остальные понимали, что дело весьма серьезное. Как оказалось, крестражи принесли много горя их разрушителям проклятий и стали причиной смерти короля ТарНара III в конце 16 века. Любой кусочек этой магии был запрещен в результате восстания гоблинов под руководством ГарНара IV. Я с удивлением смотрел на гоблина, который первым заговорил о восстании их самих. Не помогало и то, что Бинкс был настолько плох, что я ничерта не могу вспомнить ни о ТарНаре, ни о ГарНаре тем более. Весь этот бубнеж призрачного профессора был сосредоточен на том — как восстания отразились на волшебниках. Причины всегда были поданы как буйный нрав воинственной расы и никак иначе. Это откровение и последовавшее за ним обсуждение были шокирующими для всей группы. Даже Грейнджеры внимательно слушали, хоть и по ним было видно, что понимают они совсем немного. Записная книга, с некоторыми корректировкам, вернулась ко мне. РагНар взмахнул рукой и все упоминания о крестражах исчезли из записей, оставив на своих местах пробелы. Это ничто, ведь почти вся информация была обсуждена в процессе состоявшегося разговора. Сохранение этих знаний было возложено на нашу “честь”. Слово “честь” часто всплывало в разговоре. Гоблины придавали этому слову значительно больше оттенков чем люди, в особенности волшебные. Это почти как праведность по отношению к чему-то, а не просто придерживание каких-то четких моральных принципов. Не без того, чтобы искать выгоду во всем. Просто все должно быть в рамках этой самой «чести». Полчаса спустя, король нас покинул, оставив наедине с менеджерами по работе с клиентами. Нам было приказано не вмешиваться в дела крестражей, хоть вопрос Волдеморта повис в воздухе. Гоблины были осведомлены о Пророчестве и это ставило вопрос их вмешательства под сомнение. — И так, мистер Асквитти. — прочистив горло начал БарДум. — Возвращаясь к вашей просьбе. — он перелистнул несколько листов в папке, появившейся на столе по мановению скрюченных пальцев. — Посещение магического анклава Америки все так же актуально как и прежде? Я прикрыл глаза. Он не мог перейти к этой теме еще более резко? Я еще не совсем поправился от того давления, которое излучал король, а тут это. — Откладывается. — со вздохом принял я решение. — Но все еще в ближайших планах — тут уж извините. Все стало значительно более запутано чем ранее. — открыв глаза, я увидел как гоблин кивнул. — Вы можете нас оставить на какое-то время? Я слишком надолго отложил некоторые вопросы и их разрешение повлияет на наши будущие действия. Гоблин кивнул и переглянувшись с коллегой, они быстро покинули кабинет, увлекая за собой стражу. Взгляды всех в комнате были направлены на меня. Но я… Я уже так устал. Почему все это приходится разгребать именно мне? — Хватит. — рявкнул я, когда под давлением взглядов мне уже стало совсем не по себе. — Или спрашивайте, или оставьте меня в покое. Это напрягает, люди! Гарри хихикнул, но, я надеюсь, это нервное. Прищурившись я выстрелил взглядом в сторону “союзника” и тот осекся. То-то же. — Что в записях, Асквитти? — первой пришла в себя младшая Грейнджер. — Это, то что я думаю? — Если ты говоришь о записной книге, которую я стащил у старика — то да. И прежде чем мы это обсудим, не стоит ли тебе, — я указал на ее родителей. — Ввести их в курс дела? Так было бы значительно проще. — Я… — И давай не будем: “Так им будет безопаснее” или какого-то другого бреда, мисс всезнайка. Если ты хочешь чтобы они приняли взвешенное решение — расскажи им. Она одарила меня раздраженной гримасой, но, переведя взгляд на родителей, смиренно вздохнула. Ее плечи опустились и, спустя мгновение, которое она смотрела на Поттера, она отпустила его руку и все трое Грейнджеров поднялись. Они утащили кресла за собой в угол комнаты и тихо заговорили. — Ты не должен так на нее давить, Мал.. Асквитти. — возмутился Поттер, которого я решил проигнорировать. Карман жгло. Это был тот вопрос который не стоило откладывать, но он же будет самым сложным. Или нет? Лоб избранного мог бы оказаться сложнее. Да и не только он, если вспомнить содержимое писулек старика. Наверное. Вот только, как бы это ни было цинично, шрам может подождать и это не моя проблема. Не напрямую. Я сунул руку в карман и вынув статуэтку принялся ее разглядывать. Нарцисса Малфой вызывала во мне смешанные чувства. Она была матерью Драко, но при этом, почти не участвовала в его жизни. Трофейная жена ужасного человека. В какой-то степени мне было ее жаль. О, нет. Она не была безгрешна. Она так же ненавидела все пришедшее из обыденного мира, как и ее муж. Просто ее мнение и поступки были… менее радикальны, что-ли? — Извините меня. — сказал я, отходя в свободный угол. Девочки смотрели на меня с нечитаемым выражением лица. Они видели статуэтку у меня в руке, так что, явно понимали о чем речь. Спустя мгновение Астория мягко улыбнулась, словно желая мне удачи, а Дафна просто прикрыла глаза. Сложно было понять, что именно творится у нее в голове. Взмахнув палочкой, я создал купол тишины, а следом, положив статуэтку на пол, произнес контр-проклятие. Статуэтка принялась меняться и расти, пока не приняла размеры и форму взрослой женщины. Она все еще была без сознания, ничего, с чем не мог бы справится обычный “Ренервейт”. — Что? Где? — моментальная паника отразилась на лице леди Малфой. Это длилось все лишь короткое мгновение, пока она не встретилась глазами со мной. — Драко? Маска скользнула на ее лицо и мгновением позже, на ноги поднималась уже не растерянная женщина, а высокомерная чистокровная дама. Она не двинулась ко мне, как бы это сделала нормальная мать, а лишь приподняла бровь, смотря на направленную на нее палочку. Мою палочку. — Добро пожаловать обратно в мир живых, леди Малфой. — я взмахнул палочкой и два стула подскочили к нам. — Присядем? — Драко? — в ее голове за недовольством слышался тонкий, почти незаметный страх. — Что с тобой случилось?... Она оглядела комнату и запнулась увидев присутствующих. Не знаю, что именно ее удивило больше — Грейнджеры или общий состав компании в которой были не только мои девочки но и представители светлого Альянса во главе с Избранным. — Многое, мадам. Позвольте в первую очередь исправить ваше заблуждение. Я не Драко Люциус Малфой, больше нет. Меня зовут Ричард Флоренс Асквитти и я лорд Рода Асквитти. — Но… — начала женщина и тут ее глаза широко распахнулись. — Ох. Это меня удивило. Она, казалось бы, что-то мгновенно поняла но замолчала, а плечи женщины опустились. Это не повлияло на осанку отточенную годами, но выглядело… смиренно. — Ох? — попытался я, но она продолжила молчать. — Не могли бы вы мне это объяснить? Взгляд женщины был смиренным, что-ли? Усталым и смирившимся с каким-то фактом. Несколько мгновений она, явно, собиралась с мыслями. — Асквитти — как я уверена вам уже должно быть известно, маги души. — ее глаза затуманились, словно она смотрела куда-то, что не имело ничего общего со здесь и сейчас. — Сама история берет свое начало к вашему, вернее, Драко рождению. Она прикрыла глаза, в уголках которых начали копится капельки слез. — Вам придется простить меня за откровенность, милорд, но… Во время родов, что-то пошло не так. Ребенок, Драко, родился здоровым. Он выглядел здоровым, но… Он не реагировал. Глаза открывались, но не следовали, он не кричал, не реагировал. Словно пустая оболочка. Я удивленно смотрела на текущие по щекам женщины слезы. — Тогда я была в отчаянии и… Я написала подруге. Аманда пришла как только смогла, они тогда уже скрывались от Темного Лорда, так что… — она смахнула платком слезы, грозящие скатится с подбородка. — Проблема была выявлена быстро — у ребенка не было души. Я ошарашенно смотрел на женщину. Что значит “не было души”? Такое вообще возможно? Я ничего подобного не видел в книгах предков. — Асквитти… Ами… Она пообещала помочь, если я поклянусь предупредить ее, если пройдет слух, о том, что их нашли. — сказала она грустно. — Меньше чем за полгода она разработала ритуал. Она назвала его “привлечение души”, я это четко помню. Женщина перевела взгляд на меня и я удивился той боли, которую видел в ее глазах. — Как якорь, она использовала своего собственного сына. Ами проверяла и перепроверяла ритуал, чтобы не создать нечто… Я не знаю, что именно, но она боялась. Она пожала плечами, но продолжать не спешила. По ее лицу, если я могу вообще об этом судить, все ее мысли были там… тогда. — Эммм. — я и в самом деле не знал что сказать, ведь это меня удивило. Покачав головой, словно отгоняя морок, она кивнула и посмотрела мне прямо в глаза. — В конце концов, она приняла решение и… Крохотный осколок души ребенка был помещен в тело Драко. Ваш осколок… Это… ужасно? Да, теперь некоторые вещи становятся на свои места, но… — И это сработало? — удивленно спросил я. — Конечно! — дама, в не свойственной своей сдержанной манере, фыркнула. — Драко получил душу, а Ами — обещание. Которое… Все пошло совсем не так… Я мог себе представить, ведь Асквитти были убиты, или что-то вроде того. Как-то же мы попали в тот, прежний мир? — Как?.. Нет. Это не важно. Теперь это все не имеет значения… — попыталась дама выдавить из себя вопрос, но явно не решалась получить ответ. Вздохнув, я покачал головой. Не хочу даже представлять каково это быть на ее месте. Она поняла, что я занял место Драко и что это значит, что Драко мертв. — Что дальше? — спросила она. — Зачем все это? — она обвела рукой помещение. — Что бы это ни было. Я усмехнулся. Я и сам с трудом мог понять то, что сейчас происходит. — А что бы вы хотели? — поинтересовался я, хоть и понимал, что это ничего особо и не изменит. — Я ничего не могу поделать. Контракт… — Нарушен. — прервал ее я. В контракте, которых хвастался Люциус перед сыном, было несколько оговорок. Кем бы ни были Блэки — они ни в коем случае не были глупы. — Как? Этого не может быть. — Пункт о верности, конечно. — тут же выдал я. — “Ни один из супругов не будет ставить под сомнение честь и верность родительскому дому. Придерживаясь девиза — Toujours pur, не отступая от него ни душой ни телом.”. Это по сути вассальная клятва дому Блэк, от менее «благородного» дома Малфой. Вы же понимаете, что приняв отметку этого ублюдка полукровки, Люциус запятнал себя. Не только телом, но и душой. Он принял покровительство другого дома, «хозяина», в обход правил рода сюзерена. Глаза дамы расширились до комичных и она тут же пришурилась. Ясное дело, что ей необходимо все это обдумать, так что я встал. — Решение за вами, Нарцисса. Пока мы в банке — это будет совсем просто решить. Она кивнула, но я не уверен, что женщина вообще меня слышала. Я сделал один единственный шаг и меня в уши ударил крик. — Он во мне? В шраме?! — не сдерживаясь кричал Гарри. Ну… Не стоило рассчитывать, что Грейнджер не сможет сложить все намеки. Мои взгляды, взгляды РагНара. Из огня да в полымя. Черт возьми.