Часть 2: Миссия и холод

Прошло четыре месяца с того момента, как метеорит стер прошлое восьми легенд. Бухта Приключений превратилась в город профессионалов, где каждый четко знал свое место, но никто не знал своего сердца. Если раньше их объединяла интуиция и тепло, то теперь их разделяли регламенты, уставы и холодные стены ведомственных зданий.

***

В свои 25 лет Чейз стал самым молодым капитаном полиции в истории города. В его кабинете больше не было фотографий с друзьями, только графики раскрываемости и карты патрулирования. Он перестал шутить, перестал играть на гитаре и начал носить форму так, словно она была его второй кожей. Его новой напарницей стала Миэль — амбициозная и такая же сухая в общении женщина около тридцати. Она ценила в Чейзе его расчетливость. Между ними не было дружбы, только безупречная работа двух механизмов. — Капитан, подозреваемый в деле о контрабанде замечен на набережной. Черный внедорожник, движется к мосту, — голос Миэль в рации был ровным, лишенным эмоций. — Принято, Миэль. Перекрывай развязку. Я иду на перехват. Не используй сирену до последнего момента, нам не нужна паника, — ответил Чейз. Его голос звучал как скрип металла по льду. Они работали идеально. Чейз вел патрульную машину на предельной скорости, но его руки на руле были расслаблены. Он не чувствовал азарта погони, только необходимость закрыть дело.

Хотя раньше было наоборот.

***

Погоня вывела их на окраину города, где из-за обрушения старой рекламной конструкции образовался затор. Внедорожник преступника попытался проскочить через завалы, но врезался в бетонную опору. Машина перевернулась, началось задымление. Чейз и Миэль выскочили из автомобиля, держа оружие наготове. — Миэль, левый фланг. Если дернется — стреляй по колесам, — коротко бросил Чейз. В этот момент на место происшествия прибыли другие службы. Огромный красный грузовик МЧС затормозил в десяти метрах. Из него выпрыгнул Маршалл. Он быстро надевал огнеупорные перчатки, его лицо было сосредоточенным. — Офицер, зона зачищена? Нам нужно тушить, иначе взорвутся баки! — крикнул Маршалл, обращаясь к Чейзу. Он не узнал его. Для него это был просто «Капитан полиции». Чейз даже не повернул головы в сторону Маршалла. — Ждите, пожарный. Сначала задержание, потом ваша работа. Не мешайте следственным действиям, — отрезал Чейз. Его тон был настолько сухим, что Маршалл на секунду замер, пораженный этой беспричинной холодностью. С неба послышался гул. Розовый спасательный вертолет Скай завис над местом аварии, подсвечивая зону прожектором. — Капитан Чейз, на связи борт 04, — раздался в рации голос Скай. — Вижу еще одного подозреваемого, он пытается уйти через промзону. Направляю вас. — Понял вас, борт 04. Продолжайте наблюдение, — ответил Чейз, даже не глядя вверх на вертолет, в котором когда-то души не чаял.

***

Миэль профессионально скрутила преступника, пока Чейз страховал её. Все это время Маршалл и его коллеги-пожарные стояли в стороне, ожидая разрешения. Когда преступника увели в машину, Чейз наконец кивнул Маршаллу. — Можете приступать. И постарайтесь не залить улики пеной, — бросил он, проходя мимо пожарного. Маршалл проводил его взглядом. В груди у него что-то болезненно кольнуло. — Странный тип, — пробормотал напарник Маршалла, Хэнкс. — Робот в форме, а не человек. Раньше копы в Бухте были попроще. — Да... — тихо ответил Маршалл. — Очень холодный. Словно у него внутри вместо сердца — кодекс законов. Чейз сел в машину к Миэль. — Капитан, вы отлично сработали. Мы закрыли дело на 15 минут быстрее норматива, — Миэль слегка улыбнулась уголками губ. — Это наша работа, Миэль. Ничего особенного. Поехали в участок, нужно заполнить рапорты, — ответил Чейз, глядя прямо перед собой. Он видел в боковое зеркало, как Маршалл работает с брандспойтом, как вертолет Скай уходит на базу, как Зума на патрульном катере вдали оцепляет водную зону. Восемь людей, которые когда-то были семьей, теперь были просто функциями. Чейз чувствовал внутри себя огромную пустоту, но он заполнил её параграфами и приказами. Он верил, что эта холодность — его единственная защита от того непонятного страха, который охватывал его всякий раз, когда он видел лица этих «чужих» спасателей. Он не хотел вспоминать. Он хотел просто работать. — Движение, Миэль, — сказал он. — У нас еще много дел. Машина рванула с места, оставляя позади и дым, и тех, кого он когда-то любил больше жизни. В тот день Чейз в очередной раз доказал, что он — лучший капитан Бухты. И самый одинокий человек во всем могире.