Часть 16

Величественный Главный зал заседаний Дворца Республиканского города был спроектирован так, чтобы внушать трепет и подчеркивать незыблемость нового мирового порядка. Огромный купол из матового стекла и литого металла, возведенный лучшими учениками Тофа, пропускал внутрь блеклый, холодный утренний свет. Массивные гранитные колонны, высеченные из цельных скал Царства Земли, подпирали свод, а под ногами участников Собрания Правителей расстилался идеально отполированный мраморный пол, в котором, словно в зеркале, отражались строгие силуэты дипломатов и гвардейцев. В самом центре зала располагался монументальный круглый стол — символ равенства и единства четырех народов. Но сегодня за этим столом витала удушающая, морозная атмосфера взаимного недоверия. Ключевые фигуры эпохи занимали свои места, окруженные свитами советников, секретарей и стенографисток. С южной стороны стола, облаченные в тяжелые, багровые церемониальные мантии с золотым шитьем, сидели представители Нации Огня. Лорд Огня Зуко сидел неподвижно, положив руки на резные подлокотники кресла. Его золотой венец правителя тускло поблескивал в утреннем свете, а суровое лицо с глубоким шрамом на левой половине казалось высеченным из камня. По правую руку от него восседала принцесса Изуми. Её строгое шелковое платье и высокая прическа подчеркивали статус официальной наследницы престола, однако в её янтарных глазах, устремленных на разложенные перед ней свитки, читалось едва заметное внутреннее напряжение. Напротив них, олицетворяя духовное руководство и защиту мирового баланса, расположились Аватар Аанг и Катара. Аанг, одетый в традиционные желто-оранжевые одежды Воздушных Кочевников, выглядел сосредоточенным и утомленным. Морщины вокруг его глаз углубились от многолетних забот, но взгляд оставался ясным и проницательным. Катара, сидевшая рядом с мужем в темно-синем платье Южного Племени Воды, сохраняла внешнее царственное спокойствие, хотя её пальцы то и дело нервно поглаживали края синего плаща. Делегацию Племен Воды возглавлял постаревший, но всё еще невероятно крепкий, широкоплечий вождь Хакода, чье лицо было покрыто глубокими морщинами — свидетельствами былых морских походов и войн. Рядом с ним сидел Сокка, официально представляющий Южный Полюс в качестве будущего верховного вождя. Сокка, одетый в парадный кожаный доспех с меховой оторочкой, выглядел необычайно серьезным для своего характера, перед ним лежали чертежи, схемы и сложные расчеты, подготовленные лучшими инженерами города. Царство Земли представлял Царь Земли — мужчина средних лет в пышных зеленых одеждах, чье упрямое, слегка капризное выражение лица не предвещало легких переговоров. Его сопровождала Тоф Бейфонг, занимающая пост главы городской полиции и руководителя внутренней безопасности периметра. Тоф сидела, закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку массивного стула. Её незрячие глаза были прикрыты, а на лице читалась откровенная, неприкрытая скука. Она то и дело демонстративно вздыхала, слушая монотонные вводные речи секретарей. Локан присутствовал в зале в качестве действующего офицера Объединенных Сил, обеспечивающего внешний контур охраны. Облаченный в безупречную темно-синюю форму с серебряными нашивками и начищенные до блеска кожаные сапоги, юноша стоял по стойке «смирно» у массивной гранитной колонны, расположенной за спинами делегации Нации Огня. Его лицо было абсолютно непроницаемым, армейская выправка — идеальной, а синие глаза Племени Воды внимательно следили за каждым движением в зале. Внутренне Локан был предельно собран. Каждое слово, звучащее за круглым столом, отзывалось в его сознании эхом вчерашних откровений и той невидимой связи, которая связывала его с человеком, сидящим в нескольких метрах от него. Суть сегодняшнего спора правителей была острой и болезненной: перераспределение налоговых вычетов на новые высокотехнологичные заводы мануфактур Сато в Республиканском городе и жесткое установление новых границ демилитаризованных зон между Нацией Огня и Царством Земли. — Мы не можем согласиться на такие кабальные условия! — Царь Земли Куэй с глухим стуком опустил ладонь на стол, его голос сорвался на высокую ноту. — Эти новые заводы строятся на территории, которая исторически снабжалась ресурсами из Ба-Синг-Се! Царство Земли вкладывает колоссальные средства в логистику и поставку сырья. Логично, что шестьдесят процентов налоговых отчислений должны поступать в нашу казну! Сокка, заметив, как опасно дрогнули ноздри Зуко, поспешно поднял руки, пытаясь перехватить инициативу и сгладить углы, как и подобает инженеру и дипломату: — Ваше Величество, Куэй, давайте посмотрим на эти сухие цифры с точки зрения чистой логики и инженерного расчета. Да, ваше сырье неоценимо. Но технологии, чертежи, паровые турбины и первичный капитал для этих заводов полностью предоставлены Министерством Промышленности Столицы Огня. Без их оборудования ваша руда так и останется просто кучей камней в портах. Мы должны найти золотую середину. Например, сорок пять на сорок пять, а оставшиеся десять процентов направить на развитие инфраструктуры самого Республиканского города. — Это неприемлемо, Сокка! — упрямо отрезал Куэй, поправляя свои очки. — Нация Огня и так контролирует все основные морские торговые пути на юге! Если мы уступим здесь, наши купцы просто разорятся. Зуко медленно выпрямился. Его янтарный глаз сверкнул холодным, опасным блеском, а голос прозвучал тихим, но невероятно тяжелым, вибрирующим басом, который мгновенно заставил замолчать весь зал: — Нация Огня больше не намерена оправдываться за свое экономическое развитие, Куэй. Мы полностью демилитаризовали колонии, мы вывели войска, мы отдали земли под создание этой Республики. Но мои люди не будут работать бесплатно. Наш технологический патент — это собственность Столицы. Мое окончательное решение таково: сорок процентов Царству Земли, пятьдесят процентов Нации Огня, десять — городу. И это мое последнее слово. Если вас это не устраивает, мы просто отзовем наших инженеров и остановим конвейеры. — Зуко, друг мой, прошу тебя, не нужно ставить ультиматумы, — мягко, но с глубокой скорбью в голосе вмешался Аанг, наклоняясь вперед над столом. Его серые глаза умоляюще смотрели на Лорда Огня. — Мы собрались здесь, чтобы построить новый мир, основанный на доверии, а не на угрозах прекращения поставок. Если мы сейчас зайдем в тупик из-за тарифов, люди на улицах потеряют веру в наше Собрание. Катара, скажи им. Катара тяжело вздохнула, её голос прозвучал спокойно, но в нем слышалась глубокая усталость от бесконечных споров: — Аанг прав. Мы часами спорим о золотых монетах и границах на бумаге, забывая, что за этими цифрами стоят живые рабочие, которые ждут окончания этого кризиса. Пожалуйста, проявите благоразумие. Тоф Бейфонг на другом конце стола демонстративно и громко зевнула, потягиваясь всем телом так, что её суставы хрустнули: — О-о-о, духи, вы опять завели эту унылую шарманку… Земля, Огонь, налоги… Мне уже кажется, что этот стол сделан из чистого занудства. Куэй, прекрати упрямиться из-за пары мешков с монетами, у тебя их и так девать некуда во дворце. Зуко, а ты остынь, твоё сердцебиение сейчас участилось так, будто ты снова на Агни Кай собрался. — Тоф, пожалуйста, соблюдай регламент, — утомленно произнес Верховный советник города, старый чиновник, сидевший на возвышении. Он видел, что дипломатия окончательно зашла в глухой тупик, а лица правителей потемнели от злости, поспешно поднялся со своего места и постучал молоточком: — Объявляется часовой перерыв для остужения пыла сторон и проведения неформальных консультаций! Прошу всех покинуть свои места. Правители и их делегации с облегчением начали подниматься со своих мест. Зал заседаний мгновенно наполнился шумом шагов, шуршанием шелковых мантий и негромким гулом голосов. Присутствующие разбились на небольшие изолированные группы, расходясь по огромному помещению, чтобы обсудить дальнейшую стратегию. Локан, профессионально пользуясь своим статусом офицера охраны и правом перемещаться по залу для проверки безопасности, взял со специального стола у стены серебряный поднос с кувшином свежей, прохладной воды и чистыми глиняными пиалами. Спокойным, размеренным шагом он направился к делегации Нации Огня, которая расположилась в уединении возле одной из высоких боковых колонн. Зуко стоял, повернувшись спиной к залу, и утомленно тер переносицу двумя пальцами. Его плечи, обычно такие прямые и напряженные, сейчас были слегка опущены от колоссальной ментальной усталости. Изуми стояла рядом, нервно перебирая пальцами края своих тяжелых рукавов. — Позвольте предложить вам освежиться, Лорд Зуко, принцесса Изуми, — тихо, сохраняя идеальный воинский этикет, произнес Локан, подходя ближе и аккуратно наливая чистую воду в пиалу. Зуко обернулся, его суровый взгляд смягчился при виде юноши. Он принял пиалу из рук Локана, сделал несколько глотков и тяжело, хрипло вздохнул. — Спасибо, Локан, — негромко произнес правитель Нации Огня, качая головой. — Как обстановка на внешнем контуре? Надеюсь, твои гвардейцы будят лучше, чем эти политики думают. Дипломатический фронт кажется мне сегодня более изнурительным, чем наш вчерашний ночной спарринг на мечах. Локан едва заметно улыбнулся, его синие глаза с пониманием взглянули на отца. — На внешнем контуре всё спокойно, сэр. Мои люди полностью контролируют коридоры. А что касается переговоров… со стороны это действительно выглядит как тяжелая осада крепости. — Поверь мне, Локан, — Зуко утомленно прикрыл глаза, его голос звучал глухо. — Я бы лучше трижды вышел в открытое поле против целой армии магов земли в полной боевой экипировке, чем провел еще один час, слушая эти бесконечные, мелочные претензии Царя Земли по поводу тарифов и угольных разрезов. Политика и эти вечные компромиссы сжигают человека изнутри похлеще любого, самого яростного огня. На поле боя ты хотя бы видишь своего врага в лицо. Изуми взволнованно сделала шаг ближе к отцу, её янтарные глаза были полны сомнений и внутреннего страха. — Отец, мне… мне действительно очень трудно ориентироваться во всем этом, — тихо, чтобы её не услышали посторонние, произнесла принцесса. — Мне кажется, что я совершу ошибку, если сейчас открыто вступлю в этот спор на следующем заседании. Царь Земли так уверен в своей правоте, его советники давят… Отец, ты абсолютно уверен, что мы не должны немного уступить им в вопросе управления южными верфями? Может, компромисс спасет переговоры? Локан, заметив, как дрожат пальцы девушки, сделал едва заметный шаг вперед. Его голос прозвучал тихо, но в нем была та самая непоколебимая, спокойная уверенность, которая была так необходима принцессе: — Если позволишь, принцесса… Вчера в саду Лорд Зуко говорил с тобой о щите. О том, что ответственность правителя — это его щит, защищающий свой народ. Иногда удержать свою позицию, не поддаваясь на провокации и давление со стороны — это и есть самая лучшая, самая надежная защита. Не сомневайтесь в себе и в решениях своего отца. Ты действуешь в интересах Нации Огня, и в тебе течет сила, способная выдержать этот напор. Изуми потрясенно посмотрела на Локана, её взгляд на мгновение пересекся с его синими глазами, и она почувствовала, как волна тепла и уверенности вновь разливается по её телу. Она глубоко вздохнула и благодарно кивнула юноше: — Спасибо, Локан. Твои слова… они очень вовремя. В этот самый момент к их группе, негромко переговариваясь, приблизились остальные друзья: Аанг, Катара, Тоф и Сокка. Хакода остался у стола, продолжая изучать карты вместе с советниками. — Ну что, горячие головы, всё еще перемалываете кости Царю Земли? — весело, с привычной ухмылкой произнес Сокка, подходя ближе и бесцеремонно хлопая Зуко по плечу. — Рад видеть тебя в добром здравии, дружище! Сколько мы не виделись нормально, с самой коронации Изуми в столице? Месяц? А кажется, что целая вечность прошла среди этих министерских свитков. Зуко едва заметно улыбнулся, пожимая руку Сокке. — Рад видеть тебя, Сокка. Твои инженерные расчеты сегодня — единственное, что удерживает этот зал от немедленной драки. — А то! — Сокка гордо выпятил грудь. — Без моего гениального ума эти политики уже давно бы начали кидаться друг в друга стульями. Тоф, подтверди! Тоф, которая шла рядом, лениво ковыряя в ухе, фыркнула: — Ага, конечно. Единственное, что сдерживает этот зал от драки — это то, что я стою здесь и они боятся, что я замурую их прямо в стены. Зуко, твоя дочурка выглядит так, будто её сейчас стошнит от обилия шелка и протокола. Расслабься, девчонка, политика — это просто куча старых пердунов, которые трясутся за свое золото. — Тоф, пожалуйста, выбирай выражения, — мягко, но с легким укором произнесла Катара, подходя к Изуми и ласково беря её за руку. — Доброе утро, Изуми, дорогая. Ты прекрасно выглядишь сегодня. Как ты себя чувствуешь? Не утомляют тебя эти долгие заседания? — Доброе утро, тетя Катара, — Изуми почтительно поклонилась, её лицо вновь приняло официальное выражение. — Всё в порядке, спасибо. Я просто… благодаря отцау учусь . Аанг подошел к Локану, с теплой отцовской гордостью осмотрел его безупречную форму Объединенных Сил и положил руку ему на плечо: — Локан, командующий гвардией доложил мне, что ты лично проверял все посты сегодня ночью перед началом Собрания. Отличная работа, сын. Я рад, что безопасность этого важного дня находится в твоих надежных руках. — Спасибо, отец. Это мой долг, — ровно ответил Локан, стараясь не смотреть в этот момент на Катару, которая при слове «сын» едва заметно вздрогнула и отвела взгляд в сторону. — О, Локан! — Сокка повернулся к юноше, его глаза радостно блеснули. — Мы с тобой толком не успели поговорить вчера. Ты так вырос, парень! Настоящий офицер. Помню, как ты под стол пешком ходил на Южном Полюсе, а теперь вон — гроза преступности Республиканского города. Надо будет вечерком засесть, расскажешь мне про службу в Объединенных Силах. У меня есть парочка идей по модернизации ваших патрульных катеров! — С радостью, дядя Сокка, — ответил Локан, чувствуя, как внутри него нарастает странное, щемящее чувство от этого обилия семейного тепла, построенного на фундаменте огромной, скрытой лжи. — Время перерыва истекло! Прошу всех правителей и членов делегаций занять свои места за круглым столом! — зычный голос Верховного советника прервал их дружескую беседу. Присутствующие начали нехотя возвращаться на свои позиции. Зуко и Изуми вновь сели во главе стола Нации Огня, Аанг и Катара устроились напротив, Тоф заняла свой пост у входа, а Локан вернулся к своей гранитной колонне, приняв безупречную стойку «смирно». Второе заседание началось в еще более гнетущей тишине. Царь Земли сидел с надутым видом, явно готовясь продолжить свое упрямое сопротивление. — Итак, продолжаем обсуждение тридцать второго пункта… — начал было советник, разворачивая длинный свиток. Он не успел договорить. Из ниоткуда, с сокрушительным, оглушительным грохотом, от которого заложило уши, грянул чудовищный взрыв. Правая массивная каменная стена Главного зала заседаний в одно мгновение разлетелась в мелкие щепки и тучи гранитной крошки. Сила взрывной волны была настолько мощной, что огромный металлический стол сдвинулся с места, а стекла величественного купола с оглушительным звоном посыпались вниз, превращаясь в смертоносный дождь из острых осколков. Зал моментально заволокло густым, едким, ядовито-зеленым дымом, который затруднял дыхание и полностью лишал видимости. Сквозь пробитый пролом в стене, издав яростные боевые кличи, в помещение ворвалась организованная группа высококлассных бандитов-наемников. Это были вооруженные до зубов радикалы, лица которых были скрыты масками. Они были ярыми противниками новой мирной политики Аватара, считая, что создание Республиканского города ущемляет права их наций. — Смерть предателям! Смерть Аватару! — проревел их предводитель, швыряя вперед несколько взрывных снарядов. Паника охватила зал, советники и секретари с криками бросились врассыпную. Но правители и их друзья отреагировали мгновенно, их многолетний боевой опыт сработал на чистых рефлексах. Аанг мгновенно взмыл высоко в воздух на созданном им воздушном самокате, превратившемся в мощный воздушный шар. Он совершил широкое, резкое круговое движение обеими руками, создавая колоссальный ураганный вихрь. Мощные потоки воздуха в секунду подхватили ядовитый зеленый дым, выдувая его через разбитый стеклянный купол наружу и возвращая залу видимость. Катара, мгновенно оценив ситуацию, сделала плавный, но невероятно быстрый пасс руками, призывая воду из огромных декоративных фонтанов, стоявших вдоль стен. Водные потоки послушно взмыли в воздух, превращаясь в острые, ледяные хлысты. Одним точным, мощным движением Катара сбила с ног троих нападавших наемников, сокрушительно впечатав их в пол и намертво сковав их руки и ноги толстым слоем прочного льда. — Назад! Охранять Царя! — крикнул Хакода, обнажая свой боевой стойку вместе с Соккой синхронно обнажили свои клинки. Сокка со своим верным мечом из метеоритного железа и Хакода с тяжелым костяным копьем встали плотной живой стеной прямо перед испуганным, вжавшимся в кресло Царем Земли Куэем, отбивая летящие в него дротики и стрелы. — Держись ближе к нам, Куэй, если хочешь дожить до ужина! — тяжело дыша, крикнул Сокка, ловко подсекая ногу очередного ворвавшегося радикала. Тоф Бейфонг действовала со свойственной ей сокрушительной, первобытной мощью. Она с силой топнула своей босой ногой по полу, и мраморные плиты под её ногами пошли крупными волнами. — Сами напросились, придурки! — крикнула Тоф. С оглушительным грохотом она впечатала нескольких нападающих бандитов прямо в гранитный пол, зажав их ноги поднявшимися каменными тисками. В следующую секунду, почувствовав движение металла за спиной, Тоф резко взмахнула руками, подчиняя себе элементы стальных доспехов наемников, скручивая их тела живыми узлами и превращая их собственную броню в ловушку. Зуко и Изуми в эту же секунду синхронно встали спина к спине в классическую боевую стойку магов огня. Из их ладоней с грозным ревом вырвались мощные, широкие потоки яркого пламени. Они действовали в идеальном, безупречном полукруговом тандеме, создавая вокруг себя непроходимую огненную стену и уверенно оттесняя нападающих наемников назад, к пролому в стене, не позволяя им приблизиться к столу. Локан, как действующий офицер Объединенных Сил, мгновенно бросился в самую гущу боя. Его лицо было сосредоточенным, а движения — четкими и смертоносными. Пользуясь быстрыми приемами рукопашного боя и точечными, короткими вспышками магии огня, он в одиночку заблокировал троих бандитов, вооруженных тяжелыми тесаками. Одним мощным ударом ноги он выбил оружие у первого, перехватил руку второго и точным броском отправил его на мраморный пол. — Гвардия, ко мне! — громогласно скомандовал Локан, его голос перекрывал шум битвы. — Организовать живой коридор! Немедленно прикрыть отход всех гражданских специалистов, советников и стенографисток через западные двери! Быстрее, выводите их из зоны обстрела! Под его четким руководством прибывшие патрульные Объединенных Сил быстро вытеснили испуганных дипломатов в безопасные коридоры, полностью очистив центр зала для боя. Несмотря на то, что нападавшие наемники стремительно теряли позиции под сокрушительным натиском Аватара и его друзей, они были профессионалами высокого класса и действовали до конца. Один из радикалов, укрывшись за полуразрушенной гранитной колонной недалеко от позиции Нации Огня, понял, что их план провалился. Его лицо исказилось в яростной, безумной гримасе. Он вытащил из-за пазухи специальное устройство — портативный, высокотехнологичный арбалет, заряженный скрытым отравленным лезвием с точечным взрывным снарядом на конце. Направив оружие прямо в незащищенную спину Изуми, которая в этот момент отбивала атаку с другой стороны, он нажал на спусковой крючок. — Изуми, берегись! Справа! — Зуко, обладающий феноменальной боевой интуицией, заметил это движение краем глаза. Времени на то, чтобы перенаправить снаряд магией огня, уже физически не оставалось — лезвие летело слишком быстро на близком расстоянии. Ослепленный адреналином, первобытным отцовским инстинктом и безумным желанием защитить свою единственную дочь, Зуко совершил резкий, отчаянный рывок вперед. Он буквально заслонил Изуми собой, приняв весь сокрушительный удар на себя. — Ыыгх! — глухой, сдавленный стон вырвался из груди Лорда Огня. Раздался короткий, глухой хлопок точечного взрыва. Острое отравленное лезвие с силой вонзилось Зуко глубоко в правый бок, пониже ребер. Из-за колоссального жара собственного непрерывного огня, бушующего в его теле во время боя, нервные окончания Лорда Огня были временно заблокированы. Зуко даже не заметил в пылу сражения, что он смертельно и тяжело ранен. Края глубокой раны были мгновенно прижжены и припечены его же собственным яростным пламенем, что на пару минут остановило внешнее кровотечение, но внутри его тела яд и разорванные сосуды уже начали глубоко и катастрофически кровоточить. Зуко лишь резко, шумно выдохнул, на секунду покачнулся, но стиснул зубы и продолжил удерживать огненную позицию, не подавая вида, что произошло нечто страшное. — Отец! Ты в порядке?! Что это был за хлопок?! — испуганно крикнула Изуми, оборачиваясь к нему и продолжая держать огненные щиты. — Всё хорошо, Изуми! Сконцентрируйся на левом фланге! Не отвлекайся, держи строй! — сквозь зубы, тяжело прорычал Зуко, его лицо покрылось крупными каплями холодного пота, но его янтарный глаз продолжал гореть яростным огнем. Нападающие радикалы были окончательно повержены, смяты и частично захвачены в плен благодаря слаженным, мощным и безупречным действиям Тоф, Аанга и подоспевшего Локана с гвардейцами. Последний наемник был с грохотом впечатан Тоф в стену и намертво скован металлом. — Чисто! Всё кончено! — громко крикнул Локан, тяжело дыша и опуская руки. — Гвардия, взять выживших под жесткий караул! Никого не выпускать из здания! — Духи, ну и потрепали они нас, — произнес Сокка, утирая пот со лба и пряча свой космический меч в ножны. — Аанг, ты как? — Я в порядке, Сокка, спасибо, — Аанг плавно опустился на пол, его лицо было бледным и суровым. — Главное, что все правители живы. Царь Земли, вы не пострадали? — Н-нет, кажется, пронесло… — заикаясь, ответил Царь Земли, выбираясь из-за спины Хакоды. Когда густой дым от взрывов окончательно рассеялся по залу и в помещении воцарилась относительная тишина, знаменующая победу, Зуко сделал один тяжелый, неуверенный шаг вперед, собираясь подойти к Аангу. Но неожиданно для всех Лорд Огня замер на месте. Его единственный здоровый янтарный глаз внезапно, стремительно потускнел, потеряв свой привычный внутренний свет. Лицо правителя Нации Огня в секунду приняло землисто-серый оттенок, а дыхание со свистом прервалось. Внутреннее прижигание раны больше не могло сдерживать колоссальное давление разорванных артерий. Зуко без единого звука, словно подкошенный, тяжело и без сил рухнул вперед, прямо на холодный мраморный пол зала заседаний, мгновенно теряя сознание. В ту же секунду из-под его правого бока, пропитав плотный шелк багровой мантии, стремительно и страшно начала расплываться огромная, расширяющаяся багровая лужа густой крови. — ОТЕЦ!!! — дикий, полный первобытного ужаса и отчаяния крик Изуми эхом разорвал тишину зала. Девушка с грохотом упала перед ним на колени прямо в лужу крови, её руки судорожно тряслись, когда она попыталась перевернуть отца на спину. — Папа! Папа, пожалуйста, открой глаза! Посмотри на меня! Помогите! Кто-нибудь, помогите ему! — в панике кричала принцесса, её слезы мгновенно хлынули из глаз, размазывая церемониальный макияж. Аанг и Катара в глубоком ужасе и оцепенении в ту же секунду подбежали к ним. Катара мгновенно упала на колени с другой стороны от Зуко, когда она принялась судорожно разрывать плотный шелк его окровавленной рубахи. — Зуко! О духи, Зуко, держись! — бледнея, шептала Катара, прижимая ладони к страшной, глубокой ране на его боку, из её руки уже были покрыты плотным слоем чистой воды, которая засветилась ярким, но испуганным лазурным светом исцеления. — Аанг, помоги мне перевернуть его! Быстро! — её голос дрожал от паники, которую она так редко позволяла себе проявлять. — Кровотечение внутреннее! Рана прижжена огнем, но внутри всё разорвано! Он теряет слишком много крови! Локан, стоявший неподалеку, в одно мгновение стал бледным как полотно. Внутри юноши всё буквально закричало от дикого, первобытного страха и боли за своего настоящего отца. Его сердце пропустило удар, а в ушах зашумела кровь. Тот, кого он только вчера тайно признал своим родителем, сейчас лежал при смерти у его ног. Проявив колоссальное, нечеловеческое усилие воли, Локан заставил свои онемевшие ноги двигаться. Он подскочил к патрульным гвардейцам, его голос прозвучал как сталь: — Носилки! Живо сюда носилки! Срочно очистить центральную улицу до госпиталя! Военный госпиталь Объединенных Сил, приготовить операционную! Шевелитесь, если хотите жить!!! Спустя полчаса Лорд Огня Зуко был экстренно доставлен в Главный военный госпиталь Объединенных Сил Республиканского города, который был оцеплен тройным контуром вооруженной охраны. Катара, как величайший и самый опытный маг воды и целитель в мире, лично возглавила сложнейшую операцию. Двери операционного блока были плотно закрыты, а сквозь матовое стекло было видно лишь непрерывное, напряженное лазурное сияние её исцеляющей магии. В коридоре, залитом мертвенно-белым светом ламп, царило гнетущее, удушающее молчание. Аанг сидел на деревянной скамье, обхватив голову руками и тихо молясь духам. Изуми непрерывно мерила коридор быстрыми, нервными шагами, её руки были полностью испачканы в засохшей крови отца, а плечи мелко дрожали от безмолвных слез. Локан стоял у противоположной стены, скрестив руки на груди. Его лицо было бледным, неподвижным, словно каменная маска офицера, но внутри его души бушевал настоящий огненный шторм. Каждая секунда ожидания казалась ему вечностью. Наконец, тяжелые двери операционной с тихим скрипом отворились. Из них медленно вышла Катара. Её лицо выглядело невероятно уставшим, изможденным, под глазами залегли глубокие темные тени, а руки всё еще мелко дрожали от колоссального расхода внутренней энергии. Аанг, Изуми и Локан в ту же секунду вскочили со своих мест, подбегая к ней. — Тётя Катара! Как он?! Скажи мне, он будет жить?! — сдерживая рыдания, воскликнула Изуми, хватая Катару за мокрые рукава халата. Катара тяжело вздохнула, её взгляд был полон глубокой скорби и тяжести. Она посмотрела на бледного Аанга, затем на Изуми, стараясь не встречаться глазами со стоящим чуть позади Локаном. — Я сделала всё, что было в моих силах, Изуми… Я смогла полностью нейтрализовать действие этого страшного яда и восстановить разорванные артерии внутри бока, — глухо, надтреснутым голосом произнесла Катара. — Но… Зуко сейчас находится в глубокой, критической коме. Яд в ране спровоцировал катастрофическую, стремительную потерю крови до того, как его доставили сюда. Его внутренний источник энергии пуст, сердце едва бьется. Ему немедленно, в течение следующих получаса, нужно сделать прямое переливание крови. Иначе его органы просто откажут, и он умрет, так и не придя в сознание. Но есть огромная проблема… У Зуко очень редкая, специфическая группа крови, характерная только для чистокровных магов высшей королевской династии Нации Огня. Обычная кровь его организм просто отторгнет, что убьет его мгновенно. — Возьмите ещё раз мою кровь! — без секундного колебания воскликнула Изуми, протягивая свои тонкие руки вперед. — Я его дочь! Моя кровь точно должна подойти! Пожалуйста, берите сколько нужно! Катара грустно, сочувственно посмотрела на принцессу и мягко покачала головой, касаясь её ладони: — Мы уже взяли твою кровь, Изуми, пока ты была в коридоре… Да, по своей структуре и магической полярности Нации Огня она идеально подходит Зуко. Но ты… ты слишком молода, хрупка и истощена ментально после этого дня. Твоего допустимого объема крови физически не хватит, чтобы полностью заполнить опустошенный источник Зуко и запустить его сердце. Если мы возьмем у тебя необходимый объем, ты просто умрешь рядом с ним от анемии. А той малой части, что мы можем безопасно взять, не хватит. Зуко… Зуко продолжает стремительно умирать прямо сейчас. Мне жаль. Изуми от этих страшных слов бессильно покачнулась и разрыдалась, Аанг поспешно подхватил её под руки, усаживая на скамью и пытаясь успокоить, хотя его собственные глаза были полны слез от бессилия. В этот самый критический момент, когда надежда, казалось, полностью покинула эту комнату, Локан решительно сделал один широкий шаг вперед. Его лицо было абсолютно спокойным, а синие глаза горели непоколебимой, стальной решимостью. Он уверенно обошел Аанга и Изуми, подошел вплотную к дверям палаты, где на операционном столе лежал умирающий Зуко, повернулся к своей матери и твердо, громко произнес: — Возьми мою кровь. Мама. Проводи процедуру немедленно. Катара от этих слов вздрогнула всем телом, её глаза испуганно округлились. В зале воцарилась паническая тишина. Она схватила Локана за предплечье и силой оттащила его чуть в сторону, в полумрак палаты, подальше от сидящих на скамье Аанга и Изуми. — Локан, нет! О чем ты говоришь, одумайся?! — в панике, судорожно шептала Катара, её голос мелко дрожал от нарастающего ужаса. — Твоя кровь категорически не подходит Зуко! Ты совершаешь глупость! Ты ведь сын Аанга, маг Объединенных Сил, в твоих жилах течет кровь Племени Воды и Воздушных Кочевников! Твоя кровь имеет совершенно другую структуру! Если я введу её в его тело, это мгновенно убьет его, вызовет жуткий шок! Перестань, времени на эти глупости нет! Локан не отвёл взгляда. Он посмотрел своей матери прямо в глаза — глубоко, пронзительно и жестко, понизив свой голос до тихого, леденящего душу шепота, от которого у Катары в одну секунду буквально перехватило дыхание, а сердце ушло в пятки: — Его кровь… в точности течет и в моих жилах, мама. В полном объеме. Потому что я прекрасно, до последнего слова знаю, кем на самом деле Лорд Огня Зуко приходится мне по рождению. Я знаю твою тайну. Сейчас не время для твоих страхов и лжи. Надо действовать немедленно, прямо сейчас, пока он окончательно не умер на этом столе. Бери мою кровь. Катара буквально застыла на месте, пораженная и намертво парализованная тем неопровержимым фактом, что её собственный старший сын полностью раскрыл её самую главную, самую страшную и постыдную тайну двадцати двух летней давности, которую она хоронила от всего мира. Земля словно ушла из-под её ног, в голове воцарился хаос. Она смотрела на Локана и видела в его синих глазах ту самую непреклонную, суровую волю Зуко. Но времени на долгие споры, выяснения отношений и взаимные обвинения у них физически не оставалось — датчики и слабое дыхание Зуко за ширмой показывали, что Лорд Огня находится на самом пороге смерти. Катара судорожно, прерывисто глотнула воздух, её руки мелко дрожали, когда она, подчиняясь этой стальной воле сына, покорно кивнула головой: — Хорошо… Хорошо, Локан. Иди ложись на соседнюю кушетку. Быстрее. Процедура прямого переливания крови началась в полной, звенящей тишине операционной. Длинные тонкие медицинские трубки соединили вену на крепкой руке Локана с веной на бледной, холодной руке Зуко. Катара, сосредоточив все свои оставшиеся силы, направляла лазурные потоки исцеляющей магии воды, контролируя, чтобы чужая, но такая родная кровь Локана идеально, без малейшего отторжения вливалась в израненный организм Лорда Огня. Локан лежал неподвижно, спокойно наблюдая за тем, как его жизненная сила плавно перетекает в тело человека, который дал ему жизнь. Внутри него не было ни капли страха или сомнения. Было лишь глубокое, умиротворяющее осознание исполненного долга крови. Жизнь Лорда Огня Зуко была спасена благодаря крови Локана, но из-за тяжелейшего отравления и колоссального стресса его организм погрузился в глубокую трехдневную кому. Изуми и Аанг были вынуждены временно отойти, чтобы под охраной гвардии экстренно заняться делами безопасности перевернутого вверх дном города, расследованием теракта и допросом пленных. Наступила глубокая, глухая ночь. В палате, окутанной полумраком, было слышно лишь ровное, мерное дыхание Зуко. Катара сидела у изголовья его кровати, её глаза опухли от слез. Локан стоял у окна, заложив руки за спину. Его силуэт казался жестким, почти чужим в этом холодном больничном свете. Катара подняла на него усталый взгляд, и слезы снова покатились по её щекам. — Как?.. — её голос сорвался на шепот. — Как и когда ты узнал правду, Локан? Локан медленно перевел взгляд на мать. Его синие глаза, обычно такие спокойные, сейчас казались холодными, в них читалась глубокая, застарелая обида, которую он больше не мог сдерживать. — Месяц назад, мама, — ровно, но с леденящей душу отчетливостью произнес юноша. — В день коронации принцессы Изуми в Столице Нации Огня. Когда вся наша семья и близкие кругом отмечали это событие во дворце. В какой-то момент в зале стало слишком шумно, и я собирался выйти на дальний закрытый балкон, чтобы проверить посты охраны и побыть в тишине. Но когда я подошел к дверям, скрытым за тяжелыми шторами… я увидел там тебя. Ты была там с дядей Соккой. И я услышал ваш разговор. Весь, от начала и до конца. Катара судорожно вздохнула, прижав ладонь к губам, из её глаз хлынули новые слезы. — Вы говорили о тайне, которую ты так тщательно хранила все эти долгие годы, — продолжал Локан, и его голос впервые заметно дрогнул от сдерживаемой ярости. — О грехе двадцатидвухлетней давности. Я услышал каждое слово, мама. О том, что Аватар Аанг — не мой биологический отец. О том, что Лорд Огня Зуко, человек, перед которым я сегодня стоял по стойке, — мой настоящий отец по крови. Катара закрыла лицо ладонями, её плечи судорожно затряслись. — Локан, сынок… Я пыталась… — Перестань! — резко оборвал её Локан. Впервые в жизни он позволил себе повысить голос на мать, и в этом звуке прорвалась вся та ярость, которую он сдерживал три дня. Юноша сделал шаг вперед, его кулаки сжались. — Ты лгала мне всю мою жизнь! Ты заставила меня верить, что я часть одной семьи, скрывая, что моя кровь принадлежит другому человеку. Ты понимаешь, что ты сделала со мной?! Каково это — узнать, что вся твоя жизнь построена на грандиозном обмане? — Я защищала Аанга! — отчаянно воскликнула Катара, поднимая к нему заплаканное лицо. — Я защищала мир и баланс, Локан! Если бы эта правда выплыла тогда, всё, что мы строили, могло рухнуть! — И поэтому ты решила пожертвовать мной? Сделать меня живым памятником твоей ошибке? — Локан горько, зло усмехнулся. Он подошел вплотную к кровати, глядя на бледное лицо Зуко, а затем снова перевел яростный взгляд на Катару. — Скажи мне… Знает ли мой отец Зуко об этом? Вы говорили ему? Катара открыла рот, её губы задрожали, но от жуткого внутреннего спазма и страха она не успела ответить ничего. Словно воздух покинул её легкие под тяжестью этого вопроса. Хотела признаться что и Зуко знает правду, но Катара не успела сказать... Это же время Локан внимательно вглядывался в её испуганное лицо. Он ждал ответа, но её парализующее молчание сказало ему больше любых слов. Юноша тяжело выдохнул, его гнев постепенно перегорал, уступая место глубокой, свинцовой горечи. Он понял всё без слов. — Конечно, он не знает, — тихо, почти безжизненно произнес Локан, качая головой. — На этот вопрос ты даже ответить не можешь… Ты защищала покой Аанга и баланс мира, да. Я понимаю это своим разумом офицера. Но как твой сын… я больше не намерен притворяться слепым. Игра в счастливую семью Аватара для меня окончена. Они оба одновременно повернулись и посмотрели на спящего, ровно дышащего Зуко. Теперь, когда в его жилах текла кровь Локана, их связь стала физической, неоспоримой, но всё еще запертой в тишине этой палаты. Локан подошел к кровати правителя Нации Огня и бережно, едва заметно коснулся пальцами края его одеяла. — Мой отец, Лорд Зуко, даже не подозревает, кем мы друг другу являемся, — с глубокой тоской в голосе произнес Локан, глядя на суровый шрам на лице спящего. — Он лежит здесь, спасенный моей кровью, и думает, что обязан жизнью просто преданному офицеру Республики. Он не знает, что у него есть сын. Юноша медленно перевел взгляд на Катару. В его глазах теперь читалось лишь холодное, взрослое смирение перед судьбой. — Ты знала эту тайну. Дядя Сокка знал её. Теперь о ней знаю я сам. Нас трое, мама. А мой отец Зуко… так и останется в неведении, пока этот мир требует твоих жертв ради баланса. Но помни: прежней наша жизнь уже не будет никогда. --- Едва тяжелый полог палатки опустился за Локаном, отсекая его стремительные шаги, Катара словно лишилась последней опоры. Ноги подогнулись, и она тяжело опустилась на стул возле кровати Зуко. Её трясло. В груди горело от невысказанных слов, которые опоздали всего на долю секунды. «Он думает, что Зуко не знает… Духи, он ушел, думая, что мы скрыли это от него оба!» — мысль билась в её голове раненой птицей. Локан выстроил в своем разуме логичную, но в корне неверную картину, а её минутная слабость, этот глупый, трусливый спазм в горле, только подтвердил его худшие догадки. Теперь он считает себя брошенным, вычеркнутым из жизни обоими родителями. Катара закрыла лицо ладонями, пытаясь сдержать подступающие слезы, чтобы не разбудить Зуко, чьё дыхание после переливания крови наконец стало глубоким и ровным. Именно в этот момент ткань палатки снова шевельнулась. Шаги вошедшего были более тяжелыми и нерешительными. — Катара? — негромкий, обеспоенный голос Сокки заставил её вздрогнуть. Он остановился у входа, переводя взгляд с бледного лица сестры на спящего Лорда Огня. Сокка сразу заметил растерзанное состояние Катары и то, как неестественно прямо, словно натянутая струна, она сидела. — Я только что встретил Локана на выходе, — Сокка нахмурился, подходя ближе и мягко кладя руку ей на плечо. — Он прошел мимо меня как живой мертвец. На ходу застегивал мундир, на приветствие не ответил, а взгляд… взгляд у него был точь-в-точь как у Зуко, когда тот злится на весь мир. Что здесь произошло? Он узнал? Катара медленно отняла ладони от лица. Одинокая слеза всё-таки скатилась по её щеке. — Он знает всё, Сокка… — её голос сорвался на шепот. — Он услышал наш разговор месяц назад, в день коронации Изуми. Понял, чья кровь течет в его жилах. Он обвинил меня в том, что я принесла его в жертву ради «счастливой семьи Аватара». Сокка тяжело вздохнул, его плечи опустились. Как вождь и дипломат, он понимал, что этот нарыв рано или поздно должен был вскрыться, но как брат, он чувствовал боль сестры. — Ну... по крайней мере, тайны больше нет, — попытался мягко подбодрить её Сокка. — Да, это паршиво, Катара. Ему нужно время, чтобы переварить это. Но теперь, когда Зуко очнется, им хотя бы не придется лгать друг другу... — В том-то и дело, Сокка! — Катара в отчаянии перебила его, судорожно схватив брата за рукав куртки. В её синих глазах застыл неподдельный ужас. — Ты не понимаешь! Локан спросил меня, знает ли Зуко. А я… я не смогла дышать. От страха, от этой лавины обвинений меня просто парализовало. Я не успела вытолкнуть из себя ни слова! Сокка замер, всматриваясь в лицо сестры. — Подожди… То есть ты?.. — Я промолчала! — почти навзрыд выдохнула она, заглушая звук ладонью. — И Локан решил, что мое молчание — это подтверждение. Он подумал, что Зуко в неведении. Он ушел в полной уверенности, что его отец считает его просто преданным офицером Республики, спасшим ему жизнь! Он думает, что мы с тобой оберегаем покой Зуко и Аанга от «этой лжи». Сокка, что мне делать? Он считает, что его предали дважды! Сокка на мгновение потерял дар речи. Он посмотрел на спящего Зуко, затем на Катару. Ситуация, и без того сложная, завязалась в мертвый узел. Локан ушел с гордо поднятой головой, неся в себе благородную, как ему кажется, миссию — хранить молчание, чтобы не разрушить мир между народами и покой Лорда Огня. Но эта ложная правда выжигала юношу изнутри. — Ох, духи… — Сокка потер виски, чувствуя, как начинает болеть голова. — Это катастрофа. Если Локан закроется в себе с этой мыслью, мы его потеряем. Он возненавидит тебя, Катара. И, что еще хуже, он будет смотреть на Зуко с этой тайной мученической гордостью, а Зуко… Зуко ведь с ума сойдет, если узнает, что сын считает его слепым эгоистом! — Я должна пойти за ним, — Катара порывисто поднялась со стула, но Сокка перехватил её за локоть, мягко, но настойчиво удерживая на месте. — Нет. Не сейчас, — твердо сказал он. — Посмотри на себя, ты едва на ногах стоишь. И Локан сейчас в ярости, он не станет слушать. Твои попытки объясниться прямо сейчас он воспримет как очередное оправдание. Дай ему остыть. Буквально несколько часов. Сокка перевел взгляд на зашевелившегося на кровати правителя Нации Огня. Зуко тихо застонал во сне, его веки дрогнули. — К тому же, — тихо добавил Сокка, — кажется, наш Лорд Огня приходит в себя. И тебе нужно решить, что ты скажешь ему, когда он спросит, кто его личный спаситель, который дал ему свою кровь.