Глава 2. Экскурсия

Оуэн ушёл на работу в семь утра. Майкл узнал об этом постфактум - по записке на столе в комнате персонала, где они вчера пили кофе. Записка гласила: "Тренировка до обеда. Карта парка на стойке ресепшена. Не лезь туда, куда не пускают." И подпись, которую можно было расшифровать только зная заранее, что это Оуэн. Майкл взял карту, взял кофе из автомата в коридоре и вышел на улицу. Исла Нублар с утра пах иначе, чем вчера. Влажнее, гуще, с примесью чего-то цветочного. Туман ещё не разошёлся до конца, и аллеи парка в этом тумане выглядели почти нереально - как декорации к фильму, который ещё не начался. Майкл развернул карту, нашёл на ней отметку "вы здесь" и пошёл. Первый час он просто ходил. Без особой цели, сворачивая туда, куда было интересно. Парк утром был другим - меньше туристов, меньше шума. Смотрители в форме катили тележки с едой вдоль вольеров, переговариваясь между собой. Где-то в глубине одного из секторов урчал какой-то механизм. Вольеры просыпались по-разному. Трицератопсы в своём секторе ещё толком не проснулись - большинство сидели на земле, сонные, с таким видом, что Майкл их прекрасно понимал. Один, правда, уже стоял у ограждения и смотрел на него в упор. Рога у него были массивные, загнутые вперёд, и при этом на одном болталась верёвочка с какой-то деревяшкой - самодельное украшение, не иначе. "Чего смотришь?" - спросил Майкл. Трицератопс помолчал, потом сказал медленно и очень веско: "Новый." "Да, новый. Майкл." Трицератопс переварил эту информацию. "Надолго?" "На неделю." Ещё пауза. "Хорошо", - сказал он наконец, будто дал разрешение, и отошёл от ограждения. Майкл решил считать это тёплым приёмом. Стегозавры жили через аллею. Их вольер был одним из самых больших в этой части парка - видимо, из-за роста. Пластины на спинах делали их силуэты узнаваемыми издалека, и всё равно каждый раз, когда один из них разворачивался к ограждению, Майкл ловил себя на том, что делает шаг назад. Говорили они плохо. Не то чтобы совсем не могли - скорее не очень хотели. Один из них, самый крупный, подошёл к стеклу, посмотрел на Майкла долгим взглядом и произнёс что-то неразборчивое. Майкл не понял ни слова. "Что?" - переспросил он. Стегозавр повторил. Звучало примерно одинаково. "Извини", - сказал Майкл. - "Не понимаю." Стегозавр, судя по всему, это вполне принял. Постоял ещё немного и ушёл по своим делам. Зауроподы обитали в отдельном секторе на южном краю парка - Майкл нашёл его по карте и минут двадцать шёл туда пешком. Оно того стоило. Вольер у них был огромным, пожалуй самым большим из всех, что он видел. И это было понятно: зауроподы были высокими. Не за счёт длинных шей, как у классических изображений из учебников - здесь всё работало иначе. Просто рост. Метров девять, может больше. Рядом с ними Майкл чувствовал себя примерно так, как чувствует себя человек рядом с жирафом, только жираф при этом смотрит на тебя осознанно и явно что-то думает. Один из них стоял у ограждения и смотрел куда-то вдаль поверх деревьев. Майкл проследил за его взглядом - там не было ничего особенного, просто небо. "Привет", - сказал Майкл, больше от неловкости, чем из реального желания поговорить. Зауропод медленно опустил взгляд. Пауза была долгой. "Привет", - ответил он наконец. Голос у него был низкий, такой, что Майкл скорее почувствовал его, чем услышал. - "Ты маленький." "Да. Я знаю." "Это нормально", - сказал зауропод. Без иронии, совершенно серьёзно. И снова посмотрел на небо. Майкл постоял рядом ещё немного и пошёл дальше. Разговор, при всей своей краткости, почему-то оставил хорошее ощущение. Ближе к полудню он набрёл на небольшую площадку между двумя вольерами, где стояло несколько скамеек для посетителей. Сел, вытянул ноги и съел сэндвич, купленный у лотка у главного входа. Народу вокруг прибавилось - туристический час начинался, люди шли группами, с детьми, с камерами. Кто-то фотографировал трицератопсов, кто-то читал информационные таблички у вольеров. Таблички Майкл тоже читал. На каждом вольере висела - вид, количество особей, краткая справка. Без лишнего. Парк вообще был устроен аккуратно: ничего лишнего, никакой показухи. Просто информация, просто стекло, просто то, что есть. Рядом с ним на скамейку плюхнулась какая-то девочка лет восьми и тут же уставилась на него. "Ты тут работаешь?" - спросила она. "Нет. В гостях." "У кого?" "У дрессировщика рапторов." Девочка помолчала секунду и выдала: "Круто", - после чего убежала обратно к родителям. Майкл подумал, что да, наверное круто. После обеда он вернулся к рапторам. Не то чтобы планировал - просто ноги сами принесли. Он остановился у внешнего ограждения, не заходя внутрь - вход без Оуэна был закрыт. Через стекло был виден весь вольер: довольно большой, с несколькими каменными уступами разной высоты и деревьями по краям. Блю сидела на самом высоком уступе и смотрела вниз. Заметила Майкла почти сразу - он не успел ничего сделать, как она уже смотрела прямо на него. Пару секунд они мерились взглядами через стекло. Потом Блю медленно встала, спустилась с уступа и подошла к ограждению. Остановилась в метре от стекла. "Оуэна нет", - сказала она. "Я знаю. Просто смотрю." "Просто смотришь", - повторила она. Не вопрос, просто повторила. - "Зачем?" Майкл подумал. "Интересно." Блю, кажется, это устроило. Она не ушла, осталась стоять. Чарли где-то в глубине вольера что-то кидала об стену и ловила обратно - монотонно, методично. Дельта лежала на нижнем уступе и спала, или делала вид. Эхо не было видно вообще. "Ты его племянник", - сказала Блю. Не спрашивала. "Да." "Он говорил." Она помолчала. - "Он нормально говорил." Майкл не сразу понял, что это, по всей видимости, комплимент. Причём не ему, а Оуэну. Но в этом контексте, наверное, и ему тоже. "Вы давно вместе работаете?" - спросил он. "Четыре года", - сказала Блю. - "Он пришёл, когда нам было по два." "И как?" Она помолчала дольше, чем обычно. "Нормально", - сказала наконец. - "Он не врёт. Это важно." Майкл кивнул. Они помолчали ещё немного, и в этом молчании не было ничего неловкого. Потом Блю развернулась и пошла обратно к своему уступу, а Майкл остался стоять у стекла ещё минуты три, просто так. Под вечер он нашёл смотровую площадку на небольшом холме в центральной части парка. Деревянный настил, перила, несколько скамеек. Отсюда был виден почти весь парк - аллеи, вольеры, туристические маршруты, а дальше джунгли, и за ними горы, и совсем вдалеке полоска моря. Он сел и просто смотрел. Внизу жил парк. Смотрители заканчивали вечерний обход, туристы тянулись к выходу, в вольерах начинался какой-то свой вечерний ритм - кто-то укладывался, кто-то наоборот оживлялся. Со стороны сектора стегозавров доносился низкий, почти утробный звук - то ли пение, то ли просто разговор, слишком далёкий, чтобы разобрать. Майкл вытащил телефон и написал матери, что доехал нормально и всё хорошо. Это была правда. Потом убрал телефон и снова посмотрел на парк. Он думал о Блю и о том, что она сказала про Оуэна. "Он не врёт. Это важно." Простая фраза, сказанная без нажима. Но за ней было что-то большее - что-то про то, каково это, когда тебе несколько лет и единственный человек, которому ты доверяешь, это дрессировщик в форменной рубашке. Он думал про камни вместо столов и про самодельный мяч из чего попало. Про трицератопса с верёвочкой на роге и про зауропода, который смотрел на небо и сказал "это нормально" без единой интонации. Парк был красивым. Парк был ухоженным и, по всей видимости, прибыльным. И при этом в нём было что-то, что Майкл не мог пока назвать точным словом. Что-то, что он замечал краем глаза весь день и никак не мог рассмотреть прямо. Может, завтра. Оуэн появился около семи вечера. Нашёл Майкла всё на той же смотровой площадке и молча сел рядом. Они посидели так минут пять. "Как прогулка?" - спросил Оуэн наконец. "Нормально", - сказал Майкл. - "Зауропод сказал мне, что я маленький. Но что это нормально." Оуэн посмотрел на него. "Серьёзно?" "Абсолютно." Оуэн хмыкнул. Для него это было почти смех. "Блю с тобой разговаривала?" "Да. Немного. Через стекло." Оуэн кивнул, и в этом кивке было что-то похожее на удовлетворение. "Она с незнакомыми обычно не говорит. Значит, ты ей понравился." "Или просто скучно было." "Нет", - сказал Оуэн просто. - "Если скучно, она просто уходит." Майкл подумал об этом. "Слушай", - сказал он через паузу. - "Тут всё нормально, да? Я имею в виду, в целом. В парке." Оуэн не ответил сразу. Смотрел на горизонт, где закат уже почти догорел. "В целом", - сказал он наконец. - "Да." Снова эта пауза. Снова это "в целом". Майкл заметил, но спрашивать не стал. Что-то подсказывало, что не время. Они спустились с холма вместе, когда стемнело, и пошли ужинать. Парк за их спинами затихал, вольеры уходили в темноту, и только откуда-то с южного края острова иногда долетал низкий звук, похожий на дыхание. Майкл не спросил, что это. Пока не спросил.