Часть "Полдник"

~

— А сейчас помолимся перед трапезой, — сказала женщина, сидящая по центру длинного стола, и сложила руки в замок, держа его перед своим подбородком. На ней было серо-коричневое чопорное платье с рукавами-грушами и пуговицами на груди. Чёрные волосы собраны в высокую причёску на манер вздутой шапки или шлема жокея. Она приставила сжатые в замок руки ко лбу и склонилась, произнося молитву ко господу. Эми опоздала, ей пришлось красться на носочках, чтоб не потревожить ребят во время трапезной молитвы. — Благослови, господь, пищу нашу, которую вкушаем по твоей благости… Эми заметила, что несколько детей не молятся, а лишь делают вид. Какой-то мальчик с чёлкой, изломанной, как волна, и вовсе — строил рожицы, и рядом с ним сидящий рыжий мальчишка посмеивался втихаря. В столовой стоял длинный, общий стол, застланный застиранной, до белоснежности накрахмаленной скатертью. Дети сидели в два ряда, за столом, на котором были хлебницы, несколько тряпичных салфеток и тарелки с кашей, кажется — манной. Слева сидели мальчики, а с правой стороны — девочки. Эми присела с краю. Есть ей не хотелось, но она должна была присесть, чтоб не выделяться. Рядом с ней сидела девочка с каштановыми волосами и в тёмно-коричневом, стареньком платье, а рядом с той — ещё девочка в таком же платье и с такими же волосами, заплетёнными в две толстые косички. Они закончили молиться и приступили к еде. — Привет, — сказала одна из девочек с косичками. — Привет, — сказала вторая. — Ты красивая. Как тебя зовут? — Привет, — ответила Эми девочкам. — Эммалин. То есть… Эми. Девочки улыбнулись, но не ей, а скорее друг дружке — они были одинаковые на лицо. — Я Карен, а это моя сестра Кэтрин. — Рада знакомству. Эми переоделась в светло-синее платье с белым бантом на талии, но сразу заметила, что здесь его лучше не надевать. Когда Нэнси открыла комнату для Эми, та долго стояла в коридоре и смотрела, что ей делать дальше. Она решила, что Нэнси зашла забрать что-то из каморки для слуг — может, там расположилась кладовая или прачечная? Но вскоре Нэнси позвала её и велела располагаться. Несколько минут Эми пребывала в непонимании. Она стояла в каморке, где было лишь одно окно без штор, узкая кровать, обшарпанный шкаф и тумба, а также столик и стул, похоже из игрушечного комплекта. — Привет, я Деннис, — сказал светловолосый мальчик, сидящий напротив неё. — Эми, — девочка слегка кивнула. — Я тебя видел там, — мальчик по имени Деннис махнул головой в сторону коридора, откуда пришла Эми. — Да, я тоже видела тебя, — сказала Эми. Деннис казался расстроенным тем, что Эми теперь не могла попасть домой, так как мадам Лиггет ушла без неё. Она себя успокаивала тем, что мадам Лиггет вскоре вернётся за ней, может быть завтра или в четверг, но чувствовала какой-то страх — а вдруг нет. Ей тогда придётся самой искать домой дорогу… — Ты не будешь? Можно мне взять твою порцию? Эми смотрела на кашу, растёкшуюся по тарелке. Маленькие, несуществующие человечки скатывались с поверхности каши, как с бледной, ледяной горки. Она съела большую ватрушку в машине мадам Лиггет, когда та разрешила. Каша выглядела не очень аппетитно. — Да, бери. — Тебя надолго привезли сюда? — спросила Кэтрин, высматривая из-за плеча Карен. — Не знаю, — Эми пожала плечами, и посмотрела в ряд стола. Сколько здесь было ребят? Карен, Кэтрин, Деннис — уже трое. Эми спрятала руки под стол, загибая пальчики. Она посмотрела ряд, где сидели мальчишки, начиная от Денниса, примерно ровесника Эми, — среди них были постарше и помладше. Те, кто старше, сидели ближе к окну и подальше от края стола, где сидел Деннис. Один, два, три — сидел грустный-прегрустный мальчик с лицом оттенка капустного листа, четыре, пять, шесть — мальчик очень кудрявый и смешной, весь в веснушках, семь — строгий мальчик с тёмными волосами, восемь… — Тебе не досталось тарелки, дорогая? Подожди, я сейчас принесу, — голос женщины за спиной Эми заставил сбиться со счёту. — Нет, мадам, не надо… — Тс-с, — Деннис приставил палец к своим губам и посмотрел на Эми круглыми глазами. Он поставил тарелка в тарелку, и съев свою манку, уже приступил к каше Эми. Она кивнула в знак того, что не выдаст их секрета воспитателю. — В четверг к нам приедут люди, они привезут что-нибудь, — сказала Карен, повернувшись к Эми. — А в прошлый раз привезли игрушки и конфеты… а в феврале привозили вещи и такую огромную куклу из папье-маше, знаешь, что это значит? Она была такая огромная и красивая, что Нэнси сразу спрятала её. — А ещё они могут посмотреть кого-нибудь из нас, — сказала Кэтрин, суя ложку с кашей в рот. — Что значит посмотреть? — спросила Эми. — Выбрать кого-нибудь. Ну, посмотреть… чтоб забрать… — Как забрать, куда? — нахмурилась Эми. — Куда? К себе, конечно, домой. В семью… ты разве не хочешь? — У меня есть дом и семья, — Эми чувствовала, как начинает гореть её лицо. — Мои родители скоро вернутся и заберут меня… или мадам Лиггет вернётся, чтобы отвести домой к моим родителям. — Мм, — ответила Карен. — Возможно даже… в четверг… Карен отвернулась, Кэтрин взглянула на Эми украдкой. — Эрик, ешь! — приказала Нэнси кому-то. Эми почему-то вздрогнула. Ещё один светловолосый мальчик, по имени Эрик, сидевший через одного от Денниса, даже не притронулся к еде. Это тот, который был капустного цвета. — Тебя что, опять тошнит? Только не здесь, Эрик! Выйди из-за стола! — воспитательница побежала к Эрику, чтобы помочь ему выйти. — Держи… ой, Эрик, скорее… — Нэнси как раз поставила на стол перед Эми новую тарелку с манной кашей, она буквально кинула её на стол, чтоб в следующий миг броситься на подмогу воспитательнице. — Фу, Эрик, у тебя урчит всё в животе, — смеющимся голосом сказал кто-то из девчонок за столом. — Буэ-э… Эрика стошнило на стол. — Чёрт тебя дери, маленький засранец! — выругалась Нэнси, подбегая к воспитательнице, вытянувшей мальчика из-за стола, и дала ему смачную оплеуху. Кто-то за столом засмеялся, со стороны девочек тоже послышались хихиканья. — Нэнси, отведи его в уборную, — сказала воспитательница. — Миссис Фаннинг, что же делать? — указала Нэнси на выблеванную жижу на столе и скамейке. — Оставь, веди Эрика, я приберу… Эми закрыла рот ладошкой и отвела глаза от того, что вышло из желудка Эрика. — Фу, какая гадость… — кто-то приподнялся со скамьи, чтоб лучше рассмотреть, что там за гадость. — Миссис Фаннинг, мне плохо, — раздался девичий голос слева от Эми. — Мне тоже, — пожаловалась ещё одна девочка. Эми была близка к такому же исходу, но она крепко сцепила зубы, и подняла взгляд на Денниса. Тот сидел, как всегда, с видом, будто всё это происходит с ним самим — ужасно сопереживающим, он нахмурился и чуть не плакал, позабыв о манке. — Кэтрин, выйди из-за стола немедленно! — грубо приказала воспитательница. — Миссис Фаннинг… я… — Сейчас же! — Бээ-э… На стол полилось что-то белёсое, смешанное с водой. — Кэтрин! Что за девчонка! — миссис Фаннинг пришлось обегать с другой стороны стола, уже к одной из сестёр. Эми ненадолго порадовалась, что это произошло с той сестрой, которая сидела от неё подальше. — Кому ещё плохо? Немедленно встать и выйти из-за стола! — разгневано закричала миссис Фаннинг. Она подлетела справа от Эми, и жёстко схватив Кэтрин, толкнула ту в направлении коридора. — Кэтрин, — Карен встала и направилась вслед за сестрой. — Буэээ… Послышалось в самом начале стола. — Да вы что, издеваетесь? — завопила миссис Фаннинг. — Живо марш отсюда! — Манка была невкусной, мадам Фаннинг, — сказал кто-то из мальчиков. — Закрой рот, Эндрю! И выходи из-за стола, — воспитательница, обращаясь к мальчику с рифлёной чёлкой, выволокла в проход ещё одну впечатлительную девочку. — Так, быстро все встали! Выпьете свой чай, когда здесь приберут! Билли, вставай! Ленни, ты тоже вставай! Если тебя вырвет, будешь сам здесь тереть! Эми вздохнула, посмотрела на Денниса, тот был следующим на очередь в уборную. — Ну, я тоже пойду, — пискнул он Эми. — Олли, встал! Томми, вставайте, сударь, особое приглашение выписать? — женщина схватила темноволосого мальчика и выперла прочь от стола за затылок, тот пробежал несколько шагов от силы её толчка и злобно оглянулся. Эми вдруг осознала, что сидит за столом одна. Самая не впечатлительная? Конечно нет, ей было нехорошо, и кажется, она ощущала неприятный запах, но дело тут было в каком-то нелепом ступоре. Она не знала, как объяснить это. Просто, она даже не представляла, что такое может случиться за столом, где все до поры до времени мирно принимали пищу. У неё дома никогда так не случалось. — Эми, ах, Эми, малышка Эми, — сказала миссис Фаннинг приторно, стоя у противоположной части стола. Девочка поняла, что нужно уходить. Она внезапно осознала, что миссис Фаннинг не очень добрая, и если её что-то разозлит, то может произойти что угодно. — Какого чёрта ты сидишь? — заорала воспитательница, подходя. Эми медленно поднялась, не спуская глаз с женщины, чья причёска растрепалась, а черты вызверились. Она вышла из-за стола и отступила от скамейки, но почему-то ноги её крепко сцепились с полом. — А, я знаю. Ты хочешь помочь мне здесь прибраться? Эми сцепила зубы крепко-накрепко и закрутила головой из стороны в сторону так сильно, что волосы рассыпались по её щекам. — Тогда бегом марш отсюда! — завопила Фаннинг. — Глупая, маленькая девчонка… Ступор Эми как рукой сняло и она побежала так быстро, как только могла, отбивая каблучками крошечных, кожаных туфлей. Она шмыгнула к выходу, сворачивая за угол коридора и… впечаталась с разбегу во что-то твёрдое, колючее и… вынесла это к стене коридора с воплем, который исторгло нечто твёрдое и колючее, и с её собственным тоненьким, едва слышимым всхлипом. — Зачем ты толкнула меня? — спросил голос мальчика. Звук прошёл через её пальцы и ладони. Она открыла глаза, зажмуренные при столкновении, и увидела свои руки, упирающиеся в это твёрдое — грудь мальчика, в которого она влетела с разбегу, и колючее — серый пуловер, одетый на нём, очень старый и потрёпанный. — Зачем? — повторил он, отведя её за плечи на расстояние от себя. Руки Эми безвольно повисли. Она подняла взгляд вверх по пуловеру и наткнулась на его растянутый воротник. Ей пришлось приподнять голову, чтоб посмотреть в лицо мальчишке. — Ты сумасшедшая? — спокойно спросил он, отпустив её, и расслабившись в своей позе. Она поняла сразу, что перед ней мальчик с тёмными волосами, который почти улыбался, когда мадам Лиггет бросила её здесь одну. Которого миссис Фаннинг пихнула в затылок, и у него был страшный взгляд. И который был очень высоким. Наверное, старше неё на лет пять… десять… Нет, на десять это много, слишком много… — Эми, да? — она поняла, что не может говорить. — Новенькая? Нет! Не новенькая! — Эми почувствовала, что кончик её языка не может отлипнуть от передних зубов изнутри. Ей хотелось ответить, но она лишь молча смотрела, как он снова почти улыбается. — Новенькая, — сказал он утвердительно. — И сумасшедшая. Да? В полумраке коридора его глаза были чёрными. Эми нахмурилась, она думала, что готова заплакать, но с ней опять случился тот же ступор, от которого она избавилась недавно. Она не могла поверить — он только что назвал её сумасшедшей? — Скажи «да». Эми вновь сцепила зубы, как если бы миссис Фаннинг заставила её оттирать чужую блевотину. И покачала головой, глядя в лицо высокому мальчику. — Нет? — его тон стал резким, а потом вдруг обычным. — Ну, хорошо. Нет, так нет. Она отступила от него ещё на шаг, чтоб лучше разглядеть. Но зачем? — хотелось ли ей разглядывать его получше? Эми пыталась найти ответ в своих мыслях, и не могла понять, почему продолжает стоять. — Почему ты опоздала на молитву? Не веришь в бога? — он продолжал задавать вопросы, как будто зная, что она не может ответить. Что он хочет от неё? Она почувствовала, что хочет его ударить. Может, ещё раз толкнуть. Очень сильно. — Как тебе здесь понравилось? Тебе понравилось? — он имел в виду то, что произошло в столовой. Его лицо выражало злое веселье. Ей вновь захотелось исчезнуть. Эми закусила нижнюю губу, её подбородок задрожал. — Только не вой, поняла? — приказал ей мальчик, чуть приблизившись. — Поняла или нет? Скажи «да». Эми понимала только, что выглядит идиоткой. Она бы хотела побыстрее прекратить их общение, поэтому покивала. — Так-то лучше, — сказал он, прищурившись. В его тёмном взгляде и выражении лица промелькнул на несколько секунд интерес, какой бывает, когда тайком подглядывают чужую карту. Он отошёл от неё, но всё никак не уходил. — Пока, Эми. Ты попала в ад, — он зашагал в сторону фойе, к дальнему коридору. Теперь Эми почувствовала, что может говорить. Её язык освободился и она перестала стискивать зубы. Только брови по-прежнему были хмуры. Мальчик оглянулся, пересекая фойе. Эми всё так же стояла и смотрела ему вслед, пока он не исчез за углом коридора, слева от фойе. Девочка, наконец, вспомнила то слово, которым можно было назвать то фойе, и всё это место в целом — убогое.