Часть 3

Алекс открыл кофейню в восемь, как всегда. Протёр стойку, расставил чашки, включил кофемашину. Запах свежего кофе смешивался с запахом дождя, который всё ещё не прекращался. Алекс не любил дождь. Дождь напоминал ему время, когда он работал на складах, мок под открытым небом и ждал, когда привезут деньги. Сейчас у него была своя кофейня. Чисто, светло, спокойно. Но внутри — тот же холод, что и в промзоне. Только под другим соусом. В половине девятого пришёл первый посетитель — старик с газетой. Алекс кивнул, заварил американо. Они никогда не разговаривали. И это устраивало обоих. В девять зашёл Арвид. Без звонка, без стука. Сел за столик у окна, заказал чёрный чай. Он выглядел так, будто не спал несколько ночей: тёмные круги под глазами, бледное лицо, руки спокойные, но слишком неподвижные. — Ты рано, — сказал Алекс, ставя перед ним чашку. — Не спал, — ответил Арвид. — Я вижу. У тебя глаза красные. — Не дождь? — Дождь тут ни при чём. Арвид не ответил. Он смотрел в окно, на мокрую улицу, на редких прохожих, которые спешили по своим делам, не зная, что в двух шагах от них сидит человек, который варит смерть по ночам. Алекс сел напротив. Положил руки на стол, сцепил пальцы. — Юки звонил, — сказал Алекс. — Говорит, полиция получила анонимку. Твоя фамилия там. — Я знаю. — Откуда? — Лиам узнал. У него есть человек в участке. Дорогой, но надёжный. Алекс подался вперёд, понизил голос. — И что ты собираешься делать? — Ничего. Склад мы уже вывезли. Всё, что было на старом месте, сожгли вчера ночью. Новое место готово. Реактивы — у Лиама в машине. Деньги — у Исака, он разложил по трём счетам. — А если придут к вам домой? — Придут — откроем. Ничего нет. Ни грамма, ни колбы, ни намёка. — А твоя лаборатория? Как ты её прячешь? — Она не в городе. Я не дурак, Алекс. Алекс молчал. Смотрел на Арвида. Тот был спокоен — слишком спокоен для человека, чьё имя уже лежит на столе у детектива Льюиса Хэмилтона. Алекс знал эту броню. Сам носил её годами. — Ты не боишься? — спросил Алекс. — Боюсь, — сказал Арвид. — Но работа не ждёт. — И что будешь делать, когда они подойдут вплотную? — Уйду. Не знаю куда, но уйду. — А парни? Лиам, Исак? — Они взрослые. Сами решат. Арвид допил чай, положил на стол деньги, встал и вышел. Алекс смотрел ему вслед. Потом взял телефон, написал Юки: «Арвид в порядке. Варку перенесли на послезавтра. Не дёргайся». Через полчаса зашёл Карлос. Уставший, с красными глазами, в мятой куртке. Он сел за столик в углу, заказал зелёный чай. Алекс принёс сам, присел рядом. — Шарль опять сорвался, — сказал Карлос, не глядя на Алекса. — Я не знаю, что делать. — Он хочет товар? — Да. Я уже написал Оскару. Алекс поставил перед Карлосом чашку. — Ты не сможешь его спасти, если он сам не захочет. Ты просто рядом. Это уже много. — Я боюсь, что однажды он не проснётся. — Тогда не оставляй его одного. Карлос поднял глаза. В них была усталость, которой не измерить годами. — А ты? Как твышел? — Перегорел. И понял, что деньги не стоят того, чтобы просыпаться в страхе каждое утро. — И не тянет обратно? — Тянет. Но я держусь. Они помолчали. Карлос допил чай, кивнул и ушёл.————————————————————Новый склад находился в другом конце города — заброшенный цех бывшего завода, который снесут через полгода. Пока не снесли — стоял. Арвид оценил его за пять минут: стены толстые, окна высоко, вход один — легко контролировать. И никаких соседей. В радиусе трёхсот метров — ни души. Лиам привёз реактивы в тот же вечер. Исак приехал с ним. Оба были хмурые, уставшие, но готовые работать. — Здесь холоднее, чем на старом месте, — сказал Исак, потирая руки. — Привыкнешь, — ответил Арвид, раскладывая инструменты. — А если не привыкну? — Тогда замёрзнешь. Я же сказал. Исак хотел огрызнуться, но передумал. Он знал, что Арвид не шутит и не издевается — он просто говорит то, что думает. Без прикрас, без лишних слов. — Сколько у нас времени? — спросил Лиам, доставая канистры из багажника. — До завтрашнего вечера, — ответил Арвид. — Ландо хочет товар к пятнице. Значит, к пятнице он у него будет. — А Шарль? Он звонил вчера, спрашивал, когда сможет забрать. — Шарль пусть ждёт. У него зависимость, но он не умрёт за два дня. А Ландо — бизнес. Клиенты разные, подход разный. Исак хмыкнул, покачал головой. — Ландо — бизнес? Он же покупает для себя. Какой там бизнес. — Он платит. Много платит. И не пропадает. Для меня это бизнес. Они разгрузили машину. Канистры, колбы, весы, фильтры — всё, что спасли с прошлого склада. Арвид проверил каждую позицию. Всё было на месте. — Завтра варим, — сказал он. — А полиция? — снова спросил Исак. — А что полиция? У них нет адреса. У них есть только старая локация, где уже пусто. И нет никаких зацепок. — А анонимка? — Анонимка — это бумажка. Бумажкой не возьмут ордер на обыск. Лиам вышел на улицу, достал телефон. На экране — сообщение от Оскара: «Ландо хочет ещё. Вдвое больше. Готовьтесь». Лиам потер переносицу. Вдвое больше — это риск. Но деньги вдвое больше — тоже. Он зашёл обратно в цех. — Оскар сказал, клиент просит вдвое больше к следующей неделе. — Клиент попросил — клиент получит, — ответил Арвид, даже не обернувшись. — А Шарль? Он тоже хочет увеличить. — Шарль сначала заплатит за прошлую партию. Потом поговорим. Исак сел на перевёрнутый ящик, достал сигарету, но не закурил — Арвид не курил во время варки, и все остальные тоже. — Слушайте, — сказал Исак. — А если нас сдаст кто-то из своих? — Нет у нас своих, — ответил Лиам. — Есть мы. И те, кто с нами работает. — А Нико? — Нико — не свой. Он играет за себя. Арвид остановил мешалку, повернулся к ним. — Хватит. Работаем. Не отвлекайтесь. Он снова включил мешалку. Жидкость внутри колбы закрутилась воронкой. Арвид смотрел на неё, как на что-то живое. Для него это было искусством. Для остальных — риском. ———————————————————— Шарль сидел на полу, прислонившись к стене. На столике стояла кружка с остывшим кофе и пепельница, полная окурков. Рядом — мобильный телефон. Он смотрел на экран, но не видел ни букв, ни цифр. Только дрожь в руках и пустоту внутри. Карлос приехал через час. Открыл дверь своим ключом — Шарль дал его год назад, когда было легче. — Ты опять не взял трубку, — сказал Карлос, скидывая куртку и вешая её на спинку стула. — Не слышал, — ответил Шарль, не поднимая головы. — Ты всегда не слышишь, когда тебе плохо. Я же сказал — звони в любое время. Шарль поднял голову. Глаза красные, лицо бледное, губы потрескались. Карлос уже видел его таким. Слишком много раз. — Мне нужен товар, — сказал Шарль. — Ты можешь связаться с Оскаром? — Могу. Но ты уверен? — Я уверен, что без него я не вывезу эту ночь. Карлос сел рядом на пол, прислонился к стене. Посмотрел на Шарля — худого, дрожащего, почти прозрачного. — Я позвоню, — сказал он. — Но потом ты ляжешь в клинику. Договорились? Шарль кивнул, но Карлос не поверил. Шарль всегда кивал, а потом исчезал на три дня, и его находили в какой-нибудь забегаловке с иглой в руке. Карлос достал телефон, написал Оскару: «Шарлю нужно. Срочно. Завтра». Ответ пришёл через минуту: «Будет». Карлос убрал телефон, положил руку на плечо Шарля. Тот вздрогнул — от прикосновения или от ломки. — Будет тебе, — сказал Карлос. — А теперь ложись спать. Шарль закрыл глаза. Не спал, но хотя бы не смотрел в стену. Карлос сидел рядом до тех пор, пока дыхание Шарля не стало ровным. Потом встал, ушёл на кухню, заварил себе чай. И долго смотрел в окно на ночной город, слушая дождь и редкие шаги за стеной. ———————————————————— Льюис сидел за столом, смотрел на доску. Фотографии Арвида, Лиама, Исака, Оскара, Юки, Алекса. В центре — знак вопроса. Кто выше? Кто даёт реактивы? Кто отмывает деньги? Фернандо зашёл без стука, сел напротив. — У тебя неделя, — сказал он. — Начальство хочет результат. — Результат будет, — ответил Льюис, не отрывая взгляда от доски. — Когда? — Когда я найду того, кто стоит выше. — А если он не найдётся? — Найдётся. Фернандо посмотрел на него. Взгляд был тяжёлым, старым, усталым. — Ты слишком много на себя берёшь. — А кто ещё? Фернандо не ответил. Встал, надел очки. — Не сломайся, — сказал он и вышел. Льюис остался один. Свет лампы выхватывал лица с фотографий. Молодые. Обычные. Такие, как тысячи других. Но Льюис знал — за этими лицами что-то есть. ———————————————————— Оскар сидел на диване, смотрел в телефон. Ландо пришёл без звонка — так часто бывало в последнее время. Скинул куртку на пол, подошёл, сел рядом. От него пахло дождём и чем-то сладким — может, дешёвым парфюмом, может, тем, что он курил что-то запрещённое перед приходом. — Ты не отвечал на сообщения, — сказал Ландо тихо, почти обиженно. — Я был на встрече, — ответил Оскар, продолжая листать ленту. — С Арвидом? — Не важно. Ландо положил голову ему на плечо. Оскар не отодвинулся. — Я хочу, чтобы ты перестал, — сказал Ландо. — Перестал что? — Работать с ними. Рисковать. — Ты сам покупаешь у них. — Потому что не могу иначе. Но я не хочу, чтобы ты из-за меня сел. Оскар повернулся к нему. Посмотрел в глаза. Ландо смотрел в ответ — испуганно и упрямо одновременно. — Ты не из-за меня, — сказал Оскар. — Ты сам выбрал. — А ты? — А я выбрал тебя. Он отложил телефон, притянул Ландо за затылок. Поцеловал. Сначала нежно, пробуя. Ландо ответил — сразу, жадно, с тихим стоном. Пальцы вцепились в плечи Оскара. — Не останавливайся, — прошептал Ландо в губы. Оскар не остановился. Он углубил поцелуй, язык скользнул в рот Ландо — мокро, требовательно, почти грубо. Ландо застонал громче, зарылся руками в волосы Оскара. В комнате стало тихо — только дыхание, только влажные звуки поцелуев, только шелест одежды, которую снимали, не глядя. Оскар поцеловал его шею — сначала мягко, потом с укусом. Ландо выгнулся, вцепился в диван. — Да, — выдохнул он. — Ещё. Оскар оставил на шее Ландо багровый засос — долго, до тех пор, пока тот не зашипел от смеси боли и удовольствия. Потом спустился ниже — ключица, плечо, снова укус. Ландо царапал его спину, оставлял красные полосы. — Ты убьёшь меня, — прошептал Ландо, смеясь и задыхаясь. — Не убью, — ответил Оскар. — Но ты запомнишь. Он поцеловал его снова — долго, с языком, с прикусами. Ландо уже не сопротивлялся, просто лежал, закрыв глаза, и дрожал от каждого касания. Они остались вдвоём в темноте. ———————————————————— Льюис сидел на кухне, смотрел в окно. Дождь всё не прекращался. Он не заметил, как Нико вошёл — услышал только шаги в коридоре. — Дверь была открыта, — сказал Нико, скидывая пальто. — Ты совсем страх потерял? — Я потерял сон, — ответил Льюис, не оборачиваясь. Нико прошёл на кухню, открыл шкаф, достал кружку. Заварил чай — как дома. Сел напротив Льюиса. — Ты не спал? — спросил он, глядя на красные глаза Льюиса. — Не спал. — Из-за дела? — Из-за всего. Нико поставил чашку, подошёл ближе. Остановился в шаге. Протянул руку, убрал волосы с лица Льюиса. Тот не отодвинулся. — Ты слишком долго один, — сказал Нико. — Я привык. — Не надо привыкать. Он провёл пальцами по щеке Льюиса, по скуле, по губам. Льюис закрыл глаза. Нико наклонился, поцеловал его — нежно, почти невесомо. Льюис не ответил, но и не оттолкнул. — Я знаю, что ты хочешь меня спросить, — сказал Нико, отстранившись на миллиметр. — Спрошу. Ты работаешь на них? — Я работаю на себя. — И на них заодно. Нико улыбнулся, но не ответил. Поцеловал Льюиса снова — на этот раз дольше, с лёгким намёком на язык. Льюис ответил — коротко, почти незаметно. — Не доверяй мне, Льюис, — сказал Нико. — Доверяй только фактам. — А тебе? — спросил Льюис. — Мне — никогда. Нико поцеловал его в уголок губ, потом в шею — коротко, без засоса. — Я ухожу, — сказал он. — Допивай чай и ложись спать. Он взял пальто и вышел. Льюис остался один. ———————————————————- Он выключил свет, проверил замки, вышел на улицу. Дождь кончился. Небо было чистым, но холодным. На скамейке напротив сидел Арвид. — Ты чего не спишь? — спросил Алекс, подходя ближе. — Не могу, — ответил Арвид. — Из-за полиции? — Из-за всего. Алекс сел рядом. Достал пачку сигарет, закурил — первый раз за месяц. — Хочешь чаю? — спросил он. — Не надо. Просто посижу. Они молчали. Смотрели на пустую улицу. Где-то вдалеке лаяла собака, где-то проехала машина. — Ты боишься? — спросил Алекс. — Уже нет, — ответил Арвид. — А чего? — За них. За Лиама. За Исака. Алекс выпустил дым вверх. — За себя — нет, — продолжил Арвид. — За себя я не боюсь. Если придут — сяду. Или уйду. Но чтобы они сели из-за меня... не хочу. — Они сами выбрали, — сказал Алекс. — Знаю. Всё равно не хочу. Они помолчали ещё минуту. Арвид встал. — Пойду, — сказал он. — Завтра варка. — Удачи, — ответил Алекс. — Не надо удачи. Надо тишины. Арвид кивнул и ушёл в темноту. Алекс докурил сигарету, затушил о скамейку, зашёл обратно в кофейню. Заварил себе чай. И сидел там до утра, глядя на пустые чашки и думая о том, как трудно выйти из игры, когда ты уже внутри.