Часть 4

Серый свет пробивался сквозь жалюзи, когда Льюис Хэмилтон вошёл в свой кабинет. Он не спал уже вторую ночь — кофеин давно перестал помогать, глаза жгло, но внутри горела холодная решимость. На столе лежала папка с восемью досье. Восемь человек, которые могли привести его к Арвиду, к лаборатории, к механизму, который отравлял город. Фернандо стоял у окна, пил чай, смотрел на пустую стоянку. — Ты уверен, что хочешь делать это один? — спросил он, не оборачиваясь. — Я не один. Ты будешь за стеклом. — Я буду пить чай и смотреть, как ты мучаешь людей. Это не помощь. Льюис взял папку, проверил список. Арвид Линдблад — 9:00. Исак Хаджар — 9:45. Лиам Лоусон — 10:30. Оскар Пиастри — 11:15. Юки Цунода — 12:00. Перерыв. Ландо Норрис — 13:30. Шарль Леклер — 14:15. Карлос Сайнс — 15:00. — У нас есть восемь часов, — сказал Льюис. — Кто-то из них расколется. — Или никто, — ответил Фернандо. — Ты готов к этому? — Нет. Но выбора нет. Первый допрос…. Комната для допросов была маленькой, с одним окном под потолком. Стены — грязно-белые, стол — привинченный к полу, три стула. Льюис сел напротив пустого стула, положил диктофон, раскрыл папку. За зеркалом заднего вида стоял Фернандо. Дверь открылась, и вошёл Арвид. Он был в чёрной толстовке, джинсах, кроссовках. Волосы немного влажные — будто только что из душа. Лицо спокойное, почти сонное. Ни тени беспокойства. Он сел на стул, положил руки на колени, посмотрел на Льюиса. Без вызова. Без страха. Просто смотрел. — Спасибо, что пришли, — сказал Льюис. — Меня вызвали, — ответил Арвид. — Я пришёл. Льюис открыл папку, достал фотографию склада. Старое здание, ржавые ворота, лужи. Положил на стол, повернул к Арвиду. — Вы знаете это место? Арвид посмотрел на фото, потом снова на Льюиса. — Нет. — Вы уверены? — Я плохо ориентируюсь в промзонах. Их много, все похожи. Льюис достал вторую фотографию — машина Арвида, припаркованная у того же склада. Номер виден чётко. — А это ваша машина. Арвид посмотрел на фото. Ни один мускул на его лице не дрогнул. — Моя. Я часто паркуюсь в разных местах. Не помню этого. — Вы не помните, что делали здесь три ночи назад? — Я сплю по ночам. Как все нормальные люди. — Ваши соседи говорят, что ваша машина часто отсутствует ночью. — Я выхожу курить. Не могу уснуть без сигареты. — Вы не курите, — сказал Льюис. — У вас нет запаха. На пальцах нет жёлтых пятен. В мусоре нет окурков. Арвид посмотрел на Льюиса впервые за всё время прямо. В глазах — холодная усмешка. — Тогда, может, я просто гуляю. Бессонница бывает у всех. — У вас бессонница? — Иногда. — Чем вы занимаетесь на прогулках? — Дышу воздухом. Смотрю на звёзды. — В промзоне нет звёзд. — Там есть небо. Небо везде одинаковое. Льюис сжал ручку. Арвид был спокоен — слишком спокоен. Как будто репетировал этот разговор сотни раз. Льюис знал этот тип. Они не ломаются на первом допросе. Иногда не ломаются вообще. — Где вы были в ночь на четырнадцатое? Конкретно. — Я уже сказал. Не помню. У меня нет привычки записывать каждую ночь. — У вас есть работа? Официальная. — Фриланс. Химическое консультирование. — Клиенты? — Есть. Но я не называю имён без разрешения. — Вы понимаете, что это затрудняет расследование? — Я понимаю, что это моё право. Льюис захлопнул папку. Посмотрел на Арвида долгим взглядом. — Вы знаете, что мы получили анонимное письмо? Ваша фамилия там. — Анонимное письмо — не доказательство. Вы это знаете лучше меня. — Обычно такие письма пишут люди, которые хотят навредить. — Значит, у меня есть враги. — У вас есть враги? — У каждого они есть. Арвид встал, поправил рукав толстовки. — Я ответил на ваши вопросы? — Пока да, — сказал Льюис. — Но вы ещё вернётесь. — Буду ждать звонка. Арвид вышел. Дверь закрылась. Льюис выдохнул, записал в блокноте: «Холоден как лёд. Врёт без паузы. Опасен. Не сломается быстро». Фернандо зашёл с чашкой чая. — Ну как? — Он не человек. Он стена. — Стены можно обойти. — Или сломать. Но это время. — А у нас его мало. ————————————————————-Исак зашёл в комнату, сел на стул, положил ногу на ногу. Он был напряжён — это было видно по тому, как он сжимал подлокотники, как дёргалось колено. На лице — попытка улыбнуться, но улыбка выходила натянутой, нервной. — Исак Хаджар, — сказал Льюис. — Вы знакомы с Арвидом Линдбладом? — Знаком. Мы друзья. — Давно? — Год. Или два. Я не считаю. — Чем вы занимаетесь по ночам? — Сплю. Иногда смотрю кино. Иногда гуляю. — Арвид сказал, что он гуляет по ночам. Вы гуляете вместе? — Иногда, — сказал Исак, отводя взгляд в сторону. Льюис заметил это. Отвод глаз — первый признак лжи. — Где вы гуляете? — В парке. В городе. Где получится. — В промзоне? Исак дёрнул плечом. — Нет. Зачем нам в промзону? — Ваш друг Арвид часто бывает в промзоне. Фотографии это подтверждают. — Может, он любит тишину. Там тихо. — Вы не были с ним? — Нет. Я сказал — я не был. Исак говорил слишком быстро, слишком громко. Льюис сделал пометку. — Вы знаете, где Арвид был в ночь на четырнадцатое? — Откуда мне знать? Я не его нянька. — Вы его друг. Друзья знают. — Мы не настолько близкие друзья. Льюис положил на стол фотографию, где Исак и Арвид стоят у машины. Ночь, фонари, на заднем плане — склад. — Это не вы? Исак побледнел. Пальцы сжали подлокотники. — Я… это было давно. Я не помню. — Это было десять дней назад. — У меня плохая память на даты. — У вас есть судимость? — Нет. — А приводы? — Нет. — Но вы общаетесь с людьми, у которых есть и то и другое. — Я общаюсь с разными людьми. Это не преступление. Льюис захлопнул папку. Посмотрел Исаку в глаза. — Можете идти. Но не уезжайте из города. Исак встал, чуть не опрокинул стул. Вышел, не попрощавшись. Льюис записал: «Нервный, врёт плохо. Может расколоться, если надавить сильнее». ———————————————————— Лиам вошёл спокойно, но не как Арвид — внешне, через силу. Его выдавали пальцы: они слегка дрожали, когда он клал руки на стол. Он посмотрел на Льюиса, потом на диктофон, потом снова на Льюиса. — Лиам Лоусон, — сказал Льюис. — Вы работаете с Арвидом? — Мы друзья. Я не работаю с ним. — Но вы часто бываете вместе. — Мы часто бываем в одной компании. Это нормально. — Где вы были в ночь на четырнадцатое? — Дома. — Кто может это подтвердить? — Никто. Я живу один. — У вас нет девушки? Парня? — Нет. Льюис достал фотографию — машина Лиама, припаркованная рядом со складом. — Это ваша машина? Лиам посмотрел. Дрожь в пальцах усилилась. — Моя. — Что вы там делали? — Не помню. Может, разворачивался. — Дорога там ведёт только к складу. — Я заблудился. — В городе, где вы живёте десять лет? — Случается. Льюис смотрел на него. Лиам не отводил взгляд, но дрожь в пальцах стала заметнее. — Вы нервничаете? — Я не люблю полицейские участки. — У вас был неприятный опыт? — У всех был. Льюис закрыл папку. — Вы знаете, что мы получили анонимное письмо? — Слышал. — И вас это не волнует? — Волнует, — сказал Лиам. — Но я ничего не могу с этим сделать. — Вы знаете, кто мог его написать? — Понятия не имею. Лиам встал. Пальцы всё ещё дрожали. — Могу я идти? — Можете. Но будьте на связи. Лиам вышел. Льюис записал: «Нервный, но держится. Врёт, но не умеет красиво. Можно взять измором». ———————————————————— Оскар зашёл в комнату, сел, положил руки на стол. Спокойный, как Арвид. Но по-другому — у Арвида была пустота, у Оскара — выверенная тишина. Он смотрел на Льюиса без интереса, как на мебель. — Оскар Пиастри, — сказал Льюис. — Вы посредник. — Я бизнесмен. — Вы помогаете Арвиду находить клиентов. — Я помогаю людям находить то, что им нужно. Это называется работа. — Где вы были в ночь на четырнадцатое? — Дома. С Ландо Норрисом. — Это ваш партнёр? — Это мой друг. Льюис сделал пометку. — Ландо Норрис — ваш клиент? — Ландо Норрис — мой друг, — спокойно повторил Оскар. — Я не смешиваю дружбу и бизнес. — А Арвид? — Арвид — мой знакомый. — Вы часто видитесь? — Редко. — Он покупает у вас что-то? — Нет. Мы просто знакомые. Оскар не врал. Льюис чувствовал это — но понимал, что Оскар просто говорит правду, которая ничего не значит. Он умел выбирать слова. — Вы знаете, где Арвид был в ночь на четырнадцатое? — Не знаю. И не хочу знать. — Почему? — Потому что его дела — не мои дела. — А если он преступник? — Если он преступник, это докажет суд. Не я. Оскар смотрел прямо в глаза Льюису. Без вызова, без страха. Просто смотрел. — Вы знаете, кто написал анонимку? — Догадываюсь. Но не скажу. — Почему? — Потому что стукачей не любят. Даже полицейские. Льюис усмехнулся. — Можете идти. Оскар вышел, не попрощавшись. Льюис записал: «Холоден, как Арвид, но умнее. Не расколется никогда». ———————————————————— Юки зашёл в комнату с улыбкой. Сел на стул, положил ногу на ногу, начал крутиться, как ребёнок, которого привели к зубному. Он был в яркой шапке — синей, с помпоном. — Привет, — сказал он. — Давно не виделись. — Мы не виделись никогда, — ответил Льюис. — Ну, вот и познакомились. Юки был весел. Слишком весел. Как будто пришёл на вечеринку, а не на допрос. — Вы знаете, почему вы здесь? — спросил Льюис. — Потому что вы меня вызвали. А вызвали вы меня, потому что кто-то написал письмо. А написал письмо кто-то, кто нас не любит. — Вы знаете, кто написал? — Если бы знал, я бы сам его сдал. Не люблю стукачей. Юки улыбнулся. Льюис не ответил на улыбку. — Где вы были в ночь на четырнадцатое? — На вечеринке. — Где? — В клубе. Я не помню название. Я был пьян. — Кто может это подтвердить? — Все, кто был там. Но я не помню имён. Я же сказал — я был пьян. Юки расхохотался, как будто рассказал лучшую шутку в мире. — Вы знаете Арвида Линдблада? — Знаю. Он мой клиент. — Чем он занимается? — Понятия не имею. Он платит, я привожу товар. Остальное меня не волнует. — Какой товар? Юки засмеялся громче. — Вы же знаете какой. Иначе бы не вызвали. — Вы знаете, что продажа наркотиков — преступление? — А вы знаете, что без доказательств вы ничего не сделаете? Юки встал, поправил шапку. — Всё, я ответил. Мне можно идти? — Можно. Юки вышел, напевая что-то себе под нос. Льюис записал: «Беспечный. Или притворяется. И то и другое опасно». ———————————————————— Льюис сидел в кабинете, пил кофе, смотрел в окно. Фернандо принёс сэндвичи. — Трое уже прошли, — сказал Фернандо. — Итоги? — Арвид — стена. Исак — слабый. Оскар — умный, не расколется. Юки — придурок, но опасный. — А Лиам? — Лиам — нервный. Может сорваться, если повезёт. — У нас есть ещё четверо. — Я знаю. ————————————————————Ландо зашёл, сел, сжал руки в замок. Он был бледным, под глазами — тёмные круги. Его трясло. Не так, как Лиама — мелко, часто, по всему телу. — Ландо Норрис, — сказал Льюис. — Вы покупаете у Арвида? — Я не знаю никакого Арвида. — А Оскара Пиастри знаете? — Знаю. Это мой друг. — И вы часто бываете у него дома? — Да. Мы дружим. — Он сказал, что в ночь на четырнадцатое вы были у него. — Был. Я часто у него бываю. — Чем вы занимаетесь? — Смотрим кино. Разговариваем. — Вы что-то принимаете? Лекарства. Или что-то ещё. Ландо дёрнул плечом. Пальцы забегали по столу. — Нет. Я чист. — Вы уверены? — Да. У меня анализы хорошие. — Мы можем проверить. — Проверяйте. Я не боюсь. Ландо соврал. Льюис знал это по тому, как дёрнулось его плечо, как он отвёл глаза. Но для проверки нужен ордер, а ордера у Льюиса не было. — Вы знаете, что Оскар работает с Арвидом? — Оскар ни с кем не работает. Он бизнесмен. — Он помогает Арвиду продавать. — Докажите. Ландо посмотрел на Льюиса. В глазах была паника, которую он не мог скрыть, и упрямство, которое он пытался показать. — Можете идти, — сказал Льюис. Ландо встал, вышел, почти побежал. Льюис записал: «Зависимый. Врёт плохо. Может сдать всех, если прижать». ————————————————————Шарль выглядел плохо. Бледный, худой, с дрожащими руками. Он вошёл, сел, не поднимая глаз. Смотрел в стол. — Шарль Леклер, — сказал Льюис. — Вы знаете Арвида? — Нет. — А Оскара? — Слышал о нём. — Вы покупаете у него товар? Шарль молчал. Долго. Руки дрожали сильнее. — Я не хочу отвечать на этот вопрос. — У вас есть право молчать, — сказал Льюис. — Но это не поможет. — Поможет или нет — я молчу. — Вы зависимы? — Я не хочу отвечать. — Кто ваш поставщик? — Я не хочу отвечать. Льюис сжал ручку. Шарль был сломленным человеком, но упрямым. — Карлос Сайнс знает, что вы здесь? — Да. — Он помогает вам? — Он помогает мне жить. — Он помогает вам покупать? Шарль поднял глаза. В них была тоска и ярость одновременно. — Он помогает мне не умереть. Это разные вещи. Льюис закрыл папку. — Можете идти. Шарль встал, шатаясь, вышел. Льюис записал: «На грани. Может сломаться, но не сегодня». ———————————————————— Карлос зашёл, сел, посмотрел на Льюиса усталыми глазами. Он не дрожал, не нервничал. Он был просто уставшим — до костей, до последней клетки. — Карлос Сайнс, — сказал Льюис. — Вы друг Шарля. — Да. — Вы знаете, что он зависим? — Знаю. — Вы помогаете ему покупать? — Я помогаю ему не умереть. Льюис посмотрел на него. — Это одно и то же. — Нет, — сказал Карлос. — Если он не получит товар, он может умереть от ломки. Я не даю ему умереть. — Вы знаете, кто его поставщик? — Догадываюсь. Но не скажу. — Почему? — Потому что он спасёт Шарля, если тот попросит. А полиция — нет. — Полиция может отправить его в клинику. — Он был в клиниках. Вылезал. Снова начинал. Полиция не лечит зависимость. Карлос встал. — Я ответил на ваши вопросы? — Да, — сказал Льюис. — Вы свободны. Карлос вышел. Льюис записал: «Устал, но силён. Не сдаст никого». ———————————————————— Алекс закрывал кофейню. Протёр стойку, выключил кофемашину, пересчитал выручку. Дождь кончился, но было холодно. Он надел куртку, проверил замки. В кофейне было тихо, только часы тикали на стене. Он не слышал, как открылась дверь. Услышал только шаги. — Закрыто, — сказал Алекс, не оборачиваясь. — Для меня открыто. Голос был знакомым, но Алекс не мог сразу понять чьим. Он обернулся. Нико стоял у двери. Без пальто, в тёмном свитере. Смотрел на Алекса в упор. В глазах — нечто, от чего Алекс похолодел. — Я сказал — закрыто. — Я слышал. Нико подошёл ближе. Алекс отступил за стойку, положил руку на край, готовый бежать. — Что тебе нужно? — Ты знаешь, что нужно. — Нет, не знаю. Уходи. Нико усмехнулся. Не добрая улыбка — холодная, жестокая. — Я знаю, что ты был в деле, — сказал Нико. — Ты знаешь Арвида. Ты знаешь Лиама. Ты знаешь Исака. Ты знаешь всех. — Я вышел. — Из дела — да. Из круга — нет. — Это не твоё дело. — Теперь моё. Нико перешагнул через стойку. Алекс отскочил к стене, но упёрся в неё спиной. Нико навис над ним, схватил за запястья — сильно, до боли. — Пусти, — сказал Алекс. — Не пущу. Нико прижал его к стене, начал тянуть куртку вниз, пытаясь снять. Алекс рванулся, но хватка была железной. — Не трогай меня. — Буду трогать, — ответил Нико, дыша ему в лицо. — Ты мне нужен. Твои связи. Твои знания. Твоё тело — тоже. Алекс замер на секунду от отвращения, потом извернулся, ударил Нико коленом в пах. Нико охнул, ослабил хватку. Алекс вырвался, скинул куртку, которая уже была наполовину снята, и бросился к двери. Нико схватил его за рукав футболки — ткань треснула, но Алекс не остановился. Он выбежал на улицу, босиком — кроссовки остались в кофейне. Нико не побежал за ним. Он остался у стойки, тяжело дыша, поправляя одежду. Алекс бежал по мокрой улице, не оглядываясь. В одном носке, в разорванной футболке, с диким сердцебиением. Он бежал, пока не свернул за угол, не спрятался в подворотне. Сел на корточки, обхватил голову руками. Дрожал. Не от холода — от страха и ярости. ———————————————————— Он сидел на полу, прислонившись к двери. Запер её на все замки. Дышал тяжело. Телефон звонил — Нико. Сбросил. Нико снова. Заблокировал. Потом ещё один звонок — незнакомый номер. Алекс не взял. Написал Арвиду: «Нико приходил. Пытался меня… Я убежал». Ответ пришёл через минуту: «Ты цел?» «Да. Но больше не вернусь в кофейню». «Будь осторожен. Он теперь опасен». «Я знаю». Алекс убрал телефон, закрыл глаза. Он не спал всю ночь. Слушал, не идут ли шаги за дверью.