Глава 4. Лед и Пламя

После ухода Малфоя комната вновь погрузилась в тишину. Вероника долго смотрела в одну точку, почти не моргая, пытаясь хоть немного сосредоточиться. В ее нынешнем состоянии сделать это было почти невозможно. Ника с сожалением понимала, что зависимость сделала ее мозг вялым, бесполезным органом, не способным на стабильное функционирование. Ею овладел какой-то животный инстинкт, требовавший незамедлительного удовлетворения нужды. Люциус Малфой. Имя продолжало эхом звучать в голове. Где-то глубоко внутри уже зарождалось понимание, но сознание отчаянно сопротивлялось ему. Мысли путались, ускользали, словно намыленные. Ника чувствовала себя так, будто мозг завернули в мокрую вату. — Малфой... — шепотом произнесла она. — Темный Лорд, магглы, палочка, магия… Девушка резко зажмурилась и прижала ладони к вискам. — Нет… — хрипло выдохнула она. — Нет, нет, нет! Это просто невозможно. Она читала книги еще в детстве, урывками, без особого интереса. Что-то видела по телевизору, когда родители переключали каналы. От осознания внутри резко похолодело. Ника нервно засмеялась, но звук получился слишком надломленным и быстро превратился в кашель. — Это все нереально, я просто под кайфом… — пробормотала она дрожащими губами. — Или все-таки сдохла. Последняя мысль неожиданно показалась почти успокаивающей, потому что все остальное было хуже. Но Вероника понимала, что смерть не может быть такой болезненной и реалистичной. Все было наяву, и этот монстр из книжки, Волдеморт, тоже реален. Перед глазами мгновенно вспыхнуло воспоминание: змеиное лицо, красные глаза и зеленая вспышка, летящая прямо в нее. И теперь она в плену у этого безумца. Нику передернуло. Она резко подтянула колени к груди, обхватив их руками. — Бред какой-то… — шептала девушка. — Этого не существует. Просто не существует… Но каменная комната существовала. Магия существовала, Волдеморт существовал, вся чертова книжка про Гарри Поттера обернулась перед ней реальностью. Но каким образом она здесь оказалась? Вероника, хоть и смутно, но помнила свою смерть в пожаре. Затем была темнота, но она длилась недолго. И вот Ника уже в совершенно другом месте, в другой… реальности? Но даже в другом мире зависимость никуда не делась. Напротив, сейчас ломка ощущалась как никогда невыносимо. Связано ли это с пережитым стрессом? Казалось, что с каждой минутой девушке становилось все хуже. Тело ныло так, будто ее избили изнутри. Суставы выкручивало тупой болью, мышцы сводило мелкими судорогами, а кожу время от времени будто прошибало электричеством. Сердце колотилось слишком быстро. В голове снова не осталось мыслей, лишь потребность утолить этот голод. Перестать чувствовать этот зуд под кожей, эту невыносимую боль. Ника шумно втянула воздух через нос, пытаясь успокоиться. Она резко поднялась на ноги и тут же пошатнулась. Мир качнулся перед глазами, но на этот раз ей удалось устоять. — Ладно… ладно… — быстро заговорила она самой себе. — Если это правда, если это реально… то… Договорить она не успела. Посреди комнаты с громким хлопком появился кто-то маленький. Вероника вскрикнула и шарахнулась назад, едва не упав. Перед ней стояло странное существо ростом примерно ей по пояс: с огромными ушами, выпученными глазами и тонкими ручками, судорожно прижимающими к груди поднос. — Тинки принес еду и воду для мисс! — пропищало существо. Вероника уставилась на него расширенными глазами. Ей сразу вспомнилось, что это был, вероятно, домовик. Тошнота подкатила к горлу так резко, что девушка едва не согнулась пополам. — Нет… — прошептала она. — Полный абсурд. — Мисс плохо себя чувствует? — Тинки испуганно дернул ушами. На подносе стоял кувшин воды, тарелка с каким-то супом и кусок хлеба. Вероника посмотрела на воду так, словно умирала от жажды. Возможно, так и было. Онаудоро вырвала кувшин из рук домовика и начала жадно пить прямо из горла. Вода стекала по подбородку и шее, но Ника даже не замечала этого. Домовик нервно переминался на месте. — Мисс должна поесть… — У тебя есть таблетки? — резко перебила она. — Что? — Тинки удивленно моргнул. — Ну или, как их, зелья, эликсиры… Я просила успокоительное. Хоть что-нибудь! — голос девушки сорвался на крик. — Мне нужно что-нибудь, ты понимаешь?! — Тинки ничего не знает об этом, — дрожащим голосом произнес домовик и сжался еще сильнее. — Да мне плевать! — рявкнула она. Внутри снова поднялась паника. Быстрая, удушающая и неконтролируемая. Сердце колотилось уже где-то в горле. — Просто принеси мне хоть что-нибудь! — выкрикнула Вероника, схватив домовика за тонкую руку. — Я не могу так, слышишь?! И в ту же секунду металлическое ведро у стены внезапно сорвалось с места. С громким лязгом оно врезалось в каменную кладку в нескольких сантиметрах от домовика. Тинки испуганно вскрикнул. Ника судорожно вдохнула от неожиданности. А через секунду эльф исчез с оглушительным хлопком. — Блять… — выдохнула девушка едва слышно. — Это сделала я? Тяжело дыша, она медленно опустила взгляд на собственные дрожащие руки. Казалось, безумнее уже просто некуда. Может, ей стало бы даже немного смешно, если бы не было так паршиво. Почувствовав резкий наплыв усталости, Вероника легла на тонкий потрепанный матрас. Ей хотелось забыться сном, чтобы хоть на время перестать чувствовать эту кошмарную боль. Но сон не шел, лишь иногда разум отключался, и Ника впадала в лихорадочное беспамятство, однако даже тогда ломка не отпускала ее. Свет в комнате не менялся. Вероника начала смотреть на него как на единственный ориентир, но он не давал никакой информации — ни дня, ни ночи, ни времени, лишь одинаковая белизна. Иногда ей казалось, что она слышит шаги. Она поднимала голову, но наваждение тут же проходило. Иногда — голоса, с насмешкой повторяющие ее имя. Но они звучали не снаружи, а где-то внутри головы. — Хватит… — шептала она. — Пожалуйста, хватит… Так продолжалось, по ощущениям Ники, целую вечность. Пока в коридоре вновь не послышались шаги. Они были настолько тихие, что девушка вновь списала это на происки воспаленного разума. Но через минуту дверь ее камеры щелкнула и отворилась. Вероника открыла глаза и тут же столкнулась взглядом с Волдемортом. Он смотрел на нее с изучающим интересом, как смотрят на муравья под микроскопом. По спине пошел холодный пот от этих внимательных алых глаз. — Нет… — выдохнула она почти беззвучно, судорожно пытаясь отползти как можно дальше от него. Волдеморт сделал шаг вперед и прикрыл за собой дверь. Очень медленно, почти лениво, он поднял руку. Все внутри Вероники сжалось от ужаса. Она подумала, что непременно сейчас умрет, что он пришел убить ее. И хоть смерть сейчас казалась не таким плохим вариантом, Ника не хотела погибать от руки этого монстра. Все ее естество вдруг отчаянно захотело жить. И ее магия, отреагировав на возможную угрозу, вспыхнула. Огонь вырвался из воздуха вокруг нее, не из рук, не из палочки — просто из пространства, как будто сама реальность решила защитить ее. Стены дрогнули от жара. Вероника вскрикнула и отшатнулась, но пламя, лизавшее ее кожу, не причиняло боли. — Не приближайтесь! — сорвалось у нее. Огонь окружил Веронику подобно куполу, то поднимаясь к потолку до предела, то снижаясь к полу. Он казался живым, дышащим, неровным. Пламя кружило вокруг, порываясь броситься на Волдеморта, но так и не пересекало границу между защитой и нападением. Темный Лорд не отступил, даже его холодный пронзительный взгляд практически не изменился, только стал чуть заинтересованнее. Он поднял палочку, отчего огонь заколыхался еще сильнее, словно в панике. — Glacius Maxima, — произнес он. Из его палочки вырвалось морозное облако и закружило по комнате. Пламя должно было утихнуть, но лишь задрожало на долю секунды. А затем просто поглотило облако, выпустив белый пар. Волдеморт чуть склонил голову, но сразу же возвел палочку вновь. — Finite Incantatem. Заклинание ударило в пламя. Огонь на мгновение потускнел, даже появились прорехи в некоторых местах, но они тут же зарослись обратно. — Я ничего не делаю… — вырвалось у нее. Голос сорвался. — Я не знаю, что это! Волдеморт не отреагировал на слова. Он сделал еще одно движение палочкой — на этот раз более резкое. — Immobulus. Вероника почувствовала, как давление в комнате изменилось — будто кто-то попытался прибить реальность к полу. Огонь словно стал вязким, неподвижным, замедленным в несколько раз. Но и это продлилось недолго. Пламя, встрепенувшись, сбросило заклинание, а затем в ярости заметалось вихрем. — Прошу, хватит… — обессиленно шептала Ника. — Любопытно, — тихо произнес Темный Лорд. — В отличие от обычного Адского пламени, этот огонь не разрушает без цели. И мощные гасящие заклинания не дают должного результата. Волдеморт убрал палочку и продолжил: — Ты не контролируешь это. Магия реагирует на твои эмоции и ощущение угрозы. Наконец, огонь начал медленно снижаться, успокаиваться, пока полностью не исчез без следа. Вероника со стоном упала на руки, судорожно глотая воздух. Она чувствовала себя в разы хуже, чем до этого. Сила, которая только что поднималась изнутри, резко ушла, оставив после себя пустоту и ударную слабость. — Тебе не удается держать пламя долго, — утвердительно проговорил Лорд. — Твое состояние нестабильно, ты слаба. Люциус сказал, что ты больна. — Я не больна, — вложив остаток сил в слова, сказала Вероника. — Это… пройдет, мне просто нужно успокоительное. — В твоем организме какой-то токсин, девчонка. Успокоительное не излечит тебя, — прошипел он. — Но, так уж и быть, я исполню твое желание. Волдеморт опустил свою длинную бледную руку в карман и вытащил небольшой флакон с густой серебристой жидкостью. — Это успокоительное? — с толикой надежды спросила Ника. Ответ не последовал. Темный Лорд молча взмахнул рукой и флакон вспарил в воздухе, а затем медленно подлетел к ней. Девушка дернулась от неожиданности, но все равно мгновенно схватила сосуд. Она прекрасно осознавала, что обычный седативный препарат не избавит ее от ломки. Однако он способен снизить реакцию нервной системы хотя бы на время. Ника не хотела, чтобы Лорд узнал о ее зависимости. Ей казалось, что тогда он точно ее убьет. Да и маловероятно, что в Магическом мире есть привычные ей наркотики. — Спасибо, — прошептала Вероника, после чего выпила горькое зелье до дна. Уже через минуту она почувствовала некоторые улучшения. Дрожь не исчезла полностью, но стала заметно меньше. Воздух перестал казаться острым, а мысли такими хаотичными и тревожными. — Лучше… — выдохнула она, не веря. Волдеморт внимательно наблюдал за ней, словно сканировал взглядом. Ника не могла даже вообразить, о чем он думает. — Зелье лишь ослабило симптомы истощения после магического выброса и последствия стресса, — рассуждал он. — Но убрать причину такого состояния оно не способно. — Зачем я вам? — вскинулась девушка. — Почему вы просто не отпустите меня домой? — Ты больше никогда не вернешься домой, Вероника, — холодно произнес он, одной фразой обрывая ее последнюю надежду. — Я найду применение твоему магическому дару в своем плане. Нужно лишь понять, как получить над ним контроль. — Я так не смогу, — еле слышно проговорила Ника. — Вы не понимаете, я не смогу… — Тебе придется подчиниться, — резко обрубил Волдеморт. Вероника с силой сжала волосы на затылке. Из ее глаз полились слезы и стекли вниз по подбородку. Она прикусила губу так сильно, что почувствовала кровь. — Тебе стоит быть более благодарной за то, что осталась жива, — продолжил он. — Поверь, девчонка, убить тебя не проблема, даже несмотря на твою магическую защиту. — Видимо, я заслужила все это, — пробормотала Ника, утирая мокрые дорожки на щеках. — Не пытайся бороться со мной, Вероника, — почти мягко сказал Темный Лорд. — Я щедро награждаю своих последователей. Тебе достаточно просто быть полезной и послушной. Вероника не верила ни единому его слову. Она знала лишь то, что он жестокий монстр, развязавший кровопролитную войну. Но и бороться с ним было бессмысленно. А что она может? Оставалось надеяться лишь на чудо, на подвернувшийся шанс сбежать. Однако даже бежать было некуда. Она сомневалась, что ее дом вообще существовал в этой реальности. Ника знала, что книги вышли еще до ее рождения. Маловероятно, что там, где она сейчас, 2015 год. С этими мыслями девушка не заметила, как Волдеморт покинул комнату. Она вновь осталась одна в этом безвременье: неизвестно где и неизвестно насколько.

***

Волдеморт давно не сталкивался с подобного рода аномалиями. Он всегда испытывал к магии интерес, граничащий с одержимостью, а магия этой девушки была по-настоящему необузданной — живой, хаотичной, действующей будто по собственной воле. Нечто отдаленно похожее он видел много лет назад, во время путешествия по Африке. Некоторые магические племена обходились без палочек, направляя силу напрямую, через эмоции и связь со стихией. Самые сильные из них были способны вызывать огонь одной мыслью. Но даже тогда это оставалось магией, подчиненной воле человека. Пламя же Вероники вело себя иначе. Оно защищало, реагировало на внешнее и внутреннее состояние, сопротивлялось чужому воздействию. Волдеморт медленно перевел взгляд на темное окно кабинета. За стеклом по-прежнему бушевала гроза, время от времени озаряя комнату короткими вспышками молний. Война требовала инструментов, а не загадок. Сила, которую невозможно контролировать, была бесполезна — до тех пор, пока ей не придадут нужную форму. И он собирался это сделать. Однако сейчас девчонка находилась в слишком нестабильном состоянии. Ее организм был истощен, магия — разбалансирована, а неизвестный токсин в крови лишь усугублял ситуацию. Если источник этой слабости не устранить, она либо умрет, либо окончательно потеряет контроль над собственной силой раньше, чем он поймет природу ее дара. Пальцы Волдеморта медленно постукивали по поверхности стола. Ему нужен был человек, способный разобраться в этом как можно быстрее. Лучший зельевар из всех ныне живущих. Темный Лорд плавно поднялся из кресла. В полумраке кабинета его силуэт казался почти неподвижной тенью. — Северус, — тихо произнес он, касаясь палочкой Темной Метки на собственной руке. — Полагаю, пришло время нам встретиться.