Письмо 6

Мой дорогой друг Кришна! Или теперь, пожалуй, я больше не смогу называть тебя другом. Это слишком человеческое название. Скорее всего, я никогда не отправлю этого письма. Но ты и без меня знаешь, о чём я хочу в нём сказать. Ты ведаешь обо всём, что творится в твоём мире, о мой Кешава! Мне хочется попросить у тебя прощения за всё. Я не уважал твоего истинного величия и вёл себя неподобающе: шутил с тобой, мы делили трапезу, охотились вместе, спали в одной постели. Неужели сердце моё не говорило мне всё это время, что ты - мой бог? Может быть и говорило. Но часто ли мы, люди, слушаем своё сердце? Я увидел твой настоящий облик только на Курукшетре. Ты решил открыть мне, кто ты есть на самом деле. Сказал, что я дорог тебе. Поверь мне, дорогой...друг, что я тебе очень за это благодарен. Благодарен за то, что узнал бога, который был всё это время со мной в образе человека, который любил меня больше, чем друга. Мне было очень плохо, когда я понял, что нужно убивать своих родственников ради царского трона. Что мне этот трон и все материальные блага, если их не разделят со мной те, кто был мне близок? Примерно те же мысли посещали и Юдхиштхиру. Теперь я понимаю старшего брата, которого ругал раньше. Но ты, Кешава, убедил меня в том, что я не прав. Долг кшатрия - это править своими людьми, соблюдая дхарму. И ради дхармы же идти в бой, чтобы защитить праведность. Ты сказал мне, что это - моя честь и мой истинный долг как воина духа. Я согласился с тобой, но сомнения всё ещё терзали мою душу, как вороны будут терзать тела павших солдат. Тогда ты открыл мне, что все те, кто падёт на поле боя, очистят свои души и попадут в райские миры, на райские планеты. Ты сказал мне, что судьба их предрешена, ты уже убил их, а мне остаётся только одно - стать твоими руками, твоим мечом в этом материальном мире. Через меня они примут смерть, а я буду лишь твоим орудием, орудием возмездия. Ты прав во всём, дорогой друг! Я понимаю умом, что задача любого воина - убивать людей. Раньше я делал это, не раздумывая. Я убивал, но не испытывал ненависти к тем, кто принимал смерть от моих рук. По сути, я никогда не видел настоящей смерти. Но теперь передо мной стояли те, кого любил я и кто любил меня. Впрочем, воин не должен рассуждать. На то он и воин. Солдат обязан исполнять приказы своего военачальника, несмотря на того, кто стоит перед ним. От этого зависит мир на земле. От этого зависят спокойствие и счастье людей, которыми мы намереваемся править. Мы все должны исполнять свой долг. Мой долг кшатрия - исполнить свою дхарму и тогда душа моя достигнет мокши. Но, бог мой, как я сожалею о тех, кто погиб с обоих сторон! Как я плачу о своём юном сыне Абхиманью, который погиб, когда меня не было рядом! Почему? Почему это произошло именно с моим юным сыном, которого я любил больше всех сыновей, потому что он был от любимой женщины? Неужели те же самые вопросы задаёт себе Дхритараштра, который сейчас находится на поле боя рядом с телом своего первенца Дурьодханы? Почему ни моя мать Кунти, ни ты, Кешава, не сказали мне о том, что Карна - мой единоутробный брат? Неужели я должен был убить его, врага и великого героя, который не сделал мне ничего плохого, кроме того, что воевал на стороне моего врага? Как теперь мне жить с этим? Что делать со своей душой, которую я полностью посвятил тебе, мой бог? Твой Арджуна