Глава 25. Цитрус с табаком

Трис стояла у открытого окна, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. Холодный декабрьский воздух обжигал лицо, но она больше не чувствовала присутствия Бенни - только пустоту, которая осталась после его ухода. Пальцы вцепились в деревянный подоконник. Шагов не было, их заменил шелест влажных листьев. За окном было пусто. Деревья стояли чёрными силуэтами на фоне тёмно-синего неба, фонари на соседней улице горели тускло, желтовато, бросая длинные тени на мокрый асфальт. Мелкий дождь моросил, принося с собой только холод, сырой и липкий, который пробирался под кожу. Она слышала, как ветер шевелит ветки, как где-то вдалеке лает собака, как её собственное дыхание становится всё более прерывистым. И тишина. Гулкая, заполняющая всё пространство. Поглощающая все остывшие эмоции. В голове крутились слова, которые она необдуманно выпалила ему. «Мы друзья, а не пара». Она слышала их снова и снова, как заевшую пластинку, и каждый раз они звучали всё более глупо, всё больнее. Как же стыдно. «Зачем я это сказала? - пронеслось в голове. - Я не хотела. Это просто вырвалось. От злости. От усталости. От того, что он лезет в мою жизнь и указывает, что мне делать». Но она знала - он лез не из вредности. Он лез, потому что боялся за неё. И она ударила его туда, где больнее всего. Трис закрыла глаза, чувствуя, как к горлу подступает комок. Где-то внутри, там, где ещё недавно бушевала ярость, теперь было пусто. Холодно. Как в той декабрьской ночи за окном. «Он не вернётся», - подумала она. И от этой мысли стало ещё холоднее. Весь этот день будто выжимал её досуха. Школьные сплетни, прикосновения Дэймона, его голос в голове - всё это копилось внутри, пока она не взорвалась на том, кто был рядом. На том, кто заслужил этого меньше всех. Осознание своей ошибки било под дых, выбивало воздух, заставляло сжимать зубы, чтобы не завыть от бессилия. Трис не знала, как долго стояла, вглядываясь в пустую темень. Минуту. Пять. Вечность. Пальцы рук одеревенели от холода, щёки щипало от мороза. Ладонь поглаживала холодный подоконник, чувствуя, как дерево царапает пальцы. Где-то в доме слышны шаги Кэролайн, которые с каждой секундой становятся всё отчётливее. Дверь в спальню с грохотом распахнулась. Кэролайн влетела внутрь, как маленький ураган, ещё в спортивной форме, с розовым румянцем на щеках от морозного воздуха. Волосы были собраны в небрежный пучок - несколько прядей выбились и прилипли к вискам. Она сияла той особенной энергией, которая появляется после хорошей тренировки, и открыла рот, чтобы что-то сказать. Но слова застряли в горле. Её лицо, ещё секунду назад весёлое и беззаботное, резко вытянулось. Взгляд метнулся к губам Трис - припухшим, ярким, чуть искусанным. Потом к открытому окну, из которого всё ещё тянуло декабрьским холодом. Потом снова к губам Трис. Было видно, как в её голове начинают крутиться шестерёнки и выдают шокирующий ответ. - О боже, - прошептала Кэролайн, и её голос дрогнул. - Только не говори, что вы с Бенни… Трис медленно закрыла окно, чувствуя, как холод отпускает, но не до конца - он остался внутри. Она повернулась к подруге и увидела в её глазах не просто любопытство, а почти панику. Будто Кэролайн уже представляла, как ей придётся объяснять Лиз, что в её доме поселился вампир. - Кэр, - сказала Трис устало, и голос её звучал хрипло, как у человека, который не спал несколько ночей. - Это не то, что ты думаешь. - Не то? - Кэролайн шагнула в комнату, подняла телефон, который выронила, и уставилась на неё. - Трис, у тебя губы как после жаркого поцелуя! И я прекрасно слышала голос Бенни! Что, по-твоему, я должна думать? - Это был не Бенни, - тихо сказала Трис, чувствуя, как слова застревают в горле. Она сжала кулаки, пряча дрожь в пальцах. - А кто?! - Дэймон, - выдохнула Трис, и это имя прозвучало как проклятие. Кэролайн замерла. Медленно опустилась на кровать, словно у неё подкосились ноги. Матрас прогнулся под её весом, пружины жалобно скрипнули. Она смотрела на Трис долго, тяжело, будто ждала, что та скажет «шучу». Но Трис молчала. - Дэймон? - переспросила Кэролайн, и голос её стал тише. - Ты сейчас не шутишь? - Нет. Он внушил мне, - Трис опустила голову и нервно теребила свои ногти. - Он заставил меня его поцеловать. Я не хотела. Я не понимала, что делаю. Просто… помню голос в голове. Я не могла ослушаться. Кэролайн провела рукой по лицу, закрыла глаза на секунду. Она явно была готова к другим наставлениям. - Это даже хуже, - прошептала она. - Он куда опаснее. Полный психопат, который внушает всё, что ему придёт в голову. А Бенни... - она запнулась. - Вы поругались из-за Дэймона? Уверена, Бенни просто переживал за тебя. - Я знаю, - ответила Трис, чувствуя, как комок подступает к горлу. - Я знаю, что он переживал. И я наговорила ему глупостей. Сказала, что мы друзья, а не пара. Сказала, чтобы он не лез в мою жизнь. - И он выпрыгнул в окно, - закончила Кэролайн. - Да. Тишина повисла в комнате. Кэролайн смотрела на Трис, и в её взгляде смешались сочувствие, усталость и что-то похожее на понимание. Она не ругала её. Не говорила «я же предупреждала». Просто сидела и смотрела. А потом она подошла и обняла Трис. Крепко, по-сестрински, молча. Без слов, без советов. Просто - держала. Тепло её тела проникало сквозь тонкую ткань футболки, и Трис почувствовала, как внутри начинает отпускать. Хотя бы на мгновение. С такой поддержкой действительно становится легче. - Пойдём, - сказала Кэролайн наконец, отстраняясь. - Выпьем чаю и поговорим. На кухне пахло кофе и чем-то сладким - Лиз, видимо, пекла что-то перед уходом на ночную смену. Трис взяла в руки холодную фарфоровую кружку и потянулась за любимым ромашковым чаем. Перед глазами всплыла сцена с Бенни. Его голос. Его вопрос: «Ты не начала пить травы, которые давала Шейла?». Трис замерла, чувствуя, как внутри поднимается волна вины. Она смотрела на ромашковый чай, потом на шкафчик, где лежал свёрток Шейлы. Она давно убрала травы подальше с глаз. Не хотелось, чтобы Лиз их нашла и начала расспросы. Да и сама Трис немного побаивалась пить травы из рук ведьмы. Она помнит наставления пить этот чай, чтобы её внутренние силы пробудились. Трис было страшно. Тело всё ещё помнит жажду убийства. Как она была всего в шаге от непоправимого. Страх, что её огонь распалится сильнее. Но именно этого просил Бенни. А она уже столько раз его подводила. - Ты чего? - спросила Кэролайн, уже сидящая напротив с кружкой горячего ромашкового чая. - Ничего, - ответила Трис и с виноватым видом достала свёрток Шейлы из шкафчика. Кэролайн скривилась, глядя, как Трис заваривает горький, тёмный чай, от которого пахло незнакомыми травами. Она ничего не сказала, только поджала губы и отвернулась к своей кружке. Первый глоток был отвратительным. Чай был горьким, с металлическим привкусом, который оседал на языке и не хотел уходить. Но после первого глотка в груди разлилось тепло - не как от обычного чая, а будто кто-то внутри неё просыпался, потягивался, вспоминал, что он живой. Пальцы перестали дрожать, дыхание выровнялось. Она вновь оживала, холод и пустота постепенно исчезали. Кэролайн молчала, но Трис чувствовала её взгляд - любопытный, изучающий. Она знала, что Кэролайн терпела недолго, и начала отсчёт в голове. Три, два, один... - Ты никогда не интересовалась своей семьёй? - вдруг спросила Кэролайн, глядя в окно. Трис подняла голову. Вопрос застал её врасплох. - Я… - начала она, и слова застряли в горле. - Я не задумывалась над этим, - нехотя ответила она, чувствуя, как слова даются с трудом. - И мне кажется, что не стоит в этом копаться. Конечно, Трис задумывалась над этим. Но почему-то каждый раз старалась отгонять эти мысли куда-нибудь подальше. Будто на подсознательном уровне чувствовала угрозу. Эта правда точно заставит её жизнь перевернуться. И пока есть возможность плыть по течению, она продолжит находиться в неведении. Хотя бы на короткое время. Кэролайн на секунду задумалась, покусывая край кружки. - Я поищу информацию, - продолжила Кэролайн. - Просто так, для себя. Если найду что-то важное - скажу. Трис хотела сказать «не надо», но передумала. Она посмотрела на свои руки, на кружку с горьким чаем, на окно, за которым была ночь. Видимо, время её спокойного неведения подходит к концу. - Хорошо, - сказала она. Кэролайн кивнула. Было видно, как она уже составляет план по поиску. Они пили чай в тишине. Трис пыталась понять, как сильно в скором времени изменится её жизнь. Старалась запомнить этот тихий вечер в компании Кэролайн. Вдруг подруга резко подняла голову, осанка выпрямилась, а взгляд стал цепким. И тут Трис поняла, что намечается что-то интересное. Это был фирменный взгляд Кэролайн Форбс. Он означал: «Я вытрясу из тебя всю правду». По спине пробежались холодные мурашки. Кэролайн наклонилась вперёд, опёрлась локтями о стол, и в её глазах заплясали чёртики. Будто она была готова слушать до утра. - Рассказывай. Как целуется самый красивый парень города? - Кэролайн хитро улыбнулась. Трис выпала из этой реальности. Она ожидала всего, чего угодно, кроме этого вопроса. Воспоминания непроизвольно появились перед глазами. Холодный ветер. Горячее тело. Сбивчивое дыхание. Щёки моментально стали красными. По телу разлилось горячее чувство стыда. Трис дрожащими пальцами схватила кружку с горькими травами и как можно скорее побежала в свою комнату. За ней неслась хихикающая Кэролайн, которая требовала ответ на свой вопрос. Трис влетела в свою комнату, захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Она слышала, как за дверью затихает смех Кэролайн, как её шаги удаляются в сторону своей комнаты. Она осталась одна. Только тогда она поняла, что всё ещё сжимает в руках кружку. На дне осталось немного остывшего чая. Она поставила её на тумбочку, и металлический привкус всё ещё ощущался на языке. В комнате было тихо. Только дыхание - сбитое, частое, и мелкий дождь, бьющийся о стекло. Трис подошла к зеркалу. Она смотрела на себя и не узнавала. На макияж - глаза подведены так, что они казались больше, глубже. На кукольное лицо, которое она не привыкла видеть. На розовый костюм, который сидел как влитой. Он подчёркивал талию, бёдра, плечи - всё то, что она всегда прятала в мешковатых вещах. «Вот почему парни сворачивают шеи», - поняла она. Она провела рукой по плечу, по мягкой ткани, которая сидела идеально. И впервые за долгое время не отвела взгляд. Она смотрела на себя - и видела кого-то другого. Не ту девушку из приюта, которая прятала глаза и старалась стать незаметной. Не ту, которая носила мешковатые вещи, чтобы её не замечали. А ту, которая могла бы заставить кого угодно обернуться. «Когда я перестала быть собой? Или я никогда не была собой?» Она вспомнила, какой была раньше: худой, сгорбленной, с опущенной головой. Она старалась слиться со стенами, чтобы никто не трогал. А теперь - она не могла стать незаметной, даже если бы хотела. Даже взгляд изменился. Она больше не выглядела как забитый зверёк. В нём читалось что-то новое - уверенность, граничащая с вызовом. А потом она заметила свои губы. Красные, припухшие, искусанные. Она коснулась их пальцами - и мир исчез. Холодный ветер на щеках. Горячая кожа. Нехватка воздуха. Его голос в голове: «Иди ко мне». Его руки на талии. И она - которая не могла остановиться, которая шла, даже зная, что это неправильно. Она вспомнила, как он держал её, как его пальцы скользнули по спине, как она не хотела, чтобы он отпускал. Как ей было хорошо в его руках - и как она ненавидела себя за это. Жар разлился по лицу, кожа покрылась румянцем, который невозможно было скрыть. Стыд поднялся изнутри, горячий и липкий, как смола. Она чувствовала, как он обжигает, как он въедается в кожу, как он напоминает ей, что она сделала, что она позволила. А потом - мысль о Бенни. Он видел её такой. Он смотрел на неё - на её губы, на её отражение, на эту новую, чужую версию себя. И в его глазах была боль. Не осуждение - она бы выдержала осуждение. А боль. Глубокая, острая, как нож. «Что он думал, когда смотрел на меня? Что я стала такой же, как они? Что я предала его?» Трис не знала, нравится ли ей эта новая версия себя - или она её пугала. Может быть, и то, и другое. Она отвернулась, больше не могла смотреть на себя. И пошла в душ - чтобы смыть этот день. Так прошло несколько дней. Каждый вечер Кэролайн устраивала уроки стиля. Они сидели на кровати Трис, и комната пахла лаком для волос, пудрой и чем-то сладким - Кэролайн жевала мятную жвачку, пока объясняла очередное правило. Запах химозной свежести каждый раз заставлял Трис чихать. - Ты не просто одеваешься, - говорила она, поправляя воротник на Трис. - Ты создаёшь образ. Ты показываешь миру, кто ты есть. Или кем хочешь быть. Она учила её краситься: как подводить глаза, чтобы они казались больше, как правильно выбирать тон, чтобы он не выглядел чужим, как подчеркнуть скулы. - Никогда не используй слишком много тонального крема, - говорила она, вбивая тон спонжем. - Это делает лицо плоским. Ты хочешь выглядеть как кукла? Нет. Ты хочешь выглядеть как девушка, которая может разбить сердце, не прилагая усилий. - Я не хочу никого разбивать, - ворчала Трис. - Это просто метафора. Расслабься. Она объясняла основы стиля - сочетание цветов, текстур, как подбирать вещи под фигуру. Кэролайн приносила вещи из своего гардероба, которые Трис сначала отказывалась мерить, но потом сдавалась. - Ты как холст, - говорила она, отступая на шаг и прищуриваясь. - А я - художник. Не спорь со мной, у меня хороший вкус. - У тебя есть вкус, - соглашалась Трис, - но это не значит, что я могу носить всё, что ты мне даёшь. - Ты можешь носить всё, что я тебе даю, потому что я знаю, что тебе идёт. Доверься мне. Она приносила короткие юбки, облегающие свитера с высоким горлом, высокие гольфы, ботинки на каблуке. Трис сначала сопротивлялась, но потом начала понимать: это не «быть красивой». Это «уметь пользоваться своим преимуществом». - Сейчас ты выглядишь как девочка, которая может заставить парня забыть, как дышать, - сказала Кэролайн, осматривая Трис в новом образе. - А раньше ты выглядела как девочка, которая боится, что её заметят. - Может, я и боялась, - ответила Трис. - Знаю. Поэтому мы здесь. Она поправила воротник свитера, чуть сдвинула его на плечо. - И запомни: если ты не уверена в образе - добавь аксессуар. Серьги, браслет, ремень. Это создаёт иллюзию, что ты продумала всё до мелочей. - А если я не продумала? - Тогда сделай вид, что продумала. Это главный секрет красоты. Трис улыбнулась, несмотря на себя. Волосы собирала в высокий хвост или небрежный пучок, добавляла лёгкий макияж - чтобы не выглядеть «слишком», но достаточно, чтобы выделяться. И результаты не заставили себя ждать. Школьная атмосфера менялась. Не сразу, но ощутимо. Сначала исчезли откровенно пренебрежительные взгляды. Потом - насмешки. Потом их сменили заискивающие. Те, кто раньше позволял себе презрение, теперь опускали голову, когда Трис проходила мимо. Глория и её шайка всё ещё подпирали стены, но их взгляды уже не были уверенными. Однажды, проходя мимо Глории, Трис заметила, как та что-то прошипела в сторону подружек. Трис не обернулась. Она просто улыбнулась - сама себе, про себя - и пошла дальше. Кэролайн шла рядом и тихо сказала: - Ты теперь на вершине. Не падай. - Я не планирую, - спокойно ответила Трис. Но внутри всё ещё жила тревога. Как долго окружающие будут верить в её взлёт. Как скоро все поймут, что Трис всего лишь претворяется. Она не знала, надолго ли это. Она не знала, когда Глория нанесёт следующий удар. И не понимала, зачем той постоянно на неё нападать. Утро началось с ощущения полного спокойствия. Трис стояла у шкафчика, перебирая учебники, и чувствовала, как пространство вокруг неё расступается. Студенты проходили мимо, кто-то здоровался, кто-то просто кивал, кто-то отводил взгляд. Но уже не с презрением - с уважением. Или с опаской. Уже было сложно разобрать. Кэролайн стояла рядом, как всегда, полная энергии, и что-то щебетала о новом фильме, который она хотела посмотреть. Трис слушала краем уха, кивая в нужных местах. - Ты даже не слушаешь, - сказала Кэролайн, толкнув её плечом. - Слушаю, - соврала Трис. - Нет. Ты думаешь о чём-то другом. О Бенни? - Нет, - ответила Трис слишком быстро. Кэролайн прищурилась, но не стала настаивать. Школа гудела. Не так, как обычно - громче, оживлённее. Будто встревоженный пчелиный улей. Группы девочек перешёптывались у шкафчиков, кто-то показывал друг другу телефон. Трис не придавала значения, пока не услышала обрывки фраз: «новенький», «красивый», «такой загадочный». - Что там? - спросила она, кивнув в сторону толпы. - А ты не знаешь? - глаза Кэролайн загорелись. - У нас новенький! Говорят, он просто невероятный. Красивый, высокий, и, судя по слухам, просто опасный. - Опасный? - В хорошем смысле! - Кэролайн прижала руки к груди. - Такие парни, от которых у девочек подкашиваются колени. Я слышала, как девочки обсуждали, есть ли у него девушка и с кем из них у него совпадают уроки. О, и насколько я знаю, некоторые парни уже посматривают на него недружелюбно. И это только первый день! - Может, он просто обычный парень, - сказала Трис, закрывая шкафчик. - Трис, обычные парни не заставляют девочек визжать на переменах! - Ты визжала? - Я сдерживалась, - гордо ответила Кэролайн. - Но смотря на остальных, это было трудно. Трис фыркнула. И вдруг она почувствовала на плечах сильные руки. Кто-то обнял её сзади - крепко, уверенно, и притянул к мужской крепкой груди. Поцелуй коснулся её макушки - мягкий, почти невесомый. Запах цитруса и табака заполнил пространство вокруг неё. Она узнала его мгновенно. - Я не намерен сдаваться, - прошептал он ей в макушку. Трис замерла. Сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле, гулко и часто. Она медленно подняла голову. Бенни стоял перед ней. В школьном коридоре. При свете дня. На его пальце мерцало кольцо, которое она создала - серебряная печатка с чёрным камнем, пульсирующая тёплым светом. На нём был чёрный свитер, джинсы - всё от дорогих брендов, но выглядело просто и уверенно. Он стоял, чуть склонив голову, и улыбался - спокойно, уверенно, будто так и надо. Рядом Кэролайн открыла рот, но не могла вымолвить ни слова. Её взгляд метался между Бенни и Трис, будто она пыталась собрать пазл, у которого не хватало кусков. Школьники вокруг начали перешёптываться. Кто-то показал на них пальцем, кто-то втянул воздух, кто-то просто замер. Вдалеке, у противоположной стены, парни из команды американского футбола смотрели на Бенни с неприкрытым соперничеством. Один из них подкинул мяч в руках и кивнул в сторону новенького, что-то говоря компании. Взгляды были недобрыми. Но Бенни не обращал на них внимания. Он смотрел только на Трис. - Как ты… - начала она. - Почему ты здесь? Сейчас утро. Солнце… - Кольцо, - напомнил он, и в его глазах мелькнула искра. - Ты сделала это. Трис перевела взгляд на его руку. На среднем пальце блестел чёрный турмалин. Он был тёплым, почти живым. - Оно сработало, - прошептала она. - Оно сработало, - повторил он. - Ты сделала это. Трис смотрела на него и не могла поверить своим глазам. Всё это было похоже на счастливый сон. Бенни был рядом. В школе. Днём, при свете солнца. Кэролайн наконец закрыла рот и выдавила из себя: - Это что… вы теперь и в школе будете вместе? Как нормальные люди? - Как нормальные люди, - повторил Бенни, не сводя глаз с Трис. - Если она не против. Трис не знала, что сказать. Она просто стояла и смотрела на него, чувствуя, как его руки всё ещё лежат на её плечах, как его пальцы слегка сжимают её плечи, будто он боялся, что она исчезнет. - Не против, - наконец выдохнула она.