Как сталкиваться с самим собой

Кружка в руках Веммбу была теплой. Маршмеллоу лениво плавали в горячем шоколаде, как лето и вечеринки у бассейна. Он учуял запах синнамона и темного какао, а легкость молока дополняла напиток. Это был идеальный напиток для осени, может, даже лучше, чем тот тыквенный пряный латте, по которому люди сходили с ума. Он мог бы это выпить; наклонить кружку ко рту, чтобы его язык насладился красотой сладких напитков и мягких, почти расстаявших маршмеллоу, и он захотел бы еще– если бы был тем же Веммбу, что и несколько дней назад. Сегодня, в этом тихом офисе, демон мог только смотреть на свое отражение в кружке, будто оно могло дать ему ответы. Он гадал, были бы его чувства менее сильными, если бы он родился маршмеллоу. — Так что, эм, как школа? — сталкерша — Джампер — неловко спрашивала. Ах, да, Веммбу почти забыл, что она была здесь. Минуттеч оставил его с ней и больше не появлялся. Шум вентиляторов ответил ей вместо нее, и она пробормотала еще более неуклюжее извинение. Не то, чтобы Веммбу игнорировал ее, он просто не знал, как можно разговоривать после всего этого. Джампер следила за ними, следовала за ними по теням и заставила его чертовски переживать. И сейчас она хотела поговорить с ним о школе? Веммбу теперь даже не думал о школе. Он пропустил вчерашний день ради прогулки, и не мог даже думать о том, чтобы прийти сегодня. Он вспомнил о групповом проекте, над которым должен был работать. Что то про историю мафии, Веммбу не особо вникал в тему– было скучно до мозга костей. Минутт, должно быть, сказал им и приюту об этом, и они освободили его от этого. Ему стоило поблагодарить его за это, учителя не особо его любили и не доверяли ему. Демон оставался тихим, держа взгляд на чашке с горячим шоколадом. Может, если бы он смотрел достаточно сильно, жидкость заговорила бы с ним, и сказала, что с Эггом все будет хорошо. А потом он ворвался бы в его комнату и они снова смогли говорить и развлекаться. Он знал, что шансы ничтожны. Он не мог навестить друга со вчерашнего дня. Нехватка новостей давила на него, так глубоко застряла в его кишках, что его тошнило. Все остальные рядом с ним будто ходили по минному полю. Его мысли вращались около взрычатой машины, которой он был одержим когда то, но теперь это не поднимало ему настроение. Не сейчас. Не тогда, когда Эггчан мог умирать где то в больнице, а он даже не знал об этом. — Я уверена, с ним все будет в порядке, малыш, — заверила Джампер. Может, тишина в комнате тоже колола ее тысячами игл, как и Веммбу. Ты этого не знаешь, демон скрежетал зубами. Веммбу хотел рвать и метать. Он хотел быть жестоким, сорвать эту дурацкую картину, которая насмехалась над ним, сломать вазу с монстерой в углу, которая жалела его. Может, тогда мир сдастся и даст ему то, что он действительно хотел, как раздраженный ребенок. Но он только сильнее сжал чашку. Мысли о Минутте и его неисчезающих мешков под глазами напоминали ему о том, что он только сделает хуже. Теплота напитка медленно растворялась в его руках. — Я...Я слышала, вы с Эггчаном подрались, — начала шпионка. Веммбу только хмыкнул. Джампер все равно продолжила. — У меня тоже был друг, мне кажется, очень похожий на тебя. Мы были очень близки, выполняли миссии вместе, обедали, — она улыбнулась, будто снова проживала моменты, которые Веммбу не мог видеть, — Но, в конечном счете, мы все равно расстались. Кое что большое случилось, и он изменился. Стал тем, кого я больше не помню. Мы подрались, и на этом все. — И ты ненавидишь его? — спросил он. — Наверное, — Джампер пожала плечами, — Но иногда я скучаю по нему. Глотки эхом заполнили комнату, кофе, почуял Веммбу. Эггчан любил кофе. — Иногда, я думаю, что случилось, если бы мы просто поговорили немного дольше. Если бы я была более понимающей, если бы он был более стабильным– много разных "что, если" и "может быть". Джампер затихла ненадолго, словно думала о чем то, ее тонкие пальцы постукивали по керамической кружке, как по пианино. — Правда, я ненавижу его, да. Это не изменило тот факт, что я все еще завариваю кофе так же, как он научил меня. — Ты прощаешь людей из за...кофе? Джампер мягко засмеялась — О, нет, мне все еще нужно решить с ним кое что, — Веммбу незаметно вздрогнул, — Я просто перестала ненавидеть себя из за вещей, которые не могу контролировать. — Люди делают тебя собой. Это как лоскутные одеяла, понимаешь? Они делают большое, теплое одеяло сшивая маленькие отрезки ткани. Даже если не все из них нравятся мне, они все еще со мной. Если я попытаюсь убрать их, все одеяло развалится, а у меня нет времени делать его заново, — она отпила со своей кружки. — На что ты намекаешь? — он сильнее сжал кружку. Веммбу не глупый, он знал скрытый посыл книг, которые читал Эггчан, и начал ценить медиаграмотность. Но часть него все таки нуждалась в объяснениях, будто его собственное подсознание скрывало от него что то, и он должен был найти ответ сам. — На то, что, несмотря на то, куда ты идешь, Эггчан всегда будет с тобой, Веммбу, — она улыбнулась. Это выглядело, как жалость, предназначенная успокоить демона. Но она ощущалась теплой в этом одиноком офисе Веммбу слабо проворчал, у него не было сил на что то еще. — Он не умер. — Я не говорила этого, — объяснила Джампер, — Я говорила, что, что бы ни случилось, связь между вами никуда не исчезнет. Она останется с вами, сквозь солнце и облака. Веммбу прокручивал предложение у себя в голове. Он знал, что это должно было больно сжать его сердце; удар в живот кинжалом вины рассекал его насквозь, как кебаб. Напоминало то, как люди в школе узнали, что он сирота. Учителя смотрели на него этим взглядом, а дети слишком громко говорили о чем то, чего до конца не понимают. То был знакомый темный угол, в котором Веммбу в итоге научился выживать. Но это, наоборот, немного успокоило его. Он почувствовал себя заметным, будто кто то в этом темном углу дал ему факел и спички. Это не вывело его оттуда полностью, но дало ему шанс найти свою дорогу. Что то, спрятанное под всем этим ложным доверием и желанием сбежать, получило ответ. Оно не исчезло — Веммбу не думал, что когда либо исчезнет — но ощущалось ярче. Это должно было что-то значить. — Спасибо, — пробормотал подросток, наконец пробуя из чашки. Напиток уже остыл и дешевые маршмеллоу теперь выглядели резиновыми. Это не отняло тепла в его груди. — Так что, хочешь пообедать? — предложила Джампер. Живот Веммбу заурчал в ответ и они глупо засмеялись.

***

Они с Джампер разговаривали уже несколько часов, когда пришел Минуттеч. Не то, чтобы Веммбу не нравилось разговаривать с Джампер, как раз наоборот. Она смеха ради проводила невероятные социальные эксперименты и действительно интересно рассказывала истории. Она рассказала про миссии, которыми ей можно было делиться, и иногда даже давала Веммбу советы и трюки в драках. Она исправила его стойку, показала, как оставаться бесшумным, и все остальное, что они могли делать, сохраняя при этом изящную чистоту офиса Минуттеча. ДжамперВу была реально крутая, по мнению Веммбу. Но когда доктор пришел, стуча в дверь, с еще большими мешками под глазами — они оба не думали, что такое вообще возможно — его тревога стремительно возвращалась. В его руках были кипы бумаг и папки, которые Веммбу видел раньше. — Доброе утро, вы двое, — поприветствовал Минутт. Дверь за ним автоматически закрылась с мягким стуком, подвешенная тишина снова вернулась Джампер опустила свою, уже пустую, кружку, и поднялась, чтобы помочь Минутту с его огромным количеством бумаг, — Сейчас четыре часа вечера, Минуттеч. — Верно, — Минутт выдохнул, когда отдал часть бумаг Джампер, — Спасибо, но разве у тебя не должно быть собрания, Джампер? Ой, Веммбу все это время задерживал Джампер? Веммбу теребил пальцы, не уверенный в том, что стоит делать. Шпионка только посмеялась над этим. — У меня еще столько историй, чтобы рассказать Веммбу! Но, типо, если ты здесь то я, думаю, должна идти. Джампер точно была очень важным человеком, подумал демон. Она, должно быть, очень занятая и он задерживал ее, чтобы она его нянчила. Он начал накручивать себя снова, когда Веммбу услышал знакомые шаги сзади. Он остался спокойным в этот раз. — Хей, напиши мне, если реально хочешь тренироваться, ладно? Я знаю одно местечко, а потом мы можем купить сладости, — она улыбнулась, мягко и дружелюбно. Не лживо, с удушающим приторным дружелюбием, но как его горячий шоколад, который он недавно выпил. Она протянула руку и демон увидел в ней конфету со вкусом клубники. На фантике красовались морковки. Взгляд Веммбу скользнул к Минутту, будто он спрашивал разрешения. Доктор только пожал плечами и демон взял конфетку. — Конечно. Эм...Спасибо, Джампер. Она улыбнулась еще шире, ее улыбка была такая яркая, что создавалось ощущение, будто он смотрит на солнце. Он улыбнулся в ответ, даже помахал рукой, когда шпионка уходила из кабинета, махая демону с огромным энтузиазмом. Клубничная конфета лежала в его ладони, его уши поймали отрывки диалога между взрослыми, а потом дверь закрылась. — Здравствуй, Веммбу, — поздоровался Минутт, спокойно, несмотря на свой вид. — Привет, Минутт, — улыбчиво ответил Веммбу, — Выглядишь отвратительно. Минуттеч только глядел на него с небольшим разочарованием, перед тем как вздохнуть. — Рад это знать, Веммбу, — но он все равно улыбнулся. — Так что, эм... — начал Веммбу, неуверенный в том, как начать диалог, который им точно было провести. Он мучил свой мозг в попытках найти слова, его пальцы сами по себе игрались с фантиком конфеты, но не разворачивая ее. — С Эггчаном все будет хорошо, — наконец сказал Минуттеч. Веммбу смог нормально дышать, — Я скажу, когда тебе можно будет навестить его. — Почему я не могу прийти сейчас? — демон попытал удачу, даже если знал, что Минуттеч не позволит ему. — Не думаю, что тебе стоит видеть его сейчас, — все, что сказал доктор. Это странным образом повлияло на Веммбу, чувство тошноты медленно поднималось в животе. — Что это должно значить? Минутт сел за подростком, в его руках была знакомая папка. Веммбу видел, как он заносил ее. — Это значит, что сперва мы должны поговорить, Веммбу. Веммбу застыл на месте, его пальцы перестали теребить фантик конфеты. Да, верно, последствия его действий. Это точно то, с чем он знает, как бороться. Его достаточно наказывали раньше; пропущенные занятия, отлынивание от уборки в приюте, кража дурацких вещей, которые ничего не стоили — в этом он профессионал. — Я не буду тебя ругать, — сказал доктор, и Веммбу задался вопросом, могли ли создания пустоты читать мысли, — Вещи вышли из под твоего контроля, даже если побег был самой глупой вещью, которую ты когда либо делал. — На самом деле, я хочу поблагодарить тебя, — Минуттеч улыбнулся ему– это даже странно, потому что доктор нечасто улыбался, а сегодня сделал это дважды. Это заставило Веммбу чувствовать себя странно и некомфортно. Забывая об улыбке, почему Минутт благодарил его? Веммбу сделал неправильно абсолютно все, и мог бы даже взорвать столицу с тем, как сильно он провинился. Доктор продолжил. — Я был доктором Эггчана годами. Я видел, через что он проходил, даже больше, чем его семья. Мне больно видеть Эгга таким маленьким и слабым так долго, и я мало что мог сделать, оставаясь профессионалом. Это ощущалось слишком личным для него. Веммбу не мог держать зрительный контакт с доктором, так что его глаза блуждали по окну. Листья полностью опали с деревьев. Он позволил Минутту продолжать. — Я думаю, застрять в больнице так надолго — нелегко для него, так что новости Джампер о вашем смехе принесли мне покой. Напомнило, что несмотря на все это, вы двое все еще только подростки. — Спасибо за то, что ты лучший друг Эггчана, Веммбу. За то, что ты был рядом с ним все эти годы. Я не могу всегда быть близко, так что меня обнадеживает знание о том, что у Эгга есть кто то, кому он доверяет так же, как ты доверяешь ему, — закончил Минутт. Веммбу слышал шуршание бумаги, но все равно смотрел в окно. Но демон знал лучше. Даже если он знал, что Минуттеч был искренним, что то скрывалось под всем этим. — Почему ты говоришь мне все это? — Говорил ли тебе Эгг кое о чем? — нерешительно спросил доктор. Нет, и я не думаю что он когда либо скажет, подумал Веммбу. Он только помотал головой, не доверяя своему собственному рту. Он смог только повернуть голову к Минутту, когда почувствовал, как что то приземлилось на его колени. Желтая папка. Она была тоньше, чем думал Веммбу. Она выглядела гораздо меньше в руках Минутта пару секунд назад. Сейчас она ощущалась тяжелой словно целая вселенная. На ней было имя Эггчана. Написанное аккуратным почерком и Веммбу сразу понял, что то был доктора. — Он сказал мне дать тебе это, — сказал Минутт, по мнению демона, его лицо было слишком спокойным, — Докторам нельзя делиться информацией своих пациентов, но это особый случай. Ты можешь прочитать это когда угодно, не торопись. Перестань так говорить, хотел умолять Веммбу. Не облегчай для меня падение, не заставляй меня сталкиваться с этим. Во рту пересохло. Остатки горячего шоколада не заставили о себе вспомнить. Он сжал папку так, будто она лично ранила его. Может, правда ранила. Может, эти листочки могли превратиться в булаву и ударить его по голове. Это ощущалось бы не так больно, как то, что он чувствовал сейчас. Веммбу выдавил из себя «хорошо», призывая всю силу в руки, чтобы они нормально работали. Попытка открыть папку ощущалась, как преступление, и это было слишком для Веммбу. Он хотел выбросить ее в окно, и ждать, пока Минутт скажет, что у него галлюцинации из за сотрясения. Но она здесь, она реальна, и она была специально для него. Веммбу хотел дать Эггу подзатыльник за то, что он вынуждал его читать эти сложные медицинские термины. Первая страница была с профилем пациента. Фото Эггчана, наверное, снято на два года раньше, красовалось в углу. Его волосы были такими же белыми, а глаза такими же голубыми, как он помнил. Не так много поменялось, помимо его неожиданного скачка в росте. Веммбу хотел бы оставить фото, а потом показать Эггчану, как какой нибудь шантаж. Но он только держал его в голове, не готовый красть из папки, которая была слишком важна для вещи, сделанной из самого горючего материала. Следующая страница заставила демона задержать на ней взгляд. Бумага выглядела новее, только что напечатанная и вставленная в папку. Болезнь Атериака, прочитал он. Веммбу никогда не слышал об этом. Ангел никогда не упоминал названия, ни разу за десять лет их дружбы Эггчан никогда не говорил Веммбу, что именно с ним не так. Демон всегда предпологал, что он родился слабее нормы и просто легко подвергался болезням. По крайней мере, это то, что он сказал Веммбу о том, почему он остается в своей стерильной комнате так надолго. Что то про его имунную систему и способность к регенерации, не справляющуюся со всем. Он всегда говорио ему, что он станет сильнее, и даже планировал поступить в ту же школу. Веммбу забыл про тот факт, что Эггчан не говорил об этом последние несколько месяцев. Тема просто испарилась с течением времени. — Это было что то новое, всего задокументированно только один или два таких случая ежегодно, — объяснил доктор, будто это могло склеить пугающе треснувшую душу Веммбу. Его глаза заметили что то, он повторял одно предложение из раза в раз. Его хватка усилилась, глубокая, инстинктивная часть него хотела разорвать все это. Горячий шоколад и бутерброд с ветчиной, купленный ему Джампер, почти вышли из него. На данный момент, ни одно лечение не закончилось успешно. Прошлые диагнозы показывали, что ожидаемая продолжительность жизни пациента колебалась он семнадцати до двадцати одного года. Эггчану исполнялось шестнадцать в этом году, напомнил себе Веммбу. — И что теперь? — Веммбу трясущимся голосом заставил себя сказать это. — Я не знаю, — ответил Минуттеч, коротко и честно. Он раскинул руки и Веммбу нерешительно врезался в них. Он не плакал. Глаза Веммбу были слишком сухими, но он сжал Минуттеча так, словно он был единственной подушкой в округе, которая могла бы остановить его от утопления. Папка забытой лежала на подушке за ним, он отказывался даже смотреть на нее. Может, если он забудет об этом, она исчезнет. — Мне жаль, — услышал он Минутта, его голос ощущался тяжелым. Веммбу не винил его, он никогда не будет. Каким то образом, это задело его сильней, чем должно было.