Акт 10

ROMULA

Правонарушители старого времени

Акт 10

“Это была ночь, когда все законы отправлялись на свалку.” Дэн Браун У жилища стоял столб дыма. После лёгкого дождя появились горячие солнечные лучи, обжигающие прохладную, влажную кожу. Мужчина находился во дворе дома и сидел на пеньке у костра, с меланхолией смотря на небольшой костёр, от которого шло много густого, едкого дыма. Это вновь постепенно сжигалась новая литература, как и приблизительно месяц назад. Теперь, в планах Романо утилизировать абсолютно все книги, которые находились на полках дома. Их было меньше, чем в прошлом помещении для лекций, но, сначала, промокшие дрова разжигались плохо, поэтому это требовало времени и терпения. Он опёрся локтями о колени и расслабил веки, привыкнув к неприятному для него запаху, когда впереди было спокойное потрескивание дерева в пылающем огне. Он обогревал влажные после осадков руки. Дым проходил сквозь дыхательные пути, поэтому начинало немного жечь в горле. По той забытой, маленькой улице, на которой находился временный дом сообщников, шли двое особей, подходя к открытой калитке. Один из них медленно открыл её со скрипом и они вошли в убранный “жителями” двор, а второй решил не идти к мужчине сразу, а зашёл за угол дома. На мгновение, услышав странные звуки сзади себя, Джованни лениво поднял брови и обернулся назад, а потом его грустное лицо сменилось на удивлённое. Тот встал с прохладного пня, струсив руками грязь со штанов и подошёл к посетителю, не улыбаясь. – Здравствуй, Фелис. Тебя не было на предыдущем собрании… Он виновато улыбнулся и кивнул. – Прости, столько всего произошло, тем более работой окружили, я не мог. Когда будет следующее? Есть что-то в планах? – Спросил Фелис, но его напарник отрицательно помотал головой, пожав плечами. – Я сомневаюсь, что мы будем работать в ближайшее время. Нас опять вычисляют. Мы переезжаем в другое помещение. Оно будет под землёй, поэтому сложнее будет заметить. Сейчас главное – улики, – меланхолично заявил он, а потом указал рукой на костёр, в котором уже догорела кучка книг. Вдруг, сзади послышался чужой голос и они синхронно повернули голову: – Каюсь, Фелис, но это не я. Я никому не рассказывала за это место, хоть и знала его. Из-за угла дома вышла Лаура, немного распахнув руки в стороны, сожалея о таком происшествии, о котором даже не знала. Рива помахал руками и отрицательно повертел головой, подняв брови и сказав: – Нет-нет, я в тебе не сомневаюсь. Ты же знаешь, сколько много помощников у Марко. Они везде ходят, даже за окраину заходят. Приказ же не истёк, не аннулировался. Краем глаза, мужчина заметил, как его товарищ посмотрел на девушку глазами полного шока, а потом развернулся и пошёл ко входу в жилище, громко закрыв за собой двери. Он закатил глаза кверху, прикрыв рот ладонью и вздохнул, начав быстрым и серьёзным шагом приближаться к дверям дома. – Джованни! Она не виновата! Она не будет тебя отводить к ратуше, она никого не сдаст! Открой двери, прошу! Она просто пришла поговорить! Джованни! Рива сильно похлопал ладонями по двери, прислушиваясь к возможным шагам друга, который в то время стоял прямо у двери и жмурился от резких хлопков по ней. Хоть он и понимал, что много разговаривал с красномантийцем по поводу “его дамы”, но видеть её вживую ему никак не хотелось, а особенно сейчас, когда у его носа фактически пролетает его жизнь и имущество. – Ты уверен? – Спросил он. – Более чем! Джованни вздохнул, положив лоб и ладонь на жесткую дверь, а потом выпрямил спину, спокойно выдохнул и медленно открыл её перед собой, где на него ждал другой с улыбкой. – Ну, где же твоя дама? – Ехидно спросил он, подняв брови и начав разглядывать территорию своего двора, а спустя пару секунд перед ним уже была Драги и медленно подходила к порогу жилища. Рива обернулся к своему другу и смутился от его вопроса, но промолчал и просто опустил голову, но когда заметил спутницу краем глаза, то посмотрел на неё так, будто увидел впервые, хоть и этот образ он видит сегодня уже несколько часов. Она уже не была одета в защиту и знакомую броню с плащом. Нет. На ней было свободное, длинное платье в зелёных, приглушенных оттенках и с рукавами до запястья, но на ногах были те же коричневые сапоги, которые она часто надевала, когда просто патрулировала городок или не участвовала в заданиях с использованием оружия. Повязки были спрятаны под платьем, но воротника не было, поэтому некоторые части выпирали на ключицах. Девушка сразу заметила на себе удивлённый взгляд от нового образа, которого ещё не видели, поэтому ухмыльнулась и положила руку на бок, а потом посмотрела на вдохновлённого Фелиса и спросила: – Действительно необычно меня видеть в чём-то женственном, да? Такое ощущение странное… – Она посмотрела вниз и убрала руки от тела, а потом подняла брови, – в последний раз было зелёное платье от Медичи, помните? Лаура слегка дразняще улыбнулась, а красномантиец кивнул, вспомнив её ту самую в роскошном платье, которое обычно надевают высшие лица, и в длинном парике густых, красивых волос, хоть и сейчас они у неё даже лучше, ведь настоящие. Бородач протёр лоб и тоже кивнул, с тревогой вспомнив внезапное раскрытие того, что она осталась живой и самостоятельно нашла их секретное жилище. Внутри, ему хотелось схватиться за ноющее сердце, но он вопросительно посмотрел на неё и махнул рукой. – Вы…Вроде хотели поговорить? – Да. Я объявляю следующее: Со вчерашнего дня я уже не являюсь солдатом. Меня “выкинули” со службы и больше никогда не возьмут обратно. Прорыдала, конечно, всю ночь… – Продолжила она с улыбкой, будто сейчас её это не смущало, – но, всё же, не умерла ведь. Будет катастрофически затруднительно найти новую работу, поэтому могу чем-то помочь…Вам, в этом клубе. У Джованни чуть не отвисла челюсть. Такого ошеломления и удивления он ещё не испытывал. Он приоткрыл рот и захотел что-то сказать, но челюсть задрожала, поэтому только вздохнул и пожал плечами, на мгновение потеряв дар речи. Риве стало забавно от такой реакции, того можно было понять. Его враг предлагает ему помощь, это не каждый день встретишь. – Вы ведь нашли, где сможете снова остановиться со своими лекциями? Я знаю как обойти охрану, поэтому без дома не останетесь, если это конечно не культ, где людей четвертуют, – сказала она и в конце серьёзно посмотрев на него, что он сглотнул и почесал колючий подбородок. – Я надеюсь, что Вам действительно можно доверять…– Тихо сказал он. Фелис немного разочарованно посмотрел на их обоих. Он знал своего товарища уже очень долго, но и не мог забыть тот факт, что тот уже покушался на её убийство, поэтому её реакция – абсолютно адекватна. – Я просто хочу, чтоб этот молодой человек остался в безопасности, когда пребывает в вашем тайном сообществе, – и посмотрела на тревожного красномантийца, который был сильно польщён её опекой и вновь слегка смутился, наклонив голову вбок и отвёв взгляд. Романо одобрительно кивнул, а внутри был безумно счастлив за напарника. Ему сильно повезло с такой женщиной, хоть он и отрицает, что та является его девушкой, но пока, возможно, на пути к этому. Он улыбнулся и согласился с её предложением, поблагодарив, но у бывшего Лейтенанта остался вопрос: – А какая в этом городе самая лучшая конюшня? Мужчина помолчал, отвёл взгляд и пожал плечами, когда сам Рива понял в чём дело и ему стало немного грустно. – Я хочу отдать своего коня в хорошую конюшню, чтоб с него глаз не спускали. Я не доверяю владениям Медичи, хоть фактически это весь его город, не считая нескольких зданий…Вдруг есть какая-то другая конюшня? Мой Ураган не должен будет скакать под него, пусть проживёт жизнь без работы и без войны, а с едой и тщательным уходом, – заявила она, в конце вздохнув и опустив руки. – Довольно грустно. Я – кузнец, поэтому за такое вряд ли могу что-то рассказать. Могу у знакомых спросить, – ответил мужчина, со смятением подняв один уголок губы. – Ну, буду признательна. Договорились. Драги подошла к нему и протянула руку, чтоб пожать её. Джованни немного засомневался, недовольно посмотрев на неё, но потом улыбнулся и пожал её руку. – Смотри, чтоб опять никого не убивал, ладно? – Спросила она с раздраженной улыбкой во все зубы, сильнее сжав его руку, от чего он стал кипеть внутри от боли. – Д-да, конечно, Донна Драги, – сквозь зубы быстро ответил он, потом надув щёки от жгучей боли в кисти. Она с довольной улыбкой отпустила его со словами: “Вот и порешали!”, а потом посмотрела на Риву с нежной улыбкой и щенячьими глазами, что он сделал практически то же. В голове они в мыслях сказали: “Вроде получилось.”

***

Спустя несколько часов, когда должен был быть ясный день, то всё небо покрылось серой пеленой пасмурных облаков, что голубому небу и Солнцу вовсе не осталось места. На улице был сильный ураган, поэтому под окнами посвистывал быстрый ветер, а деревья слегка наклонялись, выгибая ветки в сторону ветра. Людям было довольно холодно, поэтому некоторые старались оставаться в помещениях, чтоб их не продуло. Остальным же приходилось работать при любой погоде, это ещё рабочий день. Судья находился в своём тёмном кабинете без освещения. Шторы не были закрыты, поэтому от окна комната заполнилась серым цветом. Это было единственным источником “света”, а так большая часть находилась в тени. Стекло дрожало от внезапных порывов свистящего урагана, что раздражало Медичи своими звуками. Он подошёл к высокому столику и отлил себе немного нового, полусладкого вина в железный бокал с изящным резблением, но на мгновение, он остановился подносить его к губам а просто застыл. Он вспомнил тот странный и неприятный момент, после известной на весь город ночи, когда бывшая Лейтенант облажалась и он смог ударить её этой жесткой вещью по лицу, разодрав щеку до “винного цвета”. Мужчина медленно вздохнул с мурашками по телу и ухмыльнулся, глядя в окно. Его практически никогда не можно увидеть с любой улыбкой. Он не делает такого даже в одиночку и/или самому себе. Ему не нравиться улыбка, но сейчас ему просто было интересно вспомнить прошлую агрессию девушки. Прошло примерно две минуты, как тот решился выпить пару глотков вина и стал подносить бокал ближе дрожащей рукой, а потом затруднительно выпил содержимое. Когда он сделал последний глоток, то сжал ножку бокала, сильно махнул рукой вверх и громко выбросил его на деревянный пол. Маленькие капельки, которые оставались на дне, вылились и оставили бордовые капли на паркете, которые, почему-то, напомнили ему кровь. Его это взбудоражило ещё сильнее, поэтому он отошёл оттуда и почти полностью скрылся в тени большой комнаты. Марко вспотел, закатил глаза вверх и прикоснулся двумя ладонями к лицу, прикрыв ими нос и рот. Его сердцебиение ускорилось, что больно сказалось на нём из-за небольших проблем со здоровьем, в большем случае от возраста, поэтому нервно улыбнулся и сжал часть одежды, где под ней была грудная клетка. “Это – проклятие…Это – проклятие…Это – проклятие!” – Несколько раз повторил он у себя в голове, судорожно метаясь светлыми глазами по комнате, а потом застыл, когда его раздражение сменилось на испуг и опасение, остановив взгляд на конкретном месте и сжав челюсть: Мужчина вспомнил, что хранил у себя в шкафу кое-что не подлежащее и сразу помчался к нему, распахнув большие, тёмные двери вспотевшим, а потом посмотрел вниз на купу вещей. Он присел на колени и стал откидывать ненужную ему одежду, пытаясь найти то, что ломало ему голову, пока по подбородку стекала капля пота, а когда нашёл, то замер с немного дрожащими, поднятыми руками и посмотрел на это с распахнутыми глазами. Перед ним лежало дорогое, длинное, зелёное платье с широкими, белыми рукавами. После пропущенного приказа, коротковолосая девушка отдала его ему, ибо не стала бы далее носить подобное, что было передано им. Любое другое, но только не это, ведь это было передано именно с его рук. Оно было такое красивое, но для неё это было не совсем важно. Она ощущала себя в нём максимально не комфортно, даже не только из-за того, что её гардероб был полон кофт, рубашек и штанов. Медичи взял платье в руки и медленно встал с колен, изучая ткань и перебирая её руками. Она была необычная на ощупь. Он прикоснулся к чему-то похожему на паутинку и достал маленький, тёмный волосок с внутренней, бежевой стороны платья. Тот струсил его на пол. Ему хотелось сейчас же куда-либо выкинуть этот предмет одежды и навсегда забыть о нём и его существовании, но потом вновь замер, приоткрыв рот, и решил напоследок прижать зелёную, плотную ткань к лицу и вдохнуть запах. Буквально через пять секунд, он резко отбросил на пол платье и нервно засмеялся, указывая на него худым пальцем. – Господи! Господи! Там серьёзно её запах! Боже! – Крикнул он, параллельно странно смеясь, чувствуя внутри страх, возбуждение и нервозность. Вдруг, в двери в кабинет постучались и они медленно распахнулись. В тёмную комнату зашёл его усатый помощник в смятение и испуганно спросил, увидев растрёпанного Главаря: – Господин, здесь всё хорошо?... Судья повернулся к нему со вспотевшим лицом и седыми волосинками, сторчавшими из под чёрного капюшона, а потом вновь посмотрел на платье и кивнул, махнув рукой. Полный мужчина немного засомневался, наклонив голову и увидев чужой предмет одежды. – Вы до сих пор не можете её простить?...Не волнуйтесь, она и так больше не появится на службе. Забудьте о том… Он улыбнулся, протерев руки об чёрную тунику и спокойно сказав: – Я тут кое-что вспомнил сейчас: Однажды, синьорина Драги сказала… Девушка недовольно стоит перед ним и топает носком ноги, скрестив руки у торса, а потом сузила брови и заявила: “Невозможно выиграть в игре, правила которой постоянно меняются. Вы изображаете себя командира, который забавляется и руководит своей игрой с одной конкретной целью, но во время игры, её правила начинают поддаваться изменениям от вас. В данном случае, нашей главной целью есть охота за секретными сообществами на территории города. Они шустренькие ребята. Но, во время этого приказа появляются неустранённые нами мракобесия. Чувствуете? Лаура недовольно хмыкнула, а вскоре развернулась от него и гордо ушла оттуда. Тогда, ему хотелось сказать ей, чтоб она никогда не поворачивалась к нему спиной, но он стал рассуждать над её словами, а в итоге только засмеялся с этого внутри, когда снаружи лицо оставалось абсолютно серьёзное и без единой трещины от буквальной констатации фактов. Это была женщина-солдат, которой хватило смелости перечить её Главе, и этим восхищались все, даже он, но хорошим бы это не кончилось, не при каких обстоятельствах. Ещё с первой встречи, тот пообещал хоть какую-то расправу. Он родился, учился и вырос в таких правилах. Этому его учили все, даже Святой Дом. Что же ему осталось сделать сейчас? Слежка? Похищение? Терпеливое ожидание? Эти рассуждения, от которых болит голова, и займут большую часть его дня, наедине с платьем.

***

Мужчина вдыхал свежий, прохладный воздух. Ближе к заходу Солнца в тёплый оттенках, ураган кончился, но ветерок остался, который аккуратно развивал его мантию. Огненный шар приятно светил, но уже не согревал, а только выпускал свои приятные лучи на землю. Рабочий день закончился и тогда день уже близился к умиротворённому закату, который приносил людям время отдыха после тяжелого утра и дня. Фелис медленно поднял голову к небу с расслабленным мычанием и закрыл глаза, разминая пальцами шею. У него побаливали ноги из-за того, что ему пришлось сегодня много ходить. Он мечтательно посмотрел вперёд: Он находился на самой окраине городка, где жилых домов уже было очень мало, а перед ним был холмистый, как волны, горизонт с полями; небо было в розовых, оранжевых и желтых оттенках, а облака выглядели так, будто помазали светлой краской. Подобный закат – редкость, поэтому те, кто могут, стараются насладиться таким пейзажем до конца. Пока его вдохновлённые глаза изучали нежные окрестности и он повернулся в другую сторону, то рядом промелькнул силуэт и он мгновенно повернулся обратно, посмотрел вперёд, где ранее были его глаза и застыл, приоткрыв рот в удивлении. Перед ним стояла Драги в белом, лёгком платье, которое чем-то напоминало ночнушку. На её стройном, подтянутом теле оно было таким лёгким, как будто само облако взятое с неба. Девушка стояла спиной к Солнцу, поэтому свет падал на её одежду и было видно её фигуру. На её ногах были коричневые сапоги, верх которых немного прикрывало платье. Ткань и её короткие волосы развевались на не сильном ветру. Она спокойно улыбнулась ему. Сзади неё, будто, не хватало светящихся крыльев Ангела и тонкого нимба над макушкой. Потом, та заговорила, прервав момент: – В этом году конец лета вышел удивительно жарким. Обычно холодало так, как осенью, что челюсть дрожала, не так ль? Он чуть не поперхнулся от внезапного голоса, выходя из своих мыслей, и одобрено кивнул. – На удивление, да…– Ответил он. Драги вновь улыбнулась, расслабляя веки и немного наклонив голову вбок, поэтому он спокойно подошёл к ней. Рядом стояло большое, высокое дерево с кучей листвы. Она перевела взгляд с мужчины на него. Ветки с листьями приятно шуршали от лёгкого ветра. – Я вот смотрю и думаю: Раньше, я считала, что если я потеряю работу, то буду биться в агонии целый месяц, а тут и недели не прошло, а я спокойна. Вдруг, всё это начнётся уже скоро? Мне нужно как-то выживать и меня, ведь, никуда не примут. Я и так потеряла работу, это стыд и позор для общества как-ни-как. Мне остаётся надеяться на милость Бога, – без тревоги заявила она, подняв брови и неловко улыбнувшись в конце, будто это не стоило её терпения и сил. Фелис посмотрел на неё, чувствуя разочарования внутри, и ответил: – Мы сможем тебе помочь с работой, но в этом городе не так безопасно оставаться. Ты даже не отсюда. Здесь была твоя служба и не на всю жизнь… – Ну, ты прав… – Сказала она, уже без улыбки и продолжила, – я, просто не могу это так взять и бросить, и я имею ввиду Медичи…Мне кажеться, или мы до конца своих дней будем припоминать друг другу о содеянном. Это не закончится никогда. Он не изменит свою форму правления, он не изменит своё отношение ко всем, он ничего не изменит, он сам не изменится. Тот вздохнул, дрогнув, и ответил, смотря куда-то вбок: – Ну, такой вот он человек, Лаура. Он любит вести себя аки император, при этом почти ничего не делая очень важного. Ему скучно. Он часто ищет что-то экстраординарное и занимает себя, чтоб просто не стать слизнем в этом медленном-медленном круговороте, который окончательно засосёт его до смерти. Справедливости ради, но его недолюбливают вот практически все, а остальные, это те, которые в душе не знают кто он такой, либо недалёкие мужчины-фанатики, выпавшим за тридцать или сорок, из посёлков на пятьдесят человек, и то не факт, что эти места, это соседние нам города. Вряд ли даже банальные рисунки с ним делают его гордым, нежели реальное, чёткое судейство. Его боятся из-за его жестокости. Его могут бояться и просто так потому, что он есть, как будто родился с такой физиономией и характером. Никакой переворот его не изменит. Драги воодушевлённо и внимательно слушала его, когда глаза мечтательно заблестели. Он очень чётко разбирался в людях. Неужели, он сможет составить характеристику и о себе? Когда он закончил и чуть-чуть улыбнулся ей, то она кивнула ему с нежной улыбкой и вздохнула, поблагодарив: – Спасибо за поддержку. Девушка аккуратно присела за широкий, тёмный ствол дерева, положив руки на согнутые колени, а потом подняла голову к мужчине и похлопала рукой по месту на траве рядом с ней. Он кивнул и присел по левый бок от неё и облокотился спиной об ствол, чувствуя жесткую кору дерева. Тишина вновь оборвалась. Она раздраженно хмыкнула с улыбкой, сжимая край платья, будто кипела внутри и тихо позвала: – Фе-е-елис… – Ах, что? – Мгновенно спросил он, судорожно повернув голову направо. – Да сними ты уже этот чёртов капюшон, пожалуйста… Рива приятно улыбнулся, повернувшись обратно, запустил руку под ткань капюшона и снял его, выпустив волосы, что ему сразу стало легче. Он немного приподнял голову вверх, опёршись ею об кору и прикрыл глаза, тоже держа руки на коленях. Она довольно наблюдала за этим, наклонив голову к левому плечу, а потом аккуратно прикоснулась к его волосам и взяла одну волнистую прядь, перебирая их мягкими пальцами. Он слегка ухмыльнулся, не открывая глаза, что ей показалось, что он начнёт мурлыкать от дальнейших ласк, поэтому её это хорошо смотивировало. – Нравится, когда перебирают твои волосы?... – Да, но…Смотря кто, – ответил он, хохотнув в себя. Сначала та промолчала, довольно улыбнувшись, а потом тихо ответила: – Да-а…Ну, конечно. Так делала моя мама, когда я была совсем крохотной. Мне понравилось. И она запустила свои пальцы под его волосы, щекоча и разминая затылок, что его спина и плечи содрогнулись и он тихо прошипел сквозь зубы, неловко улыбнувшись. – У меня мама тоже любила…Так делать…Боже, прекрати, ты делаешь это иначе. Это будоражит, – резко заявил он, посмотрев на неё со смущённой улыбкой, что захотелось смеяться. Она с азартом подсела к нему ближе и протянула к нему голову, практически положив её на его правое плечо, прогнув спину и опираясь руками об мягкую траву. Выглядела, как кошка, что вовсе не впервые встречалось у Фелиса, когда ему приходили в голову ассоциации с ней. – Может, погладишь меня? Тогда и перестану, а? Мне тоже хочется тактильности и помурчать, как ты. Он поднял брови и вздохнул, промолчав. Ему хотелось вжаться головой в свои плечи или вообще стать невидимым, но потом он начал успокаиваться и вскоре положил её голову себе на плечо, начав нежно перебирать её волосы и смотреть на горизонт перед собой. Снаружи, это казалось очень спокойным, но внутри героев была буря эмоций, которую они скрывали: Лаура под флиртом, а Фелис под молчаливым смятением и подчинением. От его нежных касаний, о которых она и подумать не могла, ей захотелось дремать и заснуть на нём, как на приятной кровати, но потом, её мыслями овладела другая идея, о которой она решилась не сразу, а стала обдумывать её и успокаивать своё быстрое, громкое сердце. Пока мужчина не видел, а просто с заботой прикасался к её голове, то она распахнула глаза и нервно улыбнулась вовсе не от ситуации снаружи, а от мыслей внутри. Вдруг, Драги убрала голову с его плеча и положила руки на его плечи, серьёзно посмотрев на мужчину. Не успел он спросить у неё что случилось, как она прикоснулась левой рукой к его щеке и “мир перевернулся”. Его руки задрожали. Тёплые, но яркие солнечные лучи падали на них, а ветер не мог пробиться сквозь дерево, чтоб развеять их волосы. Его глаза распахнулись, пока её были уже закрытыми и брови серьёзно сведенными. Подушечки пальцев прикоснулись к его щеке, а другая рука сжала его плечо в тревоге, пытаясь за что-то ухватиться и не потерять равновесие, найдя вертикальную опору. В этом трепетном моменте, который в самом начале покрылся тревогой, её мягкие губы прильнули к его. Ей стало немного страшно от внезапного поцелуя с её же стороны, поэтому спустя пару секунд, она отстранилась и посмотрела на его реакцию. Ближе к концу её прикосновений, он уже держал глаза закрытыми, а после её отстранения, он медленно открыл их и с небольшим удивлением посмотрел на неё. Позже, тот вздохнул и сжал брови, пока та мирно молчала и ждала. – Думаю…Мне стоит сказать “извини”?... – Разочарованно спросила она со слегка дрожащей челюстью. Ей было нелегко говорить сейчас, хоть и потом, она осознала, что то действие ей невероятно понравилось и сейчас она сдерживает себя, сжимая и выщипывая руками траву под собой. Фелис остался неподвижным и наблюдал за ней, но потом отрицательно повертел головой и сам прильнул к ней, обнимая её за спину и плечи и прижимая стройное, гибкое тело к себе. Он закрыл глаза и поцеловал её так, как сделала она, повторив движения, ибо ещё не знал, как это можно сделать, но тактильности ему точно захотелось. Она уселась ему на бёдра и обернула свои руки об его шею. По её щеке потекла одинокая слеза, сделанная не из горя и грусти, а от “победы” и счастья от сбывшегося желания. Мгновенно стало душно и жарко. “Господи, наконец-то, наконец-то…Спасибо.” – Проговорила она в голове, пока сердца стучали сильнее, чем, например, на землю успевали падать капельки дождя. Всему пришли свои ассоциации.

***

Ветерок давно утих, а закат уже закончился, когда наша приятная звезда зашла за горизонт. Крона дерева уже не шаталась, а под ним сидело две души и согревались под красной мантией от прохлады приближающегося вечера. На небе появилась синева, которая этим пока и могла освещать всё вокруг. Было приятно дышать не тёплым воздухом, а вечерней свежестью, особенно, когда тело вспотело как при полуденном Солнце. Они так же сидели под деревом. Мужчина с расслабленными веками смотрел на небо и не двигался, пока на его плече лежала голова сонной девушки с закрытыми глазами, а на его груди – её рука. Их прикрывала только его широкая, длинная, красная мантия, которая почти до конца смогла укрыть двух человек, а остальная одежда лежала у их ног. Вдруг, Рива потянулся к внутреннему карману мантии и нащупал там что-то твёрдое и маленькое с цепочкой. Он аккуратно достал это, случайно потревожив мирную девушку, которая приподняла голову с красноватым следом на щеке от плеча, и стал рассматривать. Это оказался закрытый серебряный кулон с красивым, цветочным резблением. Он повертел его пальцами и попытался открыть. – Что это? – Спросила Драги, протерев глаза и присев, а потом выровняв спину до лёгкого хруста. – Сейчас увидишь…Вот, – тихо сказал он, а когда вещица щёлкнула и открылась, то внутри она поделилась на две стороны, на одной из которых был качественный портрет какой-то молодой дамы-шатенки с кудрявыми волосами и светлыми глазами. – Это моя сестра Виктория. Когда она выходила замуж, то подарила мне этот кулон. Она была…Как сказать…Очень тихой в нашей семье, часто молчала, ни с кем не спорила и долго не общалась, но когда ей пришлось жениться по расчёту, то проговорила со мной и моими братьями весь день…И, вот, каждому по разному кулону. В моём – её портрет. – Она милая, очень. Тебе повезло с твоей семьёй...Я единственный ребёнок. Первый и последний, – ответила она, снова положив голову ему на плечо. Мужчина повернул к ней голову и спросил, прикоснувшись рукой к её прикрытому тканью плечу: – Рана не болит? Я старался вообще не касаться там, чтоб больнее не стало, мало ли…Недавно оклемалась. Лаура улыбнулась и отрицательно повертела головой, взяв его кисть себе в руку. – Ну, вообще-то, рана у меня чу-уть пониже, – заявила она, положив его руку на свою грудь, – а та, что на плече – я о ней уже забыла. Вроде и болит само по себе, а вроде и привыкла уже… Он не стал убирать свою руку и просто вздохнул, хотя её ответ о ранах его не сильно успокоил. Чтоб “добиться” их, ей пришлось пережить огромный стресс и потерять много крови, что когда её принесли к тому шатру, то у неё пропала её смуглость, а сейчас уже выглядела замечательно. Идёт на поправку. Вдруг, Рива услышал странные звуки где-то неподалёку и стал прислушиваться. Девушка тоже навострила уши и вытянула голову из-за того, что тем странным звуком оказался человеческий голос, который приближался в ним. Он аккуратно высунул голову из под ствола дерева и посмотрел туда: Там оказались молодые парни, которые кого-то напоминали ему. Возможно, они были его коллегами из помощников охраны, как он и Бьянки. Они приближались к дереву, не замечая человека за ним, а просто о чём-то шутили и общались, но когда вытянутая голова всё-таки попала в их поле зрения, а потом спряталась, то они переглянулись и быстро подошли туда. Мужчина запаниковал, а потом накрыл всю Драги под мантией, даже волосы, а незащищённым остались только её стопы. Она вжалась в его тело, чтоб её не узнали. Она всё-таки поменяла одежду, которая валялась рядом, а сейчас её лица и знакомых волос не видно. Они подошли к дереву и увидели знакомого им, только нагого, мужчину, который был укрыт красной мантией и сам прятал чьё-то тело под ней. Он промолчал и серьёзно посмотрел на них, прижимая тело ближе к себе. Парни засмеялись и отошли оттуда, приближаясь к полю и окончательно покинув их, но один незнакомец сказал другому сквозь ухмылку: “Неужели это тот Рива? Вот смеху будет…” Когда они уже не смотрели на них, то Фелис тяжело вздохнул, а потом сразу повернулся и аккуратно приоткрыл мантию, чтоб увидеть лицо девушки. Она была напугана и встревожена, положив свою руку ему на грудь. – Кто только что тут был?... – Шепотом спросила она, выглянув из под плотной ткани. – Возможно с работы…Пока не известно. – Так это же катастрофа. – Не знаю, что ты имеешь ввиду, мне всё понравилось, – шуточно сказал он, улыбнувшись ей. Она раздраженно вздохнула и тоже улыбнулась, поцеловав его в щеку. – Я не помню: Это день, когда можно или нет? – Спросила она и засмеялась, – а, вдруг, тебя на работе так завалят, что потом из дома не выйдешь, серьёзно? – Ну, это уже завтра увидем. – Это да… И она посмотрела вперёд на горизонт. Мужчина присоединился к ней. Его завораживал пейзаж перед ними. Походу, им выпала удача с местом. Там красота, не то что у него дома. А спустя полчаса, они успели отдохнуть и принялись одеваться в свои вещи, но Лауре пришлось сначала протереть себя повязками от крови, а потом только привязывать их. Ей нужно будет где-то искупаться, а Фелису было грустно на это смотреть. Он решил не одевать капюшон и прикрывать волосы, а оставить их свободными. Ему так стало намного легче. Теперь всё меняется.