Часть 4 Булочка и неосознанная благодарность

Бикрос Молан испёк булочки с корицей. Не по школьному меню — просто так, потому что у него осталось тесто и хорошее настроение (которое он, разумеется, выражал через угрюмое молчание). Он сложил самые пышные булочки в отдельный пакет и вечером, проходя мимо кабинета, где Кейл засиделся за учебниками, молча поставил пакет на стол. Кейл поднял голову. — Что это? — Булки, — коротко ответил Бикрос. — Ешь. А то выглядишь как... — он осёкся, не найдя необидного слова, и вышел. Кейл посмотрел на булочки. Они пахли корицей. Они были тёплыми. Внутри пакета обнаружилась записка: «Тут без повидла. Я помню, что ты не любишь». Почерк Бикроса — угловатый, резкий, будто каждая буква давалась ему с боем. Кейл съел булочку. Потом вторую. Потом аккуратно сложил пакет и убрал в портфель. Мысль, которая посетила его голову, была следующей: «Бикрос печёт булочки для всех. Просто у меня оказался лишний пакет. Потому что я засиделся допоздна. Ему, наверное, жалко тех, кто не уходит домой вовремя». На следующий день он подошёл к Бикросу в столовой и ровным тоном произнёс: — Спасибо за булочки. Было вкусно. Бикрос дёрнул плечом и отвернулся: — Ерунда. Просто тесто оставалось. Кейл кивнул и ушёл. Он был совершенно уверен, что сейчас они обменялись формальной благодарностью за формальную выпечку. Бикрос же, отвернувшись к плите, тихо выдохнул и пробормотал себе под нос: — Съел. Хорошо. В следующий раз положу больше. Стоявшая рядом Мэри зафиксировала: «Вероятность того, что Кейл понял истинный жест Бикроса — четыре процента. Вероятность того, что Бикрос продолжит печь — сто процентов. Констатирую: безнадёжный случай. С обеих сторон».