Глава 8. Серьезные намерения

Фадиме всегда думала, что, несмотря на внешнюю озорливость и любовь к образу шута, Исо обладает здравым смыслом. Хотя бы каким-то зерном адекватности. Особенно, когда дело касается здоровья. Однако сейчас перед девушкой явно стоял ребенок (правда, в теле взрослого мужчины), который упрямо твердил, насколько жизненно необходимо поехать к Адилю. И плевать на не зажившую до конца рану. Плевать, что сутки назад именно Адиль выстрелил в Исо. Еще была семейная вражда, но и на нее плевать. — Ты самоубийца, — сердито прошипела Фадиме, вместе с Оручем усаживая Исо на диване. — Даже не успел вздохнуть воздух Фуртуна, уже рвешься под новые пули. — Я сразу сказал, что не надо везти меня домой, — все еще держась за жену, едва выдохнул Исо. — Вы меня не послушали. — Конечно, не послушали, — в голосе Оруча слышался упрек. — Парень, ты должен лежать минимум дня три. Куда ты собрался ехать? И что ты будешь делать в Кочари? — Как что? Попрошу у Адиля благословение на брак с его сестрой, — размахивая рукой, заявил Исо. Нахмурившись, Оруч и Фадиме переглянулись. — Ранение могло как-то повлиять на мозг? — обратилась к врачу Фуртуна Фадиме. — Ты забыл, что мы уже женаты, мой дорогой муж? — она присела рядом с Исо. — Как я могу забыть, моя дорогая жена? — улыбался парень. — Я имел в виду официальную регистрацию со свидетельством. И в целом, я же… — он не успел закончить, как с гримасой боли на лице схватился за бок. — Исо! — синхронно воскликнули Оруч и Фадиме. Оруч тут же задрал ему футболку и увидел маленькое красное пятно на бинтах. Фадиме обеспокоенно перевела взгляд на Оруча, тому понадобилось мгновение, чтобы собраться с мыслями, рвануть в другую комнату и достать свою потрепанную медицинскую сумку. — Дурак, швы разошлись, — устало пробормотал Оруч, помогая Исо снять футболку и принявшись разматывать бинты. — Фадиме, придержи его за плечи. — Я в порядке, могу сам сидеть, — отмахнулся Исо. — Тебе нельзя напрягать пресс, — зыкнул на него Оруч. — Давай, Фадиме. Замешкавшись на секунду, Фадиме подсела поближе и аккуратно положила руки на голые плечи Исо. Ее пальцы слегка дрожали от соприкосновения с гладкой твердостью напряженных мышц. Девушка неосознанно приоткрыла рот, тихо вдыхая кислород и пытаясь успокоить нервы. Сняв бинты и добравшись до раскрывшейся раны, Оруч осмотрел поврежденный участок кожи. — Теперь надо его уложить, — велел он. Фадиме отодвинулась немного назад, задевая спиной подлокотник дивана. Исо опустился ниже, кладя голову ей на колени. Подняв глаза, он встретился взглядом с Фадиме, и ободряюще улыбнулся ей. Та в ответ слегка кивнула, неторопливо поглаживая его волосы. Никто из них не обращал внимание на Оруча, ловко накладывавшего новые швы. Исо было плевать на боль и жжение от раны. Он взял руку Фадиме в свою ладонь и приложил ее пальцы к своим губам, оставляя невесомый поцелуй на ее коже. — Я в порядке, — едва слышно прошептал он ей. Фадиме поджала губы и, неловко улыбнувшись, кивнула. — Готово, — сказал Оруч, возвращая молодых людей в реальность. — Фадиме, приподними его обратно, я наложу новые бинты. Та вновь обхватила плечи Исо и придвинулась вперед, приподнимая парня. Когда бинты были зафиксированы, Оруч выпрямился и оглядел брата. — Как ты себя чувствуешь? — Я в норме, брат, — ответил Исо, пытаясь сесть ровно на диване. — Тебе лучше лежать, чтобы не создавать нагрузку, — строго произнес Оруч. — Давай перенесем тебя в твою спальню. Исо закатил глаза, но, увидев убийственно серьезное лицо Фадиме, в этот раз ослушаться не посмел. Едва голова Исо коснулась подушки на собственной кровати, раздался стук в дверь. Причем не просто стук — судя по силе звука, несчастную дверь пытались чуть ли не снести. — Брат? — вздрогнув, с отчаянием предположила Фадиме. — Все нормально. Мы разберемся, — заверил ее Исо. — Это не Адиль, — глянув в окно, Оруч устало потер переносицу. — Это мама. — Исо! Оруч! Я знаю, что вы там! — голос Зарифе, казалось, раздавался эхом во всем Трабзоне. — Бесстыжие! Открывайте! — Пойду я, вы сидите, — взъерошив волосы, Оруч направился к выходу. Тем временем, стук не прекращался ни на секунду. Казалось, дверь вот-вот слетит с петель. — Ох, мама! — поморщившись, воскликнул Оруч, поворачивая ключ. На пороге стояла явно разъяренная, но не растерявшая ни капли энергии, Зарифе, которая, едва скинув туфли, тут же направилась в глубь дома, осматриваясь по сторонам. — Где они? — требовательно задала вопрос она, встав посреди гостиной. — Я спрашиваю, где эти сумасшедшие? — О ком ты говоришь? — Не надо притворяться, — хитро усмехнулась женщина. — Где Исо и эта дикарка? — Мама, не неси бред. Я же сказал, что Исо поехал делать документы… — Не ври мне! Гекхан видел, как вы все дружно заходили в дом! — вновь повысила голос она. — Исо едва стоял на ногах. Оруч нервно потер шею, пробормотав что-то вроде «терпения мне», и приблизившись к женщине и положив руки ей на плечи, спокойно сказал: — Мамочка, дорогая моя, давай ты успокоишься. Они просто поговорят, и Фадиме уйдет. Ничего такого. — Ты мне зубы не заговаривай, — прищуриваясь, ответила Зарифе. — Я тебе скажу «ничего такого», когда сюда заявятся Кочари с динамитом. И с Исо явно было что-то не так. Так что пока я не увижу своего сына, я никуда не пойду. Четырех лет было достаточно, ты меня не остановишь. Понимая, что спорить с матерью бесполезно, Оруч кивнул от бессилия и пошел в сторону комнаты. Зарифе опередила сына и сначала схватилась за дверную ручку, но дверь не поддалась. Тогда она яростно застучала по деревянной раме. — Открывайте! Исо! — вновь перешла на крик она. Исо, осознавая, что прятаться больше не выйдет, предпринял попытку встать, но его тут же остановила Фадиме. — Тебе же сказали лежать, упрямый. — Она не уйдет. — Не уйдет? — Не-а, — отрицательно цокнул он. — Извини, дорогая, но у нас сейчас акция. Берешь Исо, свекровь в подарок. — Уф! — фыркнула девушка. — Неужели нет шансов, что ты приемный? И как я могла согласиться выйти за тебя… Исо засмеялся, вызвав новую порцию негодующих стуков в дверь от Зарифе. — Я вас слышу! Выходите, я сказала! — Боюсь, варианта остаться нет, — покачал головой Исо. Фадиме потерла щеки, зажмурила глаза и, сделав глубокий выдох, проговорила: — Ты останешься. Я пойду. — Спасаешь своего мужа? — удивленно поднял бровь Исо. — Ой, не начинай, — махнув рукой, она открыла дверь. Зарифе, стремившаяся увидеть своего сына, отпрянула от неожиданности при виде Фадиме. Вместо смирной и милой невестки ее ждала статная девушка с самоуверенным взглядом, пробирающим насквозь. Скрестив руки на груди и презрительно хмыкнув, Фадиме сделала шаг вперед, заставляя женщину отойти назад. — К добру ли пожаловали, госпожа Зарифе? — Где мой сын? — Зарифе произнесла сквозь зубы. — Отдыхает. Знаете, у него были сложные четыре года по вине вашей семьи. Зарифе закатила глаза и бесшумно что-то произнесла губами. Оруч не сдержал улыбки и тут же прикрыл рот рукой. — Не зли меня, девочка, — пригрозила пальцем Зарифе. — Говорю тебе, лучше не выводить меня из себя. — Мама, со мной все хорошо. Зачем зря нападаешь на мою жену? — приобняв Фадиме за плечо, Исо встал рядом с девушкой. Фадиме посмотрела на него с упреком, но обхватила пальцами свисавшую с ее плеча ладонь и позволила Исо опереться на себя. — Да простит Аллах, — пробормотала Зарифе, глядя на прижимавшуюся друг к другу пару. — Сынок, средь бела дня запираться с девушкой в комнате наедине, когда пришла твоя мать — что это значит? — она сердито покачала головой. — Если бы ты предупредила… — начал было Исо, но его перебили. — Я, что должна ждать приглашения в дом собственного сына?! — разразился негодующий голос. — Аллах, кого я воспитала! Три ребенка, и ни от одного нет толку! Из Исо вырвался смешок, но тут же что-то стрельнуло в боку, и он зажмурился, поджав губы. Зарифе не оставила его реакцию незамеченной. — Что такое? — нахмурилась женщина. — Чего корчишься? — Черт, Исо… — тихо выдохнула Фадиме, обеспокоенно осматривая его с ног до головы. Оруч хотел было подорваться, но остановился, увидев, как Исо отрицательно дернул головой в его сторону. — Ничего. Все хорошо. Ничего не случилось, — нарочито выпрямился парень. — Врешь, — Зарифе подошла к сыну и приложила руку к его лбу. — Мама! Все нормально, — пытался отмахнуться от матери Исо, но та упрямствовала. — Да нет! — заметив торчащий кусочек бинта из-под футболки, вскрикнула Зарифе. — Что это? — не постеснявшись, она приподняла ткань, и, увидев обмотанный торс Исо, ее глаза расширились. — Исо! — Мама, это ничего такого. Просто царапина, — поспешил успокоить мать парень. — Оруч, что это? Кто это сделал? — обратилась к старшему сыну Зарифе. — Тебе же сказали. Царапина, — поддержал брата Оруч. — Это ты сделала? — накинулась на Фадиме Зарифе. — Ненормальная, ты что-то сделала моему сыну? — Мама! Мама, она тут не причем! — Исо пытался заслонить собой Фадиме. — Мама, отойди от девушки! — кинулся оттаскивать мать Оруч. — Я ничего не делала, — отбивалась от женщины Фадиме. — Все, хватит! — не выдержал Оруч. — Отстань от них, мама, ради Аллаха! С твоим сыном все нормально, жить будет. Давай, пойдем, бабушка наверняка ждет нас за ужином, — он начал подталкивать мать к выходу. — Оруч, я не закончила! — пыталась сопротивляться Зарифе. — Вы не сказали, кто это сделал! Это был кто-то из Кочари? Фадиме напряглась. И Исо поспешил крепче обнять девушку. — Не волнуйся, она никому ничего не сделает, — сказал он, целуя ее в макушку. — Зарифе Фуртуна из тех, кто скорее будет пытаться найти выгоду, чем импульсивно нападать. — Но Исо… — начала Фадиме, — мой брат действительно выстрелил в тебя. Разве ты не злишься? — Нет, — честно признался он. — За то, что я оставил тебя четыре года назад, это честная расплата. Я принимаю. — Пойдем уложим тебя, — грустно улыбнувшись, Фадиме взяла Исо за руку и повела к кровати. Откинув покрывало вместе с одеялом в сторону, Фадиме помогла Исо лечь. Когда они остались наедине после долгого дня, она вдруг почувствовала, как тело накрывает запоздалая дрожь. — Я лучше позвоню Элени и попрошу меня забрать. Адиль, наверное, с ума сходит дома, — теребя растрепанные волосы, пробормотала она. — Останься со мной, — нежно глядя на нее, попросил Исо и взял ее руку в свою, вынуждая девушку присесть на краю кровати. — Ты не спала нормально, тебе нужно хотя бы немного отдохнуть. — Тебе что-то нужно? Может ты хочешь поесть? Я могу принести что-нибудь из кухни… — игнорируя его слова, засуетилась она и уже привстала, но Исо крепче сжал ее руку, удерживая на месте. — Мне нужно, чтобы ты выдохнула, Фадиме, — Исо чуть приподнялся, прислонившись головой к спинке кровати. — Можешь лечь тут. Я устроюсь на полу. Если тебе так сложно… — Двигайся давай. На полу он лежать собрался, — недовольно пробурчала Фадиме, забирая одеяло. — Покрывало твое. Исо отодвинулся к самой стене и, послушно натянув покрывало, лег на спину. Устроившись, Фадиме посмотрела на зазор между ними. — Ты серьезно? — Что? — Тут мой пикап может проехать и куча места останется. — Хочешь, чтобы я был ближе? — Нет, — резко отреагировала девушка. — Дело не в этом. Просто ты прислоняешься к стене, она холодная. Простудишься. — Я тебя услышал, — ухмыляясь, Исо подвинулся в ее сторону, но оставил несколько сантиметров между ними. Лежа на спине, оба смотрели в потолок, слыша только дыхание друг друга. Прошло несколько минут, прежде чем Исо нарушил тишину: — Может выключишь лампу? — Да, — рассеянно ответила Фадиме и потушила свет. На улице стемнело, и только старый уличный фонарь слабо освещал часть комнаты. Фадиме наблюдала за тенями раскачивавшихся деревьев на стене. Несмотря на жуткую усталость в теле, сна не было ни в одном глазу. — Спишь? — спросила она, повернувшись на бок лицом к Исо. — Нет, — ответил он, переводя взгляд в сторону Фадиме. Исо не мог уснуть. Дело было не в ноющей ране или перенапряжении из-за появления мамы. Фадиме лежала рядом. Не как накануне, когда она случайно заснула, прислонившись к нему. Теперь она была с ним осознанно. Слишком близко, чтобы делать вид, что ничего не происходит. Слишком далеко, чтобы позволить себе прикоснуться. — Что будет дальше? — прервала его внутренний монолог Фадиме. — Дальше? — Ты поправишься. А потом? Действительно пойдем к Адилю? — А ты против? Фадиме задумалась, словно пытаясь определиться. Увидев ее смятение, Исо аккуратно повернулся на здоровый бок и почти невесомо провел большим пальцем по щеке девушки, задержав руку на ее лице. — Помнишь, что мы решили четыре года назад? Фадиме слегка дернула головой в недоумении. — Что именно ты имеешь в виду? — Я имею в виду наш разговор перед никяхом, — увидев понимание в ее глазах, Исо продолжил. — Мои планы с тех пор не изменились. А твои? В голове девушки вереницей всплыли моменты прошлого. Последние радостные мгновения той юной Фадиме…

***

Четыре года назад Шесть месяцев для Фадиме пролетели незаметно. Утром Кочари собирались за столом: было время потрепать нервы Адилю или подколоть Акчу по поводу ее переглядок с Чакыром. Днем изо всех сил Фадиме помогала со стадами на пастбище и контролировала рабочих на заводе, когда Адиль был в отъезде. А вечерами девушка часто находила повод, чтобы не появляться дома: Исо уже ждал свою возлюбленную где-то неподалеку — чаще всего на отдаленном от Фуртуна побережье или в той самой пещере в глубине гор Кочари, лишь изредка позволяя себе появляться в публичных местах где-нибудь в Трабзоне. Фадиме чувствовала себя абсолютно счастливой. — Девочка, ты где витаешь? Твой любимый куймак уже минут десять как стынет, — Адиль щелкнул пальцами перед лицом Фадиме. — Нигде я не витаю, — замотала головой Фадиме. — Как же, — усмехнулся посетивший их за завтраком Гезеп. — Вечно где-то пропадаешь, улыбаешься без повода. — Да не улыбаюсь я, — она нарочно сделала каменное выражение лица, но огонь озорства по-прежнему был виден в ее глазах. — И правда, что-то изменилось, — обеспокоенно высказался Адиль. — Что происходит? — Да что вы пристали! — уже возмущалась девушка. — Все как всегда! Все та же Фадиме. Гезеп и Адиль переглянулись, будто что-то мысленно передавали друг другу. — Нет, есть что-то, — обратился Адиль к Гезепу, словно игнорируя сестру. — Есть. Вон светится вся, — согласно кивнул тот, все еще ухмыляясь. — Если бы я не знал нашу дикарку, подумал бы, что она влюбилась. Фадиме перевела испуганный взгляд сначала на одного брата, потом на второго. Поджав губы, она тут же опустила голову вниз и, взяв кусок свежеиспеченного хлеба, начала сосредоточенно водить по блюду с куймаком. — Что за бред, — пробормотала она под нос, а затем все же посмотрела на Адиля. — Брат, какое влюбиться? Было бы в кого… — Это единственная причина, почему я не разделяю это предположение, — ответил Адиль, загадочно подмигнув Гезепу. — Мда, ты действительно вроде как ни с кем не водишься. Хотя… — задумался мужчина, — Эюпхан на тебя странно посматривает. — Эюпхан? — нахмурился Адиль. — Ох, ничего такого нет. Какой Эюпхан? Мы выросли вместе, он как родственник, — Фадиме встала из-за стола и принялась убирать посуду. — Все, давайте, пора ехать на пастбище. — Смотри, как засуетилась, — засмеялся Гезеп. — Да ничего нет между нами! — Ладно, ладно, дикарка, — успокаивал сестру Адиль. — К тому же, помнишь, ты обещала мне, что никогда не выйдешь замуж? — Я помню! — поддержал Гезеп. — Мне было шесть лет. Прекращайте давайте, нужно выезжать, — Фадиме буквально выталкивала мужчин из кухни. Солнце в горах палило нещадно. Несмотря на холодный воздух и низкое давление, больше всего дискомфорта пастухам доставляли прямые лучи, снижавшие видимость и заставлявшие щуриться. Тем не менее, Фадиме находила свое удовольствие в наблюдении за животными. Только одна коза немного хромала, но больше проблем не было. — Фадиме! — позвали ее издалека. Девушка по голосу сразу определила, кто идет в ее сторону. — Эюпхан, — безразлично отозвалась она, когда парень встал рядом с ней. Как назло, Адиль и Гезеп отошли вдаль к пастухам, оставив ее одну. — Мне нужно к остальным, — попыталась отмахнуться она, и уже развернулась в другую сторону. — У меня есть разговор, — Эюпхан последовал за ней. — Сейчас не самое удачное время, давай потом. — Потом это когда ты закончишь работу и поедешь встречаться с Фуртуна? Фадиме резко остановилась на месте и впервые взглянула на парня. — Что ты несешь? — ее голос прозвучал жестко, будто резал пространство. — Я вас видел. И не один раз. Фадиме, как ты можешь быть с ним? Он же Фуртуна! Он враг! — Понятия не имею, о чем ты, — стояла на своем девушка. — Хорошо, — кивнул Эюпхан, доставая телефон. — А вот так? — он протянул гаджет ей. Фадиме посмотрела на экран и тихо выдохнула. На фото были они с Исо, держащиеся за руки. Они поехали в Сюрмене на местный фестиваль… — Там еще есть, можешь листать, — добавил Эюпхан. Фотографий было много. Кафе в Трабзоне. Домик на плато. Пляж. Лес рядом с Фуртуна. Горная тропинка недалеко от Кочари. Возле моста. И невозможно было отрицать очевидное — молодые люди выглядели влюбленными, держась за руки, обнимаясь и улыбаясь на этих фотографиях. На одной даже был запечатлен их поцелуй. — Черт, — Фадиме прикрыла глаза, собираясь с мыслями. — Ты что, следил за нами? — Ты постоянно куда-то уезжаешь. И тебя часто не бывает в Кочари, — защищался Эюпхан. — И ты решил, что у тебя есть право лезть в мою жизнь? — разозлившись, выпалила Фадиме. — Я всегда был рядом! Всегда тебя поддерживал! Всегда был на подхвате! Но ты ни разу не посмотрела! Ни разу не подумала обо мне! — обиженно выкрикивал Эюпхан. — Ты о чем? Как я должна смотреть на тебя? Мы выросли вместе, мы как семья. — Мы не семья. Фадиме пыталась успокоить взбудораженные нервы, но руки все еще тряслись от желания врезать парню. Она хотела было достать пистолет, но осознала, что оружия под рукой нет — она давно перестала носить его с собой. — Эюпхан, прекрати. Между нами никогда ничего не было и не будет. Удали фотографии и забудь, что ты видел. — Нет, так не получится, — покачал головой он. — Можешь даже разбить телефон, у всего есть резервные копии. — Чего ты хочешь? — прозвучало больше как требование. — Порви с ним. Ты больше не будешь видеться с Фуртуна. — Эюпхан… — ее тон сквозил угрозой. — Иначе я пойду к Адилю и покажу эти фотографии. Он убьет Исо, подожжет Фуртуна, а потом его посадят в тюрьму. Ты этого хочешь? Фадиме накатило волной тревоги. Глаза нервно забегали, в носу защипало. — Ты… Ты не сделаешь этого, — срывающимся голосом выдавила она. — Сделаю ради твоего блага. Разве ты не видишь, какую ошибку совершаешь? У вас все равно нет будущего. Лучше сейчас это закончить, пока твой брат не узнал, — он подошел ближе к побледневшей девушке и вцепился в ее плечи. — И все будет как раньше. Как и должно быть. Фадиме отчаянно замотала и смахнула покатившуюся по щеке слезу. — Нет… — Фадиме, я серьезно, — прозвучало жестко. — Даю тебе время до завтра. Завтра Адиль собирает своих на ужин. Мы с отцом тоже будем. Если до этого времени ты не порвешь с Фуртуна, эти фотографии будут моим подарком твоему брату. — Ты маньяк! Будь ты проклят! — закричала она, принявшись бить своими маленькими кулаками Эюпхана в грудь. — Не я злодей здесь, а этот бесчестный Исо. Запудрил тебе голову. Остановись! — он встряхнул девушку за плечи. — У тебя один день. Выпустив Фадиме из рук, он пошел в сторону своей машины. Оставшись одна, девушка дала волю эмоциям, и рыдания громким звуком вырвались наружу. Горячие слезы полились по щекам, обжигая кожу. Пальцы вцепились в грубую ткань куртки, сжимаясь до боли. Девушка рухнула на колени. — Фадиме! Девочка! Что случилось? — послышалось сзади. Звуки раздавались как в тумане. — Сестра, — испуганно воскликнул Адиль, подбежав к сестре и опустившись рядом. — Что такое? Фадиме очень хотелось рассказать все как есть. Тайная любовь и шантаж Эюпхана давили так, что было трудно дышать. К тому же, перед ней был ее родной брат. Они никогда ничего друг от друга не скрывали. Однако если Адиль узнает об Исо, он этого не переживет. Поэтому Фадиме молчала. Как бы тяжело не было, как бы ей не хотелось, но она молчала. Теперь же она не понимала, что ей делать. Рассказать и избавиться от груза? Или оставить все как есть и развязать Эюпхану руки? — Фадиме, ты меня пугаешь, — Адиль положил руки ей на лицо, заставляя посмотреть на себя. — Я в порядке, — задыхаясь, еле проговорила Фадиме. — Просто… живот резко скрутило. Спазм был сильный. — Давай отвезу в больницу, — подорвался он. — Нет, не нужно. У меня такое бывает, ты же знаешь. Мне просто нужно обезболивающее. Лучше отвези меня домой, я выпью таблетку, и все пройдет, — вытирая лицо рукавом кофты, попросила она. — Хорошо, — он помог встать девушке. — Все-таки сглазили мы тебя с Гезепом утром. Фадиме вымученно улыбнулась и направилась в сторону пикапа брата. Оказавшись дома и заперевшись у себя в комнате, Фадиме рухнула на кровать и прикрыла руками глаза. Надо было срочно что-то решать. Можно было попробовать поговорить с Эюпханом и каким-то образом убедить его не показывать фото Адилю. Фадиме знала, что это бесполезно, Эюпхан только рад возможности насолить Фуртуна, особенно Исо. У них какая-то особая неприязнь друг к другу уже давно. К тому же Фадиме тошнило от мысли падать в ноги Эюпхану и умолять о чем-то. Нет, на это она не пойдет. Рассказать обо всем брату? Он точно убьет Исо. Как бы Фадиме не хотела, но тут она была солидарна с Эюпханом — Адиль сойдет с ума и попадет в тюрьму. Ему светит вплоть до пожизненного с учетом того, что он ранее был судим. Оставался только один вариант — отказаться от Исо. При мысли о расставании сердце Фадиме сжималось, и становилось трудно дышать. Всего несколько месяцев понадобилось, чтобы девушка успела так сильно к нему прикипеть. Она не могла представить, каково это, проводить дни без него, без их встреч, без его надежных рук и заботливого голоса. — Аллах, ну почему?! Почему ты сделал нас Кочари и Фуртуна?! — восклицала Фадиме в пустоту. Всхлипнув, она сильно выдохнула, пытаясь успокоиться. Когда дыхание выровнялось, девушка взяла в руки телефон и набрала знакомый номер. — Моя Фадиме? Звук родного голоса чуть не заставил Фадиме вновь расплакаться. — Исо? Ты где? — еле вымолвила она. — На фабрике. Что случилось? — Все нормально. Я просто хотела узнать. — Точно что-то случилось. Я слышу это в твоем голосе. Давай, расскажи мне. Фадиме рукой прикрыла микрофон на телефоне и всхлипнула, прикрыв глаза. Вытерев нос и щеки, она откашлялась и сказала: — Ничего серьезного. Я хотела спросить насчет вечера. Можем встретиться? — Да, но… Ты точно уверена, что все хорошо? Я могу приехать прямо сейчас. — Нет, то есть да, все в порядке. Не нужно приезжать, я дома, тут Адиль. Встретимся вечером, где-нибудь в другом месте. Где мы не были, чтобы мы могли поговорить без посторонних глаз. — У Оруча есть небольшой дом в сорока километрах отсюда… — Идеально. Пришли координаты, я туда подъеду ближе к семи. — Хорошо, я приеду сразу после работы. — Увидимся, — и Фадиме отключилась. Не в силах угомонить взбудораженный стрессом мозг, девушка зашагала по комнате, попутно собирая мысли в кучу. — Фадиме! Ты как? — раздался из-за двери громкий голос брата. Девушка остановилась на месте. — Я в порядке. Полежу немного, — ответила она. — Хорошо. Я вернусь присмотреть за пастухами. Могу оставить тебя одну? — Конечно. Поезжай. Когда входная дверь захлопнулась, Фадиме почувствовала облегчение. Отсутствие Адиля рядом будто лишало возможности сойти с выбранного пути и пойти и во всем сознаться. Прошел почти час, как Фадиме мерила комнату шагами. Вдруг раздался стук. Стучали рядом. — Да не может быть… — в сердцах воскликнула она, подходя к окну и открывая ставни. — Исо! — Моя дорогая Фадиме, — Исо, используя опыт, перелез через подоконник и проник в комнату. — Мы же договорились на вечер. — Мне не понравился твой тон. И разговор у тебя точно серьезный. Я не мог долго ждать и рванул к тебе, — слегка посмеиваясь, объяснил он. — Говори, что произошло. Снова коза сбежала? — шутливо произнес он. Девушка хотела улыбнуться в ответ, но губы не слушались. Мышцы лица нервно задергались, и Фадиме, чувствуя подкатывавшие к горлу всхлипы, кинулась в объятия Исо, уткнувшись носом ему в грудь. — Эй-эй, что такое? — встревожился он. Фадиме не могла ничего говорить. Слезы лились не прекращая, и она сильнее вцепилась в мягкую ткань его футболки, пытаясь заглушить рыдания. Исо больше ничего не спрашивал, только монотонно гладил ее по спине. Когда Фадиме стихла, и ее дыхание выровнялось, Исо взял ее лицо в свои руки, большими пальцами вытирая слезы, и посмотрел в ее грустные глаза. — Все, все, я здесь, моя прекрасная, — он нежно поцеловал ее в лоб. — Расскажи мне. Фадиме нервно закусила губу и с грустью взглянула на него. — Исо, мы… Мы не можем больше видеться вот так, — начала она, теребя край своей кофты. — Нам надо рас… — Стоп. Вот тут я тебя остановлю, — перебил ее Исо. — Что случилось? Кто-то что-то сказал? Ты чего-то испугалась? Фадиме не могла. Она не могла просто взять и продавить тему с расставанием. Может если бы это случилось несколько месяцев назад, она бы с легкостью разыграла карту ненависти. Сказала бы, что осознала, насколько сильна пропасть между их семьями. Что не готова ради Исо бороться против всех. Но теперь она была другой. Этой Фадиме не нужны были пистолеты и огонь ярости, чтобы постоять за себя, потому что она больше не была одна. Да и потребность в разрушении и вражде куда-то исчезла. Фадиме находила силу в другом. — Фадиме, скажи мне правду, — мягко настаивал Исо, не выпуская ее из рук. — Нас видел Эюпхан. Едва с ее губ слетело это имя, выражение лица Исо изменилось. Прикрыв глаза, он глубоко задышал, пытаясь не сорваться в присутствии девушки. — Исо, спокойно. Спокойно, — Фадиме положила руки на его плечи. — Дай закончить. — Хорошо. Говори, — только и смог выдавить он. — У него есть фотографии, где мы вместе. Много фотографии с мест, где мы встречались. Сказал, что завтра покажет их брату, если мы не расстанемся. Исо все же не сдержался — взъерошив волосы, он начал расхаживать по комнате и бормотать ругательства. — Чертов Эюпхан… Я прикончу его. — Исо. — Клянусь, я убью его, — Исо никак не мог устоять на месте. — Он не должен был подходить к тебе. Не должен был шантажировать. — Хорошо, хорошо. Давай успокоимся для начала, — Фадиме взяла его ладони в свои, заставив остановиться и посмотреть на нее. — Спокойно. — Хорошо, я спокоен, — его дыхание все еще было прерывистым, но голос уже не дрожал так сильно. — Мы справимся. — Но как? — Фадиме вновь погрустнела. — Эюпхан пойдет и расскажет всем. Все узнают про нас. — Разве мы не знали, что рано или поздно нам придется открыться? Разве мы не говорили об этом тогда, на плато? — Это другое, — тяжело вздохнула она. — Я думала, что у нас есть еще время. Я бы подготовила Адиля. Может быть через пару месяцев мы бы рассказали. Да и твоя семья… Ширин бы поддержала нас, но твоя мать… — Я знаю. Я тоже надеялся, что у нас больше времени, — с сожалением кивнул Исо. — Но расставаться не выход. — Если рассказать сейчас, Адиль тебя убьет, ты не понимаешь? Он сядет в тюрьму, а ты будешь лежать в могиле! — разозлилась Фадиме, отходя от него на шаг. — Нам нужно расстаться! — Разве мы не решили, что будем бороться? — Исо начал вскипать. — Разве наши отношения не стоят того, чтобы бороться? Разве мы не стоим этого? Почему мы обязательно должны расстаться?! — Потому что я очень люблю тебя, тупоголовый! — закричала она. Исо замер на несколько секунд, переваривая услышанное. Ему не потребовалось много времени, чтобы, не задумываясь, подойти вплотную к Фадиме и, прижавшись лбом к ее лбу, выпалить: — А я люблю тебя так сильно, что готов умереть. И что мы будем делать? — Если ты умрешь, я убью тебя. — Хорошо, — согласился он. — Но мы все равно пойдем к твоему брату. Пойдем и расскажем все как есть. — Исо… — Фадиме, если на свете и есть человек, понимающий любовь, то это твой брат. Нам просто нужно быть честными. — Он не поверит, — возразила девушка. — Он подумает, что ты несерьезен. Что делаешь это ради выгоды. Исо задумался, но спустя мгновение загадочно улыбнулся. Фадиме непонимающе качнула головой. — Тогда выходи за меня. — Что? — Фадиме посмотрела на него, словно у него выросла вторая голова. — Черт, извини, кольца с собой нет, — Исо проигнорировал ее вопрос. — Но могу встать на колено… — Исо, это несмешно! У нас тут проблема, которую надо решать! — взвилась Фадиме, не позволив ему опуститься. — Я и предлагаю решение, моя дорогая. Ты же сама сказала, что надо показать серьезность наших намерений. Заключим никях. Возможно это было слишком прямолинейно, и в глубине души Исо переживал, что девушка снова закроется. Однако он не видел другого варианта. И внутри жила надежда. Может все-таки Фадиме услышит его и увидит, что он делает предложение не только под давлением обстоятельств? — После этого мы пойдем к Адилю, — продолжил Исо. — Скажем, что любим друг друга и не смогли больше скрываться. Фадиме хотела было снова сказать что-то против, но вместо этого застыла. Никях? Заключить никях с Исо? От этой мысли что-то потеплело в груди. — А потом? — неуверенно спросила Фадиме. — Потом… Даст Аллах, твой брат примет это. С моей семьей тоже разберемся. Немного пошумят, но тоже успокоятся, — он провел рукой по ее щеке и мягко обхватил ее шею. — Потом мы поженимся, как положено. Поселимся, где захочешь — Фуртуна, Кочари или где-нибудь между. — Я надену свадебное платье? — впервые улыбнулась Фадиме. — Свадебное платье, ночь хны, хорон… Все, что ты захочешь. Не сдержавшись, Фадиме бросилась ему на шею. Исо крепко прижал девушку к себе, чувствуя, как невидимый груз упал с плеч. — Мы правда поженимся? — все еще не верила она. — Мы правда поженимся, — уверенно подтвердил он. Фадиме коснулась ладонью его щеки, будто проверяя, что он настоящий. Что это все не сон. Исо сократил расстояние и поцеловал — медленно, бережно, закрепляя обещание. — И никто не сможет нас разлучить.

***

Наши дни — Тогда все казалось таким простым. Мы были юны и наивны, — с горечью сказала Фадиме, вырвавшись из потока воспоминаний. — Дело не в этом. Нам просто не повезло. Слишком много всего происходило вокруг, — на долю секунды Исо перевел взгляд на ее губы, а затем вновь посмотрел ей в глаза. — Сейчас все не так. Вражда ослабла. Оруч и Адиль рано или поздно заключат перемирие. — Твой дядя останется в тюрьме до конца своих дней. Эсме разведется и вернется к моему брату, — неохотно кивнула она. — Видишь? Все не так, как было четыре года назад, — ободряюще улыбнулся он. — Мне очень страшно, — призналась Фадиме, проводя рукой по его щеке. — Страшно снова потерять тебя. Вдруг ты опять пропадешь? Вдруг с тобой что-то случится? Я не выдержу этого. Исо не нашелся, что на это ответить. — Иногда я думаю, что еще чуть-чуть, и я проснусь, а последние дни окажутся сном. Я проснусь, а тебя нет, — ее глаза заслезились. — Я здесь, — положив руку ей на шею, Исо притянул девушку к себе и крепко обнял. Фадиме вцепилась в его футболку и прислонилась лбом к его груди, пряча покатившиеся слезы. — Все хорошо. Я здесь. Я с тобой, — повторял он как мантру. — Я тебе вживлю чип для отслеживания, — пробурчала она. Исо засмеялся, и Фадиме тут же легонько шлепнула его по руке. — Прекрати! Швы разойдутся! Будешь потом сам зашивать, — задрав голову, прошептала она. — У меня же есть моя дорогая жена. Она мне поможет, — он по-детски потерся кончиком своего носа об ее. Она смущенно улыбнулась и потянулась к его губам первой. Исо ответил мягким движением навстречу, чувствуя, как Фадиме сильнее прижимается к его телу. Пальцами она водила по его бицепсу, поднимаясь наверх, к его шее. Исо осторожно провел языком по ее верхней губе, и Фадиме приоткрыла рот, впуская его внутрь. Поцелуй перерастал из чувственного и неторопливого в жадный и требовательный. Фадиме вздрогнула, когда Исо залез руками под ее рубашку, и его пальцы заскользили по ее коже. Выгнувшись, она опустила ладони на его грудь и застонала прямо ему в рот. — Черт, Фадиме… — выдохнул Исо, заставив Фадиме лечь на спину и опустившись к ее шее. Его губы оставляли следы, болезненные и мучительно-сладкие. Погрузившись в омут удовольствия, Фадиме окончательно перестала думать о чем бы то ни было. Остался только Исо, такой огромный и тяжелый в сравнении с ней. И это возбуждало так сильно, что Фадиме дрожала в предвкушении новых прикосновений и поцелуев. Она взялась за край его футболки и аккуратно потянула наверх. Исо приподнялся и позволил девушке снять ее. Откинув вещь в сторону, Фадиме тут же провела руками по обнаженным плечам, спускаясь ниже к груди, затем к прессу и, не касаясь бинтов, обхватила торс Исо. Однако вместо того, чтобы притянуть его к себе, она осторожно толкнула его на спину. — Тебе же сказали лежать и не напрягаться, — мягко улыбаясь, Фадиме повернулась вместе с ним, оставив одну руку на груди, а второй подперев свою голову. — Я соскучился по своей жене, — улыбнулся в ответ Исо и притянул ее к себе для поцелуя. Фадиме углубила поцелуй, сплетаясь с парнем языками. Он вновь положил руки на ее талию, прикасаясь к голой коже, и у девушки сладко потянуло внизу живота. Она оторвалась от губ Исо, чтобы мгновение спустя спуститься нежными поцелуями к его шее. — Ты сведешь меня с ума, — пробормотал Исо. — Но, думаю, нам лучше остановиться. Фадиме замерла на несколько секунд. Отстранившись, она с беспокойством посмотрела на Исо. — Почему? — в ее голосе звучало недовольство. — Черт, не смотри на меня так, — застонал Исо. — Ты же сама сказала, что мне надо лежать и не напрягаться. Это сложно, когда ты касаешься меня вот так. — Блин, я не подумала… — произнесла она и прилегла, осторожно положив голову на плечо Исо. — Бедный мой муж совсем ничего не может сделать, — издевательски произнесла она, сдерживая смех. — Эй, девочка, не выводи меня. Через пару дней я заставлю тебя заплатить за свои слова, вот увидишь. — Конечно-конечно, — дразнилась она. — Фадиме… — протянул Исо — Что-то я устала, — демонстративно зевнула Фадиме, устраиваясь на нем поудобнее. — Давай уже спать. Исо не стал спорить, лишь усмехнулся, обнимая девушку одной рукой.

***

Странный глухой стук не прекращался уже несколько минут. Фадиме зажмурила глаза сильнее, пытаясь уснуть вновь, но это было невозможно. — Исо, если это снова пришла твоя мать, клянусь, я вышвырну ее отсюда, — едва разлепив веки, пробормотала она. — Если это моя мать, я сам ее выгоню, — Исо прижал девушку крепче. — Давай еще поспим. Может ей надоест. Однако стук не прекращался ни на секунду. — Ладно, дорогой муж, я посмотрю, — нехотя, Фадиме вырвалась из объятий Исо. Протирая сонные глаза, она поплелась к двери. Отпирая замок, она уже приготовила пару ругательств, как вдруг послышался родной голос: — Дикарка, ты забыла дорогу домой? На пороге дома Оруча Фуртуна стоял Адиль Кочари.