Глава 15: Запах ночи

Когда я переступила порог терема, воздух в горнице показался мне густым, как мед. Свечи почти догорели, но братья не спали. Они сидели в полумраке, словно семь изваяний, ожидающих моей воли. Когда я вошла, их головы медленно повернулись в мою сторону. Ратибор вошел следом за мной, его шаги были бесшумными, а взгляд — тяжелым и спокойным. Он больше не скрывал своей гордости. Я чувствовала себя так, словно на мне все еще была печать этой ночи. Запах лесной влаги, мха и... Ратибора. Я видела, как ноздри Ярослава расширились, когда он вдохнул этот воздух. Его челюсти сжались, а взгляд, полный жгучей, болезненной ревности, метнулся от меня к Ратибору. Но он не бросился в драку. Он медленно поднялся, его движения были текучими, как у пантеры. — Ты была в лесу, — констатировал он, не спрашивая. Это был факт. — Да, — ответила я, глядя ему прямо в глаза. Я не чувствовала стыда. Напротив, я чувствовала себя сильной, как никогда. Ярослав подошел ко мне, остановившись так близко, что я могла чувствовать жар его тела. Он протянул руку и кончиками пальцев коснулся пряди моих волос, запутавшихся в лесных травах. Его глаза потемнели, в них читалась борьба — он хотел выразить свое недовольство, но магия кольца, связывавшая нас всех, не давала ему права на грубость. — Ты выглядишь... иначе, — прошептал он, и в его голосе прозвучало не только обвинение, но и глубокая, мучительная жажда. Святогор, сидевший у камина, тяжело поднялся. Он был невозмутим, как скала, но когда он посмотрел на меня, я увидела в его глазах тот же самый «голод». Никакой ссоры. Только безмолвное, тяжелое соревнование. Они понимали: раз Ратибор сделал шаг первым, то правила игры изменились. Теперь они знали, что их королева доступна, что она *хочет*. — Ратибор, — Святогор кивнул брату. Это был жест не вражды, а признания. — Ты нашел путь, который мы все искали. Ярослав, все еще не отводя от меня взгляда, опустился на одно колено прямо передо мной. Он прижал мою ладонь к своим губам, его дыхание было прерывистым. — Мы не будем спорить о том, кто заслуживает твоего внимания, — тихо сказал он, глядя на меня снизу вверх. — Но ты должна знать, Валяна... мы все здесь сгораем. Каждое мгновение, когда ты не с нами, кажется вечностью. Ратибор подошел и встал рядом, его рука легла на мое плечо, уверенно и собственнически. Он не хвастался — он просто обозначал свои права, и остальные братья принимали это с тихим, напряженным рычанием, которое было слышно лишь внутри нашего общего круга. — Она принадлежит нам всем, — сказал Ратибор, и в его голосе было столько силы, что стены терема, казалось, отозвались легким гулом. — И каждый из нас дождется своего часа. Они окружили меня плотным кольцом. Никто не толкался, никто не повышал голос. Но это было самое интенсивное проявление страсти, которое я когда-либо видела. Они соревновались не силой оружия, а силой своей преданности и жажды. Слава, наблюдавшая за этим из угла вместе с Елисеем, затаила дыхание — она видела, как эти семеро великанов превращаются в послушных рабов моей воли, готовых сделать всё, лишь бы я коснулась их хоть на миг. Я посмотрела на каждого из них. На Ярослава, чьи глаза молили о внимании; на Святогора, чья сдержанность трещала по швам; на Всеволода, Мирослава, Мстислава... Они были моей стаей. — Вы все получите то, чего хотите, — сказала я, и мой голос эхом разнесся по горнице. — Но каждый из вас должен доказать мне, что он готов ждать. И что он готов отдать мне всё, не требуя ничего взамен. В этот момент я поняла, что эта «гонка» за мою ласку будет длиться долго. И это было лучшее, что могло случиться. Теперь мой терем не был просто домом — он был золотой клеткой, где я была единственной хозяйкой, а они — моими добровольными пленниками, готовыми бороться за право быть моим избранником на одну ночь.