Часть 2

Глава 2. Диагноз Дневник Со Ин У Дата: среда, 08:14 Пункт 41: Я запоминаю детали его жизни. Это опасно. Это не моя метода. Обычно я запоминаю только то, что поможет уничтожить улики. А тут — он не улика. Он — исключение. На следующий день после того, как Дон Сик впервые пришёл в участок с его адресом на клочке бумаги, Ин У явился на работу с разбитой губой. Пластырь. Лёгкая припухлость. Синяк, который он даже не пытался скрыть. — О, Ин У-сси, ты чего? — спросила секретарша, когда он ставил кружку с кофе на стол. — Кот поцарапал, — улыбнулся он своей вежливой улыбкой. Кот. 174 сантиметра. Угольные глаза. Имя — Юк Дон Сик. В обед Дон Сик заявился в участок снова. Теперь уже без повода. Просто сел напротив стола Ин У, положил ногу на ногу и уставился. Минуту. Две. Пять. — Пластырь тебе идёт, — сказал он наконец. — Делает тебя… человечнее. Ин У не поднял головы от бумаг. — Ты пришёл просто поглазеть? — Я пришёл сказать, — Дон Сик наклонился через стол, понизил голос до шёпота, — что вчера ты забыл у меня в спальне свои принципы. Хочешь, принесу? Кровь прилила к лицу Ин У. Не от смущения — от злости. И ещё от чего-то, чему он пока не придумал названия. Что-то тёплое и липкое разливалось под рёбрами, мешало дышать. — Ты играешь с огнём, — процедил он. — А я люблю погреться, — парировал Дон Сик. Он встал, потянулся — рубашка натянулась на животе, обнажив полоску кожи. Ин У заметил. Как идиот, заметил. Запомнил. Теперь это воспоминание будет гореть под веками ещё неделю. Дон Сик направился к выходу, но на полпути обернулся. Уголки губ дёрнулись. — Ужин сегодня у меня. В восемь. Я сделаю лапшу. Не опаздывай. И вышел. Ин У сидел, сжимая ручку так, что треснул пластик. Коллега напротив спросил, всё ли в порядке. — Да, — ответил Ин У. — Всё идеально. Внутри него сражались две программы: одна требовала стереть свидетеля, вторая — купить цветы по дороге. Он купил цветы. Красные розы. Потом выбросил их в мусорку у подъезда Дон Сика. Дон Сик нашёл их, конечно, когда выносил мусор через два часа. Нашёл, достал, принёс домой. Поставил в вазу. — Ты идиот, — написал он в сообщении. — Знаю, — ответил Ин У. Следующие полтора часа они переписывались. Ни о чём. О погоде. О кофе. О том, как Дон Сик однажды чуть не утонул в детстве, а его спас незнакомый дед, который потом исчез. О том, что Ин У не умеет готовить яйца — всегда пережаривает. Перед сном Ин У долго смотрел на фотографию Дон Сика в служебной базе — обычное удостоверение, причёска, прямая линия губ. И думал о том, что хотел бы увидеть его спящим. Просто увидеть. Без ножа в руке. Это была самая страшная мысль за всю его жизнь. --- Утро. Участок. Начало рабочего дня. Ин У сидел за своим столом, когда в кабинет вошёл Дон Сик. С кофе. Два стакана. Один поставил перед Ин У. — Ты пьёшь с сахаром? — спросил он. — Нет. — Я положил две ложки. Привыкай. Ин У сделал глоток. Кофе был сладким и противным. Он выпил его до конца, не поморщившись. — Ты из тех, кто терпит, да? — спросил Дон Сик, садясь напротив. — Всё терпит. Даже когда не нужно. — А ты из тех, кто лезет не в своё дело? — Это моё дело, — Дон Сик откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди. — Я сделал тебя своим делом в тот момент, когда ты не убил меня в первую ночь. — Я мог убить. — Но не убил. Значит, я тебе нужен живым. Для чего — пока не знаю. Но узнаю. Ин У отставил пустой стакан. — Ты самоуверенный идиот. — А ты — красивая машина для убийств, — Дон Сик улыбнулся той самой улыбкой — ядовитой и тёплой одновременно. — Мы отлично смотримся вместе. Он встал и ушёл, оставив на столе ещё один клочок бумаги. На этот раз — не с адресом. С надписью: «Ужин. 20:00. Не опаздывай. И цветы не выбрасывай, придурок». Ин У спрятал бумажку в нагрудный карман. Прямо к сердцу. --- Вечер. Квартира Ин У. Он стоял перед зеркалом в ванной. Разбитая губа уже начала заживать — аккуратная ранка, почти незаметная. Но он помнил, как она появилась. Помнил вкус чужой крови на своих губах. Помнил, как Дон Сик смотрел на него после поцелуя — не с ужасом, не с отвращением. С любопытством. Никто никогда не смотрел на меня так. Ин У открыл кран, умылся холодной водой. Поднял голову, посмотрел на своё отражение. В зеркале — идеальный полицейский. Ухоженный, спокойный, вежливый. Никто не знает, что внутри — пустота. Что когда он смотрит на людей, он видит только цели. Слабые места. Точки, куда можно нажать, чтобы они исчезли. Кроме него. Дон Сик не был целью. Он был… другой категорией. Той, которой Ин У никогда не существовало. «Пункт 42: Я соврал. Я кончаюсь. Каждый раз, когда он смеётся, во мне что-то умирает и что-то рождается заново. Это утомительно. Я хочу просто убивать. Но я хочу его больше.» Ин У закрыл кран. Вытер лицо полотенцем. Ужин. В восемь. Не опаздывать. Он посмотрел на часы. 19:30. И цветы не выбрасывать, придурок. Он усмехнулся. Первый раз за месяц. Может быть, этот кот не такой уж и плохой.