Разные сны

Субару сидел за столом, делая шев на очередной кукле. Мысли кружили, словно стая ворон над падалью: Бейондеры, Церковь, усталое лицо Кляйна и тот оранжевый свет, что проник в саму душу. Комнату заполнял густой сумрак наступающего вечера, и он не потрудился зажечь лампу. Тишина стала почти осязаемой и плотной, как вата. “Интересно, какая тут мана? Как работают эти способности? Как влияют одни над другими способностями?” -его мысли прекратились, когда внезапно в дверь забарабанили. Три громких, властных удара, от которых он машинально сжал руку и вздрогнул. Острая боль пронзила указательный палец забытая на столе игла вошла не глубоко под кожу. Субару встрепенулся, посмотрев в сторону двери. “Какого черта? Кому я сейчас нужен?” -Субару смотрел, как рубиновая капля крови скатывается на столешницу, и чувствовал, как вместе с этой болью его покидает апатия, сменяясь ледяным, звенящим предчувствием беды. Встав, со стула, он положил куклу, смотря в глазок, кто бы это мог быть. К своему удивлению, обнаружив, что это полицеские. Он вздохнув, сделал уверенное и расслабленное лицо. Открыв дверь, он увидел одного констебля и 2 инспекторов, что рангом были явно выше того, что стучал. Первым стоит местный патрульный. Его лицо Субару видел пару раз на улице, но тот никогда с ним не разговаривал. Он выглядит устало и немного смущённо, будто его вытащили из постели. Рядом с ним, мужчина, лет 30 и парень с чёрными бакенбардами и зелёными зрачками он был привлекательным и обладал поэтическим романтическим темпераментом, примерно того же возраста что Кляйн и Субару. лицо мужчины было спокойное, было покрыто морщинами, а из-под головного убора вылезали светло-каштановые волосы, почти доброжелательно, но глаза были цепкими и оценивающими. Второй человек был то-ли с романом, то-ли с дневником и загадочно улыбался. “Мистер Нацуки?” -патрульный говорит первым. -“Мы можем войти?” Это явно не просьба. Субару отступает в сторону. Парень с длинными волосами стоял рядом и наблюдал, как Субару обратил на него внимание. “Пф, его я сразу не заметил, красавчик, каких поискать” -отмахнулся Субару “Итак, можете ответить на несколько вопросов?” -сказал самый старший. Субару кивнул. “Где вы были 27 июня?” “Дома, с дружком Кляйном Моретти, а что?” -немного сузил взгляд Субару. “Чем занимались?” -Парень сразу посмотрел вниз, почесав щеку. -“Искал весь день информацию о 4 эпохе из открытых источников, очень мне интересна она” -не скрывая произнес он, просто умалчивая некоторые детали. “Кто может подтвердить?” -Субару отвечает ровно. -“Кляйн Моретти” -увы Мелисса и Бенсон тогда ушли на учебу и работу. Капитан Смит слушает молча, иногда переглядываясь с патрульным. Стажёр записывает. Субару старается не выдать напряжения. Но он понимает, что они уже знают ответы на многие вопросы и что это просто проверка, они смотрят, как он реагирует, а не что говорит. Мужчина с каштановыми волосами осмотрел комнату и негромко спросил: “Вы знаете Уэлча Макговера?” -спросил тот, хотя наверняка знал ответ. У Субару внутри что-то сжалось и взглотнув, его уверенность рассыпалась как прах. “да, а что?” -тихо спросил Субару, услышать отказ их слов. Но не услышав ни подтверждения ни опровержения, тот почесал голову и растеряно улыбнулся. “Мы с ним деловые партнеры и друзья. В последнее время мы часто виделись с ним и Наей и Кляйном, чтобы расшифровать и изучить одну рукопись Четвертой Эпохи.” Взгляд у полицеского стал более отстраненным и холодным. Субару это сразу почувствовал и взялся за сердце. Капитан Смит смотрит Субару прямо в глаза. В этом взгляде нет ни сочувствия, ни жестокости , лишь констатация факта, который для него самого уже не новость. “Мистер Нацуки. Я должен сообщить вам, что Уэлч Макгрегор и Найя Донован были найдены мёртвыми сегодня утром.” Слова падают в тишину, как камни в воду. Субару слышит их, но смысл доходит не сразу, для него слова прошли будто пустота. Его улыбка сразу спадает, как он понимает смысл сказанных слов. Звенящая, вакуумная тишина в голове, будто кто-то выключил звук. Он смотрит на губы капитана, которые ещё двигаются, что-то говорят, но слов больше нет. Только эхо: “мёртвыми... сегодня утром... мёртвыми...” А потом появились картинки. Яркие вспышки памяти. Уэлч, склонившийся над бухгалтерской книгой. Его сухой смешок, когда Субару в очередной раз предлагал скидку, которая разорила бы их обоих. Найя, что сидит у окна с шитьём в руках, и её щёки розовеют, когда кто-то упоминает имя Субару. Её голос, ворчливый, но тёплый: “Идиот, с такими усами тебя даже в цирк не возьмут”. Больше никогда. Никогда Уэлч не посмеется с ним над Кляйном. Никогда Найя не бросит в него спицей, покраснев до корней волос. Никогда они не вернутся из своей поездки за город. Они остались там. Навсегда. Субару не хотел кричать. Он стоит и смотрит на капитана, и лицо его... Оно было каменным. Ни дрожи в пальцах, ни влаги в глазах, но внутри опять что-то ломается. Как после вечного сна Рем, как после ночи борьбы в пристелле, когда Юлиус теперь был никем. “Опять я опоздал... Опять я не смог. Как тогда. Как всегда...Черт”. В его глазах появляются слезы. Он не смог устоять на земле, ему будто подставили подножку. Свалившись на стул, полицеский продолжил, пока Субару прислонил руки к лицу. “Вы и мистер Моретти последние, кто видел их живыми, мы уже опросили его. Вы должны понимать, что это ставит вас в положение...” “Я понимаю,” -перебивает и поднимает руку Субару. Его голос сух и твёрд. -“Но я был дома 27 июня, как и Кляйн. Мы никуда не выходили после того, как они уехали.” Капитан Смит чуть заметно кивает. Но затем произносит. “Вы уверены?” -этот вопрос дает Субару поднять голову. У него начинают сужаться глаза от возможного понимания ситуации. Веревки не были повязаны на окнах, ни у кого, кроме него самого. Он ответил через несколько секунд после. “Если я не уверен в Кляйне, могу ли я быть уверен, где я сам был той ночью?” “Я... Не знаю, мистер” -Выпалил Субару, явно не подумав. Это потверждение не знания было более чем весомым доказательством. Но доказательством чего, знал только Капитан. Патрульный переглядывается с капитаном. Тот кивает снова, едва заметно, одним движением век. “Мы примем это к сведению, мистер Нацуки. Пока вы свободны. Но не покидайте город в ближайшие дни. Вскоре мы свяжемся.” -Субару мельком кивнул. Они встают, стажёр закрывает книгу. Капитан на секунду задерживается в дверях и смотрит на Субару, не враждебно, но пристально, будто что-либо запоминает и уходит. Дверь закрывается. Субару остаётся один в полулавке. Он смотрит на стол, на платок с пятном крови, на то место, где сидел капитан. Тишина. Только сердце стучит сильно, а также гудит где-то в висках. Он проводит рукой по лицу и чувствует что-то влажное, кровь из порезанного пальца, смешанная с потом. Или со слезами. Он не знает. “Уэлч... Найя.” -тихо произносит их имена Субару. Он сжал руки на волосах. Его взгляд дрожал. Их больше нет. А он сидит здесь, живой, и ничего не может сделать. Он думает о Кляйне. О том, что капитан уже говорил с ним. О том, что Кляйн, возможно, сейчас сидит в своей комнате и чувствует то же самое. Или не чувствует ничего. Эта мысль пугает его больше, чем всё остальное. “Кляйн... Веревки в ту ночь не были закреплены, раз. Да, Кляйн мне приносил кофе, но не могли ли это быть ложные воспоминания, дабы запутать меня.. Два... Он, Кляйн как и я выжили, но Кор Леонис не почувствовал Найю и Уэлча, как и Кляйна. Три... КАК ВООБЩЕ ТАКОЕ ВОЗМОЖНО. ” -он поднялся его взгляд устремился к ножу, что лежал рядом, и на задней стороне ставни, начиная расписывать им, собирая все вещи в едино за неделю. Уэлч и Найя мертвы, Кляйн и Субару живы, но по неизвестной причине. Были выцарапаны вопросы по Кляйну. Вопросы по клубу и возможных участниках и людях что возможно были заброшены с ним. “Чувство, которое у меня было, что я не один не покидало меня с дня прибытия. Что кто то есть, но я никого не нашел, пора более активно приложится к этому делу.” Закончив, он увидел для себя главные вопросы. Убрав нож, планы действий, которые он совершил, были разложены по полочкам, какие вопросы он задаст Кляйну, что напишет в записке для мисс справедливость, какие средства он использует, для реализации. “Да, так я и поступлю... Не время мне отдыхать, не так ли, Рем, Уэлч, Найя?” -тихо, но решительно произнес тот, убирая пиджак и шляпу в шкаф, дабы забрать свои вещи и сразу надеть те, что были в прачечной. _________ Вечер. Облака закрыли единственный источник света -красный закат. Домой Субару возвращался в своей обычной, но такой приятной и привычной одежде, которую он любил. Войдя в дом, он не слышал ничего, Мелисса и Бенсон скорее всего только идут домой. “Как он говорил? Что Кляйна уже опросил так же?” -Подумал тот, снимая пиджак и идя на кухню. За окном сгущаются сумерки. Кляйн что пьет чай, видит того и его глаза сразу упали на чашку. Субару в жилете из кладовки берет горох, ставя его размокать, тем же временем, он достаёт кастрюлю, зажигает плиту и начинает резать лук. Ритмичный стук ножа, единственный звук в тишине. Кляйн сидит за столом, не говоря ни слова. Субару не смотрит на него, видно , что тот ждёт. Субару не оборачивается, но он говорит, глядя в кастрюлю: “Что сказал капитан? О том... как они умерли? Я... совершенно забыл спросить об этом” -в его горле появился маленький ком Кляйн молчит несколько секунд. Потом отвечает -глухо, без эмоций, но понимая, как важно это для его нового-старого друга. “Сказал, что это был несчастный случай.” Субару перестает резать лук. Нож стучал до этого ровно,а теперь пальцы сжимают рукоять чуть крепче, чем нужно. “Найя...” -голос Кляйна спотыкается. -“Он сказал, что она захлебнулась... В чашке для умывания.” Субару закрывает глаза, он видит это слишком ясно. Маленькая комната в гостинице или на постоялом дворе. Медный таз или фаянсовая чашка. Найя склоняется, чтобы умыться с дороги, и... кто-то держит её голову под водой. Или она падает и не может подняться. Смешно, нелепо, чудовищно. “А Уэлч?” -спрашивает он, не открывая глаз, но его глаза слезятся, и явно не от лука. “Разбег в стену,” -произносит Кляйн. “Капитан сказал, что он... сам это сделал, как и Найя.” Субару открывает глаза. Его ладонь сама собой сжимает рукоять ножа. Он представляет Уэлча -щуплого, вечно сутулого, с бухгалтерской книгой под мышкой. Тот не мог разбежаться так, чтобы убиться о стену. “Да черт раз, два! Его толкнули. Или он сам бежал от кого-то. Кого-то, кто пришёл за дневником.” -в мыслях выругнулся Субару. Субару продолжил резать лук. Через минуты 3 он продолжил, когда начал выкладывать нарезанный лук на сковороду. Масло шипит. “Что он тебе сказал?” -спрашивает он. “тот светло-русый констебль. О чём вы говорили?” Кляйн поднимает голову. Он понимает, о чём спрашивает Субару. “Он спросил, где я был 27 июня,” -отвечает Кляйн. “Я сказал, что был дома. С тобой. Потом он спросил про дневник. Про Антигонов. Откуда он у нас.” “И что ты ответил?” “Правду. Что его нашел Уэлч. Что изучали из интереса. Я не сказал про ритуал.” Субару кивает, всё ещё не оборачиваясь. Он чувствует, что Кляйн что-то недоговаривает. Прикусив губу, он сам понимает, как Кляйну трудно с этоми мыслями. Вместо того, что бы рассказать, он все же решает доверится и выйдя из кухни медленно поднимается, подходит к полке, где лежат старые книги и бумаги. Достаёт дневник, тот самый, в кожаном переплёте, с заметками об Антигонах и ритуалах. Он кладёт его на стол рядом с разделочной доской. “Субару, там кое-что есть,” -говорит он. “Я не помню, как это написал.” Субару вытирает руки о передник и берёт дневник. Открывает. Почерк Кляйна, но более резкий, почти царапающий бумагу. Строчка, выведенная в самом низу страницы: «Все умрут, включая меня». Он перечитывает её, раз, второй. Холодок бежит по позвоночнику. Прежде чем Субару успевает что-то сказать, Кляйн продолжает. Его голос звучит глухо, почти монотонно: “Я сказал полицейским... ещё кое-что. Сегодня ночью, когда я проснулся за столом...” “У меня был в руках револьвер.” -Прямо выявил Кляйн. “И я не помню откуда он.” -Субару удивился, но продолжил слушать. “Я выстрелил из него, целясь видимо в висок.” -произносит Кляйн и смотрит в сторону. “Но видимо палец соскочил и я промахнулся.” Пауза. Масло на сковороде потрескивает. Субару смотрит на Кляйна и не знает, что чувствовать. Кляйн, кажется, хочет добавить что-то ещё. Он смотрит на Субару долгим, странным взглядом, будто пытается что-то вспомнить. И едва слышно, почти про себя, бормочет: “Мне кажется... ты тоже...” -но замолкает, понимая, что может выдать себя не тому человеку. Субару замирает, а нож останавливается. Он поднимает глаза и встречает взгляд Кляйна -потерянный, полубезумный, но в глубине которого тлеет искра непонятной надежды. “Что?” переспрашивает он, и голос звучит резче, чем ему хотелось бы. Кляйн моргает и искра гаснет. Он отводит взгляд и трёт лоб, словно силясь вспомнить ускользающий сон. “Не знаю,” -говорит он уже тише. -“Просто... странная мысль. Забудь.” Субару хочет настоять, но что-то в позе Кляйна, усталая сломленность в плечах заставляет его промолчать. Субару понимая, его, но не в том направлении, в котором следовало бы, начинает говорить, закрывая дневник. “Кляйн, сегодняшней ночью, я проснулся от того, что чуть не повесился. Ты не один, мы найдем способы, что бы наконец вернуть все до того, как мы провели ритуал.” Кляйн видит его почти пустой взгляд, в котором не осталось ничего из доброго человека, но в котором есть надежда. Кляйн слегка улыбнулся и Субару, отдав ему дневник, ушел, а сам Субару в спешке убрал подгоравший лук. _________ Дверь хлопает, и в дом врывается жизнь. Мелисса щебечет о каком-то пустяке, Бенсон громко ставит сумку у порога. Их голоса заполняют пространство, вытесняя тишину, которая только что давила на плечи. Субару выпрямляется у плиты. Когда Мелисса заглядывает на кухню, он уже улыбается? та самая, знакомая, чуть дурашливая улыбка. “Ужин почти готов, мелочь иди мыть руки” -говорит Субару когда Мелисса вошла на кухню. Она закатывает глаза, но идёт к раковине. Бенсон хлопает его по плечу. “Привет, Субару, как прошел день?” “Я, думаю в порядке” -С улыбкой, но грустным взглядом отвечает он. “Что-то случилось?” -стал серьезнее он. Как Субару понимает, что, возможно убьет всю атмосферу, если скажет. “Просто швы сегодня вообще не шли, то у куклы попадались бракованные глазки, а так ничего” - чуть чешет щеку Субару -“Я слишком расстроен, надо собраться.” Никто не замечает, что его пальцы, помешивающие похлёбку, чуть крепче сжимают ложку. Что улыбка не доходит до глаз. Что он смотрит на них, на Мелиссу, на Бенсона, и где-то внутри, под слоем наигранного тепла, тихо, безостановочно ноет одна и та же мысль: “Я не смог защитить Уэлча. Не смог защитить Найю. Но их я обязан”. “А что это у нас?” -разливая по тарелкам горох с луком и бараниной спрашивает Бенсон. “Сегодня баранина с горошком, и с особенным ингредиентом” -говорит Субару подмигивая и улыбаясь. Кляйн заходит и видит того с радостным лицом. Тот сразу понимает, почему он так себя ведет и так же надевает маску счастья, садясь с остальными. __________ Ужин заканчивается. Мелисса уходит спать первой, Бенсон в след за ней. Кляйн поднимается к себе, бросив на Субару короткий взгляд, не холодный, но и не тёплый, от усталости за сегодня. Субару остаётся один на кухне. Он моет посуду, вытирает стол, гасит лампу. В доме тихо. Только половицы чуть поскрипывают под его шагами. Он поднимается в свою комнату. Закрывает дверь. Прислоняется к ней спиной и закрывает глаза, садясь на пол и прижимая грудь к коленкам и обжимая их. Уэлч. Найя. Кляйн, который выстрелил в себя, но никто в доме не услышал выстрела. Надпись в дневнике: “Все умрут, включая меня”. И где-то среди всего этого, он сам, живой, но словно потерянный. Он не плачет. Он просто сидит в темноте и слушает, как за окном затихает город. Один, В колокольне бьют часы один удар, глухой и протяжный. _________ *Тук!* *Тук!* *Тук!* Стук в дверь пробудил Субару ото сна. Он выглянул в окно и увидел первые проблески рассвета. В удивлении он вышел, как и Кляйн. “Почему Мелисса нас не разбудила?” -пронеслось у обоих в мыслях. “Вместе?” -предложил Субару, Кляйн кивнул и они, спустившись по лестнице, подошли к двери. “Это я, Данн Смит,” -ответил мужчина с низким голосом за дверью. “Данн Смит? Что-то не припомню...” -Субару потянулся за ручку, покачав головой. Он открыл дверь и увидел перед собой сероглазого инспектора полиции, с которым познакомился накануне. Встревоженный Клейн тут же спросил: “Что-то не так?” Полицейский ответил с суровым взглядом: “Мы нашли кучера кареты. Он засвидетельствовал, что мистер Кляйн были у мистера Уэлча 27 числа, в день, когда умерли мистер Уэлч и Ная до того как они успели отьехать. Кроме того, мистер Уэлч был тем, кто оплачивал ваши транспортные расходы.” Клейн и Субары были поражёны. Они не чувствовал ни капли страха или вины, которые бы можно было ожидать после разоблачения лжи. Потому что они действительно не лгали. Потому и были удивлёны доказательствами, предоставленными Данном Смитом. Значит 27 июня Клейн действительно отправился к Уэлчу. В ту ночь, когда он вернулся, он покончил с собой, точно так же, как и Уэлч и Ная. Но в отличии от них, Кляйн и Субару смогли пережить эти события. “Значит мои воспоминания были тоже затуманены?” -говорит Субару, на что мужчина, протирал трубку и кивнул. А кляйн вздохнул и следом начал говорить: “Даже так, это недостаточные доказательства. Прямо это не доказывает, что я связан со смертью Уэлча и Наи. Честно говоря, мне тоже любопытен этот инцидент. Я тоже хочу знать, что именно произошло с двумя моими бедными друзьями. Но... Но я действительно не могу ничего вспомнить. На самом деле я почти ничего не помню о том, что я делал 27 июня. Вам может быть трудно поверить, но я полностью полагался на дневник, который сам же и вёл, чтобы примерно предположить, что я ездил к Уэлчу в тот день. Хотя в воспоминаниях Нацуки, я был дома.” “А у вас обоих отличная ментальная стойкость,” -сказал Данн Смит, кивая. Он не выказал ни следа гнева или улыбки.” “Просто мы говорим всё искренне,” сказали ему Клейн и Субару, глядя прямо в глаза. Переглянувшись, они улыбнулись друг другу Данн Смит не дал немедленный ответ. Он провёл взглядом по комнате и медленно произнёс: “Мистер Уэлч потерял свой револьвер. Думается мне... Я смогу найти его здесь. Не так ли, мистер Клейн?” Клейн и Субару наконец поняли, откуда взялся револьвер. В его голове промелькнула мысль, и он мгновенно пришёл к окончательному решению. Он поднял руки и отступил, оставив путь открытым. После этого он дёрнул подбородком в сторону кровати. “ В моей комнате, за кроватью.” Данн Смит не сдвинулся с места. Уголки его губ слегка дёрнулись, когда он спросил: “Ещё что-нибудь?” Клейн без колебаний ответил: “Конечно. Вчера, когда я проснулся посреди ночи, я понял, что лежу на своём столе, а рядом валяется револьвер. В стене торчала пуля. Я будто пытался покончить с собой, но из-за отсутствия опыта пользования револьвером или слишком большого испуга пуля так и не достигла своей цели. Моя голова всё ещё на месте, а я вроде жив. Тогда я и осознал, что совершенно не помню того, что происходило в течение прошлого дня, включая воспоминания о том, что я видел и делал в доме у Уэлча. Я не лгу, я действительно не могу этого вспомнить.” Так Субару слышал это и ранее от него же он кивнул. “А вы, Мистер Нацуки, что скажете?” -тот посмотрел на него. “Я был в висилице, но так как вовремя проснулся, у меня был нож и таким образом я смог предоствратить смерть” -капитан посмотрел в глаза мальчика, который без колебаний это сказал и после вздохнул. Ради исключения из списка подозреваемых, ради того, чтобы избавиться от всей этой чертовщины, окружающей его, Кляйн и СУбару рассказали почти всё, что знали о произошедшем. Кроме того, Кляйн и Субару осторожно выбирали слова, чтобы показать, что они готовы сотрудничать. Данн Смит спокойно выслушал, а затем сказал: “Это соответствует моим догадкам. Кроме того, это вполне вписывается в логику подобных случаев. Понятия не имею, как вам удалось выжить.” “Мы рады, что вы верите нам. мы тоже не понимаю, как мы смог выжить,” -Клейн вздохнул с облегчением. Субару лишь посмотрел вниз. “Но...” -продолжил Данн Смит, -“мне нет смысла вам верить. Сейчас вы главные подозреваемые. Вам придётся показаться эксперту, чтобы он смог подтвердить, что вы действительно забыли, через что прошли, и не имеете никакого отношения к смерти мистера Уэлча и мисс Наи, а вы,Мистер Субару, пойдете с нами, как свидетель, принято?” Он кашлянул, а выражение его лица стало серьёзным. “Мистер Клейн, я прошу вашего содействия. Вам придётся проехать со мной в полицейский участок для разбирательства. Это должно занять два-три дня.” “Эксперт уже здесь?” -на автомате спросил Клейн. “Разве не говорилось, что он появится лишь через два дня?” -тот посмотрел на Субару, но тот лишь поднял плечи. “Она смогла приехать раньше, чем рассчитывала.” -“Данн повернулся боком, подавая Клейну и Субару знак отправляться на выход.” “Позвольте мне оставить записку”, -попросил Клейн. Бенсон всё ещё отсутствовал, а Мелисса уже отправилась на учёбу. Он мог лишь оставить записку, чтобы сообщить им, что он был вовлечён в неприятный инцидент, связанный с Уэлчем, дабы те не беспокоились за него. Данн абсолютно равнодушно кивнул. “Хорошо” Клейн вернулся к столу. Пока он искал бумагу, он начал думать о том, что может произойти. Субару смотрел на Кляйна, с грустным выражением лица. Клейн оставил записку, схватил ключи с Субару последовал за Данном. Четыре полицейских в темноте сразу разделились на пары и взяли их в клещи, охраняя с двух сторон. Они были очень бдительны. Возле дома стоял четырёхколёсный экипаж. На борту кареты была изображена полицейская эмблема -два скрещённых меча и корона. Вокруг, как обычно, были шум и суета. “Поднимайтесь.” -Данн подал знак Клейну, чтобы тот шёл первым. Субару решил идти за ним. Клейн как раз собирался сделать шаг вперёд, когда продавец устриц внезапно схватил клиента и закричал, что он вор. Завязалась драка, послышались крики, из-за чего лошади заволновались и встали на дыбы. Вокруг всё пришло в хаос. У Клейна не было времени на дальнейшие размышления, он наклонился вперёд и бросился в толпу. Либо толкаясь, либо уворачиваясь, он отчаянно бежал на другой конец улицы. Субару не колебался ни секунды. Он даже не подумал, что происходит, почему его друг бежит от полиции и правильно ли это. Всё его естество кричало об одном: “Не дай ему уйти одному. Защити его.” Он сорвался с места одновременно с Кляйном, и они побежали плечом к плечу, как делали это сотни раз в своей юности, когда убегали от разъярённых торговок или гонялись друг за другом по рынку. “Налево!” -крикнул Субару, заметив, как один из констеблей пытается обойти толпу справа. Кляйн послушно вильнул в переулок, здесь было темнее и тише, но пахло помоями. Субару бежал рядом, его дыхание сбивалось, сердце колотилось в горле. Он чувствовал, как под ногами хлюпает грязь, как ветер свистит в ушах. “Скорее!” -поторопил он Кляйна. -”Они отстают, но ненадолго!” Они вылетели на улицу Железного Креста. Кляйн, не сбавляя скорости, махнул рукой в сторону экипажей. Субару понял его без слов. Они добежали до ближайшего, и Кляйн, задыхаясь, крикнул кучеру: «На пристань за городом!» Субару уже хотел запрыгнуть следом, но Кляйн обернулся к нему - и в его глазах был страх. “Ты... Ты не можешь,” - выпалил он, хватая ртом воздух. - “Если нас возьмут, то обоих. Ты не при чём. Беги в другую сторону!” “Заткнись, идиот!” -грубо оборвал его Субару и одним рывком забрался в экипаж. -”Я тебя одного не оставлю. Понял, придурок?” - в его глазах была искра. “Не после Уэлча и Найи” - прикусил тот губу Кляйн смотрел на него с полсекунды, а затем в его взгляде что-то надломилось. Он больше не спорил. Экипаж тронулся, и Субару откинулся на спинку сиденья, чувствуя, как дрожат ноги. Он не знал, куда они едут и что их ждёт. Но рядом был Кляйн. И этого пока было достаточно. Как только Клейн собрался спрыгнуть с кареты, он заметил, что она свернула на другую улицу, которая вела не в сторону выезда из города! -”Куда вы направляетесь?” -в оцепенении выпалил Клейн. “В дом Уэлча...” -спокойно ответил кучер. “Что?!” Клейн и Субару не могли подобрать слов. И в этот момент кучер обернулся, показав своё лицо. Это был Данн Смит, сероглазый полицейский. “Вы!!!” -Клейн и Субару был взволнованы. Всё вокруг вдруг стало размытым, будто мир начал вращаться вокруг, после чего он немедленно встал. За окном была еще ночь, а по часам, что он таскал в левом кармане жилета, показывало 2 “Это... был кошмар?” - протер рубашкой Субару холодный пот. “Видимо я уснул..приснится же такое” - вдыхал и выдыхал Субару, смотря на окно тот, он услышал как открывается дверь. Открыв свою, он увидел Кляйна... Пройдя по тёмному коридору, под тусклым лунным светом они попривествовали. “Кляйн, кошмар?” - спросил Субару. А кляйн лишь открыл глаза. Как от шума они обернулись. Кляйн, глядя в пол, произносит: “да, с капитаном, вроде бежал один, потом...” - Он видит Субару который из-за света луны лицо сменилось ужасом. “Карета?” - сглотнув произносит тот. “Да...Как ты...” - как они услышали шум и Кляйн обернувшись, неожиданно они заметили силуэт, стоящий в конце коридора. Этот силуэт был одет в лёгкую куртку, которая была короче пальто, но длиннее обычного жакета. Этот силуэт был частично замаскирован в темноте, купаясь в кровавом лунном свете. Он медленно обернулся. Его глаза были глубокими, серыми и холодными. “Данн Смит!” - закричали оба.