Часть 8. Больница

Мои руки дрожали, когда я снова решила сделать глоток чая. Сердце забилось чаще, поэтому специальный прибор запищал. Его поставили мне сразу, как только я сюда приехала, чтобы отслеживать моё сердцебиение. На звук пищания прибежало сразу несколько врачей. Одна из них — совершенно молодая девушка с кудрявыми волосами чуть ли не до бёдер. Я заметила, что именно ко мне она относится иначе. Почти со всеми больными она ведёт себя серьёзно и требовательно. Но со мной позволяет себе немного расслабиться и поговорить по душам. По её словам, моя жизнь — сущий ад, и я обязана выговориться, чтобы не хранить всё в себе. — Карина Данкерс, — начала она, осматривая меня с прищуром, от которого хотелись отвести глаза. В её взгляде была профессиональная строгость, смешанная с усталостью, и я знала, что она видит меня насквозь, — вам нужно быть аккуратнее. Видимо, вы снова поддались эмоциям. Я лишь улыбнулась. Той улыбкой, в которой было лишь разочарование в самой себе. С годами я часто стала попадать под действие эмоций. В старости трудно сдержать слёзы, когда видишь одинокого котёнка на улице или плачущего ребёнка. Хоть у меня никогда и не было детей, но я всё равно мечтаю понянчить младенца на руках, поухаживать за кем-то вроде этих детей-волонтёров, что окружают меня каждую неделю. Наверное, в этом и есть проклятие старости: когда хочется отдавать любовь, но уже не остается сил, чтобы ее принимать. Моё время прошло. — В следующий раз будьте осторожнее. Взгляд её упал на Денила. Его вид стал ещё более подавленным, и я уверена, что он не захочет слушать историю дальше. — А вы, молодые люди, уже через полчаса должны покинуть больницу. Ваше время истекает. Натянув на себя врачебную маску, кудрявая девушка покинула комнату, а за ней ушли остальные врачи. Я поправила плед и подняла взгляд на ребят. Каждый думал о своём, каждый воспринял мой рассказ по-разному. И это можно было увидеть в их поведении. Ирон смотрел в пол. Он, кажется, проникся историей и, возможно, чуть не пустил слезу. Но таких, как он, обычно не волнуют проблемы других. Ирон не из тех, кто станет волноваться за лучшего друга или за собственную девушку. Он… слегка другой. И, скорее всего, эмоции, которые сейчас он так сильно пытается из себя выдавить, — просто иллюзия, которую никто, кроме меня, не замечает. Денил… ох, Денил. Этот мальчишка слишком рано услышал о том, что не все люди умирают от старости или от таких неизлечимых болезней, как рак или чума. Слышать о том, что я чуть не спрыгнула с девятиэтажного дома в молодости, — очень страшно и непонятно для его ещё растущего мозга. Да, он уже не совсем ребёнок, но судя по его реакции — внутри он по-прежнему маленький мальчик. Не удивлюсь, если втайне от всех одноклассников он играет в машинки дома или в динозавров. И я действительно рада за него. Я не была такой. И чем всё кончилось? Элони не отрывала от меня глаз. А я всё чаще заглядывалась на её волосы. И всё же эта молодая девушка очень сильно напоминает мне меня саму много лет назад. Конечно, я была совершенно другого склада ума и характера, но внешность тоже о многом говорит. Хоть я и не экстрасенс со стажем, но я могу уверенно сказать, что именно Элони проживёт эту жизнь так, как она хочет. По её глазам я вижу её искренний испуг, который сливается с пониманием. Она не просто слушает — она вникает в историю, ставя себя на моё место. Она размышляет о том, как бы поступила она. И я вижу, что Элони, так же как и я тогда, не нашла другого выхода. И я вижу, что она прониклась моей историей, ведь я чувствую, какой груз упал на её плечи. Барбара была отстранена. Она прислушалась к истории только на том моменте, когда я сказала, что уже была готова прыгнуть. Ей было неинтересно слушать о том, как когда-то я чуть не совершила самоубийство. И нет, мне нисколько не обидно. Её характер чем-то похож на мой. Я тоже присоединялась к разговорам только на самых интересных местах. Остальное — просто ветер. Не хочу осуждать её. — Джеймс мудак, — отрезала Барбара, листая ленту в телефоне. — Сам пропал на долгое время, а потом накричал? Я облизала сухие губы, посмотрев на Барбару. Она слушала, но отстранённо. Будто хотела показать, что ей всё равно, но на самом деле это не так. В какой-то степени она права. Я тоже так думала, когда была почти в её возрасте. — Он не пропал просто так… — опустив голову, ответила я. — Как бы я хотела знать тогда, к чему всё в итоге придёт… — Вы попали сюда… — вдруг вмешалась Элони. — Из-за Джеймса? Её голос стал значительно тише, а взгляд засиял искрами любопытства. Я не ответила. У нас осталось мало времени, и я решила, что на сегодня достаточно ужасов. Ведь это действительно похоже на ужастик. История о жизни слишком наивной девушки и… того, кто воспользовался этим.