Глава 4

Первая ночь на территории Колдовстворца прошла намного лучше чем в поезде. Драко с удовольствием подметил, что сладко выспался.  Утро было поистине сказочным. Кровать слизеринца стояла у окна, расписанного узорами мороза, сквозь него пробивались лучи яркого зимнего солнца, по улице уже ходили студенты со стаканчиками тёплого глинтвейна и сахарными крендельками. Но в избе Бабая оно проходило весьма шумно — звонкий смех мешался с громким криком. Не желая пропустить всё интересное, Малфой натянул на себя одежду и спустился вниз. По перепонкам ударил неудержимый хохот Владоса, который, казалось, сейчас будет кататься по полу от смеха. Он издавал звуки, похожие на предсмертные хрипы чайки, вперемешку с хрюканьем. В центре комнаты стояла массивная вешалка для верхней одежды из кладовой. Стенд, обычно увешанный одеждой, был покрыт тканью и полупрозрачными нитями. Настя, с лицом, искажённым смесью ярости и веселья, держалась за палец. Из-под сломанного светло-голубого ногтя сочилась кровь. Рядом с ней, стараясь сдержать смех, суетились Гермиона и Макс. Гермиона прижимала к ранке Насти салфетку, пытаясь остановить кровотечение. Макс же, хихикая, рылся в аптечке, разбросав содержимое по полу. Увидев Драко, друзья решили посвятить его в курс событий. – Я только хотела взять свой шарф! – воскликнула Настя, то ли ругаясь, то ли смеясь. – А эта дрянь! – она кивнула в сторону Влада – Связал его к валенкам Макса! И к шапке Гермионы! И к своей рукавице! И к этой вешалке! А я тянула! Влад, наконец, перевернулся на спину, вытягивая руки вверх и показывая пальцем на Настю. – Я… я всего лишь хотел пошутить. — он давился словами – Когда Настюша со своим новым маникюром потянула эту хрень… – и снова провалился в истерический хохота. Настя, одновременно злая и весёлая, махнула рукой с кровоточащим пальцем. – Жди мести! Гермиона, прикусив губу, чтобы не рассмеяться в голос, нахмурилась. – Макс, ну где пластырь? Макс, роясь в аптечке, чуть не уронил пузырёк с зелёнкой.  – Да вы ж позасовываете, что хер что найдёшь! О! – он вытащил небольшой рулончик пластыря – Нашёл. Уголки губ Драко потянулись вверх. Из его горла вырвался сдавленный смешок. После утреннего переполоха, когда палец Насти был успешно заклеен, а Влад, наконец, полностью отсмеялся и даже получил подзатыльник от Гермионы, вся честная компания направилась на завтрак. На длинном деревянном столе красовались румяные блины, от которых шёл пар, стопка яиц всмятку и толстый брусок прозрачного, белого сала, нарезанного аккуратными ломтиками, рядом с которым лежала горка тонко нарезанного зелёного лука. Драко взглянул на стол. Блины, возможно. Яйца всмятку… допустимо. Но сало? Его аристократический желудок скрутило. Он представил, как этот жир стекает по его горлу. Малфой постарался сохранить невозмутимое выражение лица.  – Это… очень, эм, традиционно. – произнёс он, стараясь не звучать так, будто его сейчас стошнит. – Традиционно и вкусно! – воскликнул Владос, уже намазывая блин маслом.  Гермиона, уже сидящая за столом, с легкой усмешкой наблюдала за реакцией Драко. Она знала его вкусы и привычки. – Малфой. – сказала она, протягивая ему тарелку с блинами. – Если ты не попробуешь, ты не узнаешь, насколько это полезно. – она выделила последнее слово с такой интонацией, что он понял: она издевается. Драко фыркнул. Он взял тарелку, положил на неё пару блинов, размазал по ним густую сметану из деревянной кадки. На этом пока что и остановился. Остальные жильцы ели с аппетитом, причмокивая и нахваливая еду. Владос даже демонстративно откусил большой кусок сала с блином. – Бозественно! – он смотрел на Малфоя с набитым ртом, расплывающимся в улыбке – А ты, Малфой, ещё не русский богатырь. Пока что. Драко на самом деле он чувствовал себя сытым, и, что уж греха таить, даже немного довольным этим необычным завтраком. Внезапно раздался настойчивый стук в дверь. Все повернули головы к входу, прервав трапезу. Стук повторился, ещё более нетерпеливо. – Кого это несёт? Гермиона встала, быстро открывая тяжелую деревянную дверь. На пороге стояла маленькая девочка, закутанная в слишком большой для неё шарф пуффендуя. Это была Шерлин. Её глаза, обычно полные задора и ума, сейчас были на мокром месте. Грейнджер пустила её в дом, указывая рукой на кухню. – Драко! – воскликнула она, как только увидела знакомое лицо – Вы идёте писать письма Деду Морозу? Скоро все уйдут, и я одна останусь…– теребя шарф, сказала Шерлин. – Писать кому? – переспросил он, явно не понимая, о чем идет речь. Деду Морозу? Это что за очередной местный обычай? Гермиона улыбнулась, вытирая слёзы девочки. – Конечно идем! Дай нам пару минут собираться.  Драко, убрав свою тарелку в раковину, подошел ближе. – Почему ты не с друзьями? Лицо Шерлин ещё больше сжалось, а глаза блеснули от наворачивающихся слез. – Петров, смеется надо мной. Он сказал, что мои письма Деду Морозу никогда не дойдут, потому что я слишком глупая. А потом он запер меня в чулане. И теперь все смеются, когда я подхожу. Драко вспомнил, как сам в Хогвартсе принижал более слабых, но сейчас ситуация казалась иной. Он присел, обхватывая её лицо своими руками. – Так, слушай меня внимательно. Никто не имеет права над тобой издеваться. Мы разберемся с этим Петровым. – заявил Драко, и в его голосе прозвучали нотки старой доброй малфоевской угрозы  – Сначала идем туда, куда там вы сказали, а потом конец твоему Петрову. Шерлин удивленно подняла на него глаза. На её лице появилась слабая, но искренняя улыбка. Гермиона, которая всё это время наблюдала за Драко, прикусила губу, чтобы не улыбнуться. Через полчаса вся компания, конечно без Глеба, который снова где-то затерялся, уже шагала по заснеженной тропинке. Морозный воздух щипал щеки, а из-под ног весело поскрипывал свежий снег. На этот раз Драко подобрал себя более менее нормальную одежду, что не могло не вызвать разочарование Гермионы. Вдалеке уже виднелись разноцветные огоньки и суета зимней ярмарки. Оттуда доносились звон колокольчиков, приглушенная музыка и детский смех. Шерлин, держась за рукав Гермионы, уже подпрыгивала от нетерпения. – Так, это ещё один из ваших местных волшебников? Живет в какой-то хижине, раздает подарки детям? Чем не деревенский Санта-Клаус, только в красном халате? Грейнджер еле сдерживала смех. – Почти, Драко. Но у русских Дед Мороз, а не Санта, и это очень важно. Он не летает на оленях. Обычно он приходит пешком или на тройке лошадей. И у него есть внучка, Снегурочка. – Внучка? – Малфой поднял бровь. – А она тоже раздает подарки? – Да, она помогает ему. – кивнула Настя. – И, конечно, никакого эльфийского производства игрушек. Все подарки, как правило, сделаны вручную или имеют какое-то особое, магическое значение. – А письма зачем? В Хогвартсе все знали, что Санта — это переодетый Хагрид. Мы просто получали подарки от родителей и друг от друга.  – Ну, это традиция, Драко. – подключился Влад – Дети пишут ему письма, рассказывают о том, как себя вели весь год, и просят подарки. Считается, что если ты вёл себя хорошо, Дед Мороз обязательно исполнит твое заветное желание, а если нет, то вечером встретишь Карачуна. Драко лишь хмыкнул. Желания. Он сам мог исполнить большинство своих желаний, просто попросив отца. Или купив. Тем не менее, он окинул взглядом Шерлин, которая теперь оживленно болтала с Максом о том, какой карандаш выбрать для письма. – Ну ладно, если это поможет этому маленькому пуффендуйцу почувствовать себя лучше. Может быть, и я смогу понять, что это за чудеса у вас. Наконец они вышли на центральную площадь. Десятки деревянных лотков, украшенных гирляндами и еловыми ветками, предлагали горячие напитки, сладости, сувениры и игрушки. Также стояла огромная, нарядно украшенная елка, а рядом с ней большой красный шатер, из которого выходили дети с счастливыми лицами. – Вот сюда! – воскликнула Шерлин, потянув Гермиону. – Там пишут письма! Внутри шатра царила атмосфера волшебства: тусклый свет, столы, уставленные перьями, чернильницами и разноцветной бумагой. Дети сосредоточенно выводили буквы. А в резном кресле, сидел высокий мужчина с длинно й белой бородой в красном тулупе, расшитом серебряными узорами — сам Дед Мороз. – И что я должен этому «Дедушке» шептать? – сказал Малфой. – Это больше смахивает на педофили… – Драко! – Грейнджер стукнула его по плечу. – Ненавижу когда кто-то шутит смешнее меня. – с улыбкой подметил Влад. Все присели, начиная излагать свои желания. Драко взял перо. Что бы он мог пожелать? Он посмотрел на Шерлин, которая робко рассказывала Деду Морозу о своей мечте. В её глазах была такая искренняя вера, такая наивность, что Драко вдруг почувствовал укол чего-то похожего на… зависть? Или, может быть, грусть по утраченному детству. Он опустил перо и, подумав, начал выводить буквы острым почерком. «Дед Мороз, если ты действительно существуешь, то я прошу просто чтобы моя семья была в безопасности. И пусть Грейнджер тоже станет моей семьёй». Он аккуратно сложил письмо, кидая его в большой сундук. – Ну что, кто хочет глинтвейна? – предложил Макс, его пальцы уже тянулись к кошельку. – Пора согреться. Все с радостью согласились. Они направились к одному из лотков, где аромат пряностей и вина витал в воздухе.  Вдруг, из-за угла одного из ближайших домиков, вынырнул невысокий мальчик. Это был Петров — тот самый, что обижал Шерлин. – О, смотрите-ка, кто тут у нас! – противно протянул он, увидев пуффендуйку – Маленькая плакса с подарками от Дедушки? Небось, наколдовала себе целый мешок игрушек? Шерлин испуганно отшатнулась, её лицо снова начало бледнеть. Но прежде чем она успела что-то сказать, Влад оказался первым. – Слышь, мелочь пузатая. Отстань от неё, пока я не рассказал девчонкам, что ты ешь козявки. Петров слегка опешил. – Ты что, решил её защищать? – усмехнулся первокурсник, но в его голосе уже слышались нотки неуверенности. – Отвали, а? – подключился Драко, в его глазах загорелся знакомый холодный огонёк – И если я ещё раз увижу, что ты обижаешь кого-то из Хогвартса, я свяжу тебя и буду медленно ломать твои пальчики, а если будешь кричать, то и язычок пострадает.  – Да-да, парень. – добавил Влад – У тебя есть голова и иногда надо думать, прежде чем как делать. Петров сглотнул. Он понял, что нарвался. Вид уверенных и решительных парней, значительно старше его, явно подавили храбрость. – Ладно, ладно, извините. – пробормотал он, уставившись в землю. – Шерлин, прости. Я больше не буду. Он быстро развернулся и почти бегом скрылся в толпе. – Спасибо! – радостно проговорила девочка, поворачивая голову к ребятам. В этот момент к ним подошли ещё две девочки, обе в форме пуффендуя. – Шерлин, прости, что были на стороне Петрова. Мы просто не знали как реагировать. – Ничего. – Ну что, мы пойдём гулять? Может, прокатимся на карусели? Шерлин с радостью кивнула, но перед тем как уйти обратилась к старшим ребятам. – Спасибо вам большое! Ну я уже побегу. С этими словами она, взяв подруг за руки, отправилась дальше по ярмарке, смеясь и оживленно болтая. Компания проводила её взглядом. – Кстати, Драко. – сказал Макс – Настало время для настоящих русских традиций. После ярмарки, когда нас ждет баня! – Баня? Что это? – О, это целое событие, Драко! – загорелся Владос. – Это такая парная, где можно как следует отмыться, распариться, а потом окунуться в снег! – И, главное. – добавила Гермиона, – Избить друг друга веником. – Окунуться в снег? Избить веником? Мазохисты, ей богу. Смеясь, друзья всё таки купили глинтвейн и продолжили прогулку. Они пробовали сладкие крендельки и даже позволили себе немного побросаться снежками. Владос, чьи глаза всегда искали приключений, задорно крикнул. – А давайте устроим обстрел! Сказано — сделано. Не успел Драко опомниться, как в него полетел плотный снежок, метко угодивший прямо в грудь. – Это ещё что?! – Это начало жестокой битвы, Малфой. – рассмеялся Влад, уже формируя следующий снежок. Драко, которому никогда не нравилось быть мишенью, инстинктивно сжал снег в руке, прицелился и запустил. Началась настоящая снежная война. Владос, как главный заводила, метался между всеми, издавая боевые кличи, похожие на визг обезьяны. Гермиона, несмотря на всю свою разумность, тоже не устояла. Она ловко уворачивалась от атак, при этом умудряясь забрасывать Драко и Настю снежками с такой меткостью, что те только и успевали что отскакивать. – Гермиона, ты же у нас самая умная! – кричал Драко, уворачиваясь от очередного снежка. – Ты же не будешь марать руки таким грязным делом! – Умные люди умеют быстро адаптироваться, Малфой! – отшутилась девушка, отправляя ещё один снежок в Драко. Макс тоже не оставался в стороне. Он ловко забрасывал снежки в самые неожиданные места. Один из них, например, попал прямо в шапку Владосу, заставив его на секунду остановиться и попробовать вытряхнуть снег. Драко постепенно втянулся в эту сумасшедшую игру. Он забыл про свою гордость, про свою аристократичность. Снег летел во все стороны, смех разносился на всю округу, и даже Малфой ловил себя на том, что улыбается от души. Один удачный бросок Макса угодил ему прямо в лоб, оставив на щеке снежное пятно. – Это было неплохо. – прохрипел Драко, вытирая лицо – Но я ещё не сдаюсь! Когда силы были на исходе, и все, уставшие, но довольные, лежали в сугробах, Настя, отряхиваясь, предложила. – А давайте слепим снеговика!  Идея понравилась всем. Поднявшись, они принялись за дело. Влад, как самый энергичный, тут же принялся катать огромный ком для основания. Макс помогал ему, а Настя собирала ветки и камушки для украшения. Драко, наблюдавший за этим процессом, сначала скептически хмыкнул. Лепить снеговика? Но потом он увидел, как Гермиона, сосредоточенная, аккуратно формирует для него «нос-морковку» из снега. И что-то внутри него ёкнуло. Друзья задорно проводили время, как малые дети. И главное, что им это нравилось.