Глава 7

      С тех пор прошло немало дней. Снег уже не раз покрывал землю, но бесконечные дожди его тут же смывали, оставляя лишь на макушках окружающих замок гор упрямые «белые короны». Моя жизнь вернулась в прежнее русло: бесконечные домашние задания от преподавателей, тренировки по квиддичу, сюда же добавились уроки по трнасгрессированию.              Моему «возвращению» Оша была рада, кажется, даже больше, чем я сама. Теперь я не тратила время на непонятного Реддла и снова проводила свободные часы с ней.       — Ты наконец-то стала прежней, — сказала она мне. — А то тебя будто подменили, пока ты с ним общалась. Ты всё время была какой-то напряжённой и даже замкнутой. Он мне совершенно не нравится, не общайся с ним больше.       Я и сама это чувствовала и теперь, единственное, что напоминало мне о нашем с Томом взаимодействии оставалась метка в виде змеи. Порой я порывалась подойти к нему и попросить ее снять, а также попутно узнать смог ли он добыть книгу и узнать то, что нужно. Однако что-то меня все время останавливало. К собственному ужасу, когда я всё же нашла в себе силы признаться себе в этом, я поняла: эта метка даёт мне ощущение связи с ним, которую я вовсе не хочу разрывать. Благо мне пока удавалось скрывать змею ото всех — теплые свитеры и длинные рукава мантии всегда приходили на помощь.       Сам Реддл исполнил свое обещание и больше ко мне не подходил. Все было так, как было раньше, а то есть — никак. Он сидел на своем пьедестале звезды слизеринцев снисходя только для общения с ними и преподавателями. Я же, как и остальные студенты, отличные от его факультета, не удостаивалась внимания. Словно ничего и не было. Никогда. Лишь однажды Оша толкнула меня в бок и сказала, что Реддл странно смотрел на меня, в этот момент я кидала в зелье иглы нарла, но когда я подняла на него взгляд, он лишь сосредоточенно резал листья алихоции. Мои попытки встретиться с ним взглядами заканчивались неудачей.       В конце концов, я плюнула на всё, и решила окончательно вытеснить Реддла из своих мыслей.       — Я решилась, — сказала я одним воскресным вечером Оше. Мы сидели возле камина в Общей гостиной, болтали и отогревались после тренировки в промозглую погоду.       — На что это? — удивленно вскинула та брови.       — Раз ты получила наказание и не сможешь пойти со мной, я решила позвать Гидеона в Хогсмид на следующей неделе.       На прошлой неделе Оша случайно столкнулась с нашим завхозом, мистером Карпе, и, к сожалению, то, что это он, она поняла позже, чем с ее языка сорвалось: «смотри куда прешь, кретин». Он, естественно, не упустил возможности назначить наказание и теперь до конца месяца она ему помогает. «Хвала Мерлину, что хотя бы не истязает розгами, и на этом спасибо», — говорила Оша.       — Неужели! Наконец-то! —Оша радостно захлопала в ладоши. — Мне кажется, он уже отчаялся, вот это ему будет сюрприз. Когда хочешь позвать?       — Сегодня, — уверенно ответила я.       — Волнуешься?       — Как ни странно — нет. Возможно, из-за того, что он сам дал понять, что хотел бы более тесного общения со мной, а может, всё дело в том, что я его уже давно знаю и просто привыкла к нему.       Оша почему-то нахмурилась. Я удивленно спросила:       — Ты чего?       — То, что ты не волнуешься, это плохой знак.       — В смысле?       — Девушка при одной только мысли о свидании должна покрываться мурашками, начинать волноваться и всё такое. Тебя должно бросать то в жар, то в холод, а сердце колотиться так, будто вот-вот выпрыгнет.       — Глупости, — возмутилась я. — Не всегда же отношения должны строиться лишь на физическом уровне. Дружба хороший задел для начала отношений, — неуверенно добавила я.       Оша скривилась:        — Судя по твоим словам и виду, пригласи ты Кровавого барона, то и то бы больше эмоций бы испытала.       — Тоже мне, сравнила, — фыркнула я, но почему то при словах Оши я вспомнила то, как реагировало мое тело на Реддла. Бешеный стук сердца, волнение, жар. Все это было. Я снова подумала о Гидеоне — лишь приятное тепло в груди, но не более. — Я чувствую тепло в груди, этого достаточно, — поспешила успокоить подругу я.       — Смотри мне, — погрозила она пальцем. — Эх, надеюсь, Курт меня тоже когда-нибудь позовет на свидание, — мечтательно вздохнула Оша.       После совместного пребывания в больничном крыле она то и дело мечтала о свидании с ним. Мне он казался сомнительной партией для Оши, но кто я такая, чтобы судить чужой выбор, если я и в своем-то не уверена.       — Так позови его сама, как я, в чем проблема? — пожала плечами я.       — Ни за что! У тебя ситуация проще, Гидеон сам тебе признался в симпатии, а Курт — остолоп, сколько раз я ему намекала, а он лишь лыбится. Либо делает вид, что не понимает, либо действительно не догоняет.       — А что если он так ничего и не поймет?       — Хорошо, если до дня Святого Валентина ничего не поймет, то я признаюсь ему.       — Долго же тебе придется ждать.       — Ничего, тот кто ждет, добивается большего, — подняв указательный палец сказала та.       Через некоторое время в гостиную зашел Гидеон. Я помахала ему рукой и, поднявшись с пола, подошла к нему, попутно отряхивая юбку.       — Кхм, можно тебя на пару минут, — улыбнулась я ему.       — Конечно, — улыбнулся мне тот в ответ.       В гостиной было очень шумно и мы вышли наружу. Отойдя немного в сторону, я убедилась, что рядом никого нет и глубоко вдохнув произнесла:       — Я бы хотела пригласить тебя в Хогсмид на следующей неделе, если у тебя, конечно, нет других планов или компании.       Я наблюдала, как на лице Гидеона медленно расплывается улыбка. Ямочки на его щеках придали миловидности его мужскому квадратному лицу.       — А я уже и не надеялся.       — Зря, — кокетливо ответила я. Точнее мне так хотелось, чтобы это выглядело. Кокетство — не мой конек. — Сейчас немного попроще стало со временем и я наконец-то могу не только пропадать за учебниками и тренировками.       — И Реддл, я смотрю, больше к тебе не походит, от этого тоже наверное легче стало? — внезапно сказал Гидеон.       — Э, да, — запнулась я. — Он нашел ту книгу, которую я ему рекомендовала, поэтому больше мы не общаемся.       — Это хорошо, не нравится он мне.       Я лишь кивнула. Где-то на самом дне сознания мелькнула предательская мысль: с куда большим удовольствием я бы пошла в Хогсмид с Томом. Я хмыкнула сама себе. Жаль только, он, кажется, не особенно любил подобные прогулки.

***

      Всю неделю я только и думала, что о Хогсмиде, но не потому, что у меня было запланировано свидание, а потому, что мне ужасно хотелось немного сменить обстановку и ненадолго забыть о постоянных уроках.       На нумерологии, по моему расчету на неделю, мне снова выпала какая-то несуразица.       — Тройка в этом расчете сюда будто вообще не подходит, — шептала я Оше. — И тут тоже тройка. Одни сплошные тройки и единственная четверка. Похоже я опять где-то просчиталась.       Профессор Зиквурт же подтвердила верность моих расчетов.       — Я не понимаю, как это расшифровать, — уныло ответила я на ее вопрос.       — Понимаю, не часто такое встречается, — она ненадолго замолчала, внимательно исследуя мои заметки, — я бы это трактовала так, что вы будете в чем-то виноваты. Возможно вы допустите какую-то оплошность. И четко можно прочитать, что эта оплошность коснется трех людей. А в дальнейшем и четвертого человека. Разумеется, вы одна из этих людей.       «Ну, спасибо», только и подумала недовольно я.       Неделя стремительно подходила к концу, и в четверг после занятий я, радуясь, что осталось лишь пережить пятницу, направлялась на ужин. Оша отбывала остаток наказания, так что мне пришлось идти одной.       Попутно я была вынуждена сделать крюк: одна из лестниц внезапно решила сменить направление прямо в тот момент, когда я по ней спускалась. Мои чертыхания, разумеется, не помогли вернуть её на место.       Уже возле самых дверей Большого зала, откуда доносились манящие запахи, меня отвлек знакомый голос:       — Голдстейн!       Разочарованно глядя, как остальные студенты поедают свой ужин, я вздохнула и обернулась.       — Реддл?       При звуке своей фамилии парень поморщился, будто я ему бубонтюбера показала. Я скрестила руки на груди и вопросительно вскинула брови. Мое лицо отражало скепсис, но сердце ликовало так, что его радостные стуки отдавались даже в горле. Неважно, что ему было нужно, я просто радовалась даже малейшей возможности перекинуться с ним парой слов. Дурацкое сердце! Нельзя было выбрать кого-нибудь понормальнее?!       — Я обещал, что отстану от тебя, — начал он, когда мы отошли немного в сторону, чтобы не мешать другим, — но понял, что не могу этого сделать.        Мои брови взлетели еще выше, да так, что они однозначно спрятались за моей челкой.       — И что это значит?       — То, что я бы хотел провести с тобой время.       Я глупо уставилась на него:       — Время?       — Да, познакомиться поближе. Ты мне показалась очень интересным человеком, Голдстейн.       — И ты поэтому столько времени ко мне не подходил? Потому что долго осознавал, что я интересный человек? — усмехнулась я.       К моему удивлению, Реддл тоже усмехнулся, опустив глаза вниз.       — Нет, не в этом дело. Я просто пытался сдержать свое обещание, но понял, что не могу. Поэтому решился пригласить тебя в Хогсмид на этих выходных.       — В Хогсмид? — снова тупо уставилась на него я. — Но разве не ты говорил, что это глупое занятие или что-то в этом роде?       Он наклонил голову в бок, немного вздохнул и, будто подбирая слова, аккуратно произнес:       — Верно, это был я. Точнее, другой я. Ты будто что-то изменила во мне. И мне теперь хочется туда сходить, но только с тобой.       Я даже не заметила, как стою с открытым ртом и во все глаза таращусь на него. Действительно, Реддла будто подменили. Ни тебе высокомерного взгляда, ни холодного приказного тона голоса — лишь мягкая, приятная улыбка играет на его лице. Было в этом что-то странное, я бы даже сказала неестественное, но мое довольное эго сыграло свою роль и я расплылась в счастливой улыбке, полностью отбросив свои подозрения на задворки сознания.       — Мне, конечно, очень приятно, что я удостоилась внимания такого как ты. Я бы сходила с тобой в Хогсмид, если бы не одно «но».       — И какое это «но»? — снова этот хищный прищур, который быстро сменился разочарованным взглядом.       — Я уже обещала кое-кому составить компанию в Хогсмид и не могу нарушить обещание — будет очень некрасиво. Но, если в следующий раз ты позовешь раньше, то я схожу с тобой.       Повисла небольшая пауза, затем Том мягко улыбнулся, развел руки и с глубоким разочарованным вздохом произнес:       — Что ж, сам виноват, что затянул с предложением. Тогда следующий раз за мной.       — Хорошо, — улыбнулась я, но внутри меня разгоралось пламя возмущения. Не мог он раньше пригласить?!       Я уже хотела было отправиться в Большой зал, как он кинул напоследок:       — Если вдруг что-то поменяется, ты знаешь, как со мной связаться. — Он коснулся своей руки, проведя пальцами от запястья до локтя. — До встречи, золотко.       А я и не заметила, как скучала по этому его «золотко». Легкая улыбка коснулась моих губ, когда я отвернулась и направилась на ужин.                     Остаток дня я провела в прострации. Теперь я проклинала себя за то, что решилась пригласить Гидеона. Поделившись произошедшим с Ошей, я в ответ получила нагоняй — по её мнению, мне не стоило проводить время с этим психом. Вслед за этим мне пришлось выслушать ещё и десяток доводов, почему Гидеон куда лучше. Оша часто резко высказывалась, но сегодня она разнесла меня в пух и прах, сказав пару настолько жёстких слов, что мне даже стало обидно. Когда я вернулась с ужина, она будто была сама не своя — слишком резкая там, где обычно умела остановиться, и слишком холодная в интонациях, будто говорила не со мной, а с кем-то другим. Проглотив обиду, я списала все на усталость после отработок у мистера Карпе.       Да, возможно она и права, вот только мое сердце определенно с этим не было согласно. Оно будто съедало меня изнутри, обвиняя в том, что я упустила шанс на встречу с Реддлом. Мой мозг же напротив, умиротворенно довольствовался исходом событий, явно согласный с Ошей.       Всю пятницу я была на взводе. Одна часть меня лихорадочно выдумывала пути, как бы сорвать свидание с Гидеоном, чтобы пойти с Томом, другая — постоянно ставила на место первую, убеждая, что с Гидеоном мне будет хорошо.       К счастью для первой, проблема решилась сама, когда взбешенная Джейн в пятницу вечером влетела в общую гостиную.              — Нам срочно нужна замена Гидеону.       — Что случилось?! — подскочила Оша. Я следом за ней.       — Этот придурок перепутал ингредиенты на зельеварении и по итогу его котел взорвался.       Только сейчас я заметила, что щеки и подбородок Джейн были неестественно красными, обожженными.       — Он пострадал больше всех, но и другим досталось. На следующей неделе важная игра, а он скорее всего не сможет принять участие. — Она чуть ли не плакала, но явно не от боли, а от досады из-за игры.       — Августин заменит его, он неплохо играет, — спокойно сказала я, но внутри меня искрили праздничные огни.       Почему же я радуюсь? Что со мной не так?       — Да, но он не Гидеон, у него нет того мастерства, и командная работа с ним не налажена. Мы проиграли, — еще больше уныла Джейн.       — Так, соберись, Джейн. — Оша встряхнула ее за плечи. — Будем всю неделю тренироваться и все получится. Не отчаивайся. Иди лучше найди Августина, — а затем повернулась ко мне, — а ты иди к Гидеону, ему нужна поддержка.       Мне это было на руку. В моей голове уже созрел план.