Часть 6

Следующим утром в кабинете у Трелони отсутствовала половина слизеринцев, а гриффиндорцы, хоть и были здесь, но по их стеклянным глазам было видно, что мысленно они тоже ещё на мягких подушках, досматривают сны. В кабинете пахло благовониями, и от них же витала лёгкая дымка, отчего глаза хотелось закрыть ещё сильнее. Трелони рассказывала о гадании на картах и иногда подходила к студентам, что-то объясняя. Четвёрка слизеринцев сидела дальше всех, надеясь, что до них она не дойдёт. Сегодняшнее утро было тошным и без предсказаний. Драко уже по привычке нашёл глазами Грейнджер, сидящую справа, на пару метров ближе к преподавателю, в компании Гарри, Рона и Невилла. Малфой задумался, буравя взглядом гриффиндорцев, когда голос Тео вывел его из транса: — Сейчас будет шоу, — хохотнул шатен. — О чём ты? — отвлеклась от разглядывания своих ногтей Пэнси и, выпрямив спину, посмотрела туда, куда указал Тео. Трелони с огромными выпученными глазами прижала руки к груди и смотрела на Гермиону. — Деточка, — начала преподаватель и замолчала. Долгопупс сочувственно сжал плечо Грейнджер. — Это всё не доказано и научно необоснованно, что бы там ни выпало, — протараторил Уизли, раздувая ноздри. — О, Рон, милый мой мальчик, это не выпало. Гермиона сама достала эти карты из колоды, и, кажется, я догадываюсь о вопросе, который она мысленно задала… В кабинете воцарилось молчание. Даже самые сонные ученики навострили уши и выпрямили спины, пытаясь разглядеть, что же за карты лежат перед Гермионой. — Любовь, — шёпотом сказала Трелони, — та, что предназначалась тебе, — мертва, — закончила она. Грейнджер молчала. — И как это понимать? Её кто-то разлюбил? Или кто-то умер? — засыпал преподавателя вопросами Рон. — Я больше не собираюсь так бесполезно тратить своё время, — вскакивая на ноги, сказала гриффиндорка и пронеслась на выход, снося карты со столов сквозняком от развевающейся мантии. Блейз с Малфоем молча переглянулись, явно понимая, о чём говорит Трелони, наверное, первый раз в жизни. После небольшого перерыва перед вторым уроком слизеринцы и, да, снова гриффиндорцы стояли в коридоре, дожидаясь Слизнорта. Малфой заметил Снейпа, целенаправленно идущего в его сторону. Грозный вид, осуждающий взгляд и разлетающаяся мантия — всё как обычно и даже немного по-родному. — Мистер Малфой, жду вас в своём кабинете, — не останавливаясь, бросил Снейп и через минуту скрылся из виду. — Что-то случилось? — заглядывая в лицо блондина, спросила Паркинсон, непонятно откуда материализовавшаяся. — Не думаю, — нахмурившись, сказал Драко, бегло посмотрев на Пэнси в ответ, и пошел следом за профессором. Он шел к нему с чувством ответственности, от которой пробегали мурашки. Сейчас он как никогда был рад, что Снейп рядом. Что Драко может разделить с ним эту ношу, хоть и не собирался. Малфой зашел в кабинет. — Драко. — Профессор. Снейп смерил его взглядом, стоя возле своего стола, рукой указывая на стул напротив. Малфою нечего было бояться, только не здесь и не теперь. — У нас в распоряжении весь второй урок, я тебя слушаю. — Задайте вопрос, профессор. — Ты выполнишь поручение Темного Лорда? — вперившись в Малфоя взглядом, спросил Снейп, смотря сверху вниз. Летом 1996 года Волан-де-Морт приказал Малфою убить Дамблдора, обещая простить его семью за неудачи в служении перед ним. В памяти Драко всплыли одни из самых ужасных моментов: как он запустил Пожирателей в школу во главе со своей теткой, как Снейп возник перед Драко и не дал его душе прогнить до конца, взяв на себя эту ношу и убив Дамблдора. — Вы сделаете это за меня, — шумно выдохнув, ответил Драко. Снейп завел руки за спину и несколько долгих секунд с прищуром изучал лицо Малфоя, потом коротко кивнул головой и расслабил плечи. — Прошедшим летом вы заключили Обет с моей матерью. Я благодарен вам, профессор, что уберегли её от ещё большего волнения, чем оно возможно. — Откуда тебе это известно? — Она сама рассказала мне спустя месяцы после окончания войны. — Почему это не сделал я? — медленно вышагивая перед слизеринцем, спросил учитель всё тем же холодно-спокойным голосом. Драко молчал. Несмотря на всю внешнюю холодность, они были близки. Снейп всегда был вхож в семью Малфоев: с самого детства он присматривал за Драко, стараясь не показывать этого, но мальчик это чувствовал. В начале 1996 года он начал обучать Драко окклюменции, как и Поттера, всё больше развивая в нем эту способность. — Про крестражи, полагаю, тебе тоже известно? — переводя тему, спросил Снейп. — Да. Профессор, я могу быть уверен, что, если вы узнаете всё, то постараетесь минимизировать вмешательство с вашей стороны? — Полагаю, что моего ума на это хватит, — бросил Снейп, сжав губы в тонкую линию, и наконец сел напротив ученика. — Я не допущу вашей смерти снова и найду момент, в который смогу вам чем-то помочь. — Думаю, на всё воля судьбы, Драко. Тебе будет кого спасать в тот момент. — Значит, судьба просчиталась и даёт нам всем второй шанс. Я что-нибудь придумаю, — не моргая, смотря Снейпу в глаза, с нажимом проговорил Малфой. — В будущем вам присудили орден Мерлина посмертно. Вы передали Поттеру воспоминания перед смертью. Он раскрыл их для всех в очень обобщенных чертах. Я не успел у него всё выспросить перед перебросом сюда, мы никогда не были приятелями. — В его рассказе было что-то о смерти директора? — поведя подбородком в сторону, выжидающе спросил Снейп. — Я… боюсь, что я упустил этот момент, — проведя пятерней по волосам, ответил Драко. Он вздрогнул, вспоминая первые месяцы после окончания войны. Ему было совсем не до речей Поттера, который выглядел не лучше Драко. Поттер знал о его отношениях с «золотой девочкой», знал, что Драко помогал им, но всё их общение сводилось к сухому кивку и на несколько секунд задержанному взгляду. — Я понимаю, — со скромным сочувствием ответил профессор, потупив взгляд в свои руки, сложенные в замок на столе. — И должен тебе кое-что рассказать. Малфой вопросительно посмотрел на собеседника. — Я думаю, нам стоит отправиться к директору прямо сейчас, — сказал профессор и незамедлительно пошел в сторону выхода, не оборачиваясь, зная, что Малфой последует за ним без вопросов. За те дни, что Малфой находится в прошлом, он ещё ни разу не встретил директора. Дамблдор почти всё время проводит в кабинете или вне школы. Он в поисках — это Малфою было известно. Они прошли по тихим коридорам школы, пока все ученики находились на занятиях. Поднявшись к директорской башне замка, они встретили каменного грифона, охраняющего кабинет Дамблдора. — Лимонный щербет, — не стесняясь Малфоя, произнес Снейп. Статуя отъехала, пропуская их в небольшое помещение с высокими книжными шкафами и большой винтовой лестницей, наверху которой уже стоял директор, смеряющий их взглядом. Снейп кивнул ему в знак приветствия. Директор по-доброму усмехнулся, заглядывая за спину своего коллеги, и зашел в свой кабинет, оставляя проход открытым. — Снейп, что-то стряслось? Неужели мистер Малфой натворил что-то такое, что моё вмешательство необходимо? — откинувшись в своем кресле, спросил директор. — Отбросим формальности, директор, — произнес Снейп, указывая Драко на стул напротив директора. — Нам нужно с вами поговорить.

***

После обеда Малфой и Блейз вышли на улицу, стремясь улизнуть подальше к лесу: ломка по курению давала о себе знать. Как только парни завернули на тропу к хижине Хагрида, откуда можно было уйти незамеченными, в них влетела младшая Уизли. — Это опять ты, Малфой? — буквально проорала Джинни, как будто пародируя голос своей матери из письма на втором курсе. Парни остановились. Оба, как по инстинкту, сунули руки в карманы брюк и приняли расслабленную змеиную позу, как перед броском. — Здороваться не учили, Уизли? Это у вас, наверное, в крови, — хмыкнул Драко, обходя девушку. Они пошли дальше. Холодный ветер раздувал их мантии и уложенные волосы, сообщая, что теплые дни закончились. Атмосфера приближения бури витала в воздухе, пропахшем кострами и опавшими листьями. — Это не смешно. Что ты с ней сделал? Оба слизеринца резко остановились и развернулись к Джинни. Её рыжие волосы ветер тоже не пощадил: она то и дело убирала пряди с лица. — О чём ты? — подняв одну бровь, спросил Драко. — Где Гермиона? Это опять твоих рук дело? — зло прошипела рыжая, почти вонзая указательный палец ему в грудь. — Что значит «опять», Уизли? Почему я должен быть в курсе, где таскается Грейнджер? — прошипел в ответ Драко, опуская взгляд на её палец, который она так и не убрала. — Потому что ты вчера довел её до слёз. Гарри и Рон сказали, что её не было на втором уроке, как и тебя, — не сводя с него глаз, сказала Джинни. — Я была уже везде, её нигде нет. Если я узнаю, что с ней что-то случилось из-за тебя — тебе конец, Малфой. — Выдохни, красотка, вон твоя подружка, — указав пальцем в сторону совятни, сказал Забини. — Больше не обращайся так ко мне, Забини, — сквозь зубы сказала Джинни и быстрым шагом пошла в сторону Гермионы. — Что это сейчас было? Кажется, я возбудился, — присвистнул Блейз и толкнул друга локтем. Увидев разлетающиеся во все стороны кудри и её беглый шаг, Малфою хватило секунды, чтобы решиться, пойти вдогонку за двумя гриффиндорками и выяснить, что, Салазар, это всё дери, произошло. — Тормози, Малфой, — схватив друга за плечо, сказал Забини. Их взгляды пересеклись. Малфой шумно выдохнул и дёрнул плечом, скидывая его руку. — Нужно покурить, — нахмурившись, сказал блондин и пошагал в сторону леса.

***

После разговора с Дамблдором и Снейпом Драко стало спокойнее, но уснуть он этой ночью не мог. Поток мыслей разрывал его голову. Блейз давно спал, уткнувшись лицом в подушку. Ещё из головы не вылезала Грейнджер с её сегодняшним исчезновением. — К чёрту это всё, — тихо выругался Малфой, откинув с себя одеяло. Он вышел из их с Блейзом комнаты и застыл, наблюдая за пугающе спокойной обстановкой на глубине озера, куда выходили окна из коридора, соединявшего гостиную и спальни. Притаившаяся вода и ни одного существа, только блики молний, доходившие до глубины. Слизеринец тихо выскользнул через гостиную и отправился на закрытый мостовой переход между замком и часовой башней. Обычно в такую погоду они встречались там с Грейнджер. Она никогда не спала во время грозы, но не от страха, а скорее от тихого восторга, за которым Малфой хотел бы наблюдать всю жизнь. Пройдя незамеченным все этажи, он наконец дошёл до нужного места. Порывы сильного ветра направляли в его сторону крупные капли дождя, а молнии посмеивались над его несбывшейся надеждой застать тут её. Промокнув за считанные секунды до нитки, он продолжал стоять и наблюдать за буйством природы. Это помогло отключить беспрерывный поток мыслей в голове. Периферийным зрением он заметил с правой стороны приближающийся огонёк на фитиле свечи. Мурашки, как разряд тока, пробежали по его телу, когда он увидел тёмный силуэт, несущий свечу. — Кто здесь? — шёпотом спросила Гермиона. Драко не осмелился даже дрогнуть, продолжая стоять почти вплотную к открытому окну, ловя затылком холодные капли дождя. — Я сейчас брошу обнаруживающее заклинание, — выставив вперёд палочку, сказала девушка. — Грейнджер, — охрипшим от долгого молчания голосом произнёс Драко. Она подходила всё ближе, держа перед собой палочку и свечу, пока пламя второй не погасло от ветра, пред этим осветив их лица рядом друг с другом. — Малфой, — утвердительно произнесла она, сжав губы в линию. В этот момент ударила молния, как будто в нескольких метрах от них, прямо в глубь оврага, через который шёл этот переход. Она осветила их силуэты полностью, показывая Малфою, как вздрогнула гриффиндорка от неожиданного проявления стихии. — Ты испугалась? — потянув к ней руку, спросил парень. Гермиона посмотрела на него как на умалишённого. Драко осёкся и убрал руку, нахмурившись. — Что ты тут делаешь, Малфой? — отойдя на шаг назад, спросила Гермиона. — Уединяюсь с природой, не видно? — приподняв брови с усмешкой, ответил он. — О, прости, что помешала, но за все года, что я сюда прихожу, не видела тебя ни разу, — прищурившись, сказала девушка. Это правда. Малфой бы никогда не пришёл сюда, если бы не Грейнджер. Если бы однажды он не узнал, что она приходит сюда, когда на душе неспокойно. После этого она не приходила сюда одна ни разу, пока он был рядом. — Где ты была на втором уроке? Уизлетта напала на меня сегодня, обвиняя в твоей пропаже, — отвернувшись к окну, спросил Малфой. — Это не твоё дело, — спокойно сказала она, так же развернувшись к окну. — Дай-ка угадаю: отправляла письма своим поклонникам, интересуясь о здоровье? — усмехнулся Драко, посматривая на девушку. Она молчала и не смотрела на него. — После предсказания Трелони любая девушка бы так сделала, я не осуждаю, Грейнджер, — с очевидным смешком продолжил он. — Что ты несёшь? — помотав головой, ответила Гермиона. Гермиона бы никогда не призналась, тем более ему, даже себе было стыдно в этом признаваться, но Малфой был прав. Она действительно испугалась. Она — умнейшая ведьма на курсе, подруга Гарри Поттера — испугалась, что любовь, предназначенная ей, мертва. Началась война, неясно, что их ждёт впереди, а она испугалась дурацкого предсказания, в которые никогда не верила. — Что с тобой происходит, Малфой? Почему мы вообще разговариваем? — развернувшись к нему, спросила девушка. Опять сверкнула молния, озаряя их лица, и девушка глубоко вздохнула, роняя давно бесполезный подсвечник. — Это всего лишь молния, почему бы тебе не вернуться в свою спальню, если ты вся трясёшься? — Твоё лицо, Малфой… Девушка обеспокоенно водила глазами по нему, то и дело останавливая взгляд на щеке. Они снова стояли в полумраке, и девушка потянулась за палочкой. — Люмос, — прошептала она, направляя на него свет.