Часть 24. Иллюзия контроля и стальная хватка

Мэй не успела даже перевести дыхание, наслаждаясь произведенным фурором, как за её спиной раздался низкий, до дрожи спокойный голос: — Кости уже обмыли? Аналитический отдел мгновенно онемел. Тишина стала такой плотной, что её можно было резать ножом. За стеклянной стеной коридора, словно идеальная кинематографическая декорация к его появлению, Наруто и Пейн жестко вели к лифтам брызжущего проклятиями Хидана. Закованный в наручники прокурор выглядел как бешеный пес, которого наконец-то посадили на строгач. — Ч-что? — Мэй резко обернулась, едва не споткнувшись на собственных шпильках. — Нет, что вы, шеф… мы просто обсуждали работу. Саске неспешно переступил порог отдела. — Хорошо, Мэй, — он заговорил нарочито громко, чтобы его бас достиг ушей каждой сотрудницы в этом помещении. — Потому что если хоть что-то из того, что вы сегодня видели, слышали или нафантазировали, покинет этот кабинет… вы отправитесь прямиком за окружным прокурором. Он обвел ледяным взглядом застывших аналитиков. — Это касается каждого, кто посмеет открыть рот. Я не буду шутить, не буду ничего объяснять или упрощать. Судите, как хотите. Думайте, что хотите. Но помните одно: у меня в этом здании везде есть уши. Затем Саске сделал плавный, по-кошачьи мягкий шаг к Мэй. Он сократил дистанцию настолько, что нарушил все мыслимые рамки профессиональной этики. Склонив голову, он медленно, почти гипнотически поднял руку и пропустил сквозь пальцы длинную красную прядь её волос. — Вы меня поняли, Мэй? — его голос упал до опасного, вибрирующего полушепота. У девушки моментально подогнулись колени. От его животного напора, от этой темной, давящей силы и совершенно сбивающего с толку магнетизма у неё перехватило дыхание. Внизу живота предательски потянуло от вожделения, смешанного с первобытным страхом. Она смогла лишь судорожно кивнуть, не в силах выдавить ни звука, утопая в его черных глазах. — Не слышу, Мэй, — томно, с легкой хрипотцой надавил он, накручивая локон на палец. Темари, сидевшая за своим столом, незаметно для себя широко приоткрыла рот. Её мозг аналитика быстро складывал пазл: *«Бред. Мужчина, который только что из-за ревности арестовал прокурора ради другой женщины, ни за что не стал бы вот так откровенно, на глазах у всего отдела, соблазнять новенькую сотрудницу»*. Темари выдохнула, решив, что Мэй всё преувеличила, а Учиха просто защищал репутацию ФБР своими фирменными, садистскими методами. — Д… да, шеф, — наконец выдавила из себя Мэй, чувствуя, как по шее ползет капля пота. Саске приблизился еще на миллиметр, так что она почувствовала запах его дорогого парфюма, и дьявольски ухмыльнулся. — Вот и славно. Будь хорошей девочкой. Он отпустил её волосы и, не оглядываясь, вышел из кабинета. Тем временем Сакура стояла в коридоре. Она только что проводила взглядом конвой с Хиданом и, повернув голову, застыла. Через стекло аналитического отдела она отчетливо видела всё: как Саске нависает над этой сиськастой ведьмой, которая влетела в неё, как его пальцы трогают её красные волосы, как он наклоняется к её лицу. В груди Сакуры что-то с оглушительным треском оборвалось. Боль в простреленной ноге мгновенно испарилась, вытесненная другой, куда более жгучей болью — слепой, обжигающей ревностью. Всего полчаса назад этот мужчина прижал прокурора к полу, защищая её, а сейчас он играет в свои грязные игры с этой дешевой куклой? «Контракт. Я подписала контракт, где сказано, что принадлежу ему. А он?» — пронеслось в её голове. Она не подала виду. Ни один мускул не дрогнул на её лице. Маска идеального, холодного столичного аудитора приросла к коже намертво. Но челюсти Сакура сжала с такой силой, что, казалось, сейчас треснет эмаль на зубах. Она высоко, с вызовом вздернула подбородок. Бросив последний, полный ледяного презрения взгляд в сторону аналитического отдела и выходящего оттуда Учихи, она развернулась. Вальяжным, грациозным шагом, превозмогая физическую боль и скрывая душевную бурю, Сакура Харуно направилась в свой кабинет, чтобы захлопнуть дверь и остаться с этой яростью один на один. Сакура захлопнула за собой тяжелую стеклянную дверь, отсекая шум опен-спейса, и повернула замок. Она медленно подошла к панорамному окну, прислонившись горячим лбом к прохладному стеклу, и судорожно выдохнула. Внутри всё дрожало, как натянутая струна. Она скрестила руки на груди, впиваясь ногтями в ткань рукавов, и изо всех сил старалась дышать ровно. Вот оно. То самое чувство, которого она боялась до одури. Стоило только на миллиметр довериться человеку, позволить ему заглянуть за её броню, как он тут же показал свою истинную суть. Мужчины всегда остаются мужчинами. Тихий щелчок открывающегося замка заставил её спину выпрямиться, словно по ней пустили разряд. У Саске, конечно же, был универсальный доступ ко всем кабинетам. Она не успела даже обернуться, как безошибочно узнала эти тяжелые, хищные шаги за спиной. Сакура резко развернулась, мгновенно надевая маску идеального, неприступного столичного аудитора. — Супервайзер, — её голос звучал ровно, как наточенное лезвие. — Большое вам спасибо за помощь с разъяренным прокурором, но сейчас я хотела бы побыть одна. Саске проигнорировал её ледяной тон. Он молча, с пугающей грацией пересек кабинет, обошел стол и вальяжно опустился прямо в её офисное кресло — место, где она была хозяйкой. Откинувшись на спинку, он положил руки на подлокотники и уставился на неё пронзительным, темным взглядом. Сакура задохнулась от такой наглости. Она решительно шагнула вперед, превозмогая вспышку боли в простреленной ноге, и с силой оперлась ладонями о лакированную поверхность стола, нависая над ним. — Я что-то не так сказала? — процедила она, сузив потемневшие зеленые глаза. — Или вам что-то непонятно в фразе «побыть одна»? Саске даже не шелохнулся. Уголок его губ дрогнул в едва заметной, дьявольской усмешке. — Что такое, кошечка? — его голос прозвучал низко, бархатно, вибрируя в тишине кабинета. — Ревнуешь? — Кого? — холодно и ядовито парировала Сакура, высоко вздернув подбородок. — Тебя? К этой силиконовой аналитичке, перед которой ты только что перья распускал? Не льсти себе, Учиха. Саске тихо хмыкнул. Его совершенно не трогала её показная ярость — он видел её насквозь. Он медленно подался вперед в кресле, не сводя глаз с её лица. Подняв руку, он почти лениво, но невероятно уверенно заправил выбившуюся розовую прядь ей за ухо. Его прохладные пальцы обжигающе коснулись её нежной кожи, посылая по телу предательскую дрожь. — Не трогайте меня, супервайзер, — Сакура резко отшатнулась, словно от удара током, в её глазах мелькнула жгучая обида. Но она не успела сделать и шага назад. Реакция Саске была молниеносной и безжалостной. Его рука метнулась вперед, пальцы жестко и властно зарылись в густые волосы на её затылке. Он с силой дернул её на себя, заставляя перегнуться через стол. Сакура тихо, судорожно охнула, когда их лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Его хватка была железной, не оставляющей ни единого шанса на сопротивление, но при этом она не причиняла боли — только абсолютное, парализующее подчинение. — Ты, кажется, забыла, чей контракт лежит у меня во внутреннем кармане, — прохрипел он прямо ей в губы, его глаза потемнели от собственнического голода. — И если я прижал эту девку к стенке и велел ей заткнуться, чтобы прикрыть твою репутацию и чтобы весь отдел не трепал о том, что прокурор орал про твоего «папика», это не значит, что ты имеешь право скалить на меня зубы. Его пальцы на её затылке сжались чуть сильнее, заставляя Сакуру слегка запрокинуть голову, полностью открываясь его взгляду. — Ты ревнуешь, Сакура. И мне это чертовски нравится. Но никогда больше не смей от меня шарахаться. Поняла? Тем временем в аналитическом отделе висела плотная, почти похоронная тишина. Все сотрудницы всё ещё переваривали сцену, в которой неприступный шеф SWAT откровенно, почти хищно нависал над их новенькой коллегой. Сама Мэй стояла у стола, прикусив накрашенную губу, и на её лице расползалась довольная, самонадеянная ухмылка. — У меня есть идея, — вдруг разрушила она тишину, понизив голос до заговорщицкого шепота. — Я… я внедрюсь в её элиту общения. — Что? Мэй, ты вообще о чем? — Темари нахмурилась, оторвав взгляд зеленых глаз от мерцающего монитора. — Я попробую подружиться с этой аудиторшей, — Мэй взяла со стола очередную папку, прижимая её к пышной груди. В её голосе зазвучали ядовитые нотки. — Если у неё такая власть, что она заставила шефа SWAT арестовать окружного прокурора, лучше иметь эту штучку у себя в карманчике. Посмотрим поближе, из чего слеплена эта столичная ведьма. Попробую побыть её «крысой» — буду сливать ей сплетни, которые и так все знают, но она со своего высокого трона может просто не замечать. Темари скептически изогнула бровь и протянула: — Ну-ну. Попробуй. Может, что-то и получится, хотя я бы к ней на пушечный выстрел не подходила. — Конечно, получится! — Мэй самодовольно поправила волосы. — Вы же сами видели: Учиха на меня клюнул! Значит, они не спят. А если и спали пару раз, то она ему явно не зашла. Слишком пресная для такого хищника. Тем временем в кабинете Сакуры воздух можно было резать ножом. Девушка замерла под жестким напором Саске, но её взгляд по-прежнему метал зеленые молнии. — Поняла, — процедила она, чеканя каждое слово. — Но здесь ты мне не хозяин, Учиха. И я буду делать то, что посчитаю нужным. Едва эти слова слетели с её губ, она почувствовала, как его длинные пальцы чуть сильнее, предупреждающе сжали её волосы на затылке. Боль смешалась с волной горячего адреналина, и Сакура рефлекторно сжала руки в кулаки, упираясь ими в столешницу. — Ты всегда слушаешь меня в том, что не касается работы. А это — именно такая ситуация, — его голос стал еще ниже, обволакивая её. Он притянул её к себе так близко, что их дыхание смешалось. — Иначе я тебе такое устрою, киса… поверь мне. Но внезапно в стеклянную дверь раздался стук. Глаза Сакуры расширились. Инстинкты столичного аудитора сработали быстрее мысли. Её выправка вернулась на место за долю секунды. Саске плавно разжал пальцы, выпуская её волосы, но, к её ужасу, даже не подумал подняться из её кресла. Сакура молниеносно схватила лежащий на краю стола отчет Наруто, пододвинула его к себе и достала свою знаменитую красную ручку. Они замерли: идеальная картина рабочего процесса, если не считать того факта, что командир SWAT вальяжно сидел в кресле проверяющего аудитора. — Войдите! — строгим, ледяным тоном скомандовала Сакура. Дверь приоткрылась, и на пороге появилась… Мэй Теруми. Аналитичка шагнула внутрь и тут же впала в ступор. Она ожидала увидеть раздавленную ссорой женщину, но вместо этого её глазам предстал полнейший разгром: листы бумаги усеивали пол, как снег, стул для посетителей был сдвинут, а на стене красовалась свежая вмятина от степлера. Но самым шокирующим был центр комнаты. Сакура стояла над столом, идеально ровная, ни волоска не выбилось из прически. А в её кресле, закинув ногу на ногу, сидел Саске Учиха. Сакура как раз указывала обратной стороной красной ручки на какую-то строчку в документе, а он внимательно смотрел в бумаги. Мэй явно не рассчитывала застать здесь Учиху. Саске медленно поднял взгляд. Из-под черной челки он посмотрел на застывшую в дверях Мэй и… дьявольски ухмыльнулся, словно наслаждаясь её замешательством. Сакура, не поведя и бровью, плавно выпрямилась и полностью обернулась к гостье. Маска «вашингтонской выдры» сидела на ней как влитая. — Слушаю вас, — произнесла она тоном, от которого по спине Мэй пробежал предательский холодок. — Я… я зайду попозже. Это дело касается только вас, аудитор, — Мэй быстро взяла себя в руки, хотя её голос всё ещё слегка дрожал. Она сделала шаг назад, явно не желая попадать под перекрестный огонь этих двоих. — Я всё понял, аудитор, — внезапно подал голос Саске. Одним неуловимым, резким движением он выдернул отчет Узумаки прямо из-под занесенной над ним красной ручки Сакуры. Его взгляд, скользнувший по строчкам секундой ранее, зацепился за фатальную ошибку — Наруто где-то жестко напортачил с цифрами. Если бы столичная выдра сейчас официально зафиксировала этот косяк, она бы морально выебла весь отряд SWAT, раскатав их рапорта в тонкий блин. Сакура угрожающе нахмурилась, её спина выпрямилась. — Положите отчет на место, супервайзер, — ледяным тоном скомандовала она, глядя снизу вверх на поднявшегося Учиху. — Нет. Еще нет двенадцати, это раз, — Саске невозмутимо свернул папку, игнорируя её приказ. — А во-вторых, Узумаки имеет полное процессуальное право внести корректировки в черновик, если там нашлись неточности. Профессиональная чуйка Сакуры взвыла сиреной. Она сузила глаза, метая в него зеленые молнии. — Учиха… — вопросительно и с нажимом протянула она, всем своим видом показывая, что игры кончились. — Финита, — коротко бросил он, победно усмехнулся уголком губ и стремительным, широким шагом покинул её кабинет, унося спасительный для Наруто документ. Сакура проводила его тяжелым взглядом, с силой сжав челюсти. — Так что у вас, Мэй? — наконец спросила она, переводя внимание на аналитичку. Сакура грациозно обошла стол и опустилась в своё кресло — оно всё ещё хранило тепло его тела. Она сцепила руки в замок перед собой, превращаясь в неприступную крепость. — Аудитор… — заговорщицки, приторно-сладким голосом начала Мэй, делая шаг к столу. — Я ведь тут новенькая. Вот, сегодня знакомлюсь с начальством, вникаю в процессы… Пока Теруми щебетала, Сакура сканировала её с ног до головы. Глубокое декольте, из которого едва не вываливалась грудь, обтягивающая юбка, кричащий макияж. В голове Сакуры билась отвратительная, унизительная мысль: *«Он действительно тогда прижал её к стене, чтобы заткнуть и защитить меня от слухов? Или это просто тупая мужская природа? Захотелось свежего мяса, пусть и не самого отборного?»* — Так. И что дальше? — её тон был настолько строгим и равнодушным, что Мэй мысленно передернуло. Теперь аналитичка прекрасно понимала, почему половина министерства ненавидит эту столичную ведьму. — И сегодня я увидела в отчете вот это, — Мэй подошла вплотную к столу и ткнула длинным ногтем с кроваво-красным маникюром в открытую страницу папки, которую принесла с собой. Сакура молча опустила взгляд. Обычные погрешности в расчетах квартальных расходов. Рутина. — Вижу. Молодец, что заметили, Мэй, — буднично произнесла Сакура и одним резким движением перечеркнула всю строку своей красной ручкой. Она уже собиралась закрыть папку, как её взгляд зацепился за соседний абзац. Черновик содержал куда более интересную деталь. — Стой… Информатор? — А? Что? — растерялась Мэй. Она пробежалась по документу чисто поверхностно, выискивая только цифры, чтобы выслужиться. Сакура вчиталась в текст, где вскользь упоминались данные, предоставленные неким источником для штурмовиков. — Кто информатор штаба SWAT? — вдруг резко спросила Сакура, подняв пронзительный взгляд на девушку. — Эта информация строго засекречена, — Мэй нервно сглотнула. — Только высшее начальство знает. Мы в аналитическом доступа к именам не имеем. — Ясно. Ладно, с этим я разберусь чуть позже, — безразлично отрезала Сакура, захлопывая папку. — Оставьте отчет у меня. Спасибо за бдительность, Мэй. Можете идти. Тон не терпел возражений. Мэй, поджав губы, развернулась и поспешила покинуть кабинет, чувствуя себя так, словно её только что окатили ледяной водой. Оставшись в одиночестве, Сакура откинулась на спинку кресла. Странное, удушающее чувство разрасталось в груди. Это была дикая, первобытная ревность, намертво сплетенная с ненавистью, которая сжималась внутри в тугой, болезненный узел. Этот наглый, самоуверенный командир SWAT не имел права даже смотреть на других. Они подписали контракт. Она отдала ему свою свободу, она поставила на кон свою карьеру и согласилась остаться в этом чертовом Нью-Йорке ради него! «Он же не может быть таким скотом, правда?» — эта мысль билась в висках пульсирующей болью. «Или может? Может, это всё — часть его больной игры? Решил планомерно сломать меня, растоптать мою гордость и оставить от столичного аудитора только жалкое, мокрое место, зависящее от его прихотей?» Она посмотрела на свою красную ручку. В Вашингтоне она была её главным оружием. А здесь, в Бруклине, рядом с Учихой, она чувствовала себя абсолютно безоружной. Тем временем Саске влетел в опен-спейс так, что тяжелые стеклянные двери жалобно звякнули, едва не слетев с направляющих. Он широким, хищным шагом преодолел расстояние до стола Узумаки и со всей дури швырнул прямо перед ним плотную папку. Отчет ударился о столешницу с оглушительным хлопком, едва не задев нос опешившего блондина. — Читай! — гаркнул Саске так, что в штабе мгновенно повисла мертвая тишина, а у присутствующих парней инстинктивно втянулись головы в плечи. Мэй, которая как раз проходила по коридору мимо стеклянных перегородок, намереваясь лишний раз покрутиться перед штурмовиками, застыла на месте. Увидев, как обычно хладнокровный Учиха буквально шипит от ярости, нависая над своим заместителем, она нервно сглотнула. «Ну нахер», — пронеслось в её голове. Сегодня 25-й этаж был похож на минное поле, и она решила убраться отсюда подобру-поздорову, быстро застучав каблуками в сторону спасительного аналитического отдела. — Что? — Наруто непонимающе моргал, переводя взгляд с шефа на злосчастный документ. — Это что, Наруто?! — Саске перегнулся через стол, резким движением открыл нужную страницу и с силой ткнул в неё пальцем. — Ты совсем идиот? Есть вещи, которые столица знать не должна! Никогда! А ты черным по белому вплел это в официальный отчет! Отчет, по которому она, — он мотнул головой в сторону закрытых жалюзи кабинета Сакуры, — составит свой итоговый рапорт и отправит его прямиком в Вашингтон! Голубые глаза Наруто быстро пробежались по строкам. Осознание ударило его, как кувалда. Он вписал данные о нелегальных методах давления на информаторов, которые они использовали для быстрого захвата. Если бы эта информация легла на стол начальства в столице — полетели бы головы всего отдела. — Черт… шеф, я машинально, — сдавленно прохрипел Наруто. Он с тяжелым, обреченным стоном откинулся на спинку кресла и закрыл лицо обеими руками. — Я просто скопировал кусок из нашего внутреннего черновика и забыл зачистить. — Придурок, — в сердцах, почти выплевывая это слово, бросил Саске, выпрямляясь. — Ты хоть понимаешь, что бы было, если бы я это не вычитал в последнюю секунду?! Она уже занесла над этим абзацем свою красную ручку! В этот момент в разговор вклинился Пейн, который до этого внимательно наблюдал за сценой, прислонившись к стене с кружкой остывшего кофе. — А как это вообще тебе в руки попало, шеф? — вдруг с прищуром, в котором читался откровенный интерес, спросил он. — Это же тот самый отчет, который Наруто еще утром отнес на стол аудитора, нет? В штабе стало еще тише. Дейдара и Сасори переглянулись. Задавать Учихе вопросы о его методах взаимодействия с "вашингтонской выдрой", особенно после той утренней сцены с летающими степлерами, было сродни самоубийству. Саске медленно повернул голову. Он метнул в Пейна такой тяжелый, темный взгляд, в котором не читалось абсолютно ничего хорошего — только концентрированный лед и предупреждение. — Что ты имеешь в виду? — ледяным тоном, от которого мороз пробирал по коже, произнес Саске. Он сделал полшага в сторону Пейна. — Тебя вообще не должно волновать, как, откуда и каким образом у меня оказался этот отчет. Ты меня понял? — Так точно, шеф, — ровно ответил Пейн, благоразумно поднимая свободную руку в примирительном жесте. — Никаких вопросов. Добыто в бою. — Вот и славно, — процедил Саске. Он снова перевел тяжелый взгляд на своего заместителя. — А ты, Наруто, переписывай эту херню. У тебя ровно час, пока аудитор не потребовала документ обратно. И молись, чтобы она не успела вчитаться в него до моего прихода. Сакура тяжело, с присвистом выдохнула и поднялась с кресла. Нога болела просто невыносимо. Она чуть приподняла широкую штанину винных палаццо и тихо выругалась сквозь зубы: белоснежная повязка насквозь пропиталась кровью, расплываясь жутким бурым пятном. Игнорировать это дальше было нельзя — ей срочно нужно в медблок. Пусть кто-то из дежурных врачей хотя бы нормально перебинтует лодыжку, а уборку в разгромленном кабинете она сделает потом. Она вышла из своего аквариума, небрежно сунув руки в карманы брюк, и максимально ровным, спокойным шагом направилась через опен-спейс к лифтам. Штурмовики вели себя подчеркнуто естественно, но атмосфера в помещении изменилась кардинально. Их взгляды стали другими. Дейдара буквально вгрызался зубами в колпачок ручки, еле сдерживая себя, чтобы не ляпнуть какую-нибудь колкость про летающий степлер. Да черт с ним, со степлером! Главной новостью было то, что их недосягаемая, ледяная выдра, скорее всего, спала с этим придурком прокурором! Подрывник предпочел спрятать свою ошарашенную физиономию за двумя мониторами. Сасори только глухо хмыкнул, сверля взглядом клавиатуру. Внутри него скреблось что-то похожее на обиду. Конечно, когда-то именно он, рискуя собой, вез её, уставшую и сломленную, домой, а она, оказывается, делила постель с этим истеричным ублюдком Хиданом. Но, справедливости ради, Акасуно тут же одернул себя: сейчас его рыжая макушка способна размышлять об этом только благодаря ей. Наруто на всё это было глубоко плевать. Блондин находился в состоянии панического транса: он лихорадочно, лист за листом, скармливал шредеру старый отчет с засекреченными данными, пока новый, исправленный вариант с жужжанием вылезал из принтера. Пейн лишь многозначительно ухмыльнулся, опустив глаза и лениво прокручивая между пальцами маркер. Сакура благополучно спустилась на нужный этаж и прихромала в медблок. Там её встретил парень с пепельно-белыми волосами и совершенно нереальными лиловыми глазами. «Фрик какой-то», — пронеслось у неё в голове. Она была уверена, что это цветные линзы. — Привет, — дружелюбно, с легкой долей нахальства произнес он. — Я Суйгецу. А вы? Он лукаво вскинул бровь и с откровенным интересом окинул взглядом её роскошный костюм, мысленно прикидывая его астрономическую стоимость. — Для вас — просто Сакура, — спокойно, с легким холодком в голосе ответила она. — У меня небольшой конфуз. Она приподняла штанину, демонстрируя пропитанную кровью повязку. — Ух, Сакура... — Суйгецу мгновенно посерьезнел. — Вы что с ногой делали? Кросс бежали? Что-то я не вижу вашего досье в базе активных агентов. — Огнестрел. А сегодня очень неудачно и резко ступила на ногу. — Так, понял. Если вас шили, я так понимаю, аллергий на препараты никаких? — Нет, — сухо отозвалась она и, слегка поморщившись, взобралась на медицинскую кушетку. Она потянула ткань брюк выше, оголяя не только раненую ногу, но и свои туфли — дорогущие, потрясающе изящные «Версаче» линейки Медуза из темного винного атласа, идеально подобранные в тон костюму. — Ладно, сейчас сниму повязку, — пробормотал парень, натягивая латексные перчатки. Он осторожно разрезал бинт и недовольно цокнул языком. — Оу... Швы почти что разошлись. Потому и столько крови. Я сейчас вам это исправлю, пока что без вмешательства иглы, стяну пластырями. Но будьте аккуратнее! Еще и на таких каблучищах... Вам бы обувь поудобнее. — И как вы себе это представляете? — Сакура скептически выгнула бровь. — Мне в мартинсах на работу прийти? — А что вам мешает? — искренне удивился Суйгецу. — Вы из какого отдела? У нас так полштаба ходит. Только эти шишки в костюмах вечно за... Он осекся на полуслове, когда его взгляд наконец зацепился за значок на её лацкане. Аббревиатура IOG (Офис Генерального Инспектора) блестела в свете ламп. — Я аудитор, — отчеканила Сакура. — А знаете что? — вдруг заговорщицки произнес медик, меняя тон. — А вам не плевать? Обуйте вы не каблуки хотя бы на неделю! Дайте тканям и швам хоть немного сойтись. Я бы настоятельно рекомендовал сделать это прямо сейчас, а то вам же ходить будет тяжело. Я наложу плотную фиксирующую повязку, в туфли она просто не влезет. — Ладно. Раз это официальная рекомендация врача, я попробую, — Сакура вздохнула и потянулась к карману за смартфоном. — А зачем вам телефон? — Как зачем? Закажу курьером обувь. — Да бросьте! Возьмите со склада новую пару мартинсов. Для агентов всегда заказывают стандартные комплекты, они неубиваемые и удобные. У вас какой размер? — Шесть с половиной, — растерянно ответила Сакура. — Ну вот, сейчас я вам найду. Сидите тут, — скомандовал парень, виртуозно заканчивая с повязкой, и скрылся в подсобке. Через пять минут перед ней стояла черная коробка. Сакура с тяжелым вздохом расстегнула ремешки своих великолепных атласных «Версаче». Снять их было сродни преступлению против моды, но нога гудела так, что спорить не хотелось. Она натянула плотные черные носки, выданные заботливым Суйгецу, и сунула ноги в грубые, тяжелые кожаные ботинки на массивной подошве. Зашнуровав их, Сакура встала с кушетки. Контраст был сумасшедшим: роскошный, струящийся винный костюм от кутюр, идеальная укладка, стрелки — и брутальные армейские ботинки. Но, черт возьми, как же было удобно! Плотная шнуровка отлично зафиксировала лодыжку, снимая напряжение со швов. Она поблагодарила медика, взяла свои туфли за тонкие ремешки в одну руку и вышла из медблока. Когда Сакура вошла в лифт и нажала кнопку 25-го этажа, она посмотрела на свое отражение в зеркальных дверях. Без своих 15-сантиметровых каблуков она вдруг почувствовала себя непривычно маленькой. Мир вокруг словно стал выше. Двери разъехались, выпуская её в коридор родного этажа. Сакура Харуно, столичный аудитор, шла мимо стеклянных перегородок в грубых ботинках, покачивая в руке дорогими туфлями. Она стала на 15 сантиметров ниже, но её взгляд всё равно оставался таким, словно она смотрела на всех с вершины небоскреба. Сакура шла по коридору, чувствуя непривычную, почти грубую устойчивость армейских ботинок. Без пятнадцати сантиметров каблука её роскошные, широкие брюки из винного атласа теперь слегка мели пол, но ей было абсолютно плевать. Она несла в руке свои «Версаче», как трофей после тяжелого боя. Когда она проходила мимо прозрачных стен аналитического отдела, несколько девушек мгновенно прилипли взглядами к её рукам. — Нихера себе… — выдохнула Мэй, едва не подавившись кофе. — У неё в руках туфли, которые стоят три куска баксов! Три тысячи, девочки! Темари, лениво прокручивая колесико мышки, покосилась на Мэй с нескрываемым снисхождением. — А, ты же еще не в курсе главной сплетни департамента, — хмыкнула она, откидываясь на спинку стула. — Она приемная дочь Мадары Учихи. Глаза Мэй округлились до такой степени, что, казалось, сейчас выпадут из орбит. — Чего?! — прошептала она так громко, что это прозвучало как крик. Её самоуверенность мгновенно испарилась. Подкатывать к Саске, когда на горизонте маячит дочь самого опасного и влиятельного человека в системе? Мэй сглотнула подступивший ком. — Да-да, — кивнула Темари. — Так что свои идеи про «внедрение» и «крысу» можешь свернуть трубочкой. Эта девочка с рождения живет среди хищников. Тем временем Сакура, не подозревая о панике в аналитическом отделе, прошла мимо аквариума штурмовиков. Парни мгновенно заметили перемену в её облике. Она вошла в свой кабинет, аккуратно поставила туфли в угол и, тяжело вздохнув, принялась собирать разлетевшиеся по всему полу листы квартальных отчетов и поднимать брошенный в Хидана степлер. В опен-спейсе Дейдара прищурился, провожая её взглядом. — Ебать, да она без каблуков совсем кнопка! — усмехнулся подрывник, опираясь подбородком на руки. — Метр с кепкой в прыжке. А гонору-то! — Да обычная она девушка, чего вы к ней пристали? — вступился Пейн, крутя в руках маркер. — Ну, строит из себя грозу морей и океанов, должность обязывает. А так… вон, ползает теперь, бумажки собирает. Наруто, который всё это время яростно колотил по клавиатуре, пытаясь успеть переписать свой косячный рапорт до того, как Учиха снова его прибьет, злобно зашипел: — Ой, я бы дал ей разок пинка для ускорения! Из-за её проверок мы тут все как на иголках. Блондин злился не столько на Сакуру, сколько на самого себя и на Саске, который так жестко его отчитал. Учиха давно не срывался на него с такой первобытной яростью, и Наруто прекрасно понимал, что шеф на нервах из-за этой столичной выдры. Наведя порядок в кабинете, Сакура снова опустилась в кресло. Боль в ноге немного утихла благодаря тугой повязке и плотной шнуровке мартинсов. Она открыла ту самую папку, которую принесла Мэй, и её зеленые глаза впились в строчки, где упоминались информаторы. Чуйка аудитора забила тревогу. В их работе такие люди — это фундамент. Они сдают картели, сливают маршруты трафика, вскрывают схемы. Это профессионалы теневого мира. Но где есть информаторы, там есть скрытые бюджеты, неучтенные расходы и огромные риски. И она, как главный проверяющий, обязана знать, как работает этот механизм в отделе Учихи. Сакура решительно захлопнула папку. Отбросив в сторону личные обиды, ревность и этот дурацкий контракт, она снова надела на себя броню профессионала. Встав из-за стола, она направилась прямиком в логово зверя. Дверь в кабинет начальника SWAT открылась без стука. — Саске, — с порога произнесла она, чеканя шаг в своих тяжелых ботинках, и с глухим хлопком бросила папку прямо перед ним на стол. Саске внутренне подобрался. Мышцы мгновенно напряглись — он был уверен, что это тот самый чертов рапорт Узумаки, в котором блондин сдал их с потрохами. Но, бросив быстрый взгляд на обложку, Учиха мысленно выдохнул. Это был другой документ. — У вас есть информаторы. Так ведь? — прямо спросила Сакура, упираясь руками в его стол. Саске медленно откинулся на спинку кресла и скрестил руки на широкой груди, сканируя её взглядом. Он отметил её новую обувь, слегка побледневшее лицо, но главное — этот профессиональный, холодный блеск в глазах. — Ну, есть, — ровно ответил он. — И что? Специфика работы, аудитор. Без ушей на улицах мы бы ловили только мелких шестерок. — Отлично, — кивнула Сакура. — Я бы хотела с ними познакомиться. Саске замер. На секунду в кабинете воцарилась такая тишина, что было слышно гудение ламп дневного света. — Что? — его черные брови стремительно поползли вверх, сойдясь на переносице в жесткую складку. Он смотрел на неё так, словно она только что попросила ключи от ядерного чемоданчика. Одно дело — пустить её в бумаги, и совсем другое — вывести столичную, тепличную девочку в грязь, где обитают крысы, стукачи и убийцы. И он собирался популярно ей это объяснить. Саске даже не моргнул. — Нет, Харуно, — бросил он глухо, как отрезал. Не отрывая взгляда от монитора, он кончиком черной ручки небрежно, словно отгонял назойливую муху, отодвинул принесенный ею отчет на самый край стола и продолжил изучать свои сводки. Сакура замерла. От этой демонстративной брезгливости внутри снова начало закипать. Она уперлась руками в столешницу, нависая над ним. — Это приказ, супервайзер, — ледяным тоном процедила она. — Или ты хочешь, чтобы моё начальство из Вашингтона прислало тебе официальное предписание с министерской печатью? Я могу это устроить за один звонок. Саске тяжело вздохнул, со стуком бросил ручку поверх бумаг и наконец поднял на неё потемневший, раздраженный взгляд. — Уйди, Харуно, со своей бредовой затеей, — отмахнулся он, откидываясь на спинку кресла. — В этом вопросе я тебя слушать не собираюсь. У тебя слишком много пафоса на твои полтора метра роста. Тебе там делать нечего. Сакура поперхнулась воздухом от возмущения. — Во-первых, я выше, чем полтора метра! — вспыхнула она, и её голос предательски повысился, пробивая броню вашингтонского хладнокровия. — А во-вторых, аудит — это моя прямая работа! И, возможно, именно поэтому у вас в отделе зияет такая черная дыра в финансах. Дай угадаю: вы платите информаторам наличкой из неучтенного фонда и вообще не указываете эти расходы в официальных сметах?! — Указываем, — рявкнул Саске, и его голос тоже набрал децибелы, вибрируя от сдерживаемой злости. — Да неужели?! И по какой статье?! «Канцелярские принадлежности»?! — ехидно выкрикнула Сакура, забыв о субординации. — Я не слепая, Учиха! Я видела цифры! Там концы с концами не сходятся на сотни тысяч! — Ты видела только то, что тебе было позволено видеть! — прорычал Саске, резко подавшись вперед так, что кресло скрипнуло. — Информаторы — это не твои вылизанные клерки из столицы! Это отбросы, наркоторговцы, сутенеры и убийцы! Ты что, хочешь заявиться к ним в притон в своем шелковом костюмчике и потрясти перед их носом красной ручкой?! Да они тебя на куски порвут раньше, чем ты успеешь сказать слово «аудит»! Их голоса, подогреваемые адреналином, утренним инцидентом с прокурором и банальным упрямством, стремительно набирали громкость, безжалостно пробивая звукоизоляцию стеклянных перегородок. В опен-спейсе работа снова встала. Штурмовики переглянулись. — Да вы издеваетесь… — Дейдара просто уронил лоб на клавиатуру, вызвав на мониторе хаотичный набор букв. — У нас сегодня что, день открытых дверей в дурдоме? Сначала прокурор орал, теперь наш шеф глотку рвет. — Она реально бессмертная, — благоговейно прошептал Наруто, вытягивая шею, чтобы лучше слышать. — Вы поняли? Она хочет поехать на встречу со стукачами! Да её же там живьем сожрут, а косточки в реку выкинут! — Или командир придушит её прямо сейчас в кабинете, — хмыкнул Пейн, скрестив руки на груди, с интересом наблюдая за силуэтами за матовым стеклом. — Наша выдра лезет в святая святых. Теневой бюджет SWAT и сеть информаторов — это вам не количество скрепок и патронов считать. Там такие схемы крутятся, что столице лучше спать спокойно и ничего не знать. — Я пойду к ним с тобой или без тебя! — донесся из-за стекла пронзительный, разъяренный крик Сакуры. — Только через мой труп, Харуно! — прогремел в ответ рык Учихи, от которого, казалось, задребезжали жалюзи. — Ты не выйдешь из этого здания к информаторам! Сасори, сидящий с вытянутой раненой ногой, тихо присвистнул. — Парни, — задумчиво произнес тактик. — Если она сейчас выйдет оттуда живой, докажет свою правоту и реально поедет на эту встречу… я клянусь, я лично буду приносить ей кофе каждое утро. У этой девчонки стальные яйца. — Я всё сказала, Учиха! Ты меня достал! — выкрикнула Сакура. Тяжелая стеклянная дверь его кабинета едва не слетела с петель, когда она с яростью распахнула её, вырываясь в коридор. — А ну стой! — рявкнул Саске. Кресло за его спиной с грохотом отлетело к стене. — Иди нахер, — процедила она, даже не обернувшись. Обида за ту силиконовую куклу Мэй всё ещё жгла изнутри токсичным огнём, смешиваясь с профессиональной яростью. Раз Учиха уперся рогом, она найдет другой путь. Она пойдет к Хатаке. Куратор департамента точно знает всё о теневых списках информаторов. Новые грубые «мартинсы» оказались как нельзя кстати — её шаг был твердым, стремительным и устрашающе уверенным. Не обращая внимания на звенящую тишину, она решительно двинулась прямо через опен-спейс штурмовиков, крепко прижимая злосчастный отчет к груди. Саске вылетел из кабинета следом. Его длинные ноги быстро сокращали дистанцию. — Я сказал, стой! — его бас угрожающе прокатился по этажу. — А я сказала — отвали! Я поеду туда, с тобой или без тебя! — бросила она через плечо, ускоряя шаг. — Всё, заколебала, — прорычал Саске. Он нагнал её прямо посреди отдела. Учиха уже протянул руку, чтобы жестко перехватить её за плечо и развернуть к себе, но Сакура сработала на опережение. Она резко, на одних пятках тяжелых ботинок, развернулась на сто восемьдесят градусов и с силой впечатала твердую папку с отчетом прямо в его широкую грудь, останавливая командира на месте. — Три шага назад, супервайзер Учиха, — ледяным, пробирающим до костей тоном произнесла она. Вся её столичная важность, вся бескомпромиссная власть аудитора Вашингтона сейчас концентрировалась в её потемневших зеленых глазах. Она смотрела на него снизу вверх — без каблуков разница в росте была колоссальной — но энергетически Сакура давила так, словно возвышалась над ним на метр. Она огрела его таким ледяным взглядом, что воздух вокруг них можно было замораживать. — Ты не пойдешь туда, Харуно. Это не обсуждается, — процедил Саске, нависая над ней. Его челюсти сжались, а в черных глазах полыхнул гнев человека, не привыкшего к отказам. — Я сказала: три шага назад, — она была непреклонна и даже не дрогнула под его убийственным взглядом. — Решили поиграть со мной? Забыл, кто я такая и зачем я вообще здесь нахожусь?! Дыра в финансах вашего отдела примерно на пятнадцать процентов тебя не смущает?! Она сделала крошечный шаг вперед, вдавливая картонную папку в его грудь ещё сильнее, словно это был щит. — Чего ты так боишься, Учиха? — с вызовом бросила она. — Что какой-то амбал с пистолетом сделает мне... что? Убьет? Так я и без твоих информаторов вчера пулю словила! Я выполняю свою работу, и ты мне не помешаешь! Опен-спейс за их спинами просто перестал дышать. Элитный отряд ФБР превратился в соляные столбы. Парни сидели с открытыми ртами, переводя ошарашенные взгляды с хрупкой аудиторши в армейских ботинках на взбешенного командира. — Ебануться... — в священном трепете прошептал Дейдара, роняя маркер из ослабевших пальцев на стол. — Она только что послала нашего шефа нахер, а теперь тычет в него картонкой, как крестом в вампира. Парни... кажется, я хочу на ней жениться. — В очередь, сукин сын, — нервно сглотнув, пробормотал Пейн, у которого от этой сцены волосы на затылке встали дыбом. — Если шеф её сейчас не прикончит прямо здесь, я сам начну называть её боссом. — У неё стальные нервы. Или полное отсутствие инстинкта самосохранения, — хмыкнул Сасори, с восхищением наблюдая за противостоянием. — Но одно я знаю точно: Учиха сейчас в бешенстве не из-за финансов. Он боится за неё. И наша выдра только что загнала его в угол. — Ах, так ты хочешь поймать еще одну пулю? — ядовито процедил Учиха. Одним неуловимым, резким движением он вырвал картонную папку из её рук. Его реакция была реакцией хищника — Сакура даже не успела моргнуть, как отчет оказался в его заложниках. — Отдай. Сейчас же! — она сделала агрессивный шаг вперед и с силой ткнула указательным пальцем прямо в его твердую, как броня, грудь. — Не подумаю, — Саске ехидно, по-дьявольски ухмыльнулся. Он прекрасно осознал её новую уязвимость — отсутствие каблуков. Без своих «Версаче» Сакура едва доставала ему до груди. Воспользовавшись своим габаритами, Учиха с издевательской легкостью поднял руку с отчетом высоко над головой, вне её досягаемости. — Вали, Харуно. Или… — он склонил голову набок, с наслаждением наблюдая за её гневом, — забирай отчет и иди. Попробуй достать. В опен-спейсе зрительный зал замер в священном экстазе. — Оу, фа-а-ак… — сладострастно протянул Дейдара, сползая в кресле. Он изо всех сил закусил нижнюю губу, чтобы не заржать в голос. — Ой как грязно… Ой как грязно он играет на её росте! Это же просто издевательство над кнопкой! — Да «грязно» — это не то слово, — прошептал Пейн, округлив глаза и не отрывая взгляда от сцены. — Это удар ниже пояса. Шеф откровенно нарывается на смерть. Сакура замерла. В её зеленых глазах полыхнул такой первобытный огонь, что любой другой мужчина на месте Саске отступил бы. Но не он. — Отдай по-хорошему, — обманчиво тихим, звенящим от напряжения голосом произнесла Сакура. — Пока я тебе не врезала. Саске не выдержал. Он искренне, раскатисто рассмеялся. В этом смехе сквозило абсолютное, снисходительное превосходство боевого офицера над столичной бумажной душой. — Ха-ха… Ты? Мне? — он саркастично выгнул черную бровь. — Давай, аудитор, покажи, чему вас там в Вашингтоне… Он не успел договорить. Он совершил фатальную ошибку: забыл, под чьим началом эта девочка росла. Мадара Учиха не воспитывал хрустальных кукол для витрин. Сакура действовала молниеносно, без замаха и малейшего предупреждения. Вся тяжесть её нового армейского ботинка с жестким хрустом опустилась прямо на подъем его стопы. Саске рефлекторно дернулся от острой, прострелившей ногу боли, и в эту самую долю секунды Сакура нанесла второй удар. Её маленький, но крепко сжатый кулак жестко и технично, снизу вверх, впечатался ему прямо в солнечное сплетение. Воздух со свистом вырвался из легких Учихи. Широкоплечий командир SWAT, неуязвимый терминатор и гроза всего криминального Бруклина, поперхнулся и согнулся пополам, судорожно хватая ртом кислород. Его рука рефлекторно опустилась, пальцы разжались. Сакура изящным, невозмутимым движением выхватила папку с отчетом прямо из воздуха. Она поправила воротник своего винного пиджака и, даже не взглянув на задыхающегося мужчину, чеканя шаг армейскими ботинками, направилась к лифтам. В штабе повисла гробовая, почти религиозная тишина. Лишь гудели компьютеры. Дейдара медленно, растеряв все слова, сполз под стол, держась за голову. — Она… она его сложила, — севшим, благоговейным голосом прошептал Наруто, не веря собственным глазам. — Наша полутораметровая кнопка только что сложила пополам гребаного командира спецназа! — Вы видели эту двоечку?! — ожил Сасори, его глаза блестели от дикого восторга. — Четко в подъем, чтобы отвлечь внимание, и сразу в дыхалку! Классика ближнего боя! — Я же говорил, что у неё стальные яйца, — нервно сглотнул Пейн, потирая собственную шею. — Парни, я начинаю её реально бояться. Если она так с шефом расправилась, что она сделает с нами за кривые отчеты? — Сука… — Саске медленно выпрямился, всё ещё слегка покашливая и держась одной рукой за ушибленное солнечное сплетение. Он поднял на удаляющуюся Сакуру взгляд, полный такого концентрированного, черного гнева, что воздух в коридоре, казалось, затрещал от статического электричества. — Я тебя убью, — прохрипел он, и его длинные ноги сорвались с места, стремительно сокращая расстояние между ними. Сакура обернулась на звук тяжелых шагов. И вот в этот самый момент вся её вашингтонская спесь испарилась без следа. Одно дело — ударить врасплох, используя элемент неожиданности и знание пары приемов самообороны, и совсем другое — принимать полноценный бой с разъяренным командиром SWAT, который надвигался на нее с грацией взбешенного терминатора. Из её груди вырвался короткий, испуганный вскрик, эхом разнесшийся по коридору. Сакура судорожно заколотила по кнопке вызова лифта, мысленно проклиная всех богов небоскребов и тех идиотов, которые именно сейчас катались между этажами. Цифры на табло ползли предательски медленно. — Попалась, — зловеще прохрипел Учиха, нависая над ней темной скалой. — Супервайзер, соблюдайте субординацию! — почти ровным голосом скомандовала она, вжимаясь спиной в холодные двери лифта и прижимая отчет к груди, как щит. Но Саске уже было плевать на субординацию, на Вашингтон и на все уставы ФБР вместе взятые. Он не церемонился. Одно резкое движение — и его сильные руки обхватили её за талию. Сакура даже не успела пискнуть, как мир перевернулся с ног на голову. В следующее мгновение она просто увидела перед собой пол, осознав, что уже висит вниз головой на его широком, каменном плече. — А ну пусти! — зашипела она, пытаясь брыкаться. — Закрой рот, — гаркнул Саске. Он был в ярости. Нет, это слово даже близко не описывало его состояние. Его, лучшего бойца спецназа, только что на глазах у всего элитного отряда согнула пополам девчонка ростом метр шестьдесят! За одно это её мало было порвать на лоскуты. Чеканя шаг, Саске понес брыкающегося аудитора обратно, прямо через опен-спейс. Штурмовики, которые только что мысленно ставили Сакуре памятник, теперь вжались в кресла. Картина была эпичной: их разъяренный шеф, тяжело дыша, волок на плече столичную выдру в роскошном винном костюме, которая отчаянно колотила кулачками по его спине. — Пиздец котенку, — траурным шепотом констатировал Дейдара, провожая их круглыми глазами. — Он же её сейчас расчленит и в Гудзон скинет. — Шеф! — пискнул Наруто, вскакивая с места. Блондин реально испугался за жизнь девушки. — Может, не надо убивать федерального инспектора?! Нам же бумажной волокиты потом на год вперед! — Сядь на место, Узумаки, пока я и тебя через колено не сломал! — рыкнул Саске так, что Наруто мгновенно плюхнулся обратно в кресло. — А я думал, этот день будет скучным, — философски хмыкнул Пейн, провожая парочку взглядом. — Наша кнопка доигралась. Учиха включил режим пещерного человека. Саске подошел к кабинету Сакуры, распахнул стеклянную дверь пинком ноги и вошел внутрь. Он подошел к кожаному дивану для посетителей и без лишних сантиментов скинул девушку со своего плеча. Сакура охнула, упав на мягкую обивку. Она мгновенно попыталась вскочить, но Саске навис над ней. Одним грубым, резким движением он вырвал многострадальную папку с отчетом из её ослабевших пальцев. — Эй! — возмутилась она, поправляя растрепавшиеся розовые волосы. Но Саске уже развернулся. В его движениях сквозила чистая, первобытная ярость. Он вышел из кабинета в коридор и с силой захлопнул тяжелую дверь. Сакура подскочила и дернула ручку, но та не поддалась. С той стороны стекла Саске спокойно провернул в скважине свой универсальный мастер-ключ, намертво блокируя замок. Доступ к которому был только у него. Он поднял на нее темный, торжествующий взгляд сквозь стекло. — Теперь будешь сидеть там до тех пор, пока я не решу обратное, — чеканя слова, произнес он так, чтобы она прочитала это по его губам. Сакура в шоке уставилась на него через преграду. Столичный аудитор оказалась заперта в стеклянной клетке, а ключ лежал в кармане у её главного подозреваемого. — Саске! Открой меня! — гаркнула Сакура, изо всех сил ударив ладонями по толстому стеклу. — Немедленно! Но Учиха лишь издевательски помахал ей отвоеванной папкой с отчетом. — Чао, аудитор, — бросил он с холодной, триумфальной ухмылкой, развернулся и неспешно, с вальяжной грацией победителя, направился в свой кабинет. Сакура в панике прильнула к стеклу, провожая его взглядом. — Нет! Вернись! Ублюдок! — закричала она, но тяжелая дверь его кабинета уже плотно захлопнулась, отрезая её от единственного обладателя ключа. Она резко повернула голову в сторону опен-спейса. Парни всё ещё сидели на своих местах, с интересом наблюдая за этим реалити-шоу. — Узумаки! Акасуно! — её голос сорвался на отчаянный, приказной крик. — Хоть кто-нибудь, помогите же мне! Откройте эту чертову дверь! Штурмовики синхронно переглянулись. Дейдара виновато пожал плечами и спрятался за монитором. А Сасори, даже не попытавшись подняться, лениво потянулся в кресле и крикнул в ответ: — Пардон, аудитор! Но если шеф так сделал, значит, ему так виднее. Против приказов начальства не прем! — Я вам устрою приказы, когда выйду отсюда! Всем премии срежу! — прошипела Сакура. От бессилия она со всей дури пнула неподатливую дверь своим новым армейским мартинсом. Стекло лишь глухо загудело, а вот простреленная лодыжка тут же отозвалась предупреждающим импульсом боли. Поняв, что физически её никто спасать не собирается, Сакура разъяренным ураганом пронеслась к своему столу. Она рухнула в кресло, схватила смартфон и сжала его так, что едва не треснул экран. Её пальцы яростно застучали по клавиатуре, выбивая искры из виртуальных кнопок. Чат с контактом Nemesis открылся моментально. Сакура: Открой меня! Живо! Ответ прилетел через пару секунд. Саске явно держал телефон в руках, сидя в соседнем кабинете. Nemesis: Нет. Ты доигралась, кошечка. Сакура зарычала, вбивая новые строчки с пулеметной скоростью. Сакура: Открой меня, Учиха! Ты нарушаешь вообще всё, что только можно! Устав, субординацию, закон о незаконном лишении свободы! Nemesis: Ты об этом почему-то не думала, когда решила прописать мне в солнечное сплетение на глазах у моих парней. Наслаждайся тишиной. Всё. Она увидела, как статус сменился на «был(а) в сети недавно». Он закрыл диалог. Спрятался! Командир элитного спецназа просто запер её и ушел в глухую оборону. Сакура ударила кулаком по лакированной столешнице. Сакура: Саске! Алё! Молчание. Сакура: Эй! Ты что, реально обиделся!? Тишина. Сообщения висели доставленными, но даже не синели — он их не читал, игнорируя всплывающие уведомления. Сакура Учиха! Снова пустота. Экран смартфона издевательски погас. Сакура: Ёб твою мать! Она отбросила телефон на стол и откинулась на спинку кресла, тяжело дыша. Грудь вздымалась от гнева. Идеально вылизанная золотая клетка министерства в Вашингтоне только что сменилась на реальную, пуленепробиваемую стеклянную клетку в Бруклине. И ключи от неё лежали в кармане у самого невыносимого, мстительного и наглого мужчины на планете.