Глава 13: "Шёпот зверей"

Уже совсем стемнело. Зажглись фонари. Вечерний ветер устало вздыхал. До поезда осталось времени всего ничего – увы, но Итан не мог, перед продолжением своего, неизвестно, что готовящему ему впереди, пути, остаться на минут десять-пятнадцать в доме у доброжелательной Миссис Дюран. Она, как взрослый человек, это прекрасно понимала, ведь и сама, каждый день, имела немало забот. И, тем не менее, радушно звала его, при ближайшей возможности, снова в гости – ведь такому человеку в тёплом семейном доме на улочке Грин Стрит всегда рады, по поводу или абсолютно без такового. Итан положительно кивал головой, спускаясь вниз, со своими вещами, к выходу. Он искренне благодарил Мари за сегодняшний приём, а также за позволение посетить, условно, вновь временно ограниченный, как это было не так уж и давно, для посещения, наводящий на каждую здравомыслящую особу чувство тревоги остров. - Кстати, Мари, разве ваших сотрудников не пугает необходимость оставаться на острове на ночь? - Ну, Итан, понимаете ли, они же работники полиции, если бы они каждой тени боялись… - Издала, едва заметно, нервный смешок женщина. - Знаю, знаю, кто бы защищал город… - Пожал плечами Итан. – И всё-таки, он и днём… Беспокоит. Меня вот, взрослого мужчину, без шуток, сегодня побеспокоил. - Верно, шутите? – Беззлобно ухмыльнулась Миссис Дюран. Хотя и прекрасно осознавала, что её друг, как раз-таки, в этот момент, выражался, определённо, серьёзно. – Вы ведь сами, по личному решению, туда попросились – уж я вас за руку не тянула. - К сожалению или к счастью, моё любопытство, порой, превозмагает беспокойство. - О, это заметно! - Так что же ночь? Что же ваш молодой стажёр, что на своей недавней ночной смене обнаружил мёртвую собаку? Разве это не отбило у него хотя бы одну сотую толику желания прогуливаться под луной? - Чтобы у него – и вдруг отбило?... Клод, в плане интереса к подобным вещам, поверьте, вас на милю обгоняет, а в плане неиссякаемой энергии опередит молнию в летнюю грозу! - Вот как? Похоже, этот молодой человек действительно полон энтузиазма! - Надеюсь, он ещё долго не угаснет… Похоже, он действительно хочет творить добро для этого мира. А в моих руках, я так надеюсь – направить эту истинную, куда даже более значимую, чем физическую, силу, в верное русло. - Это и в самом деле прекрасно. – Стоя уже у самой двери, слегка опираясь на стену, подвёл итог беседы Итан. – На одного героя в мире станет больше. Однако же… Мне уже нужно спешить на вокзал. Если мне придётся ночевать в Сидар-Фолз, ожидая утреннего рейса, моя супруга, по моему возвращению, должно быть, сама себя поспешит овдовить. - Мой вам совет. – Хихикнула Мари. – Купите цветы у одной поздней торговки, что сидит возле станции в вечернюю смену. Вы взглядом не пропустите, на ней чудесный, украшенный ручной вышивкой передник. Она трудится целый день, днём шьёт на заказ, вечером продаёт то, что выросло в её скромном садике. В самом деле, вдовушка, но рук не опускает. Не может бросить своих детей. – Уже несколько печально добавила она. - О, обязательно куплю! Вот ведь бедолага… И мне, ни в коем случае… Их расставание прервало злобное шипение. Джек… Кот Джек, любимец юной Мисс Дюран, в прошлую встречу лениво и спокойно дремлющий, ни чуявший абсолютно никакой угрозы от гостя, теперь же, заметно впившись когтями в небольшой коврик, высоко выгнул спину и шипел, глядя на брюнета из полумрака арки, ведущей на кухню, круглыми, блестящими глазами. Шипение перетекло в завывание – такое, каким, подобные ему, существа угрожают оппоненту во время уличных сражений. - Чего это он?... – Неуверенно уточнил Итан. - Джек?... – Мари тихо обратилась к питомцу. Животное пригнулось, не переставая завывать, шерсть на его гибком тельце торчала во все возможные стороны. Ещё секунда, и вот, почти… Прыжок своевременно предотвратила, выглянувшая на звук, дочь полицейской. - Джек, что это ты делаешь? А ну-ка перестань угрожать Мистеру Блэку! Глупый, глупый кот! Громко топая по лестнице детскими босыми ступнями, мелькающими под розовой ночнушкой почти до земли, как было принято в те времена, держась за поручень, она направилась в сторону животного. Мари, словно ожив, предупредила её: - Милая, осторожно! Он может тебя поцарапать! Ох, кто же знает, что у него в голове… Мать кинулась дочери наперерез, и кот, чуя напряжение в действиях хозяйки, от греха подальше убежал в кухню, где забился под стол, уже не воя, но демонстративно дёргая хвостом. - Извините… Извините Итан, я не в курсе, что на него вообще нашло… - Не извиняйтесь, Мари. Это ведь животное... И, как я уже говорил… Мне не стоит оставлять свою возлюбленную вдовой. Вдовам прескверно живётся… Мне… Мне правда уже пора. Я… Я пойду. До свидания. - Понимаю… До свидания. – Открывая дверь и выпуская за неё Итана, Мари виновато опустила взгляд и вздохнула. – Спокойной вам дороги. Замок щёлкнул. Не такого расставания с гостем Мари желала, определённо не такого. Постояв ещё секунду лицом в сторону двери, будто бы, сквозь неё, стараясь разглядеть, какова картина сейчас снаружи, она медленно обернулась в сторону дочери. - А ты… Почему до сих пор не спишь?

***

Улицы пригорода встретили его тишиной. Свет в подавляющем большинстве окон уже не горел, людские тени не осуществляли свою обыденную жизнь за тонкими занавесками. Только лишь совсем редкие огоньки, словно зоркие глаза, наблюдали из темноты за запоздалым путником. Итан уже свернул на свою улицу. В правой руке – кожанный саквояж, в левой – подготовленное заранее наивное извинение перед супругой, букет из осенних цветов. Казалось, цветы были тяжелее – их дополняло молчаливое чувство вины. Ему почти удалось убедить себя, что всё, что сегодня случилось – лишь результат его усталости. Обморок, жутковатое видение… Последнее – наверняка галлюцинация от недосыпа, правда ведь? Он, так-то, сегодня спал весьма скверно. Клэр определённо права – ему нужно разобраться со своим режимом сна. Она почти всегда права. А кот… Как было верно подмечено в разговоре с подругой, животное есть животное. И в его менее развитом, чем у человека, мозгу иногда совершенно внезапно и непредсказуемо происходят некоторые странности. - Какие-то глупости… - Он сам не заметил, как пробормотал свою мысль вслух. Несколько секунд в воздухе ещё висела, плотным чёрным занавесом, поздняя тишина, его фраза утонула в ней, ясное дело, без всякого ответа. В это время суток он здесь вроде как один… …Или нет? Звякнул резкий рывок цепи и послышалось глухое, напряжённое рычание. Итан поднял взгляд, до того уткнувшийся вниз, к себе под ноги. Мистер Вуд, их сосед, выгуливал пса перед тем, как отправиться спать. Хорт – крупная животина, с короткой, слабо поблескивающей в тусклом фонарном освещении шерстью, обычно был спокоен, можно даже сказать, что ленив, будто бы считал ниже своего достоинства реагировать на окружающий мир. Казалось – даже охранник из него довольно сомнительный, но из, когда-то, слов Мистера Вуда, по молодости тот выполнял свои обязанности более чем грозно. А нового пса он всё никак не заведёт из любви к старому другу. Однако же, поведение животного, в этот момент, абсолютно, диаметрально противоположно отличалось от так давно привычного. - Хорт! Какая муха тебя укусила?... Угомонись! Угомонись, тебе сказано! – Мистер Вуд, не на шутку, напрягся, пытаясь оттащить пса назад. Но тот хозяина будто бы и не слышал. Его тёмные глаза настороженно уставились в сторону молодого человека, тело было наряжено, словно гранит. Лапы практически намертво упёрлись в дорогу, почти что приросли к ней – далеко не хрупкого телосложения Вуд, как ни старался, не мог сдвинуть его ни на дюйм. Острые, желтоватые зубы обнажились. Итан, неосознанно, напрягся в ответ, не решаясь идти дальше. - Мистер Блэк, я его удержу, не волнуйтесь. Без понятия, что на него нашло… Быть может, у него помутнился разум, я не знаю… Хорт напрягся ещё сильнее, чем раньше, стоило Итану сделать шаг чуть в сторону, чтобы обойти того безопаснее. Глаза животного следили за ним с особой внимательностью. Однако, в них, кажется, была не ярость. В них был… Страх? Уши, как и хвост, прижаты, тело согнулось, в момент, так, словно бы зверь намеривался каким-то чудесным способом физически уменьшиться, вернуться к своим некогда щенячьим размерам. Рык перешёл в скулёж и одиночный, неуверенный, отчаянный «гавк». - Бедолага. Быть может, он учуял от меня незнакомый запах. Я в гостях был, гладил чужого кота. Оправдание происходящему, в который Итан сам не верил. Собаки кошек не боятся, а очень даже наоборот – да и питомца Мари он не гладил, даже не прикасался к нему за весь прошедший, чертовски странный день. - Ещё раз прошу меня извинить, Мистер Блэк. Я попробую разобраться, что с ним не так. Приболел, верно, вот и безумствует. - Ничего, Мистер Вуд. В самом деле, ничего… - Итан, незаметно для соседа, нахмурился собственным мыслям. Животные сегодня на него так и ополчились. – Спокойной вам ночи! - И вам того же! Итан ускорился, направляясь к двери. Позвонил в колокольчик. Спустя несколько мгновений напряжённого ожидания, за окнами замерцал свет. Хорт позади всё ещё скулил и подвывал, однако же, звук становился всё тише и отдалёнее – хозяин настойчиво пытался увести его домой, во двор. Ему открыла (к счастью?) Дэлла. Хотя это была и не супруга, от которой он мог ожидать, в этот конкретный вечер, самой настоящей бури, однако же, даже, обычно, спокойная и тихая служанка, судя по взгляду, явно не одобряла сегодняшнего поступка своего господина. - Здравствуй, Дэлла. – Замялся он, словно мальчишка, - Где сейчас Клэр? - В спальне, Господин. Спит. Время нынче позднее. - Это я заметил… - Вздохнул он. Вздох звучал виновато-горестно, однако же, внутри, какая-то сторона его даже была рада, что супруга, по всей видимости, не стала мучить себя, выжидая его до ночи. - Вам помочь разобрать вещи? – Стандартный вопрос, однако же, невольно Итан заметил, что Дэлла, на самом деле, косится на другую его руку, на букет в ней. - Благодарю, Дэлла. Но сперва, - Он протянул ей то, на что она, на самом деле, с некоторым то ли укором, то ли с грустью смотрела, - Будь так добра, поставь цветы вазу. Я поднимусь наверх, в свой кабинет. - Будет выполненно, Господин. После, помогу вам наверху. - Да. На негнущихся, но не от усталости за целый день, а от осознания всей той глупости, что он натворил, всей той давящей неловкости, испытанной внизу, ногах, он в самом деле зашагал по ступенькам. За дверью супружеской спальни тихо, она была закрыта плотно. «Дурак. Я – дурак.» Он признал это мысленно, не пытаясь даже оспорить. Боже, но ведь он просто пытается её защитить? Поэтому молчит? Поэтому врёт. И Натаниэль ему тоже врал. И тоже защищал. Наверное… Это ведь так же естественно, как дважды два – четыре. Он толкнул дверь кабинета. Его встретил взгляд тёмного окна, за которым царствовала ночь. Саквояж был безвольно упущен на диван. Итан, в задумчивости, начал растирать пальцы рук. Глаза его не мигали, упёршись в случайную точку в пространстве. Что, чёрт подери, с ним сегодня происходило?... - Господин? Дверь позади снова скрипнула. Это вошла Дэлла. - Позвольте, я помогу вам. Итан молча кивнул головой, совершенно остранённо. Дэлла открыла саквояж и торопливо принялась разбирать по местам то, что его наполняло. - Она… Она сильно волновалась? - Сильно ли? – Дэлла едва удержалась от того, чтобы саркастично фыркнуть. – Да Госпожа места себе целый день не находила. Отчего же вы её не предупредили? - Мне пришло письмо вчера, а прочёл я его, непредусмотрительно, только утром. Меня вызвали по кое-какому делу в город. - И даже записку не оставили?... - Не оставил… - Констатировал факт, не пытаясь объясниться служанке, молодой человек. Ей-то ничего знать в особенности не нужно. Он медленно, почти неосознанно, словно в состоянии транса стянул с себя пиджак. Дэлла позади продолжала наводить порядки. Прошло, кажется, где-то около целой вечности (хотя в реальности – менее минуты), прежде чем Дэлла снова обратилась к нему. С вопросом, которого он ожидал менее других: - Господин, вы начали увлекаться живописью? Туман в голове будто бы прояснился. - Что?... - Вы привезли из поездки весьма симпатичную кисть. Право, она выглядит недёшево, как профессиональная, не для детского развлечения… У вас новое хобби? Или же это подарок для друга…? Всё произошло слишком внезапно. В одно мгновение. Итан резко развернулся, едва ли не накинулся на служанку – за долю секунды приблизился к ней, почти что прыжком преодолев расстояние в полкомнаты, выхватил тонкую, продолговатую вещь, так сильно, что по неосторожности мог бы сломать пополам, однако же, та ни капли не пострадала. Зато Дэлла потирала руку, так, будто бы почувствовала боль. В её глазах стоял искренний, ненаигранный испуг. - Это не твоё чёртово дело. Ты меня слышишь?... - Д-да, Г-господин… П-прошу м-меня извинить… Я не хотела, мне просто стало любопытно… Я больше не трону её, честно… - Вот и хорошо. Уж постарайся это усвоить. А иначе… - К-конечно… П-простите… - Иди вниз. Дальше, я сам разберусь. Дэллу начала заметно бить дрожь. Она поспешила ретироваться, ещё раз тихо извинившись и опустив взгляд, стараясь не смотреть хозяину дома в глаза. Итан, некоторое время, сильно, яростно дышал. Потом, ослабленно, словно кто-то обрезал нити над марионеткой, попятился назад. Теперь уже, страшно было ему. Это был не он. Не он кинулся на Дэллу. Не он произносил эти слова. Он никогда не грубил, не угрожал ей, за весь тот год, что она работает в доме супругов. Он видел всё это со стороны… Он медленно, боясь ответа на собственный немой вопрос, опустил взгляд вниз, на свои руки. Кисть, зажатая во вспотевшем кулаке, была реальна.