Глава 3

Первого сентября Дурсли проводили Гарри на вокзал Кингс-Кросс в полном составе. Дадли ещё раз уточнил свои полномочия в отсутствии Гарри, дядя Вернон намекнул на то, что не возражает получить на Рождество заколдованную, неломающуюся дрель. А тётушка прямо заявила, что Гарри должен писать ей каждую неделю, рассказывая все школьные сплетни… Гарри со всем соглашался, что абсолютно ничего ему не стоило, а потом прошёл на платформу 9 ¾. Чёртов Хагрид, конечно же, забыл упомянуть о том, как именно туда попасть, и лишь изучение книги «Магический транспорт Лондона: От метлы до самоходных домов» помогло ему найти проход на платформу. Там, не теряя ни секунды, Гарри занял пустое купе, и стал ждать… Дверь открылась всего через пять минут. Показалась рыжая голова. — Привет, тут не занято? Я Рон Уи-и-и-и-и!.. — кто-то с силой дёрнул паренька в коридор. Послышались звуки борьбы, а потом появилась светловолосая голова. — Я Драко Малфой, — представилась голова. — А это Крэбб и Гойл. Гарри с готовностью, но и с достоинством пожал протянутые ему руки. Он знал, что так будет. Гарри Поттер — имя в магическом мире знаменитое. Будущие слизеринцы ему не очень понравились — слишком уж выё… высокомерными были. Но только поэтому отказываться от дружбы с детьми аристократов — нет, ни за что! А потому Гарри три раза за полчаса с готовностью показал им шрам в виде молнии, и минимум пять раз рассказал ни разу невыдуманную историю о том, как выжил, будучи младенцем. Каждый раз получалось всё лучше. Выходило, что Волан-де-Морт чуть ли не плакал и умолял малыша Гарри его не трогать… — Но если уж кто-то залезет в мой дом, то пощады ему не будет, — закончил очередную историю Гарри. — И ты просто взял и отбил Аваду головой, как мяч?! — благоговейным шёпотом спросил Малфой. — Ну да, а ты что, так не умеешь? — хмыкнул Гарри. Драко покачал головой. — Значит, мой отец не зря считает, что ты выжил в ту самую ночь, потому что сам являешься мощнейшим тёмным магом. Именно поэтому Сам-знаешь-кто и попытался убить тебя. А ты всё равно уцелел благодаря своей запредельной мощи… В купе повисла абсолютная тишина. Даже колёса поезда, кажется, ненадолго перестали стучать. Гарри слышал об этой теории, и был рад, что Люциус Малфой оказался одним из тех, кто придерживается её. — Я скажу так, Драко… — Гарри выдержал театральную паузу. — Твой отец очень мудрый человек. Только я тебе ничего не говорил… Глаза Драко округлились от восторга, смешанного с ужасом. Он уже представлял, как расскажет об этом отцу и получит заслуженную похвалу за то, что в первый же день сумел подружиться с будущим Тёмным лордом. «Блин, да я стану его правой рукой! — думал Драко. — Когда Поттер захватит мир, я буду маячить где-то рядом и отхвачу себе кусок власти…» Дверь купе открылась, прервав поток мечтаний, и во многом из-за этого Драко разозлился на вошедшую девочку с копной густых, каштановых волос. — Вы не видели здесь жабу? — спросила она. — Свою сестру потеряла? — прошипел Драко. — Эй, повежливей! — ощетинилась девочка. Гарри внимательно осмотрел её. Типичная отличница, лучшая во всём, скорее всего, из числа магглорождённых… Такая может быть полезна для продвижения по учёбе. — Ты ведь из магглов, да? — нахмурился Драко. — И что? — А то, что таким, как ты, тут делать нечего! — Извини моего друга, — вмешался в разговор Гарри. — Он… слегка не сдержан. Мы не видели тут жабу. Кстати, я Гарри Поттер. Взгляд девочки метнулся к его шраму на лбу. — О… Я читала о тебе. А я Гермиона Грейнджер. — Да-да, это всё жутко трогательно, но свали уже! — снова не выдержал Драко. Гермиона ушла с гордо поднятой головой. — Грязнокровки! — Малфой плюнул от злости и попал в Гойла. — Нельзя с ними общаться… — Нельзя показывать своё отношение к ним на людях, — заметил Гарри. — Отец так же говорит… — буркнул Драко. Гарри лениво улыбнулся. — Я же говорил: твой отец — мудрый человек…