Глава 4

Лодки скользили по чёрной глади озера, раздвигая туман. Гарри, сидя рядом с Малфоем, смотрел на замок, вырастающий из скалы, — окна горели золотом, башни царапали небо. Гарри вдохнул полной грудью и мысленно произнёс: «Это место станет моим». В Большом зале пахло тыквенным пирогом и горячим воском. Тысячи свечей парили под зачарованным потолком, первокурсники жались друг к другу, пока профессор МакГонагалл с лицом, не обещающим ничего хорошего, зачитывала список. — Уизли, Рональд! Шляпа, едва коснувшись его макушки, брезгливо сморщилась и рявкнула: — ГРИФФИНДОР! Рон умчался к алым мантиям с такой скоростью, будто за ним гнались акромантулы. — Грейнджер, Гермиона! Волны каштановых волос прошествовали к табурету. Гарри не знал, в чём дело, но аромат тыквенного пирога, будто бы, на миг усилился. Девочка выглядела так, словно от этого решения зависела вся её дальнейшая жизнь — и, в общем-то, так и было. Шляпа задумалась секунд на тридцать, что-то пробормотала себе под нос и выкрикнула: — КОГТЕВРАН! Гарри мысленно поставил галочку: «Отлично. Умница на синем факультете — будет к кому обратиться за конспектами». — Малфой, Драко! Шляпа ещё не успела коснуться светлых волос, а уже завопила дурным голосом, перебивая МакГонагалл: — СЛИЗЕРИН!!! Драко прошествовал к зелёному столу с видом наследного принца, принимающего вассальную клятву. Гарри выдохнул и приготовился. Очередь дошла до него. — Поттер, Гарри! Зал погрузился в тишину. Слышно было, как где-то за учительским столом Дамблдор перестал жевать лимонную дольку. МакГонагалл взяла Шляпу двумя руками и шагнула к мальчику. Но Шляпа, изогнувшись в её пальцах, вдруг задрожала, вытянулась струной и заорала на весь зал, перекрывая шёпот: — СЛИЗЕРИН!!! МакГонагалл вздрогнула, чуть не выронила артефакт, но профессиональная выучка взяла своё — она дисциплинированно нахлобучила Шляпу на голову Гарри. Та немедленно зашептала прямо в уши, обдав запахом старой кожи и пыли: — Ох, мальчик... На Слизерине ты станешь великим. Хитрым. Могущественным. Все будут уважать тебя. Или бояться. Или и то, и другое — что, согласись, ещё лучше... — Я согласен, — перебил Гарри. — ...Что? — Я говорю — я согласен. Отправляй. Повисла пауза. Шляпа, кажется, впервые в своей многовековой жизни растерялась. — Э-э... подожди. Обычно со мной спорят. Кричат, умоляют, плачут... Вот твой отец, например, орал «не Слизерин» так громко, что у меня заложило складки. А ты просто соглашаешься? — А зачем спорить с артефактом, который видит людей насквозь? Ты знаешь, куда меня нужно отправить. Я тоже знаю. К чему этот театр? Шляпа издала звук, подозрительно напоминающий довольное хмыканье. — Приятно иметь дело с разумным человеком! Что ж, как скажешь, мистер Поттер... СЛИЗЕРИН!!! Гарри стянул Шляпу, аккуратно положил её на табурет и направился к столу с зелёными знамёнами. И вот тут-то началось самое интересное. За преподавательским столом происходила немая драма. Альбус Дамблдор, застыв с вилкой в руке, смотрел на Гарри так, словно перед ним только что материализовался живой дракон. Он медленно повернулся к МакГонагалл. Та была белее мраморной колонны. Но самое грандиозное произошло чуть левее. Профессор Северус Снейп, декан Слизерина и по совместительству человек, поставивший десять галеонов на то, что сын Джеймса Поттера попадёт куда угодно, только не к нему на факультет, услышал вердикт Шляпы. Его лицо, и без того бледное, приобрело оттенок овсяной каши. Он схватился за грудь, беззвучно открыл рот и медленно, очень театрально сполз под стол. Профессор Флитвик заглянул под скатерть. — С ним всё в порядке? — нахмурилась профессор Стебль. — Кажется, он не дышит. — Он в обмороке, — констатировал Флитвик. — Вот как? Тогда оставьте его там... Хагрид, сидящий с краю, громко высморкался в платок размером со скатерть и пробормотал: «Бедный мальчик... бедный, бедный мальчик...», не уточняя, кого именно он имеет в виду. Гарри опустился на скамью рядом с сияющим Драко. Тот немедленно хлопнул его по плечу. — Я же говорил! Слизерин ждал тебя, Поттер! — Я знаю, — ответил Гарри и улыбнулся уголками губ. Где-то под учительским столом профессор Снейп дёрнулся было, поднимаясь, но тут же ударился головой о столешницу и снова вырубился...