Глава 10

За неделю до Рождества Гарри вдруг стал самым востребованным человеком в Хогвартсе. Первым подошёл Снейп. — Поттер. На каникулы вы можете остаться в замке, под моим присмотром. Посидим, погрустим, пожалуемся друг другу на жизнь… — Благодарю, сэр, но у меня уже есть приглашение, — вежливо ответил Гарри, и Снейп выглядел так, будто у него только что отобрали последний смысл жизни. Ноздри дрогнули. Пальцы сжали палочку. Гарри добавил: — Но я обязательно зайду к вам сразу после каникул, сэр. Обещаю. Снейп выдохнул и удалился, бормоча что-то про безответственных первокурсников. Следующей была Гермиона. — Гарри! Я написала родителям, и они не против, если ты проведёшь Рождество с нами! У нас есть свободная комната, и мама чудесно готовит индейку, и я подумала — ты же мой первый друг, и... Гарри открыл рот, чтобы вежливо отказаться, и с удивлением обнаружил, что слова застряли где-то в горле. Что-то внутри — то самое, что жило когда-то в чулане под лестницей, — тихо пискнуло: «Индейка… Семья... Тебя позвали». Он придавил это чувство усилием воли. — Спасибо, Гермиона, но, к сожалению, никак не смогу. Но мне очень... очень приятно. Он сказал «приятно» и понял, что это правда. Гермиона кивнула с улыбкой, и Гарри мысленно зафиксировал: «Странное ощущение. Проанализировать позже». А потом подошёл Драко, сияя как начищенный котёл. — Гарри! Как насчёт того, что бы провести Рождество в Малфой-мэноре? Отец лично приглашает! Он хочет познакомиться с тобой. «Отлично, — подумал Гарри. — Пора знакомиться с Люциусом. Нужно будет окончательно убедить его, что он не зря считает меня новым Тёмным Лордом». — Для меня это честь, Драко, — сказал он таким тоном, чтобы польстить, но не унизиться. Малфой чуть не лопнул от гордости. *** Перед каникулами был квиддичный матч — Гриффиндор против Слизерина. Гарри сидел на трибуне и смотрел, как игроки носятся по полю, рискуя жизнью ради мячей, которые залетают в кольца и немедленно вылетают обратно. Бладжеры целенаправленно искали головы. Охотники врезались друг в друга с хрустом. — Я правильно сделал, что не стал в это лезть, — пробормотал Гарри, наблюдая, как гриффиндорский загонщик получил бладжером в ухо и радостно заорал, что это ерунда. И тут мётлы взбесились. Сначала одна. Потом вторая. Потом все разом — и гриффиндорские, и слизеринские — развернулись в воздухе и понеслись прямо к трибунам. Прямо к Гарри. — О, нет… — буркнул Гарри. Снейп вскочил, выхватывая палочку. Лицо исказилось отчаянной яростью. — Не трогайте его!!! — заорал он на весь стадион и, кажется, добавил что-то похожее на «...Лили, я спасу его!», но ветер унёс точную формулировку. Драко бросился наперерез мётлам, размахивая руками. — Гарри, не показывай свою супер-тёмную магию! Отец сказал — ещё не время! Мы справимся сами! Крэбб, Гойл, закройте его телами! Крэбб и Гойл, не поняв приказа, просто встали и зажмурились. Гермиона, оказавшаяся рядом, выкрикнула: — Я не могу потерять единственного друга! У меня ещё не было друзей, мне сравнивать не с чем, но ты хороший! А откуда-то сбоку, пыхтя, выкатился Рон. Он героически заслонил Гарри плечом и прокричал: — Я тебя сейчас спас! Мы квиты, да?! Я ничего тебе не должен?! Да, Поттер?! Гарри, который даже палочку не достал, потому что всё равно не знал, что делать, усмехнулся: — Уизли, я дал тебе возможность проявить себя перед всей школой. Ты снова мой должник. — ЧТО?! — Можешь не благодарить, — отмахнулся Гарри. — Я всего лишь поднял твой школьный рейтинг. Но в этом уж весь я… Тем временем Снейп обезвредил последнюю метлу и рухнул на скамейку, тяжело дыша и прижимая руку к груди. Мётлы лежали на поле грудой дров. Зрители аплодировали. Гарри был цел и невредим. Он оглядел свою команду защитников. Снейп с видом «я только что едва не поседел». Драко, гордый тем, что выполнил отцовский приказ. Гермиона, которая уже записывала в личный дневник, что «дружба сопряжена с опасностями, но это стоит того». Рон, подсчитывающий в уме свои долги и приходящий в ужас. Крэбб и Гойл, которые всё ещё стояли с закрытыми глазами. «У меня есть армия, — подумал Гарри. — Я даже не собирал её специально. Она сама собралась. Это прекрасно». Но вслух он сказал другое: — Какого хрена было с мётлами?!