Глава 10. Без барьеров и босиком

Мы не сможем дружить,

Но я не против попритворяться,

Вы всё хватаетесь за свои бумажки и ручки,

Дождитесь, пока я не начну снова нравиться вам.

we can't be friends (wait for your love) - Ariana Grande

Сознание возвращалось медленно, так что в первые минуты я даже не поняла, где я, кто я и зачем я. И вот эти вопросы уже натолкнули на дальнейшие размышления: если задаюсь вопросом «кто я», то значит дела мои плохи - либо перепила очень сильно, либо что-то ещё произошло, что заставляет задаться вопросом, над которым, скорее всего, уже не раз рассуждала. Вот в последнем была полная уверенность: знать, кто я - это обязанность. Иначе я была бы не я. Эта мысль, довольно абстрактная, но почему-то такая понятная сейчас, заставила рассмеяться. Сквозь вязкую тьму, которая казалась мне густым гудроном, я услышала свой ненормальный смех. Сознание тонуло в этой субстанции и не хотело адекватно мыслить. И это было так противно, что враз расхотелось смеяться. Я резко выпрямилась, но равновесие тут же потерялось, и я снова упала на что-то мягкое. «Я как неваляшка какая-то», - проскочила сквозь эту вязкость мысль, и я снова рассмеялась. - С ней точно всё нормально будет? - спросил кто-то еле слышно. - Нам важно её доставить, а не беспокоиться о её сохранности. Её в любом случае скоро уберут, так что если она и выживет от такой убойной дозы, то ненадолго, - ответил этому кому-то второй голос, и раздался хлопок. Он уж больно мне напомнил удар, как будто кто-то дал кому-то подзатыльник. И меня накрыла ещё одна волна безудержного веселья. «Вот кто-то невезучий, аж два раза не может подохнуть», - подумала я и откинулась более удобно на что-то мягкое. Мне было до ужаса весело, я чувствовала себя слишком лёгкой и счастливой, что я не понимала, почему раньше так много переживала. Жизнь ведь такая прекрасная и необычная. Я чувствовала, как будто плыву на волнах счастья. Голова слегка кружилась, поэтому глаза я не хотела открывать, чтобы не спугнуть это состояние. Даже Мистер Зонтик теперь не сможет мне испортить настроение. «Точно! Мистер Зонтик! Как я могла забыть этого вечно недовольного бюрократа. Мне срочно надо с ним тоже поделиться счастьем. Говорят же «счастье - это заразно», поэтому я обязана стать его вирусом… счастья? Любви?» - всё наговаривал голос внутри меня. А я аж почувствовала, как внутри всё взорвалось мириадами ярких искр непонятного желания и нетерпения скорее увидеться с ним. «Так вот что он снился мне раньше с этой непонятной тьмой», - вспомнила я недавний сон, но мысли пробивались сквозь тягучую пелену, и это начинало раздражать - нужно срочно поделиться с ним счастьем, а эта липкая субстанция мешает действовать быстрее. - Точно, - воскликнула я вслух, но услышала только со стороны что-то отдалённо напоминающее это слово. Мне пришлось открыть глаза, чтобы понять, кто так странно говорит. Но я оказалась в каком-то новом радужном для себя мире, где было всё головокружительно, очень ярко и необычно. Я снова рассмеялась. - Точно! - ещё раз попыталась сказать я это вслух, но язык тоже плохо слушался. Плохой язык. Кажется, пришла пора заменить его на новый, а то вообще отказывается работать. - Он, наверное, там один грустит за стаканом виски. Я тоже хочу к нему, - довольно капризно заявила я кому-то, кто ехал на передних двух сиденьях машины. «О, мы куда-то едем. Замечательно! Машина!» - Так, мальчики! Мы едем к Айсбергу делать его счастливым! - заявила я вяло и облокотилась на передние кресла, выглядывая между ними. И чья-то настырная рука оттолкнула меня назад - довольно больно. Голова резко закружилась, и я неосознанно упала обратно за задние сиденья. - Фу, плохие мальчики! - уже более бодро и громко провозгласила я. - В монастырь на воспитание! - Смех снова душил. Как же мне было весело и хорошо. - А куда мы едем? - задала я насущный вопрос, разглядывая потолок и какие-то яркие точки, которые мешали рассмотреть, куда мы едем. Они всё переливались и мерцали. «Какие же красивые звёзды! А мы смотрим всё время только себе под ноги», - подумала я и не захотела делиться этой мыслью с невоспитанными молодыми людьми. - Заткнись уже, - прошипели мне откуда-то спереди. - Вы точно не умеете общаться и обращаться с девушками. Видимо, поэтому вы такой злой, - обиженно сказала я и сложила руки на груди. Майкрофта хотелось очень сильно увидеть. А то, что мы, видимо, едем не к нему, довело меня до слёз. «Как же так? Мне надо к нему… счастьем поделиться. И вообще обнять… А они. Они такие черствые к желанию девушки», - подумала я и громко всхлипнула. Но, подумав ещё чуть-чуть вместе с этой тягучей тьмой, я передумала реветь, потому что ни один мужчина не достоин ни одной моей слёзки. Поэтому пошли они куда подальше и желательно из машины! И о, чудо! Машина действительно остановилась, и эти два типа резво выскочили из неё. Я в неверии посмотрела на звёзды. Звёзды тоже в недоумении уставились на меня, а тьма прошептала «Майкрофт», и я, подскочив, захотела перебраться за водительское место, но кто-то открыл дверь и, сматерившись, дёрнул меня за ноги на себя. Ноги вообще не держали, поэтому ими я очень вяло перебирала. «Похоже на какие-то бальные танцы с мелкими шажками и разным ритмом», - подкинуло картинку подсознание. «Точно, я же танцую», - пронеслась в голове следующая мысль, и я пыталась найти своих зрителей - каждый должен увидеть, что этот навык у меня ещё не потерян. Я оглянулась по сторонам и никого, кроме двух невоспитанных, не нашла. А они точно не достойны видеть мои таланты. Даже звёздочки пропали, что невероятно меня обидело. Перед глазами всё ужасно плыло, но я увидела его машину. - Точно, это же машина! - вслух воскликнула я и попыталась вырваться, но мне слишком больно и неудобно заломили за спину руки. - Слушай ты... - тут мозг не смог подобрать слово, поэтому я проводила взглядом машину лапушки-милашки Джима, и меня озарило, - БДСМ. Точно, ты бессердечный, дебильный самодурок, и ни капли не милый, раз со мной так обращаешься. Вот ты знаешь Мориарти? Такой в костюме и жутко опасный. Так вот он точно, точнее не он... - Он тебя, дура, и похитил, - отозвался второй тип. Я споткнулась от этого заявления. Тьма странно шевельнулась и немного отпустила меня, так что я смогла понять - врёт он, и всё. Джим? Меня? Похитить? Ему что, заняться больше нечем? - А зачем? - на всякий случай уточнила я. Но от нелепости ситуации меня снова разбирало на смех. - Ты обмен. Либо Шерлок сдаётся, либо тебе не дают антидот, и ты - труп, - ответил второй, и первый на него недовольно шикнул. - Да она всё равно ничего не вспомнит, так хоть приставать не будет. И на этих словах меня не слишком аккуратно впихнули в какую-то дверь. Я повалилась на пол, но всё те же руки, что больно сжимали мои запястья, удержали от удара. Но не от смеха. До чего ж они идиоты. «Мориарти меня похитил ради игры с Шерлоком?! Это глупо и совершенно не элегантно, некрасиво и нелепо. Джим бы такую дурость никогда не совершил. Не настолько просто и с такой ужасной мотивацией». - Я ещё громче рассмеялась и никак не могла остановиться. Указать на ошибку я тоже не могла, потому что буквально задыхалась от недостатка кислорода в лёгких. - Вы знаете, что это так глупо? - смогла я всё-таки еле слышно простонать, пытаясь вырваться. Не от страха, нет. А потому, что это было весело. Как и самому вести этот странный танец, только с плохой хореографией. - Вы думаете, что Джим Мориарти - это кто? Кто-то, кто будет похищать людей вот так? Он слишком элегантный для этого. Он бы нанял кого-то, кто сделал бы это красиво, кинематографично и чрезвычайно умно. А вы... вы как будто из плохого фильма с ужасным сценарием. Я со стороны слышала, что мои мысли и то, что говорил мой заплетающийся язык, сильно отличались, и аж топнула ногой от разочарования. Я огляделась и начала узнавать знакомые коридоры и запах. Пахло антисептиком и противными буднями. И это было так иронично, что я засмеялась в голос. - Вы серьёзно? - пробормотала я, спотыкаясь. - Вы привезли меня на работу?! Нет! - уже чуть ли не проорала я. - Не хочу на работу, здесь слишком плохо. Чья-то ладонь закрыла мне рот, отпустив одну из моих рук. Я попыталась укусить, ведь никто не смеет затыкать меня. Я слишком умная, лучше бы прислушались, но меня ещё раз куда-то втолкнули, при этом отпустив и лишив меня такой хрупкой поддержки. Я влетела буквально в какую-то комнату, неуклюже перебирая ногами, которые почему-то где-то оставили обувь, что я почувствовала только сейчас. Холодный пол неприятно жёг голую кожу ног, отчего я недовольно поморщилась и готова была разразиться гневной тирадой. Но первостепенная задача стояла удержаться на этих самых ногах, потому что полу, видимо, тоже было очень весело - он кружился в танце со своим недостижимым партнёром, на которого он мог лишь любоваться. Но нет недостижимых целей, поэтому пол совместно с потолком в каком-то немыслимо быстром вальсе закружились у меня на глазах. Время как будто замедлилось, и я ощущала своё свободное падение, которое предотвратила чья-то болезненная хватка, вздернувшая меня наверх. В голове что-то болезненно прострелило, так что на мгновение в глазах прояснилось - и там был он, тот, к которому я так стремилась. «Вселенная, ты что, реально исполняешь мечты?» - я почувствовала такой приток счастья, что губы сами собой расползлись в широкой улыбке, а из нутра вырвался наружу самый счастливый смех в моей жизни. Мне было так хорошо в данный момент, что я не представляла, что может быть ещё лучше, чем этот момент. - А я так хотела тебя увидеть, что Вселенная сама прислала тебя мне, - кокетливо проговорила я, глядя из-под ресниц на Майкрофта, который почему-то тоже расплывался у меня перед глазами. Видимо, его тьма - вечный союзник - захотела забрать его ненадолго к себе. Ну и ладно, я не жадная, а счастьем всё равно поделюсь. Я хотела было вырваться и чисто по-человечески обнять его - говорят, объятия снижают уровень стресса за день и повышают настроение за счёт вырабатывающегося окситоцина, - но меня не пускали к нему. Я попыталась решить эту несправедливость, но услышала резкий щелчок у своего уха и замерла. Голова плохо варила, но подкинула мне идею, где я уже могла слышать этот звук - тогда, в больнице, когда этот ненормальный (или нормальный?) брат Артура Аддисона заявился с оружием. И это был тот самый звук предохранителя пистолета. Мои глаза в удивлении округлились, а подсознание задало риторический, но такой важный вопрос: «Вы что, издеваетесь? Дать мне желаемое, но сказать, что за него побороться ещё надо?» - Да идите вы все в котёл адов вариться, - единственное, что мне позволили сказать, а дальше пистолет вплотную приставили к моей голове. Подсознание активно кричало: «Помолчи теперь, сейчас придумаем что-нибудь», и кто я такая, чтобы его не послушать? Я замерла, но постаралась сосредоточиться на нём. Может, он даст мне подсказку, как подобраться к нему, но Холмс - точнее, даже два Холмса: один младший, а другой мой, старший, - стояли замерев и не предпринимая никаких действий. Младший был мне не так интересен, как старший, который смотрел не на меня, а куда-то поверх моей головы. «Но так быть не должно!» - проорала моя нарциссическая часть, и я пошевелилась, пытаясь привлечь к себе внимание. И у меня получилось. Майкрофт, во-первых, перестал так сильно расплываться, а во-вторых, буквально на несколько медленных, но таких быстрых секунд наши взгляды пересеклись. Только его был какой-то уж слишком недовольный. Я бы сказала даже злой и, как лезвие меча, острый. Его взгляд снова ушёл куда-то за меня, но даже эти несколько секунд вызвали дикие мурашки по телу. «Какой ужасный и холодный. Надо скорее его согреть», - подумало моё подсознание, но было безжалостно прервано голосом, заговорившим за моей спиной. Он оказался неприятно знакомым - это всё ещё был один из тех двух людей, которые тащили меня через коридор. - Мистер Холмс, - произнёс он ровно. - Она у нас. Это послание. Я заметила какое-то смазанное движение сбоку - Шерлок, который невероятно бесил всех. Наверное, меня всё-таки раздражали все Холмсы своей холодностью и любовью к чрезмерно умным дебатам, а не конкретно кто-то один из них. Я неохотно отвела взгляд от Майкрофта и посмотрела на младшего Холмса. Он заложил руки за спину и смотрел на похитителя так, как будто тот был... неинтересным насекомым. Какое-то презрение, с которым я была полностью согласна - не от большого ума люди стоят на пути у чужой цели. - Послание, - повторил он, и в его голосе было столько яда, что я едко улыбнулась в ответ. Снова было весело. - От Мориарти. Конечно. Потому что Мориарти - это тот, кто похищает психологов в больнице, использует препараты, которые оставляют жертву в сознании, и оставляет свидетелей в виде двух своих бывших исполнителей, которых он, очевидно, обещал отпустить. Похититель за моей спиной напрягся и сильнее сжал мои руки, от чего я поморщилась недовольно. Но тут мозг зацепился за фразу, и пока я пыталась понять, какая мысль пытается прервать моё веселье и счастье, продолжила где-то на периферии ловить обрывки диалога. - Вы не знаете, о чём... - начал он. - Я знаю, что вы работали на Мориарти три года назад, - перебил его Шерлок. - Ушли после того, как ваш напарник получил пулю в плечо во время операции в Праге. С тех пор вы работаете на тех, кто платит больше. Но вы не переговорщики. Вы - исполнители. Ваша работа - молча убирать цель. А тут вас заставили говорить, вести переговоры, импровизировать. И вы в этом ужасны. Он сделал шаг вперёд, и похититель сильнее надавил оружием мне в висок. Я инстинктивно попыталась уклониться, но тут пришло осознание сказанного ранее Шерлоком. - Меня что, накачали чем-то? - Адреналин ударил в мозг, и моей единственной мыслью стало лишь то, что я не успею поделиться с Майкрофтом счастьем, и он так никогда и не улыбнётся нормально. - Заткнись, - ласково сказал кто-то, видимо, мне. - Вы нервничаете, потому что не знаете, что делать. Вы не умеете импровизировать. Вы умеете только молча нажимать на курок. И кто бы вас ни нанял - он выбрал не тех людей для этой работы. Так кто это был? Кто вас нанял? - продолжил Шерлок свой скучный и бесполезный допрос. Ведь не понимает, что они не скажут - не тот тип людей, которые перед опасностью развяжут свой язык. Вот глупые они все. Я перевела взгляд на более интересную свою цель - Майкрофт в это время стоял замерев. Его взгляд был прикован к пистолету у моей головы, а мне так хотелось, чтобы он на меня тоже посмотрел. Одна из его рук то сжималась в кулак, то разжималась, и я поняла, что прежде не видела у него подобной реакции. Тревога? Волнение? Переживание? «Нельзя допустить», - подумал мой мозг, так как он потом может груситить. - «Мистер Зонтик волнуется. Надо его успокоить». - Слушайте, - вдруг услышала я свой голос, и он прозвучал слишком громко и слишком весело. Мне попытались закрыть рот рукой, отпустив при этом захват. «Ну и недалекого ума», - подумал мой мозг и уже по протоптанной дорожке повторил свой недавно отработанный в таких же условиях трюк, но с некоторым дополнением. Лишившись опоры, ноги предательски подогнулись - больше нести мою тяжесть не могли. Похититель не успел поддержать, а я злилась, что заставляют грустить моего человека, поэтому, рухнув на колени, постаралась из всех сил зарядить локтем ему в живот - вот чтобы больше не творил глупостей. Но получилось чуть ниже. Этот недалекий человек заорал, как резаный, и я, не выдержав, заткнула уши руками. Откуда-то раздался выстрел, а я окончательно потеряла контроль над телом и рухнула на пол, закрыв глаза. Раздался приглушённый удар, и второй тоже замолчал. Я лежала и прислушивалась к происходящему. И только сейчас заметила, что тело сотрясала странная крупная дрожь, а то ли плакать хотелось, то ли снова смеяться. Кто-то подошёл ко мне и попытался поднять, но я лишь дёрнулась и свернулась на полу в позу эмбриона, всё так же заткнув руками уши. - Что с ней? - спросил кто-то и попытался ещё раз меня ощупать. Я лишь дёрнулась сильнее. - Джон, не трогайте её, - раздался спокойный, но твёрдый голос где-то рядом. - Это травматическая реакция. Она в адреналиновом шоке, плюс препараты. Любые прикосновения сейчас будут восприниматься как угроза. - Что за вещества? - спросил всё тот же слишком близко находящийся ко мне голос. - Вы уже нашли антидот, или они выведутся сами? - Пока неизвестно, что именно ей ввели, - ровным тоном ответил Майкрофт. - Нужен токсикологический анализ. Без него антидот вводить опасно - можно только усугубить. А мне стало дико смешно. Первый смешок вышел каким-то нервным, но уже через десяток секунд я смотрела на ярко разукрашенный потолок и весело смеялась над всей ситуацией в целом. Это же надо, ещё одна ситуация за месяц, всё на той же работе чертовой, где в меня тычут пушкой. Я резко села, отчего яркие искры быстрее закружились перед глазами. - Возьмите её кровь на биохимический анализ, - голос приблизился, и он был до боли мне знаком. - Нужно точно знать, что ей вводили. Майкрофт подошёл ко мне, присел рядом на корточки и внимательно в меня вгляделся. Его синие глаза были непривычно тёмными, но не так, как в тот вечер, когда он провожал меня до дома. В них не было привычной отстранённости, но и не было той сдержанной теплоты, которую я видела раньше. Было что-то другое. Что-то, что я не могла разобрать сквозь вязкую пелену в голове. - Мисс Картер, - начал было он. И меня от такого ужасного, холодного обращения перекосило. Я попыталась встать. Раз не хочет сближаться, я тоже пойду домой. Уже поздно довольно. Майкрофт не отодвинулся. Наоборот, он помог мне встать, аккуратно взяв меня под локоть и слегка приобняв за талию. И только почувствовав некую устойчивость в вертикальном положении, я, наконец, сделала то, ради чего его и искала всё это время. Я просто обняла его. В голове взорвались тысячи счастливых искорок, и я очень-очень сильно надеялась, что ему эти внеземные ощущения передались тоже. Это же так прекрасно - обнимать человека, делиться спокойной радостью, вдыхать аромат его парфюма и чувствовать тепло рук и тела этого человека. Я замерла, чувствуя удары его сердца - какие-то слишком быстрые для человека, который всегда казался мне ледяным. «Неужели лёд треснул?» - сам собой возник вопрос в голове. Я нахмурилась, слабо веря в эту идею, и слегка отстранилась, чтобы прочитать это в его глазах. Но его выражение лица не выражало никакого счастья, которое испытывала я. Скорее ошеломление, доведённое до абсолюта, и в какой-то мере испуг. Майкрофт, наконец, отмер и попытался отцепить меня от себя. Но упрямые блондинки просто так не сдаются. Если они уж решили подарить выбранному человеку счастье, они никогда не свернут с пути к своей цели. - Братец, - раздался голос Шерлока, в котором явно слышалась насмешка, - я, наконец, могу сообщить родителям, что ты решил жениться? - Это травматическая реакция, Шерлок, - ровным тоном произнёс он, хотя всё так же мягко, я бы даже сказала, сильно халтуря, пытался высвободиться из моих тёплых объятий. Не то, что эти двое, которые совершенно не ценили то, что по воле судьбы оказалось в их руках. - Она сейчас неадекватно реагирует на окружающую действительность. - Травматическая реакция, - повторил Шерлок, и я услышала, как он фыркнул. - Конечно. Рыбка, которая решила, что сможет приручить акулу. Джон, который всё это время молчал, настойчиво перебил своего друга: - Майкрофт прав. Ей нужно время и чувство безопасности. Я возьму у неё кровь, а ты делай свои исследования. - Кто это рыбка? - возмутилась я, когда смысл сказанного дошёл до моего сознания. Теперь уже я настойчиво отстранилась от тёплого, поддерживающего Майкрофта. Но, как только тело лишилось опоры, оно тут же решило отправиться в свободный полёт, потеряв равновесие. Сильные руки подхватили меня, не давая поближе познакомиться с прелестями сотрясения мозга. - Существует вид рыб - прилипалы, называются, - как бы невзначай добавил младший Холмс. - Шерлок! - Шерлок! Одновременно прикрикнули на этого умника двое мужчин, от чего у меня в голове неприятно зазвенело. - Так вот, чеснок! - озарило меня. - Чеснок тоже очень полезный. Многие отмечают... его пользу... на... - мой мозг запутался в собственных словах, и я махнула рукой. - От всяких болезней. Но его так все терпеть не могут! Так что не стоит умничать - это никто не оценит. Люди слишком эгоистичны по своей природе и любят комфорт, а чеснок воняет, жуть как. Джон попытался показаться тактичным и замаскировал свой смешок под кашель. А я после этой тирады почувствовала, что неимоверно устала, и села прямо на пол, уткнувшись головой в свои колени. Это непонятное состояние забирало последние силы - я то была чрезмерно счастлива, то накатывала дурнота и сильное головокружение. Ей-богу, уж лучше эмоциональные качели, чем физиологические. - Так, Роза, посмотрите, пожалуйста, на меня, - рядом, судя по голосу, присел Джон. Я неохотно подняла на него взгляд. Он же доктор, а здесь, в больнице, действует святое правило - слушаться врачей. В медицине они явно понимают больше меня. Но моим глазам стало настолько ярко, что этот свет будто выжигал мозг изнутри. Я резко зажмурилась и попыталась отстраниться, застонав от боли. - Всё, всё, понял, светить больше не буду, - примирительно сказал он, убирая фонарик. - Вы доктор или только притворяетесь? - недовольно промямлила я, еле ворочая языком. - Кто светит фонариком в глаза человеку, у которого и так мозг плавится? Джон на секунду замер, а потом добродушно улыбнулся. - Справедливо, - спокойно ответил он. - Но мне нужно оценить ваш неврологический статус. Без точного анализа крови мы не узнаем, что именно вам вкололи. А универсального антидота, увы, не существует. - О, как утешительно, - фыркнула я, снова закрывая глаза и утыкаясь в колени. - Значит, будем ждать, пока моя бедная печень не умрёт от героизма. - Мы в лаборатории Бартса, - вмешался Шерлок, чей голос прозвучал прямо над моим ухом. - А вы не по характеру пессимистичны. Полный токсикологический анализ займёт минут пятнадцать. А я уже сузил круг поиска до трёх возможных соединений, судя по вашим симптомам и расширенным зрачкам. - Ненавижу чеснок, - пробормотала я. - Мисс Картер, - тихо и напряжённо произнёс Майкрофт. - Вам лучше пересесть на стул, чтобы у вас смогли взять кровь на анализ. - Пол в больнице несколько раз в день промывают с дез... дези... - я нахмурилась, пытаясь вспомнить слово. - В общем, тут достаточно чисто, чтобы не бояться умереть от инфекции. - Я состроила недовольно-хмурую мину и взглянула на него сверху вниз. Майкрофт стоял всё так же рядом, но его лицо теперь подозрительно расплывалось у меня перед глазами. Да и в общем состояние было такое, будто я качалась на морских волнах. - Да и потом, если эти двое встанут, они нападут в первую очередь уже на вас. Лежачих не бьют. Только если это не заговор больничного масштаба, что, скорее всего, правда. - Заговор? - переспросил Шерлок, и я услышала, как он фыркнул. - Мисс Картер, вы под препаратами. У вас параноидная симптоматика - это нормальная химическая реакция, а не стратегия по обеспечению безопасности. - Не параноидная, - обиженно пробурчала я. - Это профессиональная интуиция. Чуйка. И тут двери лаборатории резко распахнулись и громко ударили по стенам, провоцируя новую порцию моей головной боли. - Роза? - сквозь пелену боли я услышала голос подруги. - Что... что случилось? Она остановилась в дверях, и её лицо было белее больничных простыней. Глаза - огромные, испуганные - метались между мной, Майкрофтом и Шерлоком. И меня снова пробило на смех. Потому что она стояла там, такая испуганная, такая красивая, и я вдруг вспомнила тот день в кафе после суда, когда мы сидели с ней и мечтали сбежать от всего. - Из! - радостно воскликнула я, и даже с горем пополам мне удалось встать с пола, не без поддержки Майкрофта и Джона, конечно. Я очень обрадовалась её появлению, потому что теперь-то я точно знаю, кто разделит со мной моё счастье. Но подойти к ней мне не дал Майкрофт, который с какой-то обидной для меня лёгкостью провёл меня чуть дальше по кабинету и усадил на стул. - Джон, - недовольно окликнул он Ватсона, и тот начал быстро готовиться к взятию крови. - Солнце, помнишь, в кафе тогда? - я попыталась улыбнуться Иззи, но улыбка вышла кривой. - Мы хотели сбежать в Италию... Моё предложение в силе. Хватай своего красавчика и давай сбежим, а? А этот кудряш сам разберётся. Всё-таки гениальный детектив. Ты не представляешь, как меня всё достало. Я прихожу домой, а оказываюсь в твоей ситуации. Так ладно бы кто-то стоящий похищал. Так нет же, какие-то грубые идиоты, которые лежат теперь у тебя в ногах. А всё из-за него, - я слегка кивнула в сторону Майкрофта, который не давал мне встать со стула, удерживая своей рукой на моём плече, пока мне брали кровь. Изабелла моргнула, явно не понимая, смеяться ей или плакать, или в ужасе пытаться меня спасать. - Роза, ты... ты в порядке? - видимо, на всякий случай уточнила она и быстрым шагом направилась ко мне. - В полном! - бодро ответила я и снова рассмеялась, потому что это было так смешно - выражение лиц всех присутствующих в этой комнате. Кроме Шерлока, конечно. Он опять витал где-то в своих облаках с серьёзным выражением лица. Майкрофт вздохнул тяжело, так, как будто устал от меня больше, чем от всех своих обязанностей вместе взятых. - Мисс Найт, - тихо произнёс он, обращаясь к Иззи. - Проведите её, пожалуйста, в мою машину внизу. Я скоро приду. - Зачем? - упрямо мотнула я головой. - Я не хочу пропускать всё самое сочное обсуждение последних новостей. Майкрофт с обречённостью прикрыл глаза, а подруга, наконец, обняла меня и быстро стала говорить мне практически на ухо, от чего мне становилось щекотно и смешно. - Роза, пойдём вниз. Там тепло. Там безопасно. А мне нужно поговорить с Шерлоком и Майкрофтом. Мне нужно понять, что произошло и как тебе помочь. - Но я не хочу помощи, - упрямо, но так же тихо проговорила я, сжимая её в объятьях. - Я и сама справлюсь. Это тебе нужна помощь. И я выясню, кто это сделал. Сама. - Роза, ты знаешь, что ты не права сейчас, верно? - Не практикуй на мне свои методики. Я чувствовала, как последние силы покидают меня, и я в любой момент могу просто уснуть стоя. Поэтому я отстранилась от неё и попыталась прогнать это состояние. Но не могла. Голова всё сильнее кружилась, и кто-то более сильный, чем Изабелла, аккуратно взял меня под руку сзади. - Я её отведу, - тихо произнёс Майкрофт. - Внизу моя охрана, присмотрят за ней. Шерлок - ускорься. - Слишком много эмоций от тебя в последнее время, - недовольно ответил младший Холмс. - Ты превращаешься в одного из этих скучных эмоциональных типов людей, населяющих эту планету. Я попыталась сделать шаг, но ноги предательски подогнулись, и я бы упала, если бы не сильные руки Майкрофта, которые подхватили меня. - Ой, - тихо выдохнула я, чувствуя, как мир качнулся. - Как это романтично. Только я же тяжелая. - Вес не имеет значения, мисс Картер, - ровным тоном ответил он, ещё раз тяжело вздохнув. - Только если вес золота. А знаете, я настоящее золото, поэтому и весить должна много, - проговорила я, прикрыв глаза. Раздался чей-то смешок. А мне снова стало слишком хорошо и весело. Но смеяться больше не хотелось. Я закрыла глаза, чтобы мельтешащие точки не раздражали, и широко улыбнулась. Меня опустили рядом с машиной, открыв передо мной дверь. Я уже была готова разразиться недовольным: «У меня вообще-то обуви нет, а земля холодная», но на улице всё ещё стояла духота от нагретого дневным солнцем асфальта, поэтому мои ноги почувствовали лишь шероховатость довольно тёплой поверхности. Майкрофт приобнял меня за талию и подтолкнул к машине, чтобы я села на заднее сиденье. «Какой же он заботливый. Не то, что этот Стив, который лишний раз не хотел даже дверь открыть передо мной». Я обернулась к Холмсу и, чуть не упав из-за резко появившегося головокружения, схватилась за лацканы его пиджака, чтобы обеспечить себе дополнительную опору. - Мисс Картер, что-то случилось? - Майкрофт прижал меня к себе, обеими руками крепче приобнимая, при этом лицо его оставалось максимально серьёзным и безэмоциональным. - Вам что, сложно назвать меня по имени? - Обиженно произнесла я и обвинительно ткнула его пальцем в грудь. - Знаете... Я посмотрела на него из-под ресниц, поймав его выразительный взгляд синих глаз, в которых то и дело мелькала странная эмоция. Будто лёд начинал трескаться, и там образовывались глубокие тёмные трещины, но в которых было гораздо теплее, чем на поверхности. И мне это очень льстило, и вызывало искры где-то внутри, как пузырьки шампанского. - Роза, - наконец назвал он меня по имени и хотел что-то сказать ещё, но я перебила его счастливым смехом, откинувшись назад в его руках. Да, в этом было что-то особенное. Не зря же говорят, что когда по имени называет человек, который тебе небезразличен, то чувствуешь нечто особенное. Когда я, отсмеявшись, выпрямилась, то замешательство, которое было на его лице, заставило меня умиляться. Это же надо быть таким необычным человеком, которого такая простая эмоция, как счастье, вводит в тупик. Но что есть счастье? Просто быть рядом, просто помогать другому, просто быть значимым? Неужели всё так просто? - Ты такой милый, - с восторгом проговорила я и, поднявшись на носочки, быстро чмокнула его в щёку. Майкрофт дёрнулся назад, но не отпустил меня, чему я была очень благодарна, потому что головокружение от этого внеземного счастья только усиливалось. - Мисс Картер, - уже более холодно и жёстко он меня окликнул, но его тон совершенно не соответствовал растерянности, в которой он пребывал. «Нет», - подумала я, - «теперь уж точно тебе от меня не скрыться за холодной маской. Я всё теперь поняла». Его движения были слишком суетливыми, что совершенно не вязалось с его образом, который он тщательно создавал вокруг себя. Да. Айсберг крошился. Но почему-то мне от этой мысли было тепло и радостно. Я сама развернулась и села на заднее сиденье машины - точнее, упала и заливисто рассмеявшись. Майкрофт захлопнул слишком громко за мной дверь и на пару секунд задержался у моей двери, держась рукой за крышу машины. Меня он не видел за тонированными окнами, поэтому я наслаждалась этим прекрасным моментом беззастенчивого подсматривания за ним. Холмс оттолкнулся от машины, тряхнул головой, будто выгоняя лишние эмоции прочь и снова надевая свою маску скучного бюрократа, что-то тихо сказал водителю, который при нашем появлении выскочил из машины и стал невольным свидетелем этой нелепой сцены. Я рассмеялась. «А ведь это чем-то напоминает какой-то очень захватывающий фильм», - подумала я.