Глава 5, или котёнок маг огня и трудности социализации

      Утро в UA началось с голосов.       Тойя шёл по коридору рядом с Айзавой, Эри держалась за рукав его куртки. Незу, как всегда невозмутимый, замыкал шествие, сложив лапки на груди. Вокруг было шумно. Студенты — Тойя не знал, чьи, но видел их мельком, когда они проходили мимо, — смотрели с любопытством, кто-то шёпотом переговаривался, где-то звонко смеялись.       Стало очень шумно.       Тойя попытался не дёргаться, когда в коридоре промчалась чья-то группа. Один из них едва не задел его плечом, но вовремя дёрнулся в сторону и даже не извинился.       Айзава не замедлил шаг.       Когда они зашли в класс, голоса стихли не сразу. Тойя успел заметить, как несколько человек замерли у парт, а кто-то даже привстал, чтобы рассмотреть нового человека.       — Тише, — сказал Айзава.       И стало тихо. Почти.       Класс 1-А был на месте. Почти все. Кто-то ещё не пришёл, но большинство уже сидело, и любопытство в их взглядах читалось почти физически. Тойя заметил зелёноволосого, которого он уже знал — Мидория, кажется? Тот выглядел так, будто сдерживается, чтобы не начать записывать.       — У нас вынужденное пополнение, — продолжил Айзава. — Видеть будете двоих человек. Учиться будет один.       Тойя стоял прямо. Старался не двигаться без нужды. Эри рядом всё ещё держалась за его рукав, но уже не так сильно — возможно, потому что Незу был рядом.       — Со вторым человечком вас знакомлю просто потому, что некоторые из вас о ней уже в курсе и, может быть, волнуются, — сказал Айзава и коротко кивнул на Эри. — Это Эри. Она временно под наблюдением UA. Не трогайте, не пугайте, не задавайте глупых вопросов.       Эри тихо опустила взгляд. Кто-то из класса тихо выдохнул. Тойя не понял, кто.       — А это — Тодороки Тойя.       Повисла тишина.       Тойя поднял взгляд на класс. Кто-то смотрел на него, кто-то — на Шото, который сидел за партой и выглядел так, будто хотел провалиться сквозь землю.       — Тёзка что ли? — сказал блондин.       Тойя моргнул и неловко перевёл взгляд на Шото, пытаясь понять, чего тот хочет.       — Это мой брат, — сказал Шото.       Он сказал это коротко, почти как отмахнулся. Словно и не стеснялся Тойи.       — Никаких подробностей, — сказал Айзава, обведя взглядом класс. — Вопросы есть?       — У меня есть замечание, — сказал Бакуго.       Айзава посмотрел на него с усталым ожиданием.       — Заткнитесь все, неудачники, — сказал Бакуго, обращаясь почему-то к классу, а не к Айзаве. — И не смотрите на него как на цирковую обезьяну.       Кто-то тихо фыркнул, но спорить никто не стал.       Тойя стоял и чувствовал, как в груди что-то застревает. Он не знал, что это. Бакуго только что сказал что-то… Тойя не мог понять, но ощущение было странным, но не плохим.       — Садись, — сказал Айзава Тойе. — Там, за Шото.       Тойя кивнул и пошёл к парте. Эри нехотя отпустила его и ушла с подошедшим за ней Сущим Миком.

***

      Прозвенел звонок.       Тойя ещё не успел встать, а класс уже ожил — зашумели голоса, заскрипели стулья, кто-то громко спросил: «Так, а где сейчас тренировка?»       — Идём, — сказал Шото, воворачиваясь к его парте. — У нас сейчас физкультура.       Тойя кивнул, вставая. Они вышли в коридор, Шото шёл чуть впереди, Тойя — следом. И почти сразу их догнали.       — Эй, Тодороки! — раздалось сзади. — Твой брат, да? Я думал, ты младший!       Тойя обернулся. За ним шли несколько человек — он помнил их по именам, кажется, Серо и Киришима, а рядом ещё кто-то с розовыми волосами.       — Я и есть младший, — ровно ответил Шото, не замедляя шаг.       — Но он же…       — Без подробностей, — сказал Шото.       Тойя нахмурился, но промолчал. Ему не нравилось, когда о нём говорили в третьем лице.       — А что ты умеешь? — спросила девушка с розовыми волосами. — Твоя причуда — огонь, да? Или лёд? А как она работает? Ты можешь…       Тойя остановился, остальные также остановились из-за него.       — Пожалуйста, — сказал Тойя. — Можно не задавать вопросы?       Он сказал это ровно. Без злости. Даже без просьбы — просто как факт.       Повисла короткая тишина.       — Мне неприятно, — добавил Тойя.       И тут же раздался голос сзади:       — Разошлись, неудачники!       Бакуго. Он подошёл сзади, не глядя ни на кого, кроме Тойи. Остановился рядом. Посмотрел на остальных.       — Чего встали? — спросил он. — Отвалите.       — Бакуго, мы просто хотели…       — Не цирковая обезьяна, — отрезал он. — Валите.       Киришима и остальные переглянулись, но спорить не стали. Кто-то ушёл, кто-то просто отвернулся, делая вид, что они и не подходили.       Бакуго посмотрел на Тойю.       — Не делай такое лицо, — сказал он.       Тойя нахмурился.       — Какое?       — Как у рыбы.       Тойя не успел ответить. Бакуго уже пошёл вперёд, бросив через плечо:       — Пошли. Опоздаешь — Айзава отыграется на всех.       Шото тихо выдохнул. Тойя посмотрел ему вслед, потом на Шото.       — Он всегда такой? — спросил Тойя.       — Обычно хуже.       — …Понял.       И они пошли дальше. На тренировку.

***

      — Задача простая, — лениво произнёс Айзава. — Зафиксировать противника на две минуты. Любой способ, не нарушающий правила.       Тойя молча бросил взгляд на наручники в руках преподавателя. Вряд ли дорогие — должны расплавиться.       — И первым делом посмотрим на новенького. Тодороки Тойя против Асуи Цую.       Асуи выглядела собранной. Настороженной. Она явно не обманывалась его размерами и отсутствием как такового геройского костюма. Вопрос был только в том, по какой именно причине она была так настороженна..       — Начали.       Цую рванула вперёд. Язык обвился вокруг запястий Тойи, дёрнул руки назад — и через секунду наручники защёлкнулись. Полигон взорвался шумом.       — Он даже не сопротивлялся!       Тойя опустил взгляд на свои руки. Неплохая тактика. Цую ждала подвоха. Правильно.       Металл раскалился почти мгновенно, запястья привычно обожгло. Наручники покраснели и потекли вниз раскалёнными каплями. Тойя стряхнул остатки металла.       — Это жульничество!       — Да как с ним вообще драться?!       — Это не жульничество, — сказал Айзава, не открывая глаз. — Задача была удержать противника в наручниках, а не просто их надеть.       Кто-то тихо цыкнул. Тойя пожал плечами.       — Но теперь нормально, — продолжил Айзава. — Проверка мышления закончилась. Начали.       На этот раз Тойя двинулся первым. Полигон затих.       Потому что это выглядело впечатляюще. Быстро. Чисто. Точно.       Цую попыталась увеличить дистанцию — Тойя сразу срезал угол. Попытка захвата — блок. Отвлекающий манёвр — игнор. Асуи сменила стойку — Тойя ударил в слепую зону раньше, чем та закончила движение.       Будто заранее знал, что будет.       Без злости, без азарта. Просто так, будто она была обычной девочкой, а не почти окончившей 1 класс старшей школы героев ученицей.       Наручники защёлкнулись на чужих запястьях через несколько секунд.       Тойя первым поднялся и автоматически протянул Асуи руку.       — Нормальная попытка, — сказал он. — Но ты слишком долго думаешь.       — …Спасибо?       — Не за что.       Тойя отошёл обратно, будто ничего особенного не произошло.       Только вокруг стало тихо.       — Чувак… — Киришима даже не договорил, замолчав.       — Да?       Бакуго раздражённо цыкнул.       — Идиоты.       Кто-то хрюкнул от смеха. Даже Айзава прикрыл лицо ладонью.       — Тодороки.       — Да, сенсей?       — В следующий раз постарайся мягче.       — Но я же сдерживался.       Повисла тишина.       — Вот это было унизительно, — пробормотал Каминари.

***

      После тренировки раздевалка гудела. Тойя стягивал перчатки, когда рядом появился Мидория.       Плохой знак. Он выглядел как человек, который слишком много думал.       — Тойя? Можно спросить кое-что о твоей причуде?       Тойя напрягся.       — Зачем?       — Просто… это было невероятно. Ты расплавил наручники буквально за секунды. Даже Тодороки-куну пришлось бы постараться, и Ста...       Мидория оборвал себя. Поздно. Тойя уже поморщился.       Снова. Сравнения. Причуда.       — Мне некомфортно, — прямо сказал Тойя.       Мидория замер так резко, будто его ударили.       — Я... прости! Прости, я не хотел давить или лезть, я просто начал анализировать и...       Стало только хуже. Слишком громко. Слишком виновато. Тойя почувствовал, как задыхается от неловкости.       — Всё нормально, — быстро сказал он.       — Нет, не нормально, я опять...       — Мидория.       Тот замолчал.       Тойя натянул рукава обратно на ладони.       — Пожалуйста, прекрати.       Тихо. Без злости. Но Мидория выглядел так, будто сейчас заплачет.       Тойя не выдержал и просто развернулся и ушёл.

***

      Тойя вышел из раздевалки и остановился в коридоре.       Он не знал, куда идти. Тренировка закончилась. Следующий урок через два часа, но возвращаться в класс не хотелось, а идти в общежитие — тем более.       Он прислонился спиной к стене и прикрыл глаза.       В голове всё ещё звучал голос Мидории: «Я просто начал анализировать и…»       Тойя знал, что тот не хотел зла. Знал, что Мидория — хороший человек. Что он просто пытался понять и ему было интересно, а в его вопросах вообще не было ничего такого.       Но от этого было не легче.       Потому что Тойя не хотел, чтобы его понимали. Он хотел, чтобы его и его причуду оставили в покое.       Он открыл глаза и посмотрел в окно. Снег всё ещё шёл. Небо было серым, низким, давящим.       Где-то в конце коридора хлопнула дверь.       Тойя не обернулся. Он просто стоял, смотрел на снег и пытался не думать о том, как странно всё это — быть здесь, быть приглашённым, быть нужным, но при этом чувствовать себя чужим.       Через несколько минут он медленно оттолкнулся от стены и пошёл к выходу.       Он просто пойдёт найдёт Эри и они спокойно пообедают.

***

      Когда оставшиеся уроки закончились, а неловкость из-за ситуации в раздевалке сошла, класс не разошёлся. Кто-то остался у доски, кто-то — за партами, а шум, казалось, только вырос.       Тойя сидел на своём месте, пытаясь не вникать в разговоры вокруг, но слово «фестиваль» долетало до него снова и снова.       — Культурный фестиваль? — переспросил он, когда Ашидо подсела к его парте с горящими глазами.       — Ага! — она сияла. — Каждый класс делает что-нибудь крутое!       Тойя помолчал.       — Зачем?       Вопрос прозвучал не грубо — скорее, растерянно. Ашидо замерла. Каминари, сидевший рядом, тоже замедлился.       — Для веселья? — осторожно предположил он.       Тойя нахмурился, но не грубо. Скорее, пытаясь понять.       — Но зачем?       Шото рядом едва заметно прикрыл глаза рукой. Он уже привык к этому чувству неловкости. Остальные чувствовали себя с ним также, интересно?       Яойорозу попыталась объяснить ровно:       — Это школьное мероприятие.       — Я понимаю слова, — медленно сказал Тойя. — Я не понимаю смысл.       Ашидо чуть склонила голову:       — Ты вообще никогда не участвовал в школьных мероприятиях?       — Я не учился в школе.       Класс почему-то затих. Не напряжённо — просто тихо.       Каминари попробовал сменить тему:       — А что-нибудь типа хобби? Рисование? Музыка? Инструменты? Пение?       — Слух у меня хороший, — ответил Тойя.       — И?..       — И всё. Отец не видел смысла в творческих кружках.       Тишина стала плотнее.       Урарака мягко спросила:       — А мама?       Тойя моргнул. Потом спокойно ответил:       — Ей было всё равно.       Не зло, не обиженно, просто констатируя факт. Однако от этого всё равно стало очень тихо, и Тойя, если честно, не понял почему. Он ответил на вопрос.       Шото рядом сидел неподвижно, но что-то в его лице дрогнуло. Он ничего не сказал.       К счастью, за Тойей пришли Айзава и Эри. Девочка сразу же подошла и привычно взялась за рукав его рубашки. Тойя уже даже не реагировал.       — Пошли.       — Пока, — неловко попрощался Киришима.       — Увидимся завтра! — добавила Ашидо.       — Не умри до утра, — буркнул Бакуго, но в голосе не было злости.       — Постараюсь, — ответил Тойя.       Он задержался у двери на секунду.       Странный день.       Крайне странный.       Люди здесь шумели, смеялись, ругались, спорили о концертах, обижались из-за глупостей, ели вместе, тратили время на бесполезное. И никто не считал это бессмысленным.       Тойя всё ещё не понимал почему.       Но когда Эри сильнее сжала его рукав, а Шото, проходя мимо, тихо сказал: «Спокойной ночи», — он вдруг понял, что ему было интересно.