Глава 1. Неожиданное предложение

— Это нечестно, — завыла Дохи, глядя на результаты теста. Кажется, профессор Чан израсходовал всю красную ручку. — Я готовилась всю ночь к этому тесту, а в итоге получила неуд. Мама опять будет читать мне двухчасовую лекцию. — А надо было готовиться, — Седжон изо всех сил старалась сдержать колкие комментарии, но не могла. У Дохи была целая неделя для подготовки, но она потратила её на танцы и походы в кино с друзьями. — Кстати, скоро конец семестра. Тебе необходимо исправить оценки. — Спасибо, капитан очевидность, — закатила глаза Дохи и направилась к выходу из аудитории. Она и без подруги знала, что оценки подпортились. В школе всё было совсем по-другому: Дохи занимала первое место по успеваемости, была президентом и любимицей всех учителей. Но статус поменялся — она уже не школьница, а первокурсница сеульского университета, — как и поменялась успеваемость. — Ты уверяла меня, что одной ночи тебе хватит для повторения всех пройденных тем, но увы и ах, моя верная подруга, ты проиграла. Помнишь наш спор? — Седжон поиграла бровями и широко улыбнулась. Всё же не выдержала и начала петь свою песню про безответственную Со Дохи. — А с тобой разве забудешь о нём? — как бы случайно задев плечо Седжон, Дохи прошла мимо, направляясь в гардеробную. — Под чем я была, когда соглашалась на этот долбаный спор?! — М-м-м, — Седжон зашла следом за ней в гардеробную, стуча наманикюренным ногтем по пухлым губам. — Под двумя бутылками соджу? Она тотчас пожалела о сказанных словах, когда в неё полетел рюкзак вместе с пальто. Дохи с грохотом села на скамейку и открыла сумку для сменной обуви. Спор есть спор, и она не отказывалась от него, вот только черти в голове Седжон могли подкинуть немало проблем, учитывая её склонность к эмоциональным качелям. — Не переживай так. Я не буду просить подложить профессору Чан на стул кнопку, как это сделал Чонвон, — Седжон натянула на ноги чёрные ботинки на высокой подошве и встала у зеркала, надевая пальто горчичного цвета. — Нам обеим будет весело. — Нет, весело будет только тебе. Дохи закинула в сумку кроссовки, со вздохом поднялась со скамейки, затем сорвала с крючка и свою верхнюю одежду. Не совсем ясно, что именно на уме у Седжон, но, судя по её улыбке, — ничего хорошего. Они покинули стены университета и остановились возле ступенек, пока Дохи возилась с шарфом. На улице не так холодно, как утром, но до сих пор шёл лёгкий снег. Седжон натянула на голову шапку, стуча зубами, и скрестила руки на груди. Кто по-настоящему не переносил холод — так это она. Дохи напротив — всем сердцем любила зиму и каждый год с замиранием сердца ждала её. Она раскрыла ладонь, ловя кружащиеся хлопья снега, и улыбнулась, чувствуя приятный холод. — Знаешь, я тут подумала, — Седжон взяла её под локоть и потянула за собой, желая поскорее дойти до автобусной остановки. Больше десяти минут на холоде она не выдержит. — За полученный неуд ты должна хорошенько поработать. Дохи, зло рявкнув, выдернула руку и отошла от неё немного. Седжон либо издевалась, либо и правда считала её бездельницей. Но это ложь. Что плохого в том, чтобы отдохнуть немного, даже несмотря на зачёты и конец семестра? Университетская жизнь пришлась по вкусу, вот только Дохи, сама того не осознавая, потеряла статус отличницы. Его можно вернуть, но желания у неё пока особо нет. — Не обижайся! — Седжон снова обхватила её локоть и притянула к себе, заулыбавшись при виде остановки и… симпатичных парней. Она тут же выпрямилась, пригладила волосы покрасневшими руками и отошла от Дохи, словно её присутствие могло подпортить впечатление. — Собака сутулая!.. — буркнула Дохи и, скрестив руки на груди, пошла следом. Сонхун, надоедливый двоюродный брат, стоял переминаясь с ноги на ногу и двумя руками держал стакан, наверняка с ванильным латте. Седжон, встав рядом с ним, начала накручивать на указательный палец прядь каштановых волос, пытаясь выдать хоть что-то похожее на улыбку, но подбородок всё ещё предательски дрожал. Дохи хмыкнула, наблюдая за очередной неудачной попыткой понравиться Сонхуну. Это бесполезная игра: этот павлин, кроме себя, никого не любит. Он был не один. С ним был тот, кого она видела больше Седжон или кого-либо ещё. Джеюн выкуривал оставшиеся лёгкие, внимательно наблюдая за Дохи, которая тоже неотрывно смотрела на него. Удивительно то, что Джеюн всегда проигрывал в этих молчаливых битвах. Даже сейчас отвернулся первым и выбросил недокуренную сигарету в урну. Знал, что она не переносит никотиновый запах, но всё равно вечно ходил с сигаретой между пальцами. Джеюн знал о ней многое. Даже то, когда у неё впервые начались месячные. Об этом Дохи мечтала забыть, но это сложно, когда он рядом двадцать четыре на семь. Их матери — лучшие подруги, и, соответственно, они часто ходили друг к другу в гости. В десять лет казалось, что с пятнадцатилетним подростком не о чем говорить. Со временем мало что изменилось. Дохи — двадцать, Джеюну — двадцать пять, и им до сих пор не о чем говорить, если не считать вечные взаимные подколы. — Не холодно, мелочь? — в привычной мягкой манере спросил Джеюн и вскинул брови. Ей-то не холодно, а вот ему, как будто бы, да: пуховик расстёгнут, на голове нет шапки, шарфа вокруг шеи тоже нет. — Выглядишь как беспризорник, ей-богу, — закатила глаза Дохи и скрестила руки на груди. — На улице не двадцать пять градусов. Ты ребёнок, что ли? — слова сами вылетали изо рта, и она как всегда не могла контролировать эту словесную рвоту. Почему он не заботится о своём здоровье? — И не смей называть меня мелочью. Мне уже не двенадцать. — Она вчера рыдала, пока смотрела «Шрека», — зло хихикнув, вставил свои пять копеек Сонхун. Конечно, ему обязательно нужно сунуть свой чертовски красивый нос в чужие дела. — Ладно, шучу я, ты выросла. Вчера, наверное, по привычке оставила свет в коридоре включённым. Дохи знала его слабое место и всегда пользовалась этим. Она схватила его за нос и сжала пальцами так сильно, что он вскрикнул от боли. Сонхун отошёл от неё, пробурчав, что она хуже бешеной собаки, и встал позади тихо посмеивающегося Джеюна. — Она сегодня не в духе, потому что провалила тест, — Седжон, предательница, подошла к Сонхуну и начала осматривать его нос. — Подбирай слова!.. Как будто не знаешь её. А вы чего вообще здесь делаете? Решили снова вкусить жизнь первокурсников? — Моя машина на ремонте. Починят только завтра, — Джеюн шмыгнул покрасневшим носом и посмотрел по сторонам, чтобы случайно не упустить автобус. — А мы сегодня к вам на ужин, — он подмигнул Дохи, словно её эта новость обрадовала, и наконец застегнул пуховик. — Приготовишь горячий шоколад? Взамен обещаю не называть тебя больше мелочью. Дохи закатила глаза. Он либо издевался, либо уже в таком возрасте, что людей младше на пару лет воспринимает как детей. Она натянула улыбку и молча кивнула, ведь горячему шоколаду в любом случае быть. Госпожа Чон наслышана о любви Джеюна к данному напитку, поэтому он был обязателен каждый зимний вечер. Вообще они часто собирались, обычно по средам. — Ты же помнишь нашу традицию? — Сонхун поиграл густыми бровями, пряча руки в карманы пальто. — Вместе наряжаем ёлку и украшаем дом. Дохи хотелось бы сказать, что эту традицию придумали её мать и мать Джеюна ещё до внезапного появления Сонхуна, но она не стала, поняла, что может обидеть. Его родители жили в Пусане, а сам он перебрался в Сеул после школы. Госпожа Чон, чтобы её племянник не жил в общаге Бог знает в каких условиях, попросила его перебраться к ним. И вот уже почти шесть лет Сонхун живёт за стенкой Дохи. — А ты купил те белые шары? Мама сказала тебе без них не возвращаться домой, — Дохи наклонила голову в бок, улыбаясь как настоящий дьяволёнок. Она знала на все сто процентов, что Сонхун не купил дополнительные украшения для ёлки, ведь его маленький мозг способен запоминать только номера красивых студенток. — У тебя есть ровно два часа. — Тётя с меня шкуру сдерёт, — простонал Сонхун и глянул на наручные часы. — Бро, тебе придётся без меня пробовать на вкус жизнь первокурсников. А какие шары нужны? Маленькие, средние, большие? — он вцепился взглядом в Дохи, ища ответ на свой вопрос, но та лишь смотрела по сторонам, поправляя белый берет. — Я тебе это припомню. — Погоди, я с тобой, — неожиданно вызвалась помочь Седжон, от чего улыбка с лица Дохи слетела в ту же секунду. Она всё не упускает попытки понравиться Сонхуну. — Мне тоже надо заскочить в магазин. Я помогу тебе. Седжон только мельком посмотрела на Дохи, побоявшись встретиться с её взглядом. Она выслушает крики лучшей подруги потом, но сейчас упускать возможность побыть наедине с Сонхуном — допустить самую большую ошибку. Они плечом к плечу перешли дорогу и пошли в сторону торгового центра в Мёндоне. — Вот же ж предательница!.. — А мне кажется, что Седжон умная. Отрицать, что бархатный голос Джеюна согревал в столь холодную погоду — глупо. Дохи повернулась к нему, и он одарил её своей дежурной улыбкой, при виде которой иногда замирало сердце. По крайней мере, так говорила Седжон. — Хочешь, принесу твои любимые печенья? Может, Дохи сама придумала историю касательно пропасти между ними, потому что Джеюн знает о ней практически всё. На каждый совместный ужин он приносил её любимые печенья с шоколадной крошкой, а зимой — имбирные. У них тоже была своя традиция, о которой мало кто знает. — Хочу, — коротко ответила Дохи и поджала губы. Повисло неловкое молчание. Такие ситуации заводили в тупик, особенно когда нечего обсудить. А о чём им говорить? Дохи знала, чем увлекается Джеюн, что ему нравится, но дело в том, что её не интересовали его увлечения. Именно поэтому она старалась не оставаться с ним наедине… Да и неловко ей. — Слушай, — Джеюн уже было потянулся к карману, чтобы достать пачку сигарет, но остановился, почувствовав на себе взгляд Дохи. — Сорри, всегда забываю об этом. Так вот, я могу помочь тебе с учёбой. Я ведь знаю тётю, как и знаю, что будет с тобой после окончания семестра. — Спасибо, но предпочитаю добиваться успеха собственным трудом. Без чьей-то помощи, — поспешно добавила Дохи и, скрестив руки на груди, отвернулась. Но Джеюна не устроил её ответ. Он встал рядом, коснувшись плеча, и искоса посмотрел на неё, а Дохи даже спиной могла почувствовать его взгляд. — Я просто… — она закусила губу и всем телом повернулась к Джеюну. — Не понимаю темы. Либо это я расслабилась и позволила этому случиться, либо темы и правда сложные. На парах у меня в голове обезьяны на барабанах играют. — Мне кажется, что ты пока не можешь привыкнуть к студенческой жизни, и это абсолютно нормально. Сонхун вообще первое время не разговаривал ни с кем, сейчас же его не заткнуть, — Джеюн рассмеялся в такт пробегающим мимо детишкам и поднял руку, когда увидел автобус. — После ужина позанимаемся, хорошо? Дохи только кивнула, ведь его помощь и правда не помешает. Но если бы она знала, чем для неё это всё обернётся — так убежала бы подальше от Джеюна, сверкая пятками.

⁺˚*•͙✩•͙*˚⁺‧͙⁺˚*•͙✩•͙*˚⁺‧͙⁺˚*•͙✩•͙*˚⁺‧͙

В столовой царила тишина. Все были заняты поеданием сочной индейки и лишь изредка переглядывались. Сонхун на удивление справился с поставленной задачей, но, наверное, это заслуга Седжон. Шары для ёлки были куплены, госпожа Чон удовлетворена — этого достаточно. Дохи воткнула вилку в дольку картофеля и отломила кусок, после чего отправила его в рот. После ужина они собирались в гостиной, чтобы украсить ёлку, а заодно и дом внутри. Внешний вид Сонхун взял на себя, однако Дохи сомневалась не только в его вкусе, но и в способности довести дело до конца. Будто прочитав мысли, он оторвался от тарелки, глянул на неё, перестал жевать и приподнял левую бровь. Дохи помахала головой и попросила мать положить ей немного брокколи. Однако тарелку взял Джеюн, а следом и щипчики. — Хочешь говядину? Мама приготовила. Дохи отчего-то почувствовала себя неловко: то ли из-за взгляда Сонхуна и отца, неожиданно оживившихся после такого жеста, то ли из-за заботы Джеюна. Они знакомы почти десять лет, но она всё никак не может привыкнуть к его внезапным приступам заботы. Он иногда делал комплименты, часто называл красивой, но Дохи снова испытывала смешанные чувства. Седжон говорила, что всё это из-за того, что ей нравится Джеюн, но она никогда не смотрела на него как на парня, с которым хотела бы встречаться. Он не в её вкусе. Наверное, именно поэтому ей неловко. — Дорогой, — госпожа Чон положила на тарелку нож с вилкой и перевела взгляд на рядом сидящего мужа. — Ты ведь отвезёшь Сонхуна к родителям на Рождество? Новый год он хотел бы отпраздновать с нами. Господин Со, сделав глоток вина, прокашлялся и оглядел улыбающегося Сонхуна. Конечно, отвезёт, ведь в случае отказа получит нагоняй от жены. Он мечтал о сыне, и судьба подарила ему его. Однако господин Со не хотел в качестве сына такого наглого и ленивого человека. — Отвезу. Конечно, отвезу, в чём проблема? — он наигранно рассмеялся и пригубил вина, затем откинувшись на спинку стула. — Кстати, Дохи, как дела в университете? Сейчас она хотела силы невидимого человека, чтобы не отвечать на этот вопрос. Врать Дохи не умела — её быстро ловили. Она поджала губы в тонкую линию и подняла бегающий взгляд на отца, который, словно почувствовав её волнение, только придвинулся к столу, сложив руки перед собой. Можно рассказать правду, но тогда они возьмут её под строгий контроль. И не видать ни предновогодней вечеринки, ни нового ноутбука на Рождество. И, конечно же, на помощь вызвался Джеюн, лучезарно улыбнувшись родителям Дохи. — Дохи отлично справляется. Да и я взял её под своё крыло, буду помогать с учёбой. — Джеюн, спасибо тебе большое, — госпожа Чон погладила его по плечу и взъерошила волосы. — Сонхун всё не может найти время, — она с нескрываемой любовью вперемешку с раздражением стрельнула взглядом в единственного племянника, а тот лишь пожал плечами. — Если она будет лениться, ты сразу говори нам. — Когда вы уже начнёте воспринимать меня как взрослого человека? — не скрывая раздражения, буркнула Дохи и положила вилку на стол. Больше ничего в горло не лезло. Она знает, что для родителей ребёнок навсегда останется маленьким, но ей двадцать, а они ведут себя так, словно ей два года. — Вы смотрите на неё, такая взрослая, — фыркнул Сонхун, подливая масла в огонь. К счастью, на помощь Дохи пришла госпожа Хон. — Я думаю, что вы должны дать ей чуть больше свободы. Она и правда уже не маленькая, в состоянии позаботиться о себе. Я перестала контролировать Джеюна после окончания школы, и он ни разу меня не разочаровал. Дохи одарила её благодарным взглядом и выдохнула, когда родители понимательно кивнули. Она взяла несколько грязных тарелок и направилась на кухню. Прежде чем ставить ёлку, нужно было помыть посуду. Вот только кто сегодня займётся этим?.. Пока они собирали грязную посуду, Дохи решила приготовить обещанный горячий шоколад. Она взяла с нижней полки шкафа маленькую кастрюлю, достала из холодильника шоколад с молоком и встала напротив плиты. Налила кружку молока и поставила на средний огонь. Готовить и украшать ёлку особо не хотелось. Настроение было валяться в снегу и гулять с друзьями. Но мать считала, что семейный ужин важнее всего. — Прости, если что-то сделал не так. Дохи подпрыгнула от испуга, а Джеюн спокойно положил в раковину посуду, закатал рукава клетчатой рубашки, взял моющее средство и принялся настраивать воду. И снова он со своей заботой. — Оставь, — Дохи отобрала у него губку и выключила воду. — От Сонхуна толку нет. Я приготовлю горячий шоколад и помою, пока вы там украшения из кладовки в гостиную переносите. — А мы можем вместе закончить здесь дела и пойти. Согласись, так будет намного легче, — Джеюн улыбнулся, и Дохи не смогла возразить. Почему-то он всегда выигрывал, а она даже не пыталась спорить, как это обычно бывало с Сонхуном. — Если закончим пораньше, можем обсудить твою успеваемость. Дохи молча кивнула и добавила в молоко дольки шоколада. Возраст Джеюна сильно ощущался и выделял его на фоне её однокурсников, хотя разница не особо большая. Он серьёзный, внимательный, ответственный, спокойный — его терпению можно лишь позавидовать. Рядом с ним спокойно, хоть временами и неловко. Джеюн слушал больше, чем говорил, и это тоже отчасти подкупало многих девушек. А он был популярен среди них настолько, что даже Сонхун завидовал. В Джеюне смесь плохиша, выкуривающего по сигарете между парами, популярного красавчика, как в дорамах, и… отличника? С последним Дохи всё ещё не смирилась. Как и планировалось, они вместе убрались на кухне, разлили горячий шоколад по кружкам и пошли в гостиную. Ёлка уже стояла на полу, а коробка из-под неё валялась в коридоре. Отец возился с гирляндой, Сонхун пытался снять упаковочный скотч с коробки с украшениями, матеря были заняты обсуждением какой-то программы из телевизора. Все были заняты своим делом, и Дохи решила заняться своей комнатой. Она протянула одну кружку Джеюну, поставила поднос на журнальный столик и пошла к себе. Сам Джеюн постоял недолго, переминаясь с ноги на ногу и наблюдая за родными, которые, казалось, и не замечали ничего. Он сделал пару глотков горячего напитка и решил присоединиться к Дохи, подумав, что с ней будет веселее и спокойнее. Он поднялся на второй этаж, улыбнулся, увидев на её двери постер с Сантой-Клаусом и Гринчем, а затем заглянул в комнату, предварительно постучавшись. Дохи, стоявшая на стуле, спрыгнула на пол и поспешила поставить на паузу «Корпорацию монстров». Она закрыла спиной монитор, а Джеюн ещё на первом этаже всё слышал. В душе Дохи оставалась ребёнком, по крайней мере она хотела им остаться и радоваться всему. — Если прячешь — значит, смотришь что-то интересное и взрослое, — с толикой издёвки говорил он, подходя всё ближе, словно пытаясь уничтожить расстояние между ними и колотящееся сердце Дохи. Неужели снова от неловкости или… Нет, других вариантов быть не могло. Она чувствовала себя рядом с ним в безопасности, но в такие моменты хотелось бежать. — Кажется, кто-то утверждал, что она выросла, — поглядывая на монитор и на Дохи, выглядящую как нашкодивший ребёнок, улыбнулся уголком рта Джеюн. — Иногда в том, чтобы вернуться в детство, нет ничего плохого, — она прочистила горло и быстро отвернулась, избегая любого зрительного контакта, но затылок пылал адским пламенем от его взгляда. Почему он смотрел всегда так, словно пытался пробраться в её душу и пустить в ней свои корни? Шим Джеюн смотрел так на всех. — Не могу поспорить с тобой, — он выдохнул, и Дохи заметила, как опустились его плечи. Джеюн — открытая книга, но бывают моменты, когда из него сложно вытащить и слово. Сейчас именно тот самый случай. — Ты хотела повесить гирлянду на окно? — Он взял картонную коробку с недавно купленной шторкой и поставил табуретку из-под туалетного стола. — Смотри, — Джеюн сел на корточки и прижал указательный палец к стеклу, с любопытством глядя во двор соседнего коттеджа. — А это не тот паренёк, по которому ты сохла в двенадцать лет? Дохи встала рядом, невесомо касаясь его плеча, и проследила за его взглядом. Во дворе через дорогу её некогда первая влюблённость — Ким Сону — очищал дорожку от снега, который всё ещё непрерывно шёл. В какой-то момент, поскользнувшись возле калитки, он свалился в сугроб спиной и почти пропал из виду. Джеюн прыснул в кулак, а Дохи ударила его в спину, шикнув. — Он как был неуклюжим, так и остался им, — выпрямившись, он достал гирлянду и принялся её распутывать. — Напомни-ка, ты влюбилась в него, когда он скинул тебя с самоката? — Много ты знаешь, — посмотрев на Джеюна снизу вверх, Дохи закатила глаза и взяла из небольшой коробки маленькую ёлку, чтобы поставить на компьютерный стол. — Он случайно врезался в меня. — А потом случайно убежал, так что я тебя с соседней улицы на спине тащил домой. Ты тогда была пухленькой ещё. Дохи только вздохнула и выключила процессор. Иногда его хотелось прибить, а в лучшем случае — открыть окно и помочь ему спуститься вниз. Но ни один вариант не подходил. Поправляя клавиатуру, Дохи случайно взглянула на загоревшийся экран телефона Джеюна и увидела только что присланное сообщение от некой Ынсо. Кто это? Девушка из их университета? Неужели он с кем-то познакомился? Дохи даже не помнила, когда видела его в последний раз с девушкой. Скорее всего — никогда. — Подашь кнопки и молоток? Голос Джеюна вывел её из мыслей. Она достала из той же коробки молоток и банку с кнопками, затем положила их на подоконник. — Что планируешь делать после выпуска? — Дохи присела на край кровати и прижала к груди одну из подушек нежно-розового цвета. — Переедешь к отцу в Австралию или останешься здесь? — Я пока об этом не думал. Отец там устроился, вроде смог с кем-то познакомиться после развода. Скорее всего, останусь рядом с мамой. Сниму жильё, устроюсь на работу. Как-нибудь найду выход, мелкая, — Джеюн попытался спрятать улыбку, но Дохи увидела не только растянувшиеся губы, но и пляшущих чертят в его глазах. Она бросила в него подушку и скрестила руки на груди, обиженно надув губы. — Ты младше меня на пять лет, почти как сестра. Не могу не злить тебя. — Да пошёл ты! — Дохи хотела бросить в него ещё одну подушку, но телефон на тумбе завибрировал. Это Седжон, других вариантов она даже не рассматривала — и как всегда попала в точку. Сняла с пароля, зашла в Kakao и открыла эсэмэску подруги. Вот только от содержания весь мир перевернулся с ног на голову, и теперь Дохи хотелось выйти в окно. «Я придумала…» «Проиграла спор» «Влюби в себя Джеюна» Но как влюбить того, кто совершенно не в твоём вкусе? Как уйти от спора и колких слов Седжон? Важны ли для Дохи спор и честь настолько, чтобы соглашаться на такую авантюру? Ответа нет, как и нет гарантий, что к концу этой игры она сама не обожжётся.