Глава 2. Список предпочтений

Обычно в истории браузера у Дохи одна учёба, но сейчас она забита самыми тупыми вопросами, к примеру: как нужно одеваться, чтобы понравиться парню. Чёрными джинсами и белым свитером вряд ли можно произвести впечатление, но шкаф целиком был забит повседневной одеждой. Дохи со стоном закрыла дверь шкафа, упала на кровать и взяла с тумбы блокнот. На чистой странице, в несколько раз обведённом ручкой кружке, был один интересующий вопрос: «Как понравиться Шим Джеюну?». — Как понравиться тому, кто совершенно не в твоём вкусе?.. — Дохи постучала ручкой по сухим губам, а затем пальцами под подушкой нащупала бальзам для губ. — Полный бред! — она вырвала страницу, скомкала и бросила куда-то назад. — Какие девушки нравятся этому псу? Точно не те, что с утра до ночи торчат в библиотеке! Да он сам заучка — это нонсенс. Дохи уткнулась в подушку и громко закричала, радуясь тому, что дома никого нет. Родители на работе, а Сонхун решил воспользоваться единственным выходным и пошёл гулять с Седжон. Что она делает такого, что у неё с парнями всегда взаимная симпатия? Легче было бы позвонить и спросить, но Дохи не разговаривает с ней. Надо ведь было додуматься до того, чтобы вплести в этот идиотский спор Джеюна. Первым делом она решила покопаться в профиле в Инстаграме, но ничего такого, что помогло бы ей завоевать сердце Джеюна, так и не нашла. Фотографии природы, чашки кофе, собаки Лейлы — и всё. Он даже себя не публиковал, сама правильность, чёрт возьми. Его даже не интересовали тусовки. Пока одногруппники проводили вечера в барах за бутылкой соджу, он сидел дома и читал детективы. — Голова скоро взорвётся! Дохи захлопнула крышку ноутбука и схватилась двумя руками за голову, начав массировать виски. Это сумасшествие. Как вообще влюбить его в себя? И как так вышло, что она не знает о нём практически ничего? Они буквально жили бок о бок, однако Джеюн видел её насквозь, а Дохи, казалось, смотрела по сторонам. Что будет, если он в итоге влюбится? Бросить его? Тогда между ними появится пропасть, а объяснить родителям резкий холод будет сложнее, чем пересказать профессору Хон историю Кореи. Дохи снова застонала и изо всех сил сдержалась, чтобы не начать выдирать с головы по волосинке. На такую игру не стоит подписываться, поэтому она взяла телефон в руки, как вдруг неожиданно кровать прогнулась под чужим весом. Дохи даже не смогла ничего сказать, закричать, в конце концов, когда жилистая рука скинула с нежданного гостя капюшон. Джеюн абсолютно нагло лёг на спину, подложив под голову пару подушек, и положил на живот её ноутбук. И где приветствие? Что вообще он забыл у них? Тем более в выходной день. — Я скажу твоей матери спрятать от тебя запасные ключи, маньяк. Вернувшись в реальность, Дохи осмотрелась и чуть охнула, когда увидела на спинке кресла розовый лифчик и боди такого же цвета. Она молчала, когда он вваливался к ней раньше — ей было всего лишь тринадцать. Но сейчас, когда Дохи уже двадцать, от его присутствия становилось неловко. Она сползла с кровати, аккуратно подошла к креслу и сорвала розовое бельё, затем запихнув его в ящик. — Ты не открывала дверь, а твоя мама сказала мне, что ты дома, — Джеюн, как всегда, был спокоен, и от этого Дохи раздражалась ещё сильнее. Как и всегда. — Сегодня выходной, свалил бы куда-нибудь. Ты вообще хоть гуляешь с друзьями, задрот? — глаза сами по себе закатились вверх. Она плюхнулась на край кровати, скрестив руки на груди, и вздохнула. — Мне двадцать пять, какие тусовки? — он усмехнулся, продолжив клацать по клавиатуре. — Я уже в том возрасте, чтобы думать о своей жизни, а не кадрить девчонок в дешёвых барах, — Джеюн бросил на неё короткий взгляд. — И не закатывай глаза. Ты же знаешь, я не люблю это. — Именно поэтому и делаю. Дохи фыркнула, смахнув назад прядь волос, и подползла к изголовью кровати, чтобы взглянуть на экран. Но Джеюн не позволил ей этого, смеясь так, словно откопал надёжно спрятанную папку. Неужели?.. — Ты что, сохнешь по Чхве Сану с экономического? Горячая кровь прилила к щекам, а язык онемел. Дохи смотрела на весёлое лицо Джеюна с открытым ртом, ища какую-нибудь правдоподобную отмазку. Но вряд ли это поможет, ведь фотография с надписью «люблю тестостероновую машину» выдала её с потрохами. — Неплохой выбор. За его спиной тебя никто не заметит, но смею огорчить, — он выпятил нижнюю губу и склонил голову вбок. — У него есть девушка, До-До. — Я знаю, и что? Думаешь, я собираюсь накинуться на него? — Дохи выгнула густую бровь, отчего-то внимательно рассматривая его карие глаза, которые бегали по её лицу. — Да и не нравится он мне сейчас так сильно. — Ты так говоришь, потому что я тебя раскрыл или потому что у него есть девушка? — Джеюн и не думал отпускать эту тему, напротив, словно пытался копнуть поглубже и обнажить её душу. — Тебе не нужен парень, который не упускает возможности поглазеть на красивые ноги студенток. — А какой парень мне нужен? Больше с сарказмом, чем всерьёз, спросила Дохи и всё-таки легла рядом, устремив взор на потолок, обклеенный неоновыми звёздами. Даже несмотря на эту неловкость и сохраняемую дистанцию между ними, рядом с Шим Джеюном всё равно было спокойно. Он посмеётся сначала, а потом выслушает, даст дельный совет. А Сонхун до сих пор бы тыкал в неё пальцем. — Серьёзный, — вздохнув, начал он, — ответственный. Тот, кто будет внимателен к тебе, к твоим интересам, к предпочтениям, кто разделит печаль, радость… Ты заслуживаешь большего. Дохи хотела бы отшутиться, сказав, что тогда ей нужен он, но вместо этого только кивнула, растянув губы в лёгкой улыбке. Появилась возможность разговорить Джеюна, поэтому она закусила губу и задала интересующий вопрос: — А какие девушки нравятся тебе? — Мелкая, мы здесь, чтобы подтянуть твою учёбу, — он расхохотался, откладывая ноутбук, и присел, нагнувшись, чтобы взять с пола рюкзак. — Ты ещё маленькая, чтобы знать о таких подробностях. — Когда ты уже перестанешь относиться ко мне как к ребёнку?! Дохи ударила его подушкой по голове и вновь вскочила с кровати, только на сей раз, чтобы взять со стола тетради с конспектами. Джеюн сумел одним словом испортить всё. И как теперь выведать его тайны? — Я купил тебе клубничное молоко, — он, не глядя, кинул маленькую бутылку и продолжил доставать учебники с тетрадями. — Кажется, кто-то обещал не называть меня мелкой! — Дохи с характерным звуком поставила бутылку на стол, вывалила из стакана все ручки с карандашами, чтобы взять две купюры голубовато-зелёного цвета, а затем протянула их Джеюну, который стоял, внимательно наблюдая за ней. — Держи. Ты ведь мой временный учитель и покупать что-то не имеешь никакого права. Джеюн с нескрываемой усмешкой в глазах пару секунд смотрел на протянутые деньги, а затем обхватил запястье Дохи и притянул к себе. Она задержала дыхание от внезапной близости, опустила взгляд на его шею, стесняясь смотреть в глаза, а в следующее мгновение охнула, когда Джеюн всё-таки взял деньги, пальцами левой руки потянул край кармана шорт на себя, а другой положил туда купюры. От прикосновения его большой руки колкие мурашки пробежали по всему телу, и всё равно, что тонкая джинсовая ткань разделяла их от прикосновения кожи к коже. — Ты меня обижаешь такими заявлениями, — Джеюн склонил голову вбок, врываясь в её душу своими карими глазами. — Ты мне не чужой человек, и то, что я делаю, — делаю от всего сердца, не требуя ничего взамен. Он прошёл мимо, к столу, а Дохи всё ещё стояла на месте, пытаясь переварить произошедшее. А он со всеми так общается? Или это такая братская любовь, которую чаще всего показывают в испанских фильмах? Она скривила лицо, когда померещилось лицо Сонхуна ранним утром, и вытерла руки о белую футболку. Возможно, Джеюн и правда относился так ко всем девушкам, ведь о его заботе и внимательности говорили практически все девушки в универе. Правда, от осознания этого факта легче не стало. — Ты чего стоишь? Выглядишь тупой. — Ты назвал меня тупой? Дохи ударила его по плечу и села рядом, мысленно простонав при виде стопки тетрадей. Кажется, он принёс все свои конспекты. Хотелось спать, однако у Джеюна были другие планы, поэтому Дохи открыла тетрадь и взяла ручку, готовясь записывать всю информацию. Но до конца занятия она смотрела на его профиль и изредка кивала, когда ловила его взгляд на себе.

⁺˚*•͙✩•͙*˚⁺‧͙⁺˚*•͙✩•͙*˚⁺‧͙⁺˚*•͙✩•͙*˚⁺‧͙

Две пары позади. Дохи взяла поднос, первым делом наложила в пиалу пару ложек риса и принялась рассматривать остальную еду. Вместо привычного супа с водорослями она взяла острый, две дольки омлета и жареную говядину. Стоящая рядом Седжон смотрела с удивлением, ведь чаще всего Дохи брала суп да любимое клубничное молоко. Но нервы были на пределе. В частности из-за лучшей подруги. — Да поговори ты уже со мной! — Седжон не смогла больше играть в молчанку, чем привлекла внимание и Нишимуры Канон — сестры Нишимуры Рики, который учился на втором курсе. — Что смотришь? — обратилась она на сей раз к наблюдательнице, на что та закатила глаза и направилась за стол к своим подругам. — Такая же, как братец. Сертифицированная закатчица глаз!.. — вслед ей огрызнулась Седжон и бросилась уже за Дохи, шедшей к столу, за которым сидел Сонхун и пытался, кажется, съесть всё, что было в сегодняшнем меню. — Ну послушай меня! — Што шлучилось? — с набитым ртом спросил Сонхун и выпрямился, когда Дохи взяла салфетку, чтобы вытереть ему рот. — Спасибо. Вопрос его остался висеть в воздухе, а обе сделали вид, что и вовсе не услышали. Сонхун пожал плечами и подцепил палочками редьку. Сейчас его волновало лишь то, что находилось на подносе — об остальном он подумает чуть позже. — Вот же ж засранец!.. — рядом с Дохи с грохотом опустился Джей и сразу отправил в рот дольку говядины. — Подошёл я, значит, к Мин Хваён, чтобы пригласить её на свидание, а она мне заявляет, что влюблена в моего лучшего друга! — Джей сейчас походил на пыхтящий паровоз или на извергающийся вулкан. — Я знал, что неотразим, — Сонхун попытался улыбнуться, но подавился рисом. — Да ты-то тут при чём? Я имею в виду Джеюна. Покажите мне хоть одну девушку, которая не сохнет по нему! — Дохи не сохнет. Сказанное Сонхуном почему-то врезалось в самое сердце, а щёки запылали огнём, словно её поймали с поличным. Однако такая реакция ей не особо понравилась, а в частности — воспоминание о вчерашнем инциденте с деньгами в комнате. — И он их всех морозит! Дохи воткнула палочки в рис и, пока трое за столом были заняты обсуждением личной жизни Джеюна, незаметно глянула в его сторону и закусила губу, увидев рядом с ним ту самую Мин Хваён с четвёртого курса. Какое-то странное жгучее чувство разлилось в области груди. Она была права: ему нравятся высокие и уверенные в себе девушки, которые не боятся напрямую выразить свою заинтересованность или симпатию. Именно поэтому Джеюн сейчас мило улыбался, пока Хваён накручивала на указательный палец прядь каштановых волос. Он был одет, как всегда, по-простому, но очень красиво: синие джинсы, белая майка, сверху кожаный пиджак, очки, которые он время от времени поправлял. А волосы… кажется, с открытым лбом ему лучше. Сонхун, наевшись, встал из-за стола, решив подышать воздухом после всего съеденного. А Дохи подумала воспользоваться его временным отсутствием и вцепилась в Джея взглядом. Эти трое с самой школы дружат и знают друг о друге всё. Спрашивать о чём-либо Сонхуна бесполезно — вряд ли ответит. В худшем случае припишет им роман, а позже и самому Джеюну. Пак Сонхун — редкая заноза в заднице, но когда дело касалось ухажёров, то в нём включался заботливый старший брат, что не нравилось от слова совсем Дохи. Он распугал почти всех парней в её окружении. — Что Джеюна привлекает в девушках? Джей сначала сделал вид, что не услышал вопроса, придвинулся к столу, скользнув по обеим взглядом. А Седжон раскусила план Дохи. — Странный вопрос. Зачем интересуешься? — Одна наша подруга, — Дохи натянула улыбку, — очень хочет познакомиться с Джеюном. Нужно узнать, какие у него слабости. Если так можно выразиться. Либо не удалось соврать, либо Джей и правда медленно соображал. Его глаза сузились в одну тонкую линию, а затем он и вовсе подпер подбородок кулаком. Дохи достала из рюкзака цвета кофейной пенки айпад, взяла стилус и открыла заметки. Зачем участвовала в этом цирке — она и сама до конца не понимала. — Джеюну нравятся уверенные и прямолинейные девушки, — ну конечно, кто бы сомневался. — Такие, как Хваён, но более сдержанные. Не любит тех, кто пытается выставить отношения достоянием общественности, и тех, кто предпочитает шум вместо тишины. Под этим имеется в виду, что Джеюн не против сходить в клуб, в бар, но всё должно быть в меру. Этому придурку всего двадцать пять, но иногда говорит и ведёт себя так, словно ему пятьдесят два. — Та-а-ак, — Дохи записала всё сказанное в заметки и снова подняла взгляд на Джея. — А какой стиль он предпочитает? И какие любимые цвета в одежде? У него были девушки? — Вы хотите кастинг устроить? — Я ведь объяснила тебе всё. — Конечно, у него были девушки, но встречался Джеюн с ними недолго. Максимум — неделю. Он любит простой стиль, без перегруза деталями, но и не прочь видеть свою девушку в откровенных нарядах, — после последнего у Дохи зарделись щёки. Она знала лишь милого Шим Джеюна, но сейчас словно заново с ним знакомилась. — Цвета — глубокие и нейтральные: чёрный, молочный, серый, тёмно-синий, бордовый, хаки. — Ты под его кроватью живёшь? — Седжон выгнула густую бровь и склонила голову вбок. — Откуда ты столько знаешь про него? — Сами просили помочь, ещё чем-то недовольны! — вскинув руки, Джей поднялся из-за стола. — Не нравится мне всё это. Если что, я вам ни в чём не помогал. Он ушёл, а Дохи смотрела на список и не могла взять в толк, зачем ей всё это и почему какое-то неприятное чувство не даёт покоя. И о чём всё ещё Хваён и Джеюн разговаривают? — Слушай, прости меня, — Седжон нажатием маленькой кнопки заблокировала айпад, чем наконец смогла добиться внимания Дохи. — Моя шутка вышла из-под контроля. Ты не обязана выполнять желание. Шанс отказаться, но на предложение Седжон она никак не отреагировала. Молча махнула головой и снова опустила взгляд на айпад. Не совсем ясно, что ею движет: заинтересованность в самом Джеюне — Дохи с пеной у рта стала бы отрицать это — или спортивный интерес. — Нам с тобой надо обновить мой гардероб. Дохи со всей серьёзностью отнеслась к этому спору, а Седжон поняла, что уговаривать её бесполезно, поэтому лишь согласно кивнула на просьбу составить компанию в шопинге. А шестое чувство вопило беспрерывно, что ничем хорошим эта игра не закончится. По крайней мере для Со Дохи.