Часть 9

В Багдад оказалось поехать не так просто: нужны были ещё документы, и «ловить караван», что бы это ни значило, и у Керра ещё были какие-то свои закупки и сборы. Впрочем, Йоси продал ему реактивы и оборудование Эшти без единого вопроса: — Хотя смотрел на меня, конечно... — Как неудачливый соперник? Как же ему ещё смотреть. Не знаю, на что он надеялся. — А что бы вы сделали, если бы я не подвернулся? — Вы читали историю Юдифи и Олоферна? Керр хмыкнул. — Вы довольно необычная девушка. — Вы просто мало общаетесь с молодёжью. Месячные вернулись; по счастью, до отъезда. Каким бы ни был «караван», вряд ли их стоило совмещать. Керр подарил ей самоучитель арабского. Пока он бегал по городу, Эшти вникала. — Последний день в цивилизации, да? — грустно спросила она, задумчиво повторяя на нём «фокус». — Ну, мы ещё остановимся в отеле в Дамаске на день... и в Пальмире тоже... да и в Багдаде тоже есть, мы не всё время будем на раскопках... Простите, а что вы опять там так рассматриваете? — Почему эти штучки не могут быть всё время такими подтянутыми? Так же лучше, чем когда они просто болтаются. И выглядит аккуратнее. — Ваш интерес к моему телу иногда выглядит странно. — Вы мужчина, я женщина, мы любовники. Абсолютно естественный интерес. — Нет, у вас он какой-то, я бы сказал, естественнонаучный. Оставьте там всё в покое, я дальше сам справлюсь, идите сюда. — Вы хитрите. Когда мы целуемся, у меня закрываются глаза. — Именно так, — Керр притянул её в объятья и со вкусом принялся целовать. Рукам он тоже быстро нашёл дело. — А ещё у меня больше, чем у вас, — сказала она, дождавшись паузы — ему пришлось отвлечься, чтобы направить свой орган. Повёрнутый в совершенно нужную сторону, но, увы, почему-то не так, чтобы это была сторона её органа. Эта шутка природы её занимала тоже. — В каком это смыс... ле? Она поёрзала, устраиваясь поудобнее — и он начал движение: — Нос. Я просто вспомнила, что говорят про нос и размеры. У меня был бы больше, у меня нос заметнее. — Только на вашем лице, моё больше. Умоляю, помолчите немного, мы сейчас можем остаться ни с чем. Точнее, с большим чувством взаимной неловкости. — Вы всегда так сложно относитесь к физической близости... Он, видимо, решил замолчать первым. Интересно, думала она, что чем дальше, тем как будто приятнее. В первые разы было забавно, но странно. А сейчас даже... У неё вдруг выгнулось тело — она не успела и понять, как, почему, — и судорога пошла много сильнее обычного. — Ого, — прокомментировал Керр. — Теперь естественнонаучный интерес у меня. Как мы этого... Но тут срочно прерваться пришлось ему — чтобы не вылиться внутрь.