Часть 10

Каравана оказалось два разных. Один до Дамаска, другой — дальше. И, по счастью, это были не верблюды, просто очень большие автомобили: спереди сидишь, сзади всё так заполнено вещами, что кидаешь сверху одеяло и спишь. Правда, удобным это назвать было нельзя, но водитель, молодой араб, вообще скорчился на переднем сиденье. Когда Эшти садилась вслед за Керром, он предупредил: — Слышите выстрелы или просто мою команду, прячетесь вниз, в ноги, ясно? Весело, подумала Эшти. Почему я вообще не осталась в Будапеште? Взбрыкнула бы, и всё. Место какое-нибудь для начала нашла бы... Выстрела не раздалось ни одного. Сложнее всего оказалось справить нужду, в остальном — жара, перевязанное платком от пыли лицо, раскалённый кузов. Терпимо. Ты будешь великим фотографом, строго сказала она себе. Это был шанс, Эшти, нельзя было его не схватить. Думай о том, что было, а не было бы. Или драить кастрюлю веселее? А Йоси? Она содрогнулась, вспоминая его потные руки, когда он подловил её на выходе из ванной ночью. Дамаск оказался удивительно современным: широкие главные улицы, прекрасные отели. Даже не в самом шикарном Эшти уже взбодрилась — спустилась к ужину в единственном своём платье, с помадой на губах. Тоже подарки Керра. С волосами управиться, конечно, было непросто, но он нарочно для путешествия узнал хитрость: оливковым маслом, если действовать правильно, можно было и чистить кожу от пыли, и делать укладку, и даже чистить зубы. В зале было женщины три, не больше. Все только на них и глядели. В Пальмире она бросилась щёлкать колонны. — Поверьте, их и до вас снимали уже десятки раз, — заметил Керр. — Все чудеса впереди. — Встаньте вон туда. Тогда будет снимок, которого ещё не было ни разу. Он, посмеиваясь, подчинился. Отель был тоже ничего — но все говорили по-французски. Керру пришлось общаться за обоих. — А тот мужчина в Будапеште, — спросил он, когда она вышла из ванной и направилась к кровати, скидывая халат по пути, — это ваша первая любовь? Вы сильно по нему скучаете? — Нет. Было интересно попробовать. — О, то есть не я один пал жертвой... — Что же я с вами делаю ужасного? — Нет, ничего. Стала закрадываться было мысль, может, вы мужчин моего возраста как-то особенно воспринимаете. Как другой вид. — Да нет. Просто я тогда расспросить и посмотреть не успела, надо было успеть домой. С вами есть время. — Что ж. Всегда пожалуйста. Из-за разговора вспомнилась Сари, и стало снова внутри тихо и мрачно. Он заметил: — Неожиданное молчание... Вы хорошо себя чувствуете? — Мою подругу убили в Хевроне. — Но ведь это было не сейчас. — Мы с ней тогда вместе ходили пробовать. И я вспомнила. Он как будто искал слова, потом нервно улыбнулся: — Сегодня я справлюсь сам. И если чем-то могу вам помочь... — Когда закончите, пообнимайте меня, пожалуйста. — Я только что вообще передумал справляться. — Простите. — Ничего. Идите сюда, будем друг друга жалеть. Можем даже немного поплакать. Она так и сделала, он — нет.